Приказ короля 2. Книга Солнца. Глава 24

— Я чувствую его запах, — вдруг сказал Фарис, когда мы дошли до леса. — Туда.

Он указал на тропу, ведущую к старой мельнице. Я кивнул.

— Веди.

Мы свернули с главной дороги и углубились в чащу. Друиды освещали путь посохами. Мирра шла молча, и я краем глаза замечал, как она оглядывается по сторонам, время от времени прислушиваясь к деревьям.

— Крил! — крикнул я.

Тишина.

— Крил, чёрт возьми, отзовись!

Ни звука.

Мы шли уже около часа, когда Фарис остановился. Начал накрапывать мелкий дождь.

— След теряется, — помрачнел Фарис, вглядываясь в чащу.

— Он не мог уйти далеко в таком состоянии, — сказал я неуверенно.

— Деревья говорят, что видели его, но не могут точно указать направление… Здесь совсем рядом болото, — мрачно вздохнула Мирра. Затем повернулась к друидам: — Проверьте!

Друиды кивнули и скрылись за деревьями.

Я не хотел думать о плохом. Крил был жив — я это точно знал. Что-то внутри меня было уверено в этом, и это знание придавало сил. А на Фариса было жалко смотреть: он совсем сник и растерянно обходил тропы, пытаясь снова почуять след. Но дождь всё усиливался, не оставляя нам шансов.

— Я дурак, — тихо сказал Фарис, остановившись и не глядя на меня. — Я думал, ему просто нужно пиво, а он хотел, чтобы я ушёл и дал ему возможность сбежать.

— Ты не виноват. Не кори себя, — сказал я. — Никто не мог такого от него ожидать.

— Я должен был знать. Догадаться. Я видел, как он смотрит на дверь. Но не придал этому значения. А теперь… Он может быть мёртв. Из-за меня. — Голос Фариса дрогнул. — Он ведь не раз спасал мне жизнь, Аксель. Я обязан ему.

Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, и сглотнул — словно старался сдержать слёзы. Но не плакал. Хотя я видел, как ему тяжело.

Я подошёл и сжал его плечо.

— Он жив, — сказал я, чеканя каждое слово, глядя ему в глаза. — Мы его найдём. А ты не виноват ни в чём.

Он кивнул, закусив губу, затем развернулся и снова принялся исследовать тропы. Я смотрел на него и не знал, что ещё сказать, чем подбодрить.

Друиды вернулись через несколько минут.

— Никого, — сказал один из них. — У болота ни души. Ни следа.

— Он мог уйти туда, — Мирра кивнула в сторону заросшей тропы, ведущей вниз, к низине. — Либо к заброшенной мельнице.

— Фарис, — позвал я.

Он обернулся. Глаза его были красными, зрачки сузились в вертикальные щели.

— Можешь попытаться снова? Выбери, по какой тропе нам идти.

— Попробую, — ответил он мрачно. Замер у первой тропы, прошёлся по ней вперёд, затем ринулся ко второй и принюхался.

— Я не уверен… — тихо сказал он.

— Просто скажи, куда тебя больше тянет, — мягко сказал я, видя его растерянность. — Не бойся ошибиться.

Он немного подумал и указал на первую тропу, ведущую к низине.

— По ней недавно проходили, — пробормотал он.

Друиды подошли к тропе, раздвинули траву, подсветили посохами, и один из них крикнул:

— Он прав, тут есть следы. Почти смыло, но виден отпечаток сапога.

Я подошел к друидам и всмотрелся в траву. В грязи, едва различимый под дождевыми струями, виднелся отпечаток сапога. Крила. Я не сомневался.

— Тогда идём, — сказал я.

Мы двинулись по тропе. Дождь не прекращался, ночь сгущалась. Я молился всем богам, которых знал и не знал, — лишь бы успеть.

Фарис шёл медленно, то и дело наклонялся к земле, трогал руками мокрую траву, принюхивался.

— Точно Крил, его запах, — сказал он и прибавил шаг.

Мы едва поспевали за ним. Все уже насквозь промокли. Я не чувствовал ничего — ни усталости, ни холода. В голове была только одна мысль: «Крил, держись».

Мы шли, казалось, целую вечность по склону вниз. Дождь лил как из ведра, и я уже не надеялся найти хоть что-то. Просто переставлял ноги, цепляясь за ветки деревьев, и периодически выкрикивая имя друга. В ответ раздавались лишь крики птиц да треск веток.

А потом лес кончился. Поляна распахнулась перед нами серой, мокрой равниной. Трава на ней была примята — и не дождём, а тяжестью.

Я замер. Следы. Копыта. Их было много.
Фарис замер, испуганно разглядывая их.

— Королевский отряд, — сказал он, побледнев. — Был здесь недавно.

— Нашёл подкову, — произнёс друид, подняв с земли металлический полукруг. — Лошадь из королевских конюшен.

— И следы Крила, — добавил Фарис, глядя на землю, где отпечатался сапог.

Я мрачно взглянул на Мирру, стоявшую посреди поляны.

— Если они его забрали, его ждёт казнь, — сказал я.

— Я понимаю, Аксель, — вздохнула она. — Но мы не можем рисковать и терять Книгу.

— Я пойду за другом! — яростно воскликнул я, понимая, к чему она клонит.

— Нет, Аксель, не пойдёшь, — резко сказала она и перевела взгляд на друидов. — Свяжите его!

— Не подходите! — крикнул я и выхватил меч.

Фарис встал рядом, угрожающе глядя на надвигающихся друидов.

— Мирра, опомнись! — сказал я. — Ты не можешь меня задерживать!

— Могу, — тихо ответила она. — И должна. Книга важнее одного человека. Даже если этот человек — твой друг.

— Важнее? — я рассмеялся — зло, отрывисто, невесело. — Ты сама не веришь в то, что говоришь.

— Возможно, — сказала она, и я увидел боль в её глазах. — Но я переступлю через себя. Ради будущего.

Друиды сделали ещё шаг. Фарис зашипел на них, как настоящий кот.

— Не приближайтесь, — предупредил он.

— Фарис, отойди, — сказала Мирра. — Это не твоё дело.

— Моё, — ответил он. — Крил спас мне жизнь. Я ему обязан. И вы не тронете Акселя.

— Мы не тронем, — сказала Мирра. — Мы просто… не пустим.

Я посмотрел на неё. На друидов. На посохи, которые они держали в руках. На Фариса, который дрожал от холода и ярости.

— Хорошо, — сказал я, убирая меч. — Не пойду. Но вы направите за моим другом отряд. И вызволите его.

Мирра чуть помедлила, кивнула и вздохнула с явным облегчением.

— Как скажешь, Аксель. Мы направим лучших воинов. Верховный соберёт своих, я выделю друидов. Мы вызволим Крила, будь уверен.

— Я верю тебе, Мирра, — тихо сказал я, поймав на себе странный, настороженный взгляд Фариса.

— Идём. Нужно спешить, возвращаемся в деревню! — скомандовала она друидам.

Она развернулась и пошла к тропе. Друиды, пропустив нас вперёд, двинулись следом. Фарис взглянул на меня вопросительно. Я молча кивнул.

Мы двинулись за Миррой. Вверх по склону.

Книга в моей груди молчала. Но я чувствовал — она готовилась. И я готовился. Ждал момента, чтобы повернуть назад.