Размышлизмы. Кучка 156

ПРЕДИСЛОВИЕ ДЛЯ КУЧКИ 156

«12 стульев» и «Золотой теленок». Иехиел-Лейб Арьевич Файнзильберг и Евгений Петрович Катаев.

«Возмутитель спокойствия» и «Очарованный принц». Только Леонид Соловьев.

Знаем с детства. Первое из дилогий смешнее, второе глубже.

Перечитываю регулярно, раз, примерно, в  пять лет.

Сегодня только из Соловьева и только из «Очарованного…».

Начальство земное разделяется на три вида: младшее, среднее и старшее – по степени причиняемого им вреда. Мы остались без единого гроша в кармане, – это еще хорошо: могли остаться и без голов – начальник был старший…

Так в первый же день познал Ходжа Насреддин две главные особенности своей новой средненачальственной степени: утешительные заверения высшим, приятье даров от подвластных.

Вельможа был роста среднего, даже – весьма среднего; возникло несоответствие его внешности – его высокому и многовластному чину; с целью исправить эту досадную оплошность природы, он всегда носил узкие лакированные сапоги на чрезмерно высоких каблуках, благодаря чему прибавлял себе роста и величия.

Приветствую почтеннейшую и прекраснейшую Арзи-биби, жену моего лучшего друга.

Вор услышал звяканье пряжек, жесткое шуршание парчи: вельможа снял халат и саблю. После этого пленительная Арзи-биби принялась доказывать ему всю неосновательность его страхов. Воздержимся от описания этих доказательств, – скажем лишь, что они были разнообразны и длительны.

– Муж! Рахимбай! – сдавленным шепотом восклицал вельможа, мягко топоча босыми пятками по каменному полу, застланному коврами.
– Великий аллах, о прибежище верных! Он подстерег! Я погиб! Я пропал! В эту роковую, страшную минуту он думал и помнил только о себе, заботился только о своем спасении, готовый выдать Арзи-биби с головой, лишь бы самому как-нибудь уцелеть! Таковы, за малым исключением, все сластолюбцы. Совсем иначе встретила опасность Арзи-биби, проявив такую силу духа, такую доблесть, которые могли бы украсить любого закаленного в битвах воина. Впрочем, разве не была она самой доблестной воительницей на бранном поле любви?

Он прилег отдохнуть; шпионы, все четверо, уселись над ним, двое – с одной стороны, двое – с другой, и, переговариваясь через лежащего, начали унылую беседу о скудости своего жалованья и горестях ремесла. Под эти тоскливые речи он и уснул, а проснувшись – увидел над собою уже других шпионов, ночных, одетых в серые халаты-невидимки. Но беседа шла и у ночных все о том же: о горестях ремесла, о скупости и придирках начальства.

Кости, лошади, базар, а для меня… для меня нет места в твоем жестоком сердце! – закончила она с горькой обидой – может быть, даже и не притворной, ибо женщины умеют убеждать в искренности своей лжи не только мужчин, но и самих себя, что придает их коварствам особую силу.

Он не сказал прямой лжи, не сказал и правды, – это была полуправда, то есть наихудшая ложь.

“Что будет, что будет?” – с тоской спрашивал он себя, предвидя великие бури; ему думалось, что теперь весь гнев Агабека обратится против него и сокрушит его благополучие. Между тем все это благополучие, за которое он так трепетал, заключалось всего-навсего в чайхане, слепленной на скорую руку из глины и камыша, ценою, на самого щедрого покупателя, никак не дороже двух сотен таньга; больше у Сафара ничего не было – ни дома, ни сада, ни поля, а дрожал он так, словно хранил в подвалах слитки золота. Нищий, он обладал другим бесценным сокровищем – свободой, но пользоваться ею не умел; он сам держал себя на цепи, сам связал крылья своей души! От нищеты он взял ее плотскую часть, то есть лишения, а от богатства – духовную, то есть вечный страх; и в том и в другом случае он избрал для себя наихудшее.


КУЧКА 156

К Власти, как радиации, нельзя приближаться близко. Или становись радиацией, то есть Властью.

Старый муж – молодая жена. «Она никогда не увидит меня молодым. Я никогда не увижу ее старой». (Михал Маньевич Жванецкий)
Старый отец – младенец. «Я никогда не увижу его ни умным, ни глупым, ни успешным, ни неудачником. Зато я уже Иосиф». (Что-то из себя самоё)

Все совпадения случайны, включая совпадения автора с читателем.

- Хочу облегчить душу!
- Не спутай с прямой кишкой.

Страдательный залог в инфинитивной форме – хочется что-то сделать для русского языка.

Кому-то нужен надежный тыл, кому-то красивая передовая. (Опять о загадочном взаимодействии мужчин и женщин)

Бисер крупный, жемчуг мелкий, свиньи огромные.

Пятница начинается в субботу - мой ответ Стругацким братьям.