Друзья. Том 8

                Том восьмой:
                ЧТО ПРОИСХОДИЛО ВЕСНОЙ





     Глава 1.
  МУЧИТЕЛЬНАЯ БОЛЕЗНЬ

  Середина марта. В городе уже чувствовалась весна. Птицы зачирикали веселее, снег почернел и начал обваливаться. Никуда не ступишь в сторону от тропинки, дабы не увязнуть где-нибудь в канаве. В общем – весна.
   У нас все по-прежнему. Учимся, гуляем. Воюем иногда. Стараемся не поддаваться на провокации противника. Костя Козлов, по-видимому, пришел в себя и в школе стал более спокоен. Ходил, задрав голову, как павлин, все ему ни по чем.
   Таня Орлова притихла. Несмотря на все обещания и угрозы поссорить нас с Серегой у нее ничего не получалось. Это повысило настроение у нашего вожака, он даже не скрывал удовлетворения.
   - Закон бумеранга, Саня! – говорил он, развалившись на диване у себя дома. - Как аукнется, так и откликнется. И, заметь, дружище, сейчас Орлова не в том положении, чтобы трубить во все трубы и посылать своего папашу с претензиями ко мне. Почитай, он уже год глаз не кажет. Либо устал от наших совместных выкрутасов, либо просто на все махнул рукой. Ведь я так отбрил его в последний раз... Танька осталась одна. Да, Саня! Одна. И это – несмотря на обилие подруг. По сути, здесь она наступила на те же грабли, что и наш приятель Козлов. У нее масса подруг, но – куда их девать?! Они даже собраться толком не могут, чтобы сплести паутину против нас. Семья у нее интеллигентная, к ним и близко никто из посторонних не войдет. Родители не потерпят визга в собственном доме. А где им встречаться? На помойке, что ли?
   - Там им самое место, - усмехнулся я.
   - Вот они и косятся на нас, и перешептываются где-нибудь на перемене в школе или в закоулках. Как бездомные, ей-богу! Но это не наши проблемы! Не мы с ними ссоримся...
   Такие были новости к началу весны. Но постепенно быт и однотонность сменили настроение моего друга с веселого до апатичного. Дел у него не было, и он откровенно скучал. Здесь сказалось, конечно, и домашнее обучение. Он не мог даже в школе появиться, поскольку договорных уроков у него не было запланировано – все учителя без исключения посещали его, а не наоборот. И Сергей впал в меланхолию. Ведь ему хотелось каждый день видеть всех нас, беседовать, разговаривать, или просто валять ваньку. Но мы, погруженные в учебу, не могли полностью реализовать все его потребности.
   Однажды он пришел ко мне, унылый, в самом мрачном и подавленном настроении. Бухнулся на диван и скорчил физиономию.
   - Что с тобой? – спрашиваю. - Опять хандра придавила?
   - Нет, не совсем. - Сережа устало отмахнулся. - Ты же знаешь, самая страшная и мучительная болезнь для меня – скука.
   - Жизнь состоит не только из развлечений, - нравоучительным тоном поддел я его.
   Серый ответил новой скорченной физией и глубоким разочарованным вздохом.
   - И что нужно сделать, чтобы ты повеселел? – снова спросил я.
   - Надавать по физиономии Косте Козлову! – последовал ответ.
   На это возразить было нечего. К тому же, я понял основную суть Серегиной скуки. В последнее время Козлов как-то отошел в тень. То есть – вел себя хорошо.  Вот это и настораживало. Серый не получал о нем известий. Штанга не звонил уже давно. Как там у них дела? Чем живут парни Козлова в его неблагополучном дворе?
Впрочем, я не раз упоминал о том, что у Сереги гениальная интуиция. Он сам находит приключения. И сегодняшний день не стал исключением.
   Не успел я переварить информацию насчет скуки Сереги, как меня прервал торопливый трезвон в дверной звонок. Иду открывать. На пороге – Штанга.
   - Серый у тебя?
   - Здравствуй, Штанга! – поздоровался я с несколько уязвленным видом.
   Ванька понял, что допустил бестактность, кивнул в знак приветствия, может, с некоторым запозданием. Но снова встряхнулся и повторил вопрос:
   - Так он у тебя?
   - Где же еще? Только осторожнее с ним. У него болезнь...
   - Он что, болен? – удивился Штанга, проходя за мной в комнату.
   - Да. Заболел скукой. Это очень опасно. Смотри, заразишься.
   - Мне это не грозит...
   Серый поприветствовал нашего разведчика. и глаза его, мутные и заспанные, мгновенно заблестели. Он понимал, что Ванька появился не просто так. Есть новости, и это имеет самое прямое отношение к нашему разговору о Козлове.
   Штанга кивком головы подтвердил его ожидания. Присел с нами и начал выкладывать новости.
   - С началом весны Козлова, по его собственному выражению, посетило вдохновение. В полной секретности он начал готовить новое наступление против вас. Идея настолько грандиозная, что он боится сглазить, потому никому ничего не говорит. Возможно, Рютин и знает. Но вот остальные, те, с кем он общается, в том числе и я – не в курсе дела.
   Хочу сообщить вам еще новость, уж не знаю, как вы ее воспримите. Нашу команду покинул Футляр. Ушел навсегда, хлопнув дверью.
   Я издал вздох облегчения. Хоть одна рожа больше не будет заслонять собой свет.    Серый кивнул головой.
   - Я его понимаю, - произнес он, по всей видимости, не удивляясь полученной новости. - Что он получил за эти полгода, кроме синяков и шишек? Да ничего! Он – первая ласточка. Посмотрим, будут ли у него последователи. А как там его дружок Труба?
   - Ну, этот пока с нами. Его переманил к себе «Предостережение», они вместе ходят. И очень опасны. Оба сильны.
   - Не сильнее Толста Власки, как выяснилось, - вспомнил я.
   Здесь Штанга вздрогнул, словно от тика. И, не в силах сдержаться, выкрикнул нам прямо в лицо:
   - Не называйте при мне имени этого сумасшедшего!!! Ради всего святого! У меня до сих пор поджилки трясутся. Когда он выбросил меня, как... мешок с картошкой в сугроб, в глазах засверкали молнии. Так с той поры и сверкают. Заснуть не могу. И все из-за вашего монстра!
   Сережа не смог сдержаться, и прыснул. Я последовал его примеру. Штанге было отнюдь не смешно. Но он взял себя в руки и продолжил рассказывать последние новости:
   - Тем не менее, бегство Футляра пробило брешь в бригаде. Ребята начали сомневаться в «ликвидности» Козлова, так сказать. Что никакой он не «сильный мира сего», как о нем прежде шла молва. Я, правда, появился у них позже, потому не знаю, как они все собрались под его началом. Но говорили именно это. Костя – человек с большими связями. На это он и рассчитывал. Сейчас же, когда все начали задавать неудобные вопросы, Козлову приходится отражать и этот удар. Он решил вспомнить все лучшие лозунги в свой адрес. А чтобы не прослыть хвастуном, приказал... МНЕ поговорить с парнями на эту деликатную тему. Главная цель лекции    – убедить всех, что он им – друг и даже – защитник!
   - Мания величия, - я покрутил пальцем у виска.
  - И ты поговорил? – поинтересовался Сергей.
   - Поговорил. Сделал это в том же ракурсе, что и Рютин до меня. Ведь он ранее был рупором у Козлова.
   - А почему же сейчас он не у дел? – задал я вопрос.
   Штанга пожал плечами.
   - Ну, вы сами видели, как Костя к нему относится. Пинает на глазах у всех, оскорбляет. И как Женька его терпит? Вот парни больше ему и не верят. И в свою очередь потешаются над ним. Рютин сейчас больше шут гороховый, мальчик для насмешек, а никакой не помощник Козлова. Самого Костю, похоже, это устраивает.
Мы помолчали какое-то время. Я размышлял над тем, сколько еще хватит выдержки у бедного Рютина терпеть эти издевательства? Чем Козлов его держит?
   Серый думал о том же. Он нетерпеливо двигал руками, стучал пальцами по спинке дивана. Было видно, что он хочет о чем-то спросить Штангу, но не делает этого, пока Ванька не закончит свой отчет.
   - Самое главное, что я выудил из разговора с ребятами, это – подчинение Козлову, но отнюдь не любовь к нему, - рассказывал Штанга. – Его не любят. Может, даже и ненавидят. Но все равно подчиняются...
   Глаза у Сереги вспыхнули. Теперь, когда Штанга сам поднял эту тему, молчать дальше не имело смысла. И я все понял, только глядя в лицо своего друга.    Действительно, время пришло открыть карты. То, что нас мучило все эти месяцы войны между дворами, Серый озвучил:
   - Штанга, ты давно уже в команде Козлова. Попробуй вспомнить и объяснить одну вещь, если, конечно, знаешь.
   - Какую? – удивился тот.
   Серый переглянулся со мной, увидел на моем лице ту же решительность, и продолжил:
   - Понимаешь, Козлов до войны с нами был одинок. У него никого не было, кроме того же Рютина. Он потому и терся возле нас в нашем дворе, поскольку мы все здесь едины, включая и Женьку, что находился с нами. Теперь же у него масса парней, как своих, так и наемных. Уж не знаю, как у вас ведется эта пропаганда. Но факт налицо – у него полно людей. И здесь что-то не так. Не может такого быть, чтобы они прилетели к нему с неба. Есть КТО-ТО, кто дал ему их. ТОТ, с кем Козлов сотрудничает, возможно, незаметно от вас. Не знает о нем даже Рютин! Ванька! Постарайся выяснить, куда он ходит. В частности, что происходило во дворе Шмонина этой зимой. Там видели Козлова в паре с Орловой. Совсем не их район, но они там были. Второй момент – старый дом, в котором обитает Труба. Подъезд там один есть... с плохими трубами. Пар, как в химчистке. Мы не знаем точно, возможно, все это не имеет отношения к делу. Но... человек, который помогает Козлову, СУЩЕСТВУЕТ!
   Серый замолчал. Молчал и Штанга, переваривая информацию. Потом медленно... покачал головой.
   - То, что вы сообщили, очень неожиданно. Конечно, иногда и у меня проскальзывала подобная мысль. Мне известно, что часть сторонников Козлову «поставлял» как раз Футляр. Но теперь он сам сбежал. С ним, скорее всего, данный «источник» иссякнет. Но у Козлова есть тот же «Предостережение». Он вообще имеет определенный вес в кругах у парней. Может, он – ваш неизвестный?
   - Мы думали об этом, - пожал я плечами, - но он... больно прост. Вроде нашего Толста... Э-э, Штанга, извини...
   Штанга, услышав вновь имя своего мучителя, зажал уши руками и скорчил физиономию. Сережа, несмотря на серьезность ситуации, расхохотался.
   На этом наше собрание окончилось. Штанга ушел, получив дополнительные инструкции. А Сережа издал вздох облегчения.
   - Теперь, когда он в курсе, будет зондировать почву. Мне думается, очень скоро наш Помощник появится на месте событий. Должен же он когда-нибудь высунуться! Э-эх, будь у нас побольше фактов...
   Серый ушел к себе, а я начал готовиться к школе...

