Ферма. Проект Голгофа

Ричмонд, штат Вирджиния, США

22 августа 1995 года

Отель Джефферсон, названный так по имени третьего президента США и основного автора Декларации независимости — самый роскошный и самый старый отель Ричмонда из действующих. Отель был торжественно открыт в 1895 году, а в 1969 году был внесен в Национальный реестр исторических мест.

На территории отеля находится исторический ресторан «Lemaire», названный в честь Этьена Лемара, который с 1794 года и до конца президентского срока Томаса Джефферсона занимал должность метрдотеля Джефферсона.

Отель был построен табачным магнатом Льюисом Гинтером и был спроектирован в стиле испанского барокко архитектурным бюро Carr;re and Hastings, известными архитекторами из Нью-Йорка, которые впоследствии спроектировали Нью-Йоркскую публичную библиотеку.

Строительство отеля началось в 1892 году; отель открыл свои двери 31 октября 1895 года. После того как в 1901 году пожар полностью уничтожил интерьер отеля, началась длительная реставрация, которая продолжалась шесть лет.

Среди постояльцев отеля были тринадцать президентов США; писатели и знаменитости, в том числе Генри Джеймс, Чарльз Линдберг, The Rolling Stones, Элвис Пресли и Энтони Хопкинс. В вестибюле для регистрации сохранились девять оригинальных витражей Тиффани с монограммой отеля. Три витража над стойкой регистрации и витражный купол являются репродукциями.

Однако всемирную известность отель приобрёл… аллигаторами в вестибюле. Известный писатель Дэвид Нивен в своей автобиографии описал поездку из Нью-Йорка во Флориду в конце 1930-х годов, во время которой он решил переночевать в отеле «Джефферсон».

Нивен рассказал, что, когда он подписывал книгу регистрации гостей в вестибюле, его глаза широко раскрылись от удивления, когда он заметил полноразмерного аллигатора, плавающего в небольшом бассейне, расположенном в шести футах от стойки регистрации.

Старый Помпей, последний аллигатор, живший в мраморных бассейнах Palm Court отеля Джефферсон, дожил до 1948 года. Бронзовые статуи аллигаторов теперь украшают отель, а ресторан Lemaire оформлен в тематике аллигаторов.

Официально в отеле было пятнадцать номеров люкс разной степени роскоши… однако на самом деле имелись ещё два (относительно спартанские по сравнению с остальными). Их использовали для конфиденциальных встреч… и ФБР тоже.

Энке прибыл в отель через двадцать минут после разговора с Амарой; предъявил портье удостоверение ФБР и заказал один из «конфиденциальных» номеров. Заплатил наличными; никакой регистрации (естественно) не было; видеонаблюдения тоже… в общем, полная конфиденциальность.

Прибыв в номер, позвонил Амаре и сообщил координаты места встречи. Когда агент Джонсон материализовалась, он первым делом осведомился: «Что-нибудь полезное из нижних женщин извлекли?».

Амара отреагировала неожиданно: добыла из мини-бара аж сразу две мини-бутылочки элитного ирландского виски, налила в стакан и залпом выпила. И только потом ответила: «Клонов Астрид в смысле её радикального суицидального мазохизма… радикальнее просто некуда… не обнаружилось… пока».

«И то хлеб» - с некоторым облегчением подумал Энке. «Впрочем, ещё не вечер… к сожалению». А вслух осведомился: «А что обнаружилось?»

Агент Джонсон опустилась в кресло, глубоко и как-то нервно вздохнула и изумлённо-обеспокоенно покачала головой: «Я думала, что за пять лет в весьма экзотическом подполье всё перевидала… ан нет, оказывается…»
«А можно поподробнее?» - не менее обеспокоенно спросил её новый шеф. «Нужно» - усмехнулась Амара. Снова глубоко вздохнула, покачала головой, собралась с силами, выдохнула… и сбросила мегатонную бомбу: «Ходят слухи… две мазохистки их подтвердили… что некий священник… католический священник… вознамерился очистить проклятое место на берегу фьорда…»

Она запнулась. Энке сразу понял, что он сейчас услышит – и не ошибся.

Агент Джонсон собралась с силами – и продолжила: «Он считает, что если проклятое место… там, где база была, не очистить, то…». Она снова покачала головой. «Откроются ворота в Ад?» - осведомился Энке.

«Ты с таким сталкивался?» - изумилась Амара. Энке покачал головой: «Не лично… но было такое… в Ирландии, в ноябре сорок первого, потом расскажу…»

И осведомился: «Он считает, что достаточно порки и истязаний, или…»

«Или» - мрачным тоном ответила Амара. «Он считает, что несколько женщин должны добровольно умереть на кресте и на костре, как христианские мученицы… вроде уже подписал кого-то… но продолжает набирать…»

Энке добыл из кармана лже-Нокию и набрал номер графа Вальтера фон Шёнинга. Когда тот ответил, Энке осведомился: «Проект Голгофа добрался до Ричмонда?»

«Нет» - уверенно ответил граф. Энке вздохнул: «Ладно, я разберусь…». Отключился и сразу же набрал номер Орлеанской Девы. Когда Жанна ответила, он приказал: «Бери полдюжины самых ближних и срочно в Ричмонд. Тут, похоже, римейк Помазанницы Божьей планируется… в изначальном варианте…»

«Уже едем» - спокойно ответила Дева. Амара изумлённо спросила: «Проект Голгофа?». Энке покачал головой: «Это потом… сначала о твоей одиссее…»