Восхождение. Том 3. Часть 7

Следующее утро наступило довольно рано. Рандара разбудил Зегир – командиры собирались на совет с княгиней Верией и вельможами Поварина. Несмотря на боль в голове и дискомфорт в животе, наследник Наргилоса с нетерпением ждал начала переговоров. Сегодня должна была решится судьба двух княжеств, а также в этот день определится дальнейший путь товарищей Рандара.
Совет начался до полудня и продолжался несколько часов. Атмосфера была напряжённой, однако вельможи и командиры согласились со стратегией Равира, потребовав, чтобы за перемещением провизии, медикаментов и обмундирования следил не только барон Хаген, но и казначей Демут.
Кроме того, был пересмотрен процесс сбора дани – с разорённых и восстанавливающихся уделов стоило брать куда меньше. Равир посчитал эти требования справедливыми.
Далее князь Духарта перешёл к объяснению тактики действий двух княжеств. Разложив на столе карту, исписанную стрелками, крестиками, именами и названиями дивизий. Не сказать, что бы стратегия князя была уникальной и непредсказуемой, однако она, как казалось, выполняла главную функцию – защиты от Наргилоса и давления на Умрат.
Через несколько часов, после десятка уточняющих вопросов и объяснений, князь Равир закончил рассказ. Бароны продолжали задумчиво смотреть на карту, а командиры уже прикидывали, как наладить связь в отрядах между воинами двух княжеств.
Рандар был доволен итогами. Никто особо не спорил, тактика Равира не заставляла воинов в излишней мере жертвовать собой в бессмысленной кровавой сече, а дивизия юного командира оставалась в Поварине. Пусть им придётся участвовать в боевых действиях, однако их сохранность зависела от вельмож северного княжества и его собственных действий. 
Как бы бароны не относились к воинам из Духарта, они не станут строить козни и жертвовать пехотой, которая играла важнейшую роль в обеспечение безопасности Поварина.
   Кроме того, интенсивность атак Умрата и его натиск будет зависеть от эффективности ударов Хорьков, которых возглавит сам Рандар. Кажется, впервые за восемнадцать лет его жизни всё шло именно по его плану. Пусть и с небольшими оговорками.
- Хочу поинтересоваться, - изящно повернула голову Верия, легко взмахнув ресницами, - кого Вы, князь Равир, намерены отправить в Умрат на помощь Хорькам?
- Мы выбрали две дюжины лучших воинов, умелых тактиков и опытных бойцов. Они сумеют наладить связь с разбойниками и будут отчитываться перед нами. Можно не сомневаться в их преданности и умениях.
- Я, как княгиня Поварина, Ваш союзник и ближайшая цель Умрата, предпочла бы, чтобы эту группу возглавил тот, в чьих способностях и верности невозможно сомневаться.
   Один из Ваших командиров, проявивший себя на поле боя, последний месяц прилагавший все усилия для сближения княжеств – он должен возглавить эту группу.
- О ком же конкретно Вы говорите? – Осведомился Равир, чьи подозрения легли на Рандара.
- Я бы хотела выбрать кандидатуру юного командира Духарта – Рандара, - обратив взгляд на наследника, твёрдо произнесла княгиня. - Он показал себя умелым воином, он способен договариваться с людьми и обладает навыками тактика.
Кроме того, личность юного воина не будет вызывать у разбойников подозрений или сомнений. Они будут считать его обычным ребёнком, которым можно манипулировать. Отсутствие опасений на его счёт – наша сильная сторона, если Хорьки пойдут против своих покровителей.
- Надо также заметить, - вслед за правительницей заговорил барон Тураг, - и будем в этом честны: юнца проще заменить в роли командира, а его возраст, силы и скорость лучше подходят для ведения партизанской войны. Как нам известно, командир Рандар и до этого руководил небольшим отрядом разбойников, нанося быстрые удары по воинам Наргилоса. Я согласен с его кандидатурой.
Никто из баронов Поварина не знал о титуле Рандара, а слухи о действиях разбойников на юге Наргилоса приписывали юному командиру, неожиданно прибывшему из княжества Домура. Неосведомлённость и ошибочность играли на руку наследнику Наргилоса.
Только вот данная инициатива совсем не понравилась командирам и князю Духарта: они прекрасно знали, кем он являлся, знали о его умениях и навыках в переговорах – пример с попыткой убедить Будина закончить войну миром был наиболее ярким. Предложение княгини было встречено холодно.