     Глава 2.
  РАССКАЗ СЕРЕЖИ

   Прошло еще два дня. На третий раздался звонок. На проводе был Ларивошка.
   - Мы у Сереги. Ждем тебя.
   - Понял, - отозвался я.
Мы все только что вернулись со школьных занятий. Я едва успел поужинать. И тут – снова в бой, как говорится. Но Сережа никогда не звал нас по вечерам просто так. Наверное, что-то случилось. И я помчался к нему.
   Действительно, вся наша бригада расположилась в комнате Сереги. Игорь Андреев, Ларивошка, Толста Власка, Шмонин, Брусникин, Медведь. Отсутствовали только малыши.
   Серый сидел на диване. Как только я вошел, он встрепенулся и приступил к заседанию:
   - Извините, что вызвал вас в столь позднее время. Но есть важные новости.
   Ребята притихли. С вниманием слушали нашего друга. Серега продолжал:
   - Сведения, что собрал Штанга, оказались очень важными. Потому последние два дня я проводил собственное расследование. Мне это проще сделать, ибо я дома учусь, и у меня больше свободного времени. Потому я сам был разведчиком в чужом стане.
   «Похоже, он самостоятельно избавился от мучившей его скуки, - подумал я, глядя на возбужденного Серегу, который с горевшими глазами и светящимся видом стоял среди нас. - Вот прохвост!» Но я радовался, что он очнулся от своей апатии и вновь стал похожим на себя.
   - С началом весны Костя подозрительно исчез. Он не появляется у себя во дворе. И только одноклассники видят его в школе. Но там Козлов совсем другой. Он как бы надевает маску, любезничает, лебезит перед взрослыми, при этом держит ухо востро. Ведь наш общий шпионаж поневоле заставляет его быть осторожным. Он прекратил все видимые и невидимые контакты с Танькой Орловой, даже Рютин не ходит за инструкциями. Жизнь словно остановилась! Но это только для вида. На самом деле Козлов продолжает действовать. И я решился лично установить, в чем там дело.
Проникнуть под дом, где они собираются, не представляет особого труда. Особенно – в учебное время. Двор совершенно пуст. Потому я вчера после обеда заглянул туда.  Залез под голубой дом и все там обыскал. Главной моей целью был, конечно, стол. Не знаю уж, где они его раздобыли, после того, как мы дважды уничтожили чужое имущество. Оба раза постарался наш друг Толста Власка. Сначала, если помните, он толкнул на него пару идиотов, после чего стол благополучно развалился (негромкий смех в комнате!). Затем – перепилил ножовкой второй стол! (Смех усилился). И вот    – в штабе Козлова третий по счету инвентарь. Обычный комнатный столик с тремя выдвижными ящиками. Вот в них я и заглянул.
   Сережа сделал предварительную паузу и внимательно вгляделся в каждого из нас.
   - Знаете, что я почерпнул, увидев содержимое стола? Оказалось, мы ведем наши дела почти параллельно с Козловым. У каждого из нас (кроме малышей) есть «паспорта», куда мы вносим важные сведения. Примерно то же делает и Костя. В столе я нашел «донесения», оставленные мощной рукой нашего знакомого «Предостережения». Я знаю почерк этого типа! Благодаря Штанге – он однажды принес записку от Страховского, перехваченную им для Кости.
   Прочитав наскоро эти короткие послания, я убедился, что наш главный враг еще более опасен, нежели на самом деле. Ощущение, что Козлов воюет на два фронта! Со своей «элитой», куда входит наш друг Штанга, он обсуждает одно, а с тем же Страховским – другое. Этому есть объяснение, полагаю, вы тоже понимаете, о чем речь. Эти все поражения доставляют Козлову головную боль. Он боится, что в его стане есть предатель. Поэтому, боюсь, пора сворачивать деятельность Ваньки в качестве разведчика. Дело пахнет керосином.
   - А что было написано в посланиях? – задал вопрос Башка.
   - Там короткие описания, где мы, что мы, как мы и когда мы. Из этого следует, что Колька Страховский непосредственно связан со шпионской деятельностью. У него самого обширные связи. Есть свои люди как в школе у вас, так и у меня. Поскольку и за моими одноклассниками приглядывают.  Штанга предупреждал, что важную роль в деле слежки играл и Футляр, который теперь вне игры. Они как-то договаривались с неизвестными нам типами – не обязательно взрослыми. Это могли быть и ребята помладше. Такие везде пролезут и все увидят. Как я хочу, чтобы наши Медвежонок и Киреев поскорее выросли и пошли в школу! Тогда и у нас заработает сеть информаторов.
   Серый остановился, сделав короткую паузу, после чего заговорил снова:
   - Я решил слегка поиздеваться над Козловым, чтобы вновь передать ему привет. Сделал я это в виде кукиша, который нарисовал на листке, оставленным Колькой. А сам ретировался, решив прийти еще раз вечером. Я понимал, что Костя заглянет сюда после школы. Так оно и случилось. Снова и снова я спрятался за сваей невдалеке от места событий. Вскоре подошел Козлов с группой ребят. Штанги среди них не было.  Это еще больше убедило меня, что в некоторых делах Костя предпочитает использовать других людей. Ну, сам «Предостережение» явился вместе с ним.
   Конечно, они нашли листки, прочитали при помощи фонаря. Разумеется, Козлов обратил внимание на кукиш. Я видел, как у него передернулось лицо благодаря фонарному свету. Он недоумевающим взглядом посмотрел на Кольку, но тот сам ничего не мог понять. Только хлопал глупыми глазами и разводил руки в стороны. Тут Козлов вскипел и пришел в дикую ярость. Он топал ногами и визжал на весь двор. Я там едва не уржался, спрятавшись за сваю.
   «Да что это такое, в конце концов! – орал взбешенный Козлов, брызгая слюной. - Уже в собственном штабе нельзя ничего оставить. Но если они так легко и беспрепятственно сюда проходят, если проделывают свои дела у нас под носом, так для чего же тогда я тут вас держу, интересно?! Этак скоро сам Серый придет на порог моего дома, а вы и не в курсе будете!!!»
   В общем, он распекал их всех, и каждого в отдельности. Я стоял и тихо смеялся, наблюдая за концертом. Насчет порога полностью согласился с Козловым. Обязательно приду его поприветствовать! Но об этом как-нибудь в другой раз.
   Я выяснил, что, несмотря на все неурядицы, в бригаде Козлова есть определенные порядки. Правда, все это уходит в тень благодаря подозрительности их начальника. Козлов никому не верит, даже своим самым преданным людям. Думаю, исчезновение Футляра с этим и связано. Вот у нас здесь все отлично. Мы держимся вместе благодаря нашей многолетней дружбе. Нам, собственно, и порядки не нужны. А шайка Козлова – это стадо баранов. Кто придет на конференцию, а кто нет. Кто дома остался, кому лень-матушка выйти на улицу встряхнуться немного. А кому-то вообще неохота ввязываться в темное дело. Здесь и наш Штанга сыграл не последнюю роль. Когда Костя поручал ему известить остальную массу ребят идти на совещание там, или в атаку на нас, он звонил через пень колоду, оставляя в запасе самых сильных и ярых. Вот к Козлову и шли те, кого он сам был не рад видеть. К тому же, не забывайте про его характер. Костя скрытен, а еще он жмот до невозможности! Ведь всю эту ораву он как бы вынужден содержать на свой счет! Если они у него в доме, то закуска идет от него! Застолье там, лимонад и прочее. Да возьми у него прошлогодний снег, он удавится! А сам, между прочим, отменный вор!
   Серый закончил речь. Мы посовещались, что делать дальше. Потом ребята разошлись. Я остался для последнего слова.
   - Вопросы есть? – спросил, улыбаясь, Серега.
   - Только один. Рад, что твоя хандра полностью исчезла. Ты сам решил свою проблему. Разведка увенчалась успехом. Только ответь мне, как ты установил, что Козлов – вор?
   - А разве у вас в школе в раздевалке мелочь из кармана одноклассников не исчезает? – ответил вопросом на вопрос Сергей.
   - Ну, бывает.
   - ...хотя сама раздевалка под наблюдением. Ну, мы с тобой оба знаем. что такое старушка в коридоре. Только для галочки. Тем не менее, деньги пропадают и личные вещи тоже.
   - А Козлов тут при чем?
   - Ну, подозрение только. Еще прошлой осенью, помнишь, как тебя попытались избить в раздевалке? Ты сам рассказывал, что прямо из чужой куртки появились две руки и схватили тебя. А как он додумался напасть на тебя через куртку?! Явно ему Козлов посоветовал. Значит, он сам любитель осматривать чужие карманы, где что лежит.
   Я кивнул. Об этом как-то не подумал. Наверное, Серый прав. У каждого есть свой недостаток. Только я уже давно не оставляю в верхней одежде ничего лишнего, включая и ключи от дома.
   Серый огорошил меня еще раз перед расставанием. 
   - Все, что я сегодня вам рассказал, должно было навести тебя еще на одну мысль, Саня. Ну, относительно «Предостережения». Заметь, он как бы не входит в основную схему, а идет... параллельно, что ли, с бандой Козлова. И знает больше, нежели тот же Рютин и даже Штанга, которому Костя, якобы, доверяет. Он сам был бы неплохим командиром, и куда опаснее нашего Кости. Что это значит, Саня?
   - ?!
   Серый усмехнулся. И выдал тираду:
   - «Предостережение», Саня, ЗНАЕТ ПОКРОВИТЕЛЯ КОЗЛОВА В ЛИЦО!!! Вот кому он служит на самом деле! Благодаря ему у Козлова все держится!!!
   На это возразить было нечего. Мы попрощались, и я пошел домой готовить уроки. Как говорил в тот раз Серый, фактов пока маловато для новых предположений.

