Зелёные глаза

Сны, как часто это бывает, не начинаются согласно утвержденному сценарию. Обычно действие уже происходит, и ты уже внутри. Вот и я не помнил, как оказался на тёмной улице — помнил только, что бежал. Бежал, не оглядываясь, не останавливаясь, дрожа от страха. И единственным светлым пятном впереди был фонарь у соседского дома. Я мчался к нему изо всех сил.

Позади, в темноте, я слышал шаги. Тяжелые, мерные, неуловимые. Они не догоняли меня – просто шли следом. И каждый раз, оборачиваясь, я видел её — чёрную, огромную корову, с большими зелёными глазами, которые не мигая смотрели прямо на меня, и раздувающимися ноздрями, которые, казалось, втягивали в себя весь воздух вокруг.

Моё сердце колотилось как бешеное, я бежал по дороге с ощущением, что вот-вот выплюну лёгкие. Дорога уходила резко влево, а там, по прямой метров шестьсот, и был уже мой дом. В реальной жизни спортом я не блистал, да и оружия у меня с собой не было. И каждый раз меня пробирала дрожь, стоило мне только оглянуться. Почему она шла за мной? Что ей от меня нужно? И откуда она вообще взялась? И самое главное, как ей удавалось так чётко выделяться в темноте, ведь она же чёрная? Ответов у меня не было, мне просто было страшно.

Я, наконец-то, повернул на свою улицу и остановился перевести дух. Расстояние до моего дома сократилось — оставалось восемь соседских домов. Но отсюда я его еще не видел. Улицу освещал всего лишь один фонарь по левую сторону от дороги, но до него предстояло ещё добежать. Пульс молотил в висках, а в боку кололо так, словно я проглотил стекло. 

«Я должен. Я могу. Нужно просто собраться и добежать до фонаря. Там, в его свете, она меня не тронет», — я как мог готовил себя к неизбежному старту. До моих ушей донеслось тяжёлое дыхание. Я выпрямился, посмотрел в ту сторону и чуть не умер. Не думая ни секунды, я рванул со всех ног. Буквально через минуту я пересёк границу света и упал. Мне хотелось закрыть глаза, и открыть их уже в своей кровати дома, где папа, мама, брат, наш кот — все-все, кого я так сильно люблю. Они бы точно меня спасли. Но сейчас я был один и плакал. Я был готов сдаться. Я пролежу так до утра, а когда темнота отступит – пойду домой.

Немного полежав, я успокоился и сел, вытянув ноги, протёр глаза пальцами. Я только сейчас понял, что собака молчит. Та, что лаяла на меня всегда, когда я был около ее дома. Она могла бы сейчас меня спасти своим бестолковым тявканьем. Залаяла бы, и корова от страха бы убежала. Ну почему, когда она мне так нужна, её тоже нет?! Мне захотелось кричать. Я набрал воздуха в грудь, чтобы заорать так громко, как только мог, но издал ни звука. Словно у меня не было голоса совсем. Это меня напугало еще больше. А что, если эта ночь не закончится никогда? А что, если фонарь погаснет? Тогда я снова окажусь в темноте, и тут она уже догонит меня. Я заметил медленно приближающуюся огромную тень. Нужно было срочно что-то предпринять, иначе я погиб.

Граница между мной и коровой была чёткая, в форме круга. Свет не рассыпался на маленькие частицы, постепенно растворяясь в темноте. Там, где был я, было светло, там, где стояла корова, было чёрное полотно с двумя огромными светящимися глазами. Мы стояли и смотрели друг на друга.

Это произошло в одно мгновение. Как только в моей голове мелькнула мысль, что свет меня не спасет, чёрное огромное копыто переступило черту. Я снова побежал. Мимо домов, мимо заборов, не видя ничего, кроме темноты.  И вдруг я оказался в своей комнате, но был там совсем один. Дверь была прикрыта, и сбоку откуда-то взялась замочная скважина. Я точно помню, что её там не было. Дверь была не закрыта, и от этого меня колотило. Нужно было проверить, что там, на другой стороне. Я наклонился к замочной скважине, придвинул поближе глаз и отпрыгнул. Она стояла там! Чёрная корова смотрела с другой стороны так же в замочную скважину. Она меня нашла и была готова войти. Я хотел закричать…и открыл глаза. Солнце светило в окно. Щека была мокрой.

