Чеченцы мелхинцы, аккинцы и дигорцы

А не мелхинский ли субстрат был в дигорском диалекте осетинского языка?

Абхазский историк Гурам Гумба в своей книге пишет — Представляет интерес предание балкарцев, записанное М. К. Абаевым, о том, что первыми поселился на территории Балкарии (Дигории) род Малхар, затем с севера пришёл Мисак и лишь после него предок балкарцев Басиат. Интересно, что в предании отражены три этапа заселения данной территории: в начале Малхар, затем Мисак и позднее Басиат. Каким бы невероятным это ни казалось, на первый взгляд, думается, здесь можно усмотреть этапы заселения данной территории различными племенами: Малхар — первоначальные насельники нахские малхи (малхузы), Мисак — ираноязычные племена, Басиат — тюркские племена. При этом нельзя, конечно, представлять эти процессы таким образом, что с приходом новых людей старое население, якобы, уходило из этих мест или и вовсе исчезало. На самом деле на Кавказе пришлые и коренные жители почти всегда проживали по соседству, по ущельям. В связи с этим чрезвычайно интересным кажутся свидетельства кабардинских феодалов, записанные в 1743 году об особом, не похожем на тюркский, адыгский и осетинский, языке малкарцев, проживавших в верховьях Черека: «Малкар лежит на вершинах реки Черека, …, а оной народ … имеют малых своих владельцев, а язык у них особливый, они же употребляют и татарский язык…» (Кокиев Г. А. Склеповые сооружения Горной Осетии. Владикавказ, 1938 год). Безусловно, я далёк от мысли данное свидетельство трактовать как доказательство проживания в позднем средневековье в этих местах представителей древних малхов (малхузов). Однако довольно сложно с уверенностью утверждать и обратное. Ясность в этот вопрос можно будет внести лишь после специального исследования. На территории исторической Двалетии (современная Южная Осетия) до настоящего времени сохранены ряд древних святилищ, в названий которых отчётливо выделяется имя общенахского божества Малх, трансформированное в осетинском языке в Макхал (Макал, Махал). К ним относятся, например, святилища Макхал (габыры), расположенные рядом с селениями Къобет, Масыгуат, Къоз, Котанто, Нанита и другие. Книга — Гурам Гумба. НАХИ: ВОПРОСЫ ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ. (I ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ ДО Н. Э.) То есть Гумба подмечает, что автохтонами Дигории в древности могли быть мелхинцы, чеченцы мелхи.

В тоже время осетинский сильнейший лингвист и историк В. Абаев писал — «в осетинском имеются отложения, идущие из местных „субстратных“ яфетических языков, родственных, по-видимому, чечено-ингушскому»; «не прямо из ингушского или чеченского, а из какого-то их предшественника»; «не как усвоенные из чечено-ингушского в осетинский или обратно, а как принадлежавшие тому местному языковому субстрату, на основе которого сформировались и чечено-ингушский и осетинский языки»; «ряд схождений ведёт от чеченского прямо к осетинскому, минуя ингушский. Мало того, некоторые из них связывают чеченский с западным, дигорским диалектом осетинского языка, минуя иранский. Всё вместе это указывает на большую древность и глубину осетино-вайнахских связей». Книга — В. И. Абаев. Осетино-вайнахские лексические параллели. 1959 год.

Таким образом, исходя из «всех» этих данных, можно допускать что в дигорском диалекте мог быть и мелхинский субстрат. Также следует отметить, что есть чеченские предания и о том, что дигорцы это потомки чеченцев (аккинцев), а сильнейший чеченский историк Амин Тесаев также объяснял, что по генетике у дигорцев в самом деле есть крепкие связи с чеченцами.