Принцесса тусовки. Глава 45

Евгений Хвалей

ПРИНЦЕССА ТУСОВКИ
Перевод с белорусского
М. Прокоп

                ***

     Лысый знал, что Дик забросил завод и нигде не работает. Но на всякий случай спросил:

— Где работаешь?

— Где? Устроился в кооператив сантехников, обслуживаю магазины.

— Днём. А вечером? Тебя последнее время не поймать.

— А вечером — сторожем в женском общежитии, — засмеялся Дик, будто намекая на что-то.

— Шутишь? Скажи правду.

— А ты правдист, как я посмотрю. Тебя стоило бы хорошо проверить... — пристально уставился на Лысого Дик.

— Да ты что, не веришь мне?

— А почему я тебе должен верить? Я с тобой детей не нянчил.

— Хочешь, поклянусь, что глухо всё будет? — постучал себе в грудь Спейс.

— Ладно. Возьми в серванте «чернильца». Что-то мне нездоровится.

     Лысый подошёл к серванту, который стоял в передней комнате, достал недопитую бутылку...

— Теперь поклянись, что никому ни гу-гу про то, что здесь видел...

— Клянусь.

— Так вот, ту "вкуснятину", которой я угощал тебя, мне на рынке азиаты загнали. Те, что торгуют розами. А этот шприц и кое-что к нему заимел у новых друзей — литовцев. Они и были у меня в гостях. Торгуют для приличия на рынке кооперативными «бананами», «плащевками», а на самом деле — дурью. Там, на рынке, с ними и познакомился. Покупал у них вот эту «шмотку», — Дик показал на помятый, грязный светло-серый костюм из плащевой ткани, который валялся на кресле.

     Дик говорил Лысому правду, одно только утаил: за что приобретал ту же «плащевку» и психотропы. В кооперативе сантехников, куда его пристроил сын отцовского товарища, Дик числился формально, чтобы не цеплялась милиция, что он не работает. А сам занимался фарцой: ездил в Прибалтику, скупал модную одежду и перепродавал дома. Ещё при живой матери он начал загонять домашние вещи, костюмы, куртки братьев, пальто своего отца, дублёнку. А когда мать умерла, то начал продавать и её вещи.

...«Крысы» сидели у Дика в комнате, где стоял видеомагнитофон и было более или менее прибрано. Анастас сначала поставил кассету с китайским фильмом «Костоломы» — о приёмах карате. Очаровал «крыс» дедуля, лет под сто, наставник и профессионал в области каратэ, который легко справлялся с соперниками.

     Дик принёс из спальни сигарету. Принялись курить по очереди… В это время Анастас поставил новую кассету с американским фильмом «Гарем». Полилась пустая болтовня.  И тут Спейс-Лысый заговорил про иные вредные для здоровья удовольствия.

— Как это попробовать, Анастас? — обратился он к Дику. — Не знаю, с чем это едят. Ни разу не доводилось...

— Гэ, — гикнул Дик. — Эта роскошь не просто добывается и делается. Друзья из Прибалтики привезли мне немножко этого бальзама. Но я его весь употребил.

— Я с вами, мальчики! — вскочила с кресла Таня.

— Вижу, у вас девка что надо, — похвалил Анастас Таню, подошёл к ней, прижал к себе.
— Ну, не хватай, шеф, — предупредил Спейс-Лысы. — Она «невеста» вот этого красавца, — указал на Вадима. — А ещё — наша общая принцесса.

     Анастас по-дикарски (может, за это и дали ему такое прозвище в колонии?) расхохотался и скомандовал:

— Всё, гоните по «красненькой», на сегодня хватит. Разбегайтесь без лишнего шума. И чтобы нигде, — грозно предупредил, — ни гу-гу...


                ИЗ ДОПРОСА У СЛЕДОВАТЕЛЯ

— Таня, ты написала в своём дневнике после седьмого класса: «План изнасилования Рогозиной, который я разработала, не удался. Зря только исковеркала судьбу пацанам. И невыносимо на душе из-за Вадима! Сядет ведь ни за что. Но ничего — ещё не вечер... Июнь. Петровщина». Расскажи, как всё было.

— Подробно? Липнете, как смола...

— По-другому не можем. Слишком серьёзное дело. И прошу не обманывать, говорить честно. Для тебя же будет лучше.



Продолжение следует