     Глава 3.
  ТАИНСТВЕННЫЙ КОЗЛОВ

   На следующий день вечером ко мне, к несказанному удивлению, пожаловал Игорь Андреев, бледный, как мертвец и подозрительно грязный, хотя обычно он одевался изысканно. Сейчас же выглядел не чище Шмонина и в таком же взлохмаченном и возбужденном состоянии.
   - Что стряслось? – спросил я, провожая друга в свою комнату.   
   - То, что должно было случиться, - вздохнул «Андрей», падая на диван. - Расскажу все по порядку...
   Вот этот рассказ от слова до слова. Вечером «Андрей» шел со школы в одиночестве. Обычно компанию ему составляет Башка, или на худой конец Ларивошка с Толста Влаской, если у ребят общие дела в нашем районе. Но сегодня так случилось, что парочка друзей удалилась по своим внутренним делам, а Башка просто пошел смотреть новый фильм в кинотеатре. Звал он и Игоря, но тот, на свою беду, отказался.
   Андреев шел домой, наслаждаясь весенним вечером. Он доходил уже до своего подъезда, шестого по счету. Осталось две ступеньки, и он исчезнет. Как вдруг внимание его привлекла кочегарка – та ее часть, где расположен наш с Серегой штаб около кирпичной трубы котельной. Игорь увидел маленькую яркую точку, перемещающуюся в пространстве. Огонек! Присмотревшись, Андреев понял, что это фонарь. Кто-то находился у нас в штабе и рассматривал его достопримечательности при помощи фонаря.
   Это заинтересовало Андреева. Он решил бежать домой и позвонить нам, ну, хотя бы Сереге. Тот ведь на домашнем обучении, и должен находиться дома! Но движения фонаря вконец ослепило его мысли и вынудило... пойти на этот свет. И он, словно мотылек на свечу, поспешил к кочегарке, позабыв об осторожности. Решил, заходить не будет, просто посмотрит вблизи, кто там балует в районе трубы.
   Осторожно, стараясь не привлекать внимания, «Андрей» дошел до ворот кочегарки, бесшумно отодвинул калитку и вошел. То, что он увидел, сразу удивило его. Во-первых, несмотря на вечернюю темноту, он заметил лестницу, прислоненную к трубе котельной, то есть, не к самой трубе, а к тому возвышению, из которого она поднималась. Это означало, что человек, светивший фонариком, залез в треугольную комнатку не с прямого прохода внутри здания. Игорь, который все еще был погружен в свои мысли, почему-то вспомнил про двух друзей – Ларивошку и Толста Власку. Может, это они здесь орудуют? Ну, нашли у рабочих лестницу и залезли. Надо же где-то покурить в безопасном месте!
   Лестницу Андреев тревожить не стал. Решил пойти с другого конца. Он просунул голову в отверстие в шифере, прошел внутрь под котельной и добрался до стены. И там, где обычно мы и поднимались к трубе, поднялся, держась за решетку и стену.
   «Устрою им сюрприз!» - успел подумать Игорь.
   Но сюрприз нежданно-негаданно ждал его самого. Не успел он подняться к трубе, как чьи-то сильные руки подхватили его, схватили за шиворот. «Андрей» пикнуть не успел, как еще одна рука предостерегающим движением заткнула ему рот. Очевидно, тени прятались возле самой трубы, где был небольшой отрезок, на котором можно стоять.
   Затем, по словам обезумевшего от неожиданности Андреева, его перетащили прямо в треугольную комнатку и кинули внутрь чуть ли не физиономией вниз. Он еще надеялся на чудо, что его просто не узнали и приняли за шпиона Козлова. Однако никакого присутствия в штабе Ларивошки и уж тем более мощного Толста Власки не наблюдалось.
   Очутившись в комнатке, Игорь вскочил на ноги, торопливо отряхивая одежду. Его уже никто не держал. Да и там, внизу у трубы, было тихо. Словно это духи объединились и общими усилиями подняли его в воздух и переместили в конечный пункт назначения. В темноте он ничего не мог различить. И тот фонарь, что заманил его сюда, давно не горел.
   Тяжелая минута для бедного Андреева. Когда его глаза привыкли к темноте, он вдруг различил на стуле, где обычно сидел Сережа, чью-то подозрительную фигуру. Она расположилась прямо и совсем не шевелилась, словно манекен. И смотрела прямо на него!
   - Это ты, Серега? – спросил Игорь.
   Ответа не последовало.
   - Ответь, кто ты? – продолжал Андреев.
   - Я – Костя Козлов, - тихо ответила фигура.
   Андреев вздрогнул. Он уже сам догадался, в какой переплет попал. И зачем не ушел домой? Проще и безопаснее сообщить по телефону подозрительную картину на кочегарке, и самому остаться свободным. А тут... Он ругал себя на все лады, что попал в западню по собственной инициативе. Никто его за веревочку не тянул. Но что случилось, то случилось. Андреев решил выяснить, что забыл в нашем штабе главарь наших же противников. Впрочем, Фигура (а по голосу это несомненно Костя) не была настроена молчаливо и по своему настроению объяснила суть дела:
   - Сам не ожидал, что меня найдут здесь, тем более, вечером и в темноте, - трезвонил Козлов свою житейскую философию, нагоняя на бледного Игоря скуку и омерзение. - Я думал, никто и не увидит. А тут ты. У вас что это, хроническое – вмешиваться во все, что касается лично меня? Кажется, весь мир сошел с ума. В школе нет покоя от вас, на улице – тем более! Вот, залез на кочегарку отдохнуть, и снова один из вас! Наверное, ты не ожидал, что я вот так свободно разгуливаю по вашим владениям, так сказать, а?
   «Андрей» не отвечал.
   - Но это уж мое дело, зачем я здесь, - самодовольным тоном продолжал разглагольствовать Костя. - Тебя это не должно интересовать. Лучше подумай... о себе самом. Теперь ты – наш пленник. Смирись со своей участью.
   - Свинья, - тихо сказал на это Андреев. - Ты здесь один?
   - Нас четверо! – хвастливо ответил Козлов, притворно не замечая посланного ему оскорбления. - Двое у трубы сбоку (это они втянули тебя сюда), да Колька внизу – сторожит у лестницы. Так что... вот, присаживайся рядом. Посидим, поговорим. Вечер приятный, особенно когда у тебя в компании нежданный гость.
   Присаживаться Игорь не думал. Мозг его лихорадочно работал в поисках выхода. Он понимал, что Козлов, который фактически никогда сюда не лазил, не знает здесь всех ходов, выходов и лазеек. Да и темнота играет не последнюю роль. В общем, решение пришло само по себе. Поскольку «Андрей» не делал никаких попыток к бегству, Козлов преспокойно сидел на стуле, упиваясь своим торжеством и тем, что его охраняют верные стражи. Собственно, это его и погубило. Не успел он отреагировать, как Игорь молниеносным движением хватил его сапогом прямо в рожу, а сам, позабыв обо всем, даже – о больной, недавно зажившей ноге – вылетел из углубления. Он знал, что его попытка бежать будет шоком для тех, кто сторожит снаружи. Двое телохранителей Козлова стояли у трубы, и дотянуться до него у них не было шансов. Что касается «Предостережения», то он никак не мог предугадать подобного действия Игоря.
   Андреев сам не ожидал от себя такой смелости. Новичкам везет, а он ведь не каждый день вытворял подобного рода выкрутасы, ну, в стиле Сереги. Вылетая из комнатки, он случайно ухватился за край лестницы, что позволило ему не просто упасть на землю без повреждений (только ноги отбил), но еще лестница свалилась прямо на голову Страховского, подскочившего от удивления при виде Игоря.
   В общем, выход был открыт. Андреев кинулся бежать, благо, до нашего двора пара шагов. Он бежал к своему подъезду, слушая ужасающий визг Козлова, что психовал наверху, ругая его и всех и вся. Эти крики заставили Андреева несколько преувеличить скорость, и он просто пробежал мимо своего подъезда и очнулся около моего. И здесь принял единственно правильное решение – зайти ко мне и изложить всю историю немедленно. Что он и сделал.
   Я выслушал друга, качая головой. Положение действительно было серьезное. Что делал в нашем штабе Козлов? Надо было немедленно сообщить Сереге.
   Игорь со мной согласился. Только отказался сопровождать меня к Сергею. Сегодня с него довольно. Он пойдет домой отдыхать. Впрочем, свою часть миссии он уже выполнил с лихвой...

