ЧП

Раздался голос Александра Ивановича.

— Ребята, — обратился он к охранникам по телефону, — подгоняйте машину к чёрному входу, ЧП.

И обращаясь к Кате:
— Спускаемся вниз.

Катя побледнела, подошла к Лиле и что-то ей шепнула. Лиля вскинула брови и быстрой белочкой прыгнула к девицам с оголёнными плечами и татуированному крашеному блондину и, обняв их тонкими руками, со смешком бросила:

— Все идём ко мне пить чай с шарлоткой, моя квартира напротив.

Я пошёл за ними.

— А чё случилось-то? — спросил крашеный.
— Ты же слышал, ЧП, — сказала Лиля.
— Да я понимаю, а чё такое-то?
— Человек построил свой банк, бывают подводные камни, — ответил я вместо Лили.
— Да вроде бандитские разборки остались в 90-х, нет? — развернулся ко мне крашеный.
— Нет, — спокойно произнёс я.

Замигал телефон. Звонил Рудик.

— Хороним парня? Никто так и не объявился.
— Завтра перезвоню, — ответил я.

И тут же выпалил, смотря на Лилю.

— Мне надо с вами переговорить.
— Переговорим, когда все уйдут, — спокойно сказала она.

— А у птиц есть сердце? — вдруг спросил крашеный.
— Есть, — твёрдо ответила Лиля.

И продолжила.

— У моих родителей в Архангельске на даче птица свила гнездо. Знаете где? На уличном фонаре крыльца деревянного хозблока. Входная дверь скрипучая. Сидящая в гнезде птица испугалась, вспорхнула и перелетела на крону разросшейся ивы, и давай там курлыкать, мол, обнаружили моих птенцов, и перестала прилетать в гнездо. Мои родители его сняли с фонаря и положили на землю, под куст смородины. Складненькое такое гнёздышко из трав, а в нём пять миниатюрных бирюзовых яиц. Казалось бы история закончилась, не тут-то было. Маме брат купил ручную электрическую газонокосилку, и она решила подровнять траву рядом со смородиновыми кустами. Обошла бережно гнёздышко с бирюзовыми бусинами и остолбенела: рядом лежала небольшая птица с синим отливом, мёртвая. Сердце не выдержало.


Крашеный поправил чёлку и сказал.

— Лиля, когда мне исполнится 40 лет, я на тебе женюсь.

Лиля тут же ответила:

— Знаешь, что Кафка написал в своём дневнике? Если я доживу до 40 лет, то, наверное, женюсь на старой деве с выступающими вперёд, не закрытыми верхней губой зубами, но до сорока лет я вряд ли доживу…

Крашеный подхватил:

— До сорока-то он дожил, но так и не женился.