Равир задумчиво смотрел на своего юного подопечного, гадая, с чего бы княгиня приняла такое решение. Хотела отомстить убийце своего брата, чтобы он прозябал с разбойниками и мародёрами на холоде, спал в грязи и питался объедками? Или же она планировала избавиться от него, подкупив разбойников? Или просто желала более никогда не видеть его в своём городе?
Нет – княгиня Верия была не такой, она бы не стала пятнать свою честь подлым, по её размышлениям, убийством. Она ещё слишком юна и продолжает придерживаться нравственных идеалов в политике, которыми кормят сибаритских вельмож разного рода писаки, хвастающие своими исключительными взглядами на мир. По всей видимости, чванливые сочинители своими банальными мыслями, обёрнутыми в красочную упаковку, сильно повлияли на княгиню.
   Это было даже на руку Равиру. На заговор против Рандара могли пойти бароны Поварина, но судя по их удивлённым лицам, они сами не знали об этом решение Верии. 
Что же касается угрозы Харьков – с Рандаром отправятся две дюжины верных и сильных воинов, которые не позволят никому навредить юнцу. Кроме того, князь был отчасти солидарен с княгиней: лучше, чтобы оравой разбойников управлял обученный и командир.
Не последней по значимости для Равира была возможность хоть на время избавиться от наследника Наргилоса, который в последнее время стал часто разочаровывать правителя Духарта. Постоянное порицание приказов, нарастающее желание независимости, подозрительное отравление Салена и выступление на арене с громкой речью, командиры прислушиваются к Рандару, будто бы он уже был князем – юный наследник становился всё более опасным.
   Если вовремя это не пресечь, кто знает, когда Рандар решится предать Равира. Стоит напомнить юному командиру, что он остаётся таким же неопытным и глупым, и что все его достижения лишь результат удачи и случая.
Если оставить его у себя под боком, он не перестанет сомневаться в авторитете Равира и примется подбивать подчинённых на непослушание. Если оставить его здесь – он может сговорится с княгиней и местными вельможами, лишив правителя Духарта последних нитей влияния в Поварине.
   А в Умрате Рандар вряд ли сможет значительным образом повлиять на разбойников или сблизится с вельможами. Там он вспомнит своё место, поймёт, что именно Равир и в меньшей степени княгиня Верия распоряжаются его судьбой, а после станет сдержаннее. Главное – доходчиво объяснить его защитникам, что будет с ними, если наследник Наргилоса действительно пострадает.
- Я согласен, - неожиданно для своих подчинённых произнёс Равир.
- На мой взгляд, - обратился к присутствующим командир Грутен, который явно не был рад такому решению, - отправлять настоящего командира к группе бесчестных разбойников - слишком опрометчиво. Подойдёт и капитан.
- Согласна. Это опасно, - с беспокойством в голосе соглашалась с товарищем Ягонрута.
Это собрание помогло Рандару вновь уверится в одной из истин Равира – на важные переговоры не стоит брать командиров и простых людей. Своим беспокойством и желанием защитить юного товарища они могли порушить все его планы.
- При всём уважение, командиры, - обратился к ним барон Малег, - но окончательное решение остаётся за князьями. Если княгиня Верия и князь Равир решили так, то так и поступим.
- Мы здесь в роли советников, - серьёзно отвечал Талив, которому явно не нравилось пренебрежение со стороны выходца из купеческой семьи. – На наш взгляд, отправлять молодого командира – опасно.
- Но княгиня права, - вторгся в разговор барон Гарил. – Кто будет всерьёз воспринимать юношу в роли командира и шпиона? Он молод и силён, полон идеалов - вряд ли разбойники подумают, что он способен манипулировать ими. Ему ничего не угрожает. В случае предательства, его, скорее, пощадят и попробуют завербовать.
- И этим Вы подкрепляете данное решение? – Не сдержался Грутен. – Никакой уверенности…
- Не Вам это решать, - повысив голос, перебил командира барон Тураг.
Между баронами и командирами начался спор. Правители княжеств приводили аргументы и пытались успокоить разбушевавшихся вельмож и воинов. Молчал лишь Рандар. Состроив удивлённую мину, внутренне юноша был доволен: княгиня и князь согласны с эти решением, значит, именно его они примут. Ему удалось добиться своего. И это было одно из тех решений, в котором наследник не сомневался.
   Теперь оставалось подготовится к походу в Умрат. Если успеху юного командира, как и раньше, будет содействовать Всевластитель, ему удастся взять под контроль Хорьков, ослабить Умрат, создать связи с вельможами и, наконец, обзавестись ещё одним мощным союзником, который будет бояться ни хитрости и коварства Равира, ни голода из-за закрытия границ с Поварином, а который будет должен своим положением именно Рандару и его подвигам.