     Глава 4.
  РАССЛЕДОВАНИЕ

   Наутро Серый и я предприняли экспедицию на кочегарку в штаб. Вечером, когда я сообщил ему подробности приключений Игоря, Сережа горел желанием расследовать инцидент немедленно, но я отговорил его. Поздний вечер, там темно, а много ли в темноте разглядишь? В общем, договорились с утра. Уроки я сделал, как пришел домой (через пень колоду, естественно!).
   Нас – «оперативников» расследования – оказалось четверо: мы с Серегой, Медведь и Башка, который случайно зашел в гости к Яковцеву. Серый накануне еще звонил Андрееву, чтобы предложить ему тоже присутствовать, как участнику событий. Но Игорь неделикатно послал Серегу к чертовой матери и бросил трубку. С него хватит! Ну, Сережа не настаивал, понимая состояние нашего приятеля.
   В общем, мы вчетвером отправились на кочегарку. Стояла прекрасная весенняя погода. Солнце светило. Снег таял. Что еще надо для хорошего настроения?
   Мы сразу увидели невооруженным глазом, что лестница, которую опрокинул Андреев, прыгая из штаба вниз, по-прежнему валяется возле котельной – сразу у дырки в шифере, куда мы заходим, чтобы залезть в штаб. По всей вероятности, там она и лежала, и Козлову вчера пришлось спуститься обычным способом – за трубой. Вряд ли он прыгал вниз наподобие Игоря, мы ведь знали, какой он трус.
   Лестницу Серый трогать не стал. Мы просто обошли ее и, проникнув внутрь под котельную, забрались на чердак. Сережа отметил клочок одежды на решетке – свежий.
   - Надеюсь, от куртки Козлова, - с надеждой в голосе провозгласил он.
   - Ты считаешь, лестница была приготовлена специально для него? – спросил я, кряхтя, двигаясь вверх, держась за решетку и стену котельной, залезая наверх.
   - Естественно. Вон сколько грязи. Осторожно, Саня! Здесь они и стояли, держась за трубу. Отсюда и Игоря тащили. Не забудь, было уже темно, когда пришли Козлов и его люди. Костя не мог допустить, чтобы вымазаться под котельной, потому он воспользовался лестницей. Судя по всему, Страховскому хорошо досталось. Браво, «Андрей», браво!
   Так возглашал Сережа, залезая в треугольную комнатку. Но когда он там очутился и перво-наперво увидел на ближайшей стене надпись, сделанную мелом: «Серый дурак!», настроение у него сразу испортилось. С гримасой негодования он вытащил из кармана тряпку и начал стирать надпись.
   - Сам он дурак и обезьяна! – процедил Серый, так и кипя.
   Я улыбнулся. Составил другу компанию в комнатке, тогда как Медведь и Башка обследовали непосредственно саму трубу. Медведь перешел на другую сторону, там, где не было углубления.
   - И здесь масса следов! – доложил он.
   - На трубе тоже, - возвестил Башка, задрав голову. - Они лазили прямо по трубе на самый верх. По крайней мере, до крыши котельной.
   - В темноте? – Серега с сомнением покачал головой. - Как они не рухнули вниз, не понимаю. Неужели им не страшно? Скорее всего, это были рабочие. А дружки Козлова появились позже.
   - Странно, почему Костя вообще сюда пришел? – в недоумении произнес Медведь, выглядывая из-за трубы со своей стороны.
   - Это как раз понятно, - сказал Серый, продолжая исследовать все уголки штаба, отодвигая стулья и заглядывая в каждую щель. – Не забудьте, что я сам недавно был у него под домом, лазил в стол, перерыл там все вверх дном. Еще и кукиш нарисовал. Козлова это взбесило. Он, вероятно, посчитал, что должен ответить тем же. Вот и пришел сюда вечером. Как раз в стиле Кости.
   - Заместитель свиньи этот Костя! – проворчал Башка, присоединяясь к нам с Серегой в комнатке.
   - И верно, свинья, - подтвердил я.
   - Со всех кирпичей снег сметен. - Сережа улыбнулся. - Спасибо, Костя! Я как раз хотел здесь все прибрать, а ты за меня работу сделал. Вы уже понимаете, друзья, чего он хотел? Он искал мои тайники, думал, раз у нас тут штаб, то и важные документы мы храним здесь. Дурак! В таком-то холоде?! У меня, вообще-то, своя комната есть. И, в отличие от некоторых, мне скрывать нечего!
   - Не забудь, Козлов не может держать компроматы у себя дома, - проговорил я. - Для всех он – хороший парень! Родители и родные не должны догадаться, что он ведет двойную жизнь.
   - Да, и здесь он сам себя компрометирует тем, что связался с настоящей бандой негодяев. Ведь все эти сборища под его окнами вызывают подозрения окружающих.
   - В любом случае, это его проблемы, - сказал Медведь, который снова перебрался на нашу сторону и стоял у трубы, поскольку места в треугольной комнатке уже не было.
   Мы еще раз осмотрели все достопримечательности комнатки, но, похоже, больше ничего не смогли извлечь из увиденной картины.
   - Как думаешь, Андреев случайно увидел свет фонаря, или его специально заманивали сюда? – поинтересовался Башка.
   Серый почесал затылок.
   - Вряд ли. Скорее всего, Козлов сам не ожидал этого посещения. Он пытался найти какие-нибудь документы, уличающие нас в преступной деятельности. Его люди сказали ему, что к ним кто-то идет. Он мгновенно сообразил, что это один из нас, потому велел приготовиться к встрече. Он просто не подумал о свойстве света: фонарь виден далеко, особенно в темноте. Игоря он узнал по голосу. Представляю, как он был разочарован? Он ведь спит и видит, как бы захватить меня самого в плен! 
   Как бы там ни было, Андреев ему помешал. Возможно, в планах Козлова вообще не было причин зажигать фонарь. Он воспользовался им, когда писал надпись против меня. Отсюда и свет – чтобы видеть! Тут-то Игорь его и заметил.
   На этом расследование можно было считать законченным. Мы вылезли из комнатки и поспешили вниз, чтобы слезть с котельной. Но я задержался. Мне вдруг показалось, что с другой стороны от трубы, там, где не было углубления, что-то блестит.
   - Медведь, - позвал я, - ты на той стороне все осмотрел?
   - Да!
   Я покачал головой и... полез в обнимку с трубой, держась за железный обруч вокруг нее там, где были выемки. Очутившись на другой стороне, наклонился, чтобы посмотреть, что там блестело на солнце. Странно, как Медведь не обратил на это внимания. То был помпон. Обычный помпон, который болтается на одежде, на шапочке там, или на пальто. Вот он и блестел. Я подержал его в руках, и внезапно напрягся.
   - Серый! – воскликнул я. - Мы еще не все выяснили!
   - В чем дело? – поинтересовался тот, уже готовый спускаться вниз под котельную.
   - Козлов был здесь не один. Кроме его парней, в компании была и... девчонка!
   И я бросил ему помпончик. Серый поймал его и осмотрел.
   - Молодец, Саня!
   Затем повернулся к Медведю и покачал головой.
   - Следопыт несчастный! Важную улику пропустил...
   Медведь недоуменно пожал плечами, но ничего не ответил.
   Мы спустились вниз, и пошли обратно во двор, на ходу обсуждая нашу вылазку.
   - Думаешь, вместе с Козловым была Таня Орлова? – спросил я.
   Серый пожал плечами.
   - Зачем спрашивать, если ты сам в этом уверен. Кто, кроме нее? Но доказательств у нас нет. Впрочем, это легко установить. Посмотрим по одежде, чего на ней не хватает. Если все свяжется, то...
   - То вернем ей помпон, - с усмешкой протянул я.
   Сережа ничего не ответил.

     Глава 5.
   НАПАДЕНИЕ

   Прошло еще несколько дней. Наступили весенние каникулы. А впереди – последняя четвертая четверть учебного года.
   Честно говоря, эти каникулы прошли скучно. Один день был похож на другой. Мы словно застыли в ожидании неких неизвестных, а потому – еще более грандиозных событий. Но эти события так и не наступали, несмотря на внутреннее ожидание. Это касалось нашей, ставшей уже постоянной войны с Костей Козловым.
   Серегу я видел каждый день. Мы встречались если не днем, то вечером у него дома и обменивались новостями. Но ничего выдающегося не происходило. Серый высказал версию, что Козлов просто затаился. Впрочем, Медведь и Игорь Андреев, чьи окна, как помнит читатель, выходят на двор Козлова, докладывали, что там наблюдаются заметные движения. Но «границ» никто не нарушал.
   - Он выжидает, - говорил Серега, кивая головой. - Думаю, это связано с теми событиями на кочегарке. Вспомни, он ведь осмелился проникнуть в нашу святая святых комнатку наверху. И потом залег на дно, ожидая, когда мы нанесем ему ответный визит. Вот почему от Штанги нет известий. Может, Козлов уже рассекретил его и не доверяет, как раньше.
   - Тогда его уже бы отколотили, - убежденным тоном заявил я. - Костя не тот человек, что будет откладывать в долгий ящик столь срочное дело. Избить человека... Да раз плюнуть! Дай только волю...
   Так мы и ждали. И дождались! В один из дней тишину нарушил телефонный звонок. Я поднял трубку.
   - Слушаю.
   - Это я, Толста Власка! – прогрохотал знакомый бас Володи. - Саня! Срочно приходи к Шмонину, мы у него. Серьезное дело!
   Я положил трубку, наскоро оделся и пошел, куда мне велели, не задавая вопросов. Хоть двор Шмонина и находился в отдалении от нас.
   Я удивился еще больше, когда подошел к месту назначения. Дверь открылась сразу же, хоть я к ней не прикоснулся, чтобы постучать. Видно, что меня ждали. Встретил меня не сам Шмонин, а все наши друзья; я и не заметил, как очутился в комнатке Балбеса, откуда на меня глядели ребята со всех сторон: Толста Власка, Ларивошка, Игорь Андреев, Медведь, Медвежонок, Амир Киреев – почему-то с кровью на лице.    Серега Шмонин на правах хозяина пытался найти для меня место, но я, озабоченный увиденной картиной, отмахнулся. Не на посиделки пришел. 
   Мое удивление возросло, когда в комнату вошли два Сереги: Серый и Брусникин, тоже почему-то весь в крови. Рядом с ними в комнату высунулась и голова Штанги. И он здесь! Н-да, дело серьезное.
   По всей вероятности, на наших двух друзей напали враги, и произошло это здесь недалеко, иначе собрание состоялось бы в обычной обстановке – у Сереги. На этот раз мы собрались у Шмонина. Серый открыл конференцию прямым вопросом:
   - Рассказывайте, братцы. Мы умираем от беспокойства.
   - Козлов напал, - сообщил Арбуз, стараясь как-то спрятать от нас свой потрепанный вид. – Я в порядке, парни! Только беспокоюсь за... младшего, - он кивнул в сторону Амира Киреева. - Мы шли по улице, тут недалеко. И внезапно началась пальба. Нас встретили выстрелами из рогаток, самострелов, камни летали, как из пращи. Я, как мог, прикрыл Амирку, и мы попытались скрыться за гаражами. Вот только... там тоже оказалась засада. Один меткий выстрел и – я «готов». Растянулся на земле, дальше плохо помню.
   - Стрельба закончилась, - продолжил маленький Амирка, потирая поврежденный нос, - невдалеке показались люди. Они хотели к нам подойти, наверное, чтобы захватить в плен. Ну, я так понял. Однако когда они увидели меня, растерялись. А потом... вообще ушли. Тут и Брусникин «проснулся».
   - Да, я быстро пришел в себя, - снова заговорил Арбуз. - Все тело ломило от камней и выстрелов. Настоящая канонада. И как нас не взяли, не пойму.
   - Странное дело, - протянул Сережа. - Но... где именно это случилось? Не во дворе Ларивошки, случайно?
   - Нет, не совсем. Но... рядом. Соседний дом, а что?
   Серый стремительно вскочил на ноги. Я тоже побледнел, глядя на него. Можно было не сомневаться, о чем думал каждый из нас. В голове тут же возникла знакомая картина: дом, подъезд, Козлов с Орловой навещают кого-то. И вот теперь... нападение возле того же дома на Брусникина. Что все это значит?
   Ребята тревожно переглядывались. Немногие знали всю эту историю. Серый, поскольку он не мог раскрыть рот раньше времени, пока фактов у нас мало, так и рвался в бой. Ему хотелось растормошить Брусникина, чтобы он сообщил еще хоть что-то. Но нажимать боялся. А вот Амирка Киреев загрустил. Он пытался что-то сказать, но от робости молчал, стеснялся. Мы не сразу обратили на это внимания.  Серый пока занялся... Штангой.
   - Почему ты с нами? – спросил он. - Вообще знаешь, что произошло? С какой стати Козлов напал на наших друзей? Просто из мести, случайно или все заранее было спланировано?
   Штанга, по всей вероятности, не привык к такому всеобщему разглядыванию, и спрятал голову под рубашку. Судя по всему, сам он находился дома, когда случилось преступление, и прибежал к Шмонину прямо так, без верхней одежды. Он ведь рядом живет.  Поэтому ответить ему было нечего.
   - Ничего я не знаю. Костя со мной не советовался. Для меня это такая же абракадабра, как и для вас. Никаких атак на вас не планировалось, это я точно знаю. Встреч, конференций и сходок не было. Ну, по крайней мере, меня туда не звали.
   - Ладно...
   Серый повернулся к Брусникину.
   - Ты узнал кого-нибудь? Ну, может, Колька был среди нападавших? Тот, – «Предостережение»?
   - Нет, не успел обратить внимания. Они почти все прятались, стреляли из-за гаражей, благо, их там множество.
   - Может, и не Козлов вовсе? – предположил Медведь. - Мало ли, местная братва...
   Но на него тут же зашикали Шмонин и Ларивошка.
   - Подобного здесь никогда не было. Мы бы знали о существовании «местной братвы»... Это люди Козлова, точно!
   И здесь мы, наконец, заметили угрюмое состояние маленького Амирки. Медвежонок заметил, что тот молчит и ничего ему не говорит, хотя оба они были настоящими друзьями и ничего друг от друга не скрывали.
   - Что с тобой, Амир? – спросил Сережа, усаживаясь рядом с Киреевым.
   Тот не сразу открылся. Но мы не давили на паренька. Наконец он решился и, опустив голову, сказал:
   - Это были люди Козлова. Но... не они одни! Ведь с ними была...
   - Кто? – разом спросили мы.
   - С ними была... МОЯ СЕСТРА!
   Мы все так и застыли.
   - Значит, Наташка стреляла наравне со всеми, - кивнул Серый.
   - Да... – в глазах Амирки заблестели слезы, - я ее видел! Это она стреляла в Брусникина. А когда увидела меня, застыла... Вот почему они и убрались, не тронув нас. Из-за меня...
   - Но это ведь хорошо! – Серый заставил себя улыбнуться, чтобы поддержать маленького товарища, хотя ничего хорошего в данном сообщении не было. - Вы на свободе, чего желать еще!
   Остальное можно рассказать в двух словах. Поврежденный Брусникин воспользовался тем, что Шмонин жил в двух шагах и пошел к нему, ведя раненого Амирку. Балбес оказался дома и принял самое искреннее участие в помощи друзьям.    Тут и Толста Власка пожаловал. Они обзвонили всех нас и созвали совет.
   Домой мы возвращались по отдельности – разными дорогами. Но мы с Серегой были вместе. Нам было что обсудить.
   - Хорошего мало, - покачал головой Сережа. - Одна добрая новость – Штанга не спятил при виде Толста Власки. Впрочем, сегодня не тот случай, чтобы выть белугой, когда видишь такое чудовище...
   - Ладно, - проговорил я. - А что ты думаешь о самом главном? Почему обстреляли парней? Это изначально задумывалось?
   - Не думаю. У Козлова явно была цель посетить это место еще раз. Возможно, вкупе с девчонками. Та же Орлова. Вот почему присутствовала и Киреева. Они заметили Брусникина и решили, поскольку он один, подстрелить его. Поиздеваться, в общем. Возможно, Амирку сразу и не заметили. Киреева явно не знала, что он с Арбузом. Это их и спасло. Она отступила и попросила Костю (или его людей) смотать удочки. Других версий нет. 
   - Одно мне ясно, - судорожно произнес я, жмурясь от порыва налетевшего ветра, - Козлов снова ходил на встречу с... кем-то, кого мы не знаем. И этот кто-то очень важен.
   - Но не тот, о ком мы подумали, - быстро осадил меня Серый. - Едва ли Козлов привел с собой всю ораву только для того, чтобы в кого-то стрелять. В любом случае, он сам себя выдал. Ты ведь понимаешь, что с настоящего времени данный объект будет под пристальным нашим наблюдением. И Костя, если только он не дурак, больше сюда не сунется!