Ещё несколько секунд я лежал неподвижно, боясь пошевелиться. Сердце всё ещё колотилось, а тело было как натянутая струна. С кухни доносился мамин голос — она тихо напевала какую-то старую колыбельную, а на сковороде шкворчал бекон. Я понял, что видел страшный сон, и медленно встав с кровати, я надел тапочки и пошёл на кухню.

— Доброе утро, мамочка, — я подошёл и крепко-крепко обнял её.
— Доброе утро, моё солнышко. Как ты спал? Видел что-то интересное во сне?

Мама всегда на ночь читала мне сказки и говорила, что сны — это волшебные миры, в которых мы можем быть кем угодно: например, помощниками своих любимых супергероев, летать, владеть магией и даже иметь личного дракона.

— Мне приснилась огромная чёрная корова, которая охотилась за мной, а я не мог от неё убежать, мне было очень страшно.
— Может быть, ты чем-то был обеспокоен вчера?
— Нет, у меня был хороший день в школе, и вечером мы отлично поиграли с ребятами.
— Иди умывайся, и будем завтракать, - мама обняла меня и погладила по голове. .

Я чистил зубы и думал об этой корове. Она снилась мне уже не в первый раз. Я видел её три дня назад. Сон был один в один, как сегодня. Тогда я подумал, что просто долго играл в приставку, потом долго не мог уснуть, и поэтому мне приснился страшный сон. Родителям я о нём не рассказал, потому что знал, что мне тогда запретят играть по вечерам. Умывшись, я присоединился к своей семье за обеденным столом.  Мне нравилось, когда мы собирались всей семьёй на завтрак в выходные, вкусно кушали и много разговаривали о прошедшей неделе, делились своими достижениями и смешными историями.

— Сынок, — папа говорил спокойно, но я заметил, как он поставил чашку на стол чуть более резко, чем обычно. — Вчера звонила мама Алексея, мальчика, с которым вы играли во дворе. Они недавно переехали. Помнишь?
— Да, — я начал волноваться.
— Она очень просила обратно обменять конструктор ЛЕГО на твой пистолет. Сказала, что он замечательный, хоть и сломанный, только этот конструктор очень важен для её сына, он собирал его вместе с отцом, который погиб два года назад.

Я вспомнил, как те самые три дня назад, пробегая мимо Лёши, я схватил его конструктор и крикнул что-то про обмен, оставив ему свой сломанный пистолет. Он тогда заплакал, но я не остановился. На мой взгляд обмен был отличный. Хотя пистолет и был сломан, его наличие давало возможность командных вечерних перестрелок.

Я хотел сказать, что это была шутка, что я не специально, но слова застряли в горле. Чувство стыда теперь стало явным, и большие зелёные глаза чёрной коровы вновь смотрели на меня. Но теперь бежать было некуда. Днём, когда мы встретились на игровой площадке, я вернул Леше конструктор и не стал забирать пистолет, чему тот был крайне рад. Мы продолжили дружить и так же играли вдвоем. Сон про чёрную корову я больше не видел.


Через пару месяцев мы с родителями поехали в деревню. Я помогал дедушке носить воду из колодца и вдруг замер. За забором, на соседнем выгоне, стояла она. Чёрная корова. Она смотрела на меня всё теми же большими зелёными глазами и лениво жевала траву.

— Ну чего ты встал? — окликнул меня дедушка. — Корову, что ли, никогда не видел?

А я стоял и чувствовал, как внутри разливается что-то тёплое. Не страх. А покой. Я улыбнулся корове. Она моргнула – медленно, как во сне, – отвернулась и пошла. Дедушка потянул меня за рукав. А я все смотрел ей вслед. И почему-то не хотел отворачиваться, пока она не скрылась за оврагом.