Совет затянулся ещё на час. Когда Варнир склонился к горизонту, ни у вельмож, ни у командиров не было ни сил, ни желания продолжать бессмысленный спор: правители уже всё решили.
- Две недели, - осматривая успокоившуюся группу, медленно и вкрадчиво говорил Равир. – Больше нельзя оттягивать. Я отправлю депешу в столицу Духарта, бароны начнут подготовку моего княжества к войне с Наргилосом.
- Этого времени не хватит, чтобы восстановить форты у границ, - рассчитал барон Малег.
- Если выступим раньше времени, против нас подготовят масштабное контрнаступление, - беспокоился барон Гарил.
- Это мы организовываем контрнаступление, дамы и господа, - тем же тоном уверял собравшихся князь. – И если в ближайшее время не покажем врагам, что с нами стоит считаться, войска выдвинуться на нас раньше, чем мы успеем объявить о начале новой войны.
Две недели – это меньше, чем рассчитывал Рандар. Ему придётся тренироваться в поте лица и подготовить все распоряжения до того, как его с группой воинов отправят в Умрат. И, разумеется, стоило познакомится с самой группой – большую часть из них он не знал или знал очень плохо.
   Стоило наладить связь с теми, от кого зависела жизнь юного командира. Несмотря на уверенность в собственных силах, он отправлялся в другое княжество, и он должен будет вести дела с разбойниками, которые точно не будут похожи на разбойников Денера.
Уверенность, собранность, готовность действовать в тех обстоятельствах, которых раньше он боялся пуще огня – молодой наследник княжеского трона сильно изменился за последние месяцы. Хотя он продолжал задавать нелепые вопросы и часто сомневался в своих силах, всё же это был уже не тот юноша, который днями и ночами думал о своём предназначение и всех рисках, связанных с ним.
   Мечтать о простой и тихой жизни он уже не мог – слишком эгоистично. От него зависели многие жизни, многие товарищи, теперь будущее всего королевства зависит от его успеха.
   Теперь он не мог тратить время на сомнения. Теперь он должен был только идти вперёд, до конца. И гибель Будина, захват Поварина, сближение с Верией и воплощение его планов – всё это говорило юному командиру, что он стоит на верном пути.
   Впрочем, его уверенность обуславливалась лишь одним – верой в то, что всё происходящее свершалось не просто так. Везение, удача, помощь Всевластителя – сложно было поверить, что случайности помогали юному командиру продвигаться вперёд, ближе к своей цели. Хотя уверенность в благоволение высший сил всегда оборачивалась несчастьем, что наследник Наргилоса успел понять на примере Перина и его отряда, всё же нельзя было объяснить, почему невежественному, молодому и, как казалось самому Рандару, простому мальчишке удавалось добиваться своих целей.
Смелые решения, отчаянные шаги, рискованные стратегии – какими бы глупыми и наивными не были планы юного командира, он всегда добивался своего. И, по большому счёт, не важно, что именно помогало наследнику Наргилоса продвигаться к своей цели. Главное – несмотря на все трудности, испытания и проблемы, которые выпали на долю Рандара, он одолевал всех врагов и достигал заветных стремлений, которые для обычных воинов, разбойников, селян и даже вельмож казались невозможными.

Глава 6
Об Умрате

Соглядатаи из Поварина и Духарта давно заявляли о начале войны между западными княжествами. Когда из королевского дворца пришло письмо о захвате самопровозглашённым князем Равиром столицы северного соседа, не осталось никаких сомнений. Война в королевстве была неминуема. Год назад это было лишь безумным, но страшным слухом, однако уже тогда барон Генур знал – резне между княжествами быть! 
Несмотря на опасения, на возрастающее число разбойников, недовольства воинов, страх жителей и распри вельмож во всём королевстве, ситуация только ухудшалась. Князья не доверяли друг другу, строили козни и стремились укрепить свои позиции, чья прочность каждый день становилась всё более шаткой.
Тем не менее, казалось, будто бы Гелона вовсе не беспокоила угнетающая атмосфера тёмных времён королевства Вундрат.
Наконец, впервые за год с того момента, как прошло собрание князей в столице королевства, барону Генуру удалось добиться аудиенции от Гелона. Даже не верится, что спустя несколько десятков, если не сотен писем князь всё же соизволил обратить внимание на проблемы собственного княжества.