     Глава 6.
   У КОСТИ КОЛЫВАНОВА

   История с нападением на Брусникина и Амирку наделала много шума. Но ни к каким выводам мы так и не пришли. Козлов снова затаился. А в школе не сказал ни слова, к чему мы давно привыкли. Конечно, Арбуз и он играли в гляделки, ненавидя друг друга, как только могли, но не больше. 
   А в субботу прямо с утра нежданно-негаданно мне позвонил... Костя Колыванов – наш старый знакомый паренек по больнице.
   Я был не очень доволен этим звонком. Костя снова болтал, как попугай, и никакого слада с ним не было.
   - Мы должны увидеться, - заявил он после того, как нагромоздил в свою речь множество лишних и ненужных эпитетов и противоречивых друг другу слов. - Приезжай, Саня! Дело касается... тех парней, про которых я вам в больнице рассказывал.
   - Ты снова их видел? – спросил я.
   - Об этом потом! – осадил меня Колыванов. – Так ты едешь?..
   Ему явно хотелось меня увидеть.
   - Ладно, - проворчал я, поскольку поездка ну никак не входила в мои планы. - Я перезвоню тебе, как только улажу одно важное дело.
   Костя скрепя сердце согласился, и мы разъединились. На самом деле у меня не было никаких важных дел, кроме звонка Сереге. Надо сообщить про новость.
   - Лучше поезжай, Саня, - проговорил Сережа, выслушав меня. - Может, правда что-то важное сообщит? Меня начинают беспокоить эти поездки Козлова в его двор. Если все так, новости Колыванова могут пригодиться.
   - Получается, что ты используешь Костю Колыванова, но при этом не спешишь включить его самого в нашу компанию, - улыбнулся я. – Он и не знает, что мы вместе до сих пор.
   - Правильно. Пусть пока так и будет. Может, я и принял бы его к нам, но... язык, Саня, язык! Как можно доверять попугаю? Он же сразу все обо всем разболтает. Знаю я эту породу людей. Нетерпелив, напыщен, заносчив. Прямо – маленький Козлов. Его и зовут-то Костей!
   - Надеюсь, это их единственное сходство, - улыбнулся я и попрощался с Серегой, пообещав сразу ему позвонить после поездки.
   Я позвонил Колыванову, обрадовал его скорой встречей, спросил адрес. И сразу повесил трубку, хотя Костя обрывал телефон, готовясь поболтать еще минут ...надцать, если не ...дцать. 
   ...Колыванов жил на окраине города. Действительно очень далеко от всех нас, включая Козлова. И чего тому вздумалось наведываться сюда?
   Нужный мне дом нашел сразу, поднялся на третий этаж и постучал в дверь.
Колыванов – цветущий и довольный, открыл мне дверь. Принял меня, как старого знакомого, с которым не виделся лет сто, хоть мы расстались полгода назад.
   Внешне он мало изменился. Те же ослепительные очки блестели на носу, руки болтались наподобие мельницы, рот, естественно, не закрывался. И как родные его терпят?!
   - А приятно встретиться вот так, без больницы и всяких там уколов, - прогудел он, проводя меня в свои барские хоромы. Надо сказать, жил он недурно. Все к его услугам, включая не только собственный телевизор в комнате, но и видеомагнитофон, о каком мы могли только мечтать. В то время, правда, не каждый из нас вообще знал, что это такое!
   Собственно, мне было до лампочки все это богатство, я не за тем приехал. Пришлось, конечно, послушать пару-другую лекций, как же без этого. Но потом я сумел навести приятеля на нужную мне тему.
   - А-а! – вспомнил Колыванов. - Так вот, слушай! Они снова мне повстречались! Ну, эти двое! Я уж думал, больше подобных встреч не будет, а тут... Бывают же совпадения в жизни!
   - Так что же произошло? – ближе к делу наводил я Костю.
   - Мы встретились на пустыре. У нас за домом небольшой пустырь есть. Уж не знаю, что я там делал, только... Но это не так уж и важно. Главное – они там стояли. Первый был Рютин. А второй – Козлов!  Я называл тебе эту фамилию в прошлый раз по телефону, если помнишь.
   - Ну, помню, - отозвался я, лишь бы что-нибудь сказать в ответ.
   - При встрече я убедился, что это он и есть. Так они его называли, его дружки.
   - А сколько их было на этот раз?
   - Четверо. Но эти двое так и выделялись среди них. Но не в этом дело. Главное – они меня узнали! Случилось то, чего я и боялся. После того, как я швырнул Рютина в канаву...
   Колыванов вытер пот со вспотевшего лба и продолжил вспоминать:
   - Вспомнив меня, тот, который Козлов, вдруг сделал страшную рожу и завопил на всю улицу:
   «Опять он! Если он так часто нам попадается, то это неспроста! Он служит обезьяне, верно, парни?!» 
   Ребята, его окружавшие, торопливо закивали головами. По сути, им было все равно, с чем соглашаться, лишь бы... согласиться, дабы он поскорее замолчал. Так я подумал, хотя вновь сильно испугался. Я ведь не понимал, что это за обезьяна такая, какой я, якобы, служу!
   Тут произошло невиданное. Этот самый Козлов подошел ко мне вплотную, даже коснулся моей куртки рукой и, дыша мне в лицо какой-то вонючей смесью лимонада и еще чего-то гадкого, бросил:
   «Признавайся, негодяй! Ты ему служишь?! Как вы связаны? Ты из их бригады? Кто ты?!»
   «Вот с этого и надо было начать!» - возмущенно закудахтал я, ибо совсем уж ничего не понимал из его вопросов. Мне показалось, что он опять принял меня за другого человека. 
   Тут Козлов рассердился страшно, и снова заверещал мне в лицо, что он сам прекрасно знает, с чего начинать. Мое же дело – отвечать на его вопросы. Только он сам запутался в своих предположениях, и не понимал, что говорит, как и я – чего ему от меня надо. Остальные, к счастью, не вмешивались.
   Мне повезло. Рядом проходили какие-то люди взрослые, и начали обращать на нас внимание. Тогда он меня отпустил, И я задал стрекача. Так он и не выяснил, какой это «обезьяне» я служу. Прибежал домой и подумал, что он мне уже надоел, этот тип. И как таких людей земля носит, не понимаю?!
   Вот здесь я был с ним полностью согласен! Меня так и подмывало рассказать Колыванову всю историю с самого начала, что я знаю Козлова, Рютина, даже... СЕРЕГУ! Но я молчал, ведь разрешения на это Серый не давал.
   Но наивность Кости вовсе не делала его дураком. Он буквально огорошил меня следующим заявлением:
   - Саня, не знаю, в чем там дело, но живут эти ребята где-то рядом с вами! Я узнал, что они из вашего района.
   - Возможно, - уклончиво ответил я, не зная, как уж и врать. – Центр города – место обширное.  Вот, например, Серый. Ты помнишь его? Ну, того, который со мной в одной палате лежал? Он ведь тоже из центра.
   - И об этом я знаю! – заметил Колыванов, и я вновь чуть не подскочил на диване.
   - Так вот, я его до сих пор не могу найти. Он вообще не сказал, ни из какой он школы, ни где учится и любит бывать.
   - И номер телефона не оставил? – с надеждой спросил Колыванов.
   - Нет... У него, наверное, его вообще нет, - соврал я. 
   Колыванов расстроился. А чтобы не мозолить эту неприятную для нас обоих тему, я вдруг вспомнил о самом важном.
   - Костя! Ты в прошлый раз говорил, что наш общий знакомый Неустроев знает Козлова. Ты когда-нибудь видел... их вместе?
   - Нет, не видел, - убежденным тоном ответил Костя. - Я бы запомнил. Нет, с Ванькой мы сдружились, несмотря на возрастные несоответствия. Он теперь как бы мой защитник во дворе. А то меня иногда... дразнили за мои очки и...
   «И твой характер!» - подумал я, но вслух не сказал.
   К сожалению, ничего больше про связь Козлова и Неустроева выяснить не удалось. Колыванов переключился на новую тему, и я едва не очумел, пытаясь придумать, как бы сократить визит. Иначе у меня рот совсем заклеится, и нечего будет докладывать тому же Сереге.
   Наконец Костя устал, и я благоразумно распрощался, сославшись на дела. В общем, расстались по-приятельски, пообещав новую встречу как-нибудь... На моем языке – лет через сто, не меньше.
   Я вернулся домой. Звонить Сереге не стал, просто зашел к нему. Так удобней.
Все ему рассказал. Серый слушал, не прерывая. Потом огорченно покачал головой.
   - Ничего нового так и не узнали, - произнес он.
   - Кроме того, что Колыванов тебе служит, - съязвил я.
   Серый потемнел от гнева. Мне пришлось рассказать ему и об этом. Ну, что Козлов его... обозвал.
   - Он сам обезьяна получше меня, - возмутился Сережа на это заявление.
   Потом, придя в себя, даже радостно заговорил:
   - А ведь Козлов, по сути, не так уж далек от истины. Колыванов с нами связан! Пусть косвенно, но – он нас знает! Знает теперь также и Козлова, да еще Рютина. Вот будет потеха, когда он поймет (если это случится!), что противник Козлова – я!
   - Почему бы и не сказать, - вмешался я. - Лишние тайны могут повредить. Может, стоит объединиться с тем же Ванькой Неустроевым.
   - Мы не в курсе, насколько близко он Козлова знает, - напомнил Серый, нахмурившись.
   К сожалению, это была сущая правда. Рисковать не стоит.
   - А насчет Колыванова... – Сережа иронично посмотрел на меня, - видел я его... пару дней назад. Он с какой-то женщиной, видимо, с матерью, обходил прилавки магазина. Рот его практически не закрывался, глаза блестели сквозь знаменитые очки. Где ему меня заметить? Он прошел мимо и даже не оглянулся. А еще туда же – меня разыскивать!
   Мы какое-то время молчали, переваривая информацию. Потом я не удержался и высказал свои соображения:
   - Мы рано списали Козлова со счетов, что он затих и залег на дно. Все это время он действовал и тайно готовился к новой атаке. Ездил по делам, укрепляя тылы. Сначала – во дворе Ларивошки, где они напали на наших ребят. Потом – у Колыванова... Как думаешь, может, послать туда экспедицию для разведки? Уж слишком часто Козлов начал интересоваться тем районом, и появляться в поле зрения нашего профессора в очках. 
   - Саня, мы непременно займемся этим вопросом, - кивнул Сергей. - Но еще рано... Надо выждать. Подождем, что еще сообщит Колыванов. Теперь он никуда не денется. Пусть звонит и сообщает нужные сведения. Там посмотрим...
На этом разговор окончился, и я вернулся к себе.