Барон Генур, человек высокий и тучный, с зачёсанными назад жидкими волосами, носивший синий кафтан, застёгнутый до самой шеи, из-под которого виднелась рубашка сероватого оттенка, цокал невысокими каблуками чёрных туфель, жёстким взглядом смотря вперёд, на стремительно приближающуюся дверь кабинета князя.
Не церемонясь, Генур на полном ходу толкнул деревянную дверь и оказался в просторном кабинете князя Гелона. Красные шторы были заправлены за бронзовые крючья, позволяя дневному свету литься из окон, находившихся на противоположной стене от двери.
   По левую руку стояли стеллажи, заставленные пыльными книгами с ветхими переплётами.
   По правую руку, после двери начинались стеллажи для вин, за которыми следили куда лучше. Вытянутые бутылки красного, жёлтого, зелёного и синего цветов игриво блестели под лучами Варнира.
На противоположной стороне от стеллажей с книгами располагался сам Гелон. Сидевший в резном кресле из тёмного дерева, обитого золотистой тканью с набитой в неё периной, князь закинул ноги на небольшой столик. Одна полупустая бутылка уже стояла на деревянном столике, ставшим импровизированным подножием.
   Гелон развалился в кресле, держа в правой руке наполовину полный кубок вина, левая же удерживала толстую книгу. Демонстративно не обращая на пришедшего внимания, князь, медленно притуманенным взглядом скользя по тексту, дочитал абзац, после чего аккуратно закрыл книгу и положил её на высокий постамент в виде колонны, скрывавшейся за его рукой.
   Наряженный в кафтан гранатового цвета с золотыми пуговицами, висевший у него на плечах, в просторную тёмно-синею рубаху и тёмно-зелёные шоссы, привязанные к брэ того же цвета. На ногах – деревянные паттены, обтягивавшие кожаными ремешками шоссы на ступнях.
   Острые черты лица, слегка прищуренные глаза, копна чёрных волос, выглядевших так, будто бы их никогда не укладывали – кажется с годами Гелон стал эксцентричней, чем раньше.
   - Вы быстро, дядя, - кивнул Гелон, насмехающимся взглядом смотря на барона. – Надеюсь, не пришлось загнать лошадей? Они нынче дорогие: в Поварине остались все конюшни. Но не волнуйтесь – эта досада скоро разрешится. Так что Вам придётся бегать на своих двоих не так долго – не успеете схуднуть.
   - При всём уважение, - стерпев оскорбление, заговорил барон Генур, для которого в кабинете не было предназначено стула, - но сейчас не время шутить. Мы находимся на пороге войны!
   - Неужели? – Наигранно удивился Гелон. – Что за день, столько всего нового узнал. Вы вот знали, что в темноте - темно?
Генур сжал губы, невольно сжал кулаки.
   - Злитесь? – Продолжал насмехаться Гелон. – А что так вдруг? Я слыхал, с месяц назад Вы отправили свою жену и дочерей к родственникам в Вустхелн. Неужели до сих пор думаете, что королевства людей когда-нибудь вновь объединятся?
   - Два княжества попрали все законы, объединились и готовы бросить вызов нам, Наргилосу и самому королю! И вместо того, чтобы объединится против ренегатов, мы рвём все отношения с возможными союзниками.
   - Почему же рвём? – Князь отпил из кубка. – Вы ведь так старательно выстраивали отношения с узурпатором Домуром. Вы, должно быть, стали прям, как братья!
   - Я работал в интересах княжества, - скрежетал зубами барон.
   - Как и все! Все работают во благо чего-то. Интересно только выходит – трудящиеся в поте лица получают больше для себя, чем для того, во благо чего они трудятся. Удивительное явление.
   - На что Вы намекаете, князь?
   - Никаких намёков, - искренне произнёс Гелон. – Просто странно, что, когда пришло время передать Наргилосу должные им осадные орудия, в Ваших владениях началась эпидемия, из-за которой пришлось закрыть границы и запретить перемещения между княжествами.
   - Если Вас что-то не устраивает в моих распоряжениях, -смело заговорил Генур, - Вы всегда можете отправить депешу. Или назначить совет, которые придумали как раз для того, чтобы решать проблемы княжества.
   - К чему?! – Махнул рукой Гелон, поставив кубок на столик, ловко встав с кресла, слегка пошатнувшись и подойдя к окну. – Бароны и вельможи так много старались, всю молодость положили на то, чтобы добиться титулов. Разве можно теперь заставлять их что-то делать? Пусть наслаждаются заслуженным отдыхом в своих поместьях – не хочу их напрягать!