     Глава 7.
  УДАР, КОТОРОГО НЕ ЖДАЛИ

   Каникулы закончились. А вместе с ними появились новые проблемы. Удар пришел из ниоткуда, естественно, к этому я оказался совершенно неподготовлен.
   Начну с начала. Мы должны были возобновить учебные занятия со 2 апреля – как раз с понедельника – начало недели. Естественно, добропорядочные ученики готовятся к урокам заранее. Это у нас Шмонин вспоминает про учебу в день занятий. Хорошо, если очнется хотя бы за полчаса до звонка... Я поступаю не так. У меня с вечера уже все готово, включая школьную сумку, учебники, тетради и все прочее.
Но в этот раз все получилось не так. Как говорится, с первым апреля! В дело вмешались взрослые, конкретно – мама.
   Я уже не первую неделю подозревал, что она что-то мне недоговаривает. Каждый раз, особенно если речь заходила о школе, она опускала глаза, путалась в ответах. Или задавала вопросы, но ответов будто не ждала. Тем не менее, каникулы заканчивались, а истины я, как водится, не знал.
   И только вечером 1 апреля, когда у мамы не оставалось выбора, она рассказала все, как на духу. Держись, читатель, ты сейчас упадешь!
   2 апреля в день занятий Саня Ковалев в школе... НЕ БУДЕТ ПРИСУТСТВОВАТЬ! Собственно, он туда... ВООБЩЕ НЕ ПОЙДЕТ!!!
   Сначала я не понял, о чем она говорит. У меня все смешалось. Возникло подозрение, что мы не понимаем друг друга. Как это – не идти в школу?! Да не сама ли мама с первого класса вечно подгоняла меня, чтобы я учился, а не валял дурака! Стоило чуть-чуть опоздать и выйти не вовремя, как брови мамы удивленно ползли вверх, и ей уже мерещилось опоздание на урок и замечание в дневнике красными чернилами. А тут она же первая ставит такой ультиматум – в школу не ходить! Да в чем дело?!
   Оказалось, мое пресловутое здоровье. Я поначалу испугался, у меня даже в глазах потемнело. Неужели снова вмешается врач со своей больницей?! Ну, нет, хватит! На этот раз меня им не упечь. 
   Мама поспешила успокоить меня. Нет, не про больницу речь. Но мое состояние после выписки почти совсем не изменилось. Давление как скакало, так и продолжает скакать (странно – мне его почти не измеряли, откуда им знать об этом?!). В общем, мама за меня тревожится. И она ДОГОВОРИЛАСЬ (за моей спиной, заметьте!!!), что конец учебного года я проведу... на домашнем обучении, как это делает мой лучший друг Сергей.
   Я вздохнул с облегчением. Раз это не больница, тогда... Но тут я вспомнил, сколько у меня обязанностей в школе. А как же друзья?! Ведь с ними Козлов и Рютин. Оставить ребят в такую минуту?! Да Костя взлетит от радости, если меня не будет в классе. Я и так ему глаза мозолю. Но, главное – учеба дома ведь ничего не поменяет – в плане того же здоровья. Наоборот, я буду напрягаться гораздо больше. Об этом мы уже говорили. Вспомним, что рассказывал Сережа еще осенью. Никого, кроме тебя, спрашивать не будут. Я про ненавистную мне алгебру. В школе есть шанс не выучить, и тебя не спросят. Дома такого подарка никто не сделает, придется отвечать урок, и хоть ты тресни! Про какое давление вообще речь?! Да тут инфаркт заранее надо лечить!!!
   Поскольку я считал себя достаточно взрослым в 12 лет, то поспешил расспросить маму более обстоятельно, и что скрывается за ее беспокойством на самом деле. В общем, вынудил ее рассказать правду. И вот что мне удалось узнать (и это был самый настоящий удар в спину).
   На самом деле, мысль «исключить» меня из школы принадлежала не моим родителям, и здоровье тут фактически ни при чем. Так маме посоветовала одна из ее знакомых, якобы, пекущаяся о моем самочувствии. Что нагрузка на «ребенка» слишком большая при его заболевании, что дома будет несравнимо лучше и т.п. Главным образом она «била» на перемены. Когда в школе во всех коридорах стоит гам и шум. Так у меня голова болит больше. Странно, что об этом говорили с мамой, а не со мной, и, главное, у меня же за спиной?! Кошмар какой-то. И при чем здесь голова? От знаний она будет болеть гораздо больше, уверяю вас!
   Правда, узнав от мамы, что это была за знакомая, последние вопросы у меня отпали.
   То была родная тетка Кости Козлова – профессор университета. Это она приперлась на работу к маме, заперлась с ней в кабинете и добрый час «выносила мозги» касательно моего здоровья. Но, что еще важнее, она успела побывать и у нас в школе! Говорила с директором, с классным руководителем. Короче, все взрослые оказались против меня, включая и добрую маму... Так меня «попросили» из школы, при этом на всех углах утверждая и доказывая, что каждый ребенок ОБЯЗАН УЧИТЬСЯ! Где логика, я вас спрашиваю??!!
   В общем, приказ о моем «домашнем обучении» вот-вот должен появиться в учительской. Я мог только представить себе, что в связи с этим изменится в моей жизни. Понятно, поменяются и учителя. Ведь у основных педагогов и преподавателей не будет свободного времени ходить на дом к «болезненному» ученику (специально беру в кавычки это слово, ну, вы понимаете...). Это будут в основном учителя «второго состава», практиканты даже.
   Правда, здесь я выразил настолько бурный протест, что мама пошла на уступки. Это она предугадала заранее. В общем, школа для меня не будет закрыта насовсем. Без друзей я не останусь. Кое-какие «легкие» предметы буду посещать вместе с ними, как и всегда. То есть, регулярное посещение школы продолжится. Мои предметы: литература, история, биология там. Ведь свою Диану Николаевну – учительницу истории – я ни на кого не променяю. Она уже пожилая, ей трудно передвигаться. Понятно, что не она будет приходить на дом давать уроки. А мне нужна именно она. В общем... На том и порешили.
   День разговора явно был выбран неудачно. Каждый из друзей, кому я позвонил и рассказал обо всем, поднимал меня на смех. И в ответ все поздравляли с первым апреля. Да будь он проклят, этот день! Мне не до веселья. 
   Только Серый воспринял меня серьезно. Ну, кому, как не ему понимать мое состояние?!
   На следующий день вечером было собрание друзей дома у Сереги. Ребята пришли понурые. Все кончилось тем, о чем Козлов давно предсказывал. И только сейчас до всех дошло, что он имел в виду, утверждая, что пришла пора «избавиться» от Ковалева. Он не имел в виду физическое устранение. Ему нужно было выпереть меня из школы. И ему это удалось! Теперь Брусникин и Шмонин останутся наедине с врагами...
   Сережа был подозрительно спокоен. До поры до времени. Он выслушал жалобы каждого из нас, включая моих одноклассников. Медведя того же, который явно будет скучать, ведь ему так приятно было идти со мной вечером из школы!
   Когда реплики закончились, он улыбнулся и ехидно так посмотрел на меня. Потом рассмеялся и сказал:
   - И чего вы так раскисли, друзья? Ведь Саня же с нами! Он не покидает нас, наоборот! Теперь у него будет больше времени. Да, заниматься придется с должным усердием, это факт. Но ведь и времени больше для прогулок! А сколько этим мы повредим нашим недоброжелателям. Конечно, я думаю, Козлов сейчас радуется. Надо же – его план сработал. Вмешалась всесильная тетушка, избавила его от присутствия Ковалева в одном классе. Трусло несчастное! Законными методами не может справиться, взрослых приглашает. Что он, маленький? Настоящий ябедник. Вы уж позаботьтесь, чтобы об этом вся школа узнала. Вот тогда у Козлова начнется самая настоящая «веселая жизнь». Над ним будут потешаться все, включая первоклашек. Он сам не рад будет, что связался с собственной тетушкой. И Саню обвинить уже не получится – его ведь официально в школе не будет!
   - К тому же, Саня будет приходить на отдельные занятия. – вспомнил Брусникин, усмехаясь.
   - Вот именно! Лишнее потрясение для дорогого «золотого мальчика» Козлова. Полностью избавиться от Сани у него не получится...
   Такие вот напутствия я получил этим вечером от Сереги и от друзей, и мне стало легче.
   Дальше пришлось мне привыкать к новому распорядку дня. Ну, здесь я уже насмотрелся на Серегу, и мне даже понравилось учиться дома. Бывали и свободные дни. Иногда я посещал школу, ту же историю. Это был настоящий праздник для меня, для друзей, и – день траура у Козлова, который действительно гордился своей победой. Рано обрадовался! Насмешкам над ним не было конца. Всякий раз, заходя в класс, он читал позорную надпись «ТРУСЛО!», сделанную на его парте, где он сидел. Иногда – и на доске, чтобы весь класс видел. И все ржали. Ведь каждый понимал, что это означает.
   В школе на стенах снова появились надписи в том же русле. А еще кто-то не поленился нарисовать настоящую карикатуру: взрослая тетенька стоит, уперев руки в бока, а за нею – Козлов, привязанный веревочкой к ее туфле. В общем, та еще история была. Ведь каждый нормальный ученик догадывался, кто там изображен. И как реагировать Козлову?
   Тетушка, естественно, тут же нарисовалась снова. Пришла в школу и устроила разнос – ее любимого племянничка не уважают. Во всем виноват, конечно, пресловутый Саша Ковалев. Примите меры срочно!
   Но здесь, как показали обстоятельства, не сработало. Классный руководитель (спасибо ей на добром слове!) встала на мою сторону. Какой Саша Ковалев? Разве у нас есть такой ученик? А не она ли сама, эта пресловутая тетушка, сделала все, чтобы мое имя не числилось в классе? К чему обвинять того, кого уже нет?! Может, стоит присмотреться к племянничку? Он как раз скатился по всем предметам.
   Короче, она ее выставила. И бедной тетке, в общем, было нечем крыть. Об этом мне потом рассказывал вездесущий и все знающий Шмонин. Что касается Козлова, то его репутация была подорвана раз и навсегда. Он еще более замкнулся, стал угрюм. И ему вечно мерещился я – еще больше, нежели когда я был в классе. И он, я не сомневаюсь, жалел о своем поступке. Ведь жить ему отнюдь не стало легче без моего вечного присутствия рядом.
   Не говоря уже о том, что я, получив относительную свободу, мог легко и без проблем проникать к нему во двор при свете дня. Залезал под голубой дом и делал там все, что только хотел. Рисовал каракули на столе, заглядывал в ящики, ломал мебель, уносил стул на помойку и прочее. Только дай волю разгуляться фантазии. Костя и не подозревал, какого джина выпустил из бутылки. Учитывая, что наш маленький Медвежонок, имевший все задатки садиста, давал мне уроки, как сделать сладкую жизнь Козлову еще более «сладостной». И сам рьяно принимал участие в наших совместных выходах на территорию воинствующей стороны.
   Рютин (об этом стало известно гораздо позднее) с самого начала предупреждал его:
   - Козлов, ты поступил глупо! Мало того, что дома учится Серый. Теперь и Ковалев рядом обосновался! Два главных наших врага получили преимущество. Мы их теперь вовек не вычислим. Они будут наносить нам удары в спину, когда мы меньше всего этого ожидаем! И у Ковалева больше шансов безнаказанно следить за всеми нами. Вот что ты наделал!
   Но упрямый Костя только посмеялся над Рютиным и в очередной раз надавал ему пинков... Как говорится, теперь – за правду, что колет глаза...
   И это было действительно так. Оставшись вне школы, я не терял даром времени. У меня появился простор и свобода. Я мог следить за двором, подмечал малейшие изменения, даже мог рассекретить лазутчиков. Было чем заняться... на досуге...

     Глава 8.
  ПИСЬМО ТАНИ ОРЛОВОЙ

   События, описанные выше, поменяли лишь мой внутренний распорядок. Все остальное осталось. И я воспользовался случаем под руководством неунывающего Сереги. Он обрадовал меня тем, что теперь собрания будут не только у него, но и у меня дома. Таким образом, я не просто сохраню своих друзей, а их будет даже чересчур много для одной моей комнаты! Что ж, этому я мог только радоваться. 
   А между тем жизнь продолжалась во всех ее направлениях. Мы учились, гуляли, отдыхали и трудились. На дворе весна – настроение веселое. И вот произошли следующие новости.
   На всякий случай напомню, кто успел забыть, что изначально на страницах нашей повести Орловых было две: старшая Татьяна, и младшая – Юля. Но последней к началу событий было всего четыре года, и она ровным счетом ничего не понимала, а действовала по указаниям старшей сестры. Но теперь Юле шел шестой год, она чуть моложе Медвежонка и Амира Киреева, да и умом выделяется среди сверстниц. Об этом мне докладывали малыши, поскольку ходили в один детский сад. По счастью, в разные группы. У ребят подготовительная, у Орловой – старшая.
   Об этом я сообщаю, поскольку даже такие незначительные мелочи имели огромное значение для нашей борьбы против Козлова. И кто бы мог подумать, что борьба за единовластие (по философии г-на Козлова) докатится и до детского сада!
   Все это я узнал от Сереги Шмонина, который пока еще занимался девчонками, следя за ними и строя из себя детектива по женским делам. Он оправдывался тем, что надо ведь у кого-то списывать алгебру! И по ходу дела... Конечно, толку от этой слежки не было, поскольку девочкам прекрасно известно, кто он такой и на чьей стороне стоит. Тем не менее, иногда сведения поступали.
   И вот однажды с утра Балбес пришел ко мне с сияющим лицом.
   - Есть новости, Саня! Орловой касаются.
   - Ты следил за ней в школе? – полюбопытствовал я.
   Шмонин смутился.
   - Нет. Я... не ту Орлову имею в виду. Речь о ее сестре.
   - Юльке?! – Я даже привстал с дивана, уставившись на Шмонина. - А что, ты теперь и за малявками начал следить?
   Шмонин покраснел и в своем стиле принялся доказывать обратное, размахивая руками.
   - Клянусь, это вышло случайно. Мне просто передали информацию. Хотя, ты знаешь, у нас столько хлопот с войной, что сам не заметишь, как в детском саду окажешься.
   В общем, Саня, новости такие. Козлов после того, как на него ополчилась вся школа (тебе лучше моего известна причина!), боится собственной тени. Между ним и Танькой вырос непреодолимый барьер. По телефону они боятся разговаривать, чтобы не подслушали родители. По ходу, Орлова на вечном подозрении у ее отца. Но ведь общаться как-то надо! И они придумали новую тактику – действовать через сестру Таньки – маленькую Юльку. И вот, представь себе такую картину – в детский сад за каким-то чертом является... Рютин!
   - Рютин?! – поразился я.
   - Вот именно!!! Судя по всему, он вообще туда зачастил. Навещает Юльку, разве что домой ее не забирает. Забрал бы, но здесь воспитательница зорко стережет.
   - А как ты узнал обо всем этом? – спросил я.
   - Медвежонок помог. Он случайно шел из туалета и вдруг увидел Женьку Рютина, который прогуливался прямо по коридору. Представь воображение Ромки – перед ним живой Рютин! Медвежонок даже протер глаза, думая, что он все еще спит в тихий час. Потом спрятался за угол шкафа и начал наблюдать. Из старшей группы выбежала Юля Орлова, сияющая, бантики так и сверкают в волосах. Она быстро что-то сунула Рютину в руку, тот в свою очередь дал ей нечто вроде записки. И – был таков. Что касается Юльки, то она не могла пронести в группу бумагу, чтобы на это не обратили внимания. И она не нашла ничего лучше, как спрятать послание в своей кабинке. После чего скрылась в группе, предварительно проверив, не следят ли за ней. Но Ромка, наученный опытом, поглубже спрятался за шкафом. Таким образом, он остался вне подозрений. Потом быстро подбежал к кабинке Юльки и, воспользовавшись тем, что взрослых поблизости не было, легко открыл дверцу, вытащил записку, спрятал ее прямо в носок, заново обулся и исчез в своей группе. Потом вечером передал записку брату. Медведь связался со мной и – вот я здесь.
   - А почему сразу Сереге не отнес? – улыбнулся я.
   - Так я хотел тебя увидеть! – искренне вскричал Шмонин. - Ведь привык каждый день видеться с тобой в школе. А сейчас мы врозь...
   - Ладно, - я пожал Шмонину руку и пошел звонить Сереге, пока Балбес весело рассказывал мне, каким образом он завладел запиской Тани Орловой:
   - Не думай, что Медвежонок легко мне ее отдал. Пришлось заплатить ему выкуп. Сначала мне съездили по башке барабаном, после чего накинули уздечку на шею, при этом чуть не удушили. Затем я играл роль скаковой лошади, пока Медвежонок сзади наслаждался ездой, подгоняя пинками. Ну, а после меня привязали к стулу, впрочем, это к делу не относится...
   Тут я дозвонился до Сереги, но внятного ответа так и не произнес, поскольку мысли были заняты рассказом Шмонина, и я ржал во все горло. Серый напрасно пытался выяснить, в чем там дело. Кончилось тем, что он бросил трубку, а через пять минут был уже у меня. Услышав еще раз необычную историю Балбеса, он сам расхохотался. В общем, дело Тани Орловой откладывалось до полного изнеможения.
   Насмеявшись вдоволь, поскольку и Шмонин к нам присоединился, Серега поздравил его с тем, что он еще легко отделался. После того, как Ромка вступил в альянс с Толста Влаской, хорошего от него не жди.
   Потом вид у него стал серьезным, и он попросил показать послание. Шмонин вытащил из сумки конверт и подал ему.
   - Тут не записка, а целое письмо, - провозгласил Сережа, разворачивая бумагу. - Посмотрим, что они пишут друг другу. Как я понимаю, это письмо Козлова Таньке.
   В письме было написано:

   «Орлова! Спасибо за поздравление. Жаль, что наша совместная операция провалилась. Впрочем, Ковалев сам отошел на второй план. Насчет «Х» все продумал хорошо. Не сомневайся, дело выгорит. Будь готова действовать по первому сигналу. Известное тебе место не подойдет. Увидимся! Привет сестренке! КОЗЛОВ!»   

   - Пока больше вопросов, чем ответов, - проговорил я, когда Серый закончил чтение.
   - Боюсь, Таня не оценит, - покачал головой Сергей, - ведь она не получила послание от Кости! И младшая сестричка, которую, понятно, обвинят в потере важного документа, заработает не тот «привет», на который рассчитывает.
   Затем он поблагодарил Шмонина, и тот откланялся. Ему еще уроки делать, точнее – думать, у кого бы списать. У меня сегодня были занятия, но ближе к вечеру.    Таким образом, я был свободен. У Сереги вообще выходной. Потому мы закрылись у меня в комнате и принялись гадать на кофейной гуще.
   - Я пока не знаю, что означает «Х», - признался Сергей, рассматривая записку. - Как говорит Шмонин, «Икс» – он и в Африке «Икс». А вот остальное вполне понятно.
   - Зато я ничего не понял, - признался я. - Галиматья полная. Жалко, что Медвежонок не проследил Юльку раньше. Тогда мы бы знали, что написала Танька Косте, а не наоборот.
   - Заметь, в очередной раз Козлов вспомнил о тебе, - напомнил Серый. - Не забывает... старых друзей. Собственно, это и есть то поздравление, о котором ему напоминает Орлова. Далее, Костя ждет ответного сигнала. Они готовы действовать. Значит, у них есть нечто новое. Нашим друзьям придется быть настороже.
   - А что значит: «Известное место не подойдет»? – спросил я.
   Сережа задумался. Потом сказал:
   - Полагаю, это как-то связано с теми событиями, что произошли во дворе Ларивошки. Больше просто негде. Это единственный установленный факт, когда мы видели Орлову вместе с Козловым. Только вот – кого они тогда навещали? Почему Костя намекает ей про это посещение? «Известное место...». Он прекрасно понимает, что нам оно известно, если не полностью, то хотя бы частично. Двор-то один! Там обстреляли Брусникина с Амиркой. Значит, мы у них на хвосте. Он боится разоблачения, потому предостерегает Орлову ходить туда. Все сходится, Саня!
   - Опять он! – проворчал я. - Наш... таинственный союзник Козлова. Пора бы с ним познакомиться...
   - Обязательно познакомимся, - кивнул Серый. - А сейчас я тебе еще кое-что объясню, что следует из этого письма. Вспомни его начало. Костя сожалеет, что совместная их операция провалилась. Ты понимаешь, о чем идет речь?
   - Нет, - я пожал плечами.
   - А мне стало известно, что это была за махинация, - удовлетворенно проговорил он, так и светясь от счастья.
   Мы устроились поудобнее на диване, и Серый рассказал увлекательную историю:
   - Я должен вернуться немного назад. Помнишь, Саня, Орлова еще летом обещала, что она нас поссорит? Ты сам был свидетелем, как она хвасталась, словно у нее на руках неоспоримые улики моей вины перед тобой. Потом дело как-то замялось, в результате чего угрозы так и остались угрозами. Мы успокоились и забыли про это, тогда как Орлова ничего не забывала. В целом, план у них был такой – подставить меня по полной программе.
   Ты помнишь Ирку Ким? Танькина подружка учится в моей школе. Она должна была послужить приманкой. Короче, всех подробностей не знаю, в курсе только, что она в один прекрасный день должна была разыграть классическую сценку. Ее находят во дворе школы (или в коридоре – не важно!), избитую и ободранную в пух и прах. И она на весь свет трезвонит о том, что ее избил старшеклассник. Угадай, кто? Естественно – СЕРЫЙ! Они даже предусмотрели костыли, поскольку я тогда без них не обходился. На теле у Ким останутся следы этих ужасных палок. Как тут отвертеться? В общем, все шишки должны были посыпаться на мою голову.
   Но их план полетел к черту! Они не могли предусмотреть, что существует домашнее обучение! Ноги моей не было в школе с самого 1 сентября! Вся школа это знает. Таким образом, я не мог материализоваться из воздуха и избить какую-то мне неизвестную там Ирку Ким. Собственно, вот почему Орлова так бесилась, и не сработал ее план ссоры с тобой. Ведь избиение невинной школьницы – был только первый этап. Но, поскольку он рухнул, доделывать остальное смысла уже не было.
   - Так вон оно что, - протянул я. - А как ты обо всем этом узнал?
   Серый махнул рукой.
   - Подробности ни к чему. Скажу только, что... не у одного Козлова есть свои взрослые люди в школе. И у меня защитников хватает. Только я, в отличие от некоторых, ими не пользуюсь. Ирка Ким – изрядная болтушка. Она просто проговорилась, а ее в школе кое-кто услышал. Донес кому надо. А там и до меня информация дошла. Вот и все.
   Затем он серьезным взглядом посмотрел на меня и продолжал:
   - Ты спросишь, а при чем здесь ты? Ты еще не догадался? Обозленная Орлова решила проделать тот же трюк и в вашей школе! Только уже с тобой в главной роли. Козлов, понятно, во всем ей содействовал. Так ты им обоим надоел... Они решили из тебя сделать козла отпущения. Ты должен был избить Орлову, или еще кого, уж не знаю. Но... они не успели. Козлову надоела вся эта возня, и он решил убрать тебя при помощи тетки. Ну, результат ты тоже знаешь. Он тем самым прослыл «труслом», и теперь является сам предметом насмешек всех учеников. Фискалов, Саня, не любили во все времена. А уж таких, как Козлов – особенно! 
   Я вздохнул полной грудью. А Серый наставительно погрозил мне пальцем и сказал со своей знаменитой насмешливой улыбкой:
   - Вот видишь, как не стоит недооценивать домашнее обучение, Саня! Во всем свои плюсы.
   Я согласно закивал головой...

     Глава 9.
  ДЕВЧОНКИ ПРОДОЛЖАЮТ ДЕЙСТВОВАТЬ

   Середина апреля. Какая слякоть за окном! Снег тает, везде лужи. До магазина дойдешь – по уши в воде. Грязь по колено. Та еще погодка... Зато тепло. Можно и шапку снять. За зиму надоело таскать этот торт на башке.
   Но изменение погоды отнюдь не меняло мрачную перспективу в отношениях двора с окружающим миром. Тут тревогу забили девчонки. По словам Шмонина, продолжающего вести активную шпионскую деятельность, они потеряли всякий стыд и перешли к активным действиям, не стесняясь его присутствия! Похоже, прятаться им надоело, и они бросили вызов всем и вся, открыто появляясь перед нами. Типа – бояться им нечего!
   Такие девичьи сходки заметили не только в одной нашей школе. Ларивошка тоже обратил внимание, что по инициативе Ирки Ким создается некая девичья группа, которая в открытую появляется в школе и ведет «антиобщественный» образ жизни. Ну, как это обычно у нас бывало, девочки отличатся, а кто виноват? Естественно, мальчишки!!! Никогда не забуду курьезный случай в нашей школе. Урок рисования в 4 классе. Учительница, понятно, «случайная», приходящая. Так ее и бояться не надо. Ходи, бегай во время занятий, пусть еще пара стульев с партами полетят под потолком, чего церемониться?! Ну, два урока так и было. Учительница оказалась с характером. А потом вообще вызвала тайком нашу «классную». А класс ни сном, ни духом. Как говорится, не одни мальчишки были участниками нарушения школьного режима. Девочки старались не меньше, я вас уверяю! А тут еще одна задавака-отличница решила самовольно сесть к своей ближайшей подруге, и вместе провести «легкий» урок без напряжения. Подумаешь, учителка рисования! К несчастью, соседом девицы оказался ни кто иной, как Сергей Шмонин. Он, конечно, пытался противостоять нашествию отличницы, но не вытаскивать же ее за косы от чужой парты! Знай он, чем дело закончится, так бы и поступил, и все парни вступились бы за него!
   В общем, вся ерунда в том, что Шмонин, собственно, ничего не нарушал. Он даже не присел за чужую парту. Просто стоял возле своего места, куда без приглашения села отличница. И что бы вы подумали?! В класс врывается «классная», видит ералаш, поднимает гомон, типа: «Все рассаживайтесь, как положено!» А Шмонин, который стоит и не думает ни о чем, кроме «как положено», получает двойку за поведение и замечание в дневник. Каково? Отличница, сделав черное дело, убирается на свое место, не получив даже выговора. Учительница, видимо, ослепла. Вот оно – девичье царство! Шмонин, конечно, бурно протестовал. На словах его поддержали, но... двойка-то в дневнике осталась! Что теперь, извиняться перед учеником? Да «классная» повесится, если ей придется это сделать... И как потом нам было смотреть ей в лицо, когда на очередной линейке она визжала о всяких там равноправиях среди учеников и прочей ерунде?! Это равноправие?! Напоминает старый анекдот про директора школы, который раз и навсегда заявляет ученикам, что курить категорически нельзя!!! А сам каждую перемену смолит сигарету за сигаретой прямо на школьной лестнице, как говорится, дым из ушей, и вся школа наблюдает этот произвол.
   Таким образом, Шмонин, несмотря на списывание уроков, видимо, затаил обиду на слабый пол. Потому с усердием исполнял обязанности шпиона. Он и заметил это скопление девчонок, которые теперь не особо его стеснялись.
   Кажется, девочки решили создать что-то типа женской лиги. Шмонин слышал даже репетиционное название – «Женсовет».
   - Что-то вроде женской эмансипации, - утверждал он, сидя у меня как-то поутру, докладывая последние новости. - Только чего там «эмансипировать», не пойму. У них прав теперь не то, что меньше, а гораздо больше! Вспомни ту отличницу на уроке рисования! (Шмонин каждый раз растравлял свою рану, когда речь шла о девчонках).
   - Да, я тебя понял, - улыбнулся я. - Они собираются совершенно открыто, не стесняясь парней. Ведут свои дела, агитируют каждую проходящую мимо девочку вступить в их женский клуб. А со временем начнут наступательное действие против мальчишек. Ну, так я себе это представляю. В школе Сереги тоже наблюдается такая же истерия. Чем это закончится?
   - Массовым психозом, - сострил Балбес.
   - Главарь, конечно, Орлова? – как бы невзначай осведомился я.
   - Думаю, она самая. - Шмонин наморщил лоб. - Ты удивишься, но она как бы взяла пример с нашего Козлова. Лично не ввязывается в эти авантюры. Но действует у них за спиной, точно! Там больше всех бесятся Катька Кондрашова со своей «возлюбленной» Колосовой...
   - Кстати, а что Козлов? Он как комментирует все эти скопища девиц?
   - Козлов? Ржет, как всегда. Открыто говорит, что ничего путного из этой затеи не будет. Кстати, все учителя тоже с ума сошли. Девчонки визжат, собираются в кучки, чуть ли не уроки срывают, а их по головке гладят, как обычно. Да соберись мы вот так всем скопом, нас быстро в комнату совета отряда отправят! Еще и галстуков лишат...  Может, они думают, у девчонок это все не всерьез? Не знаю, что и делать. Будущее покажет.
   Но будущее быстро показало, что сдаваться просто так девочки не собирались. И слово «Женсовет», которое сперва произносили вполголоса, быстро застряло в умах всех сумасшедших и чокнутых. Они дошли до того, что решили объединить зачинщиц из нашей школы с девочками из школы Сереги. Вот только там у Ирки Ким не особо получилось собрать банду. С ней заодно были только те девчонки, что учились вообще отдельно от всех, типа Наташки Киреевой, Ирки Тимофеевой и прочих «мелких» интриганок. А этих всех Танька Орлова знала уже давным-давно. В любом случае, сходка состоялась. Более того, она была настолько открытой, что любой мог их подслушать. Этим «любым» оказался наш приятель Ларивошка. И принес такие сведения: 
   - Сама Орлова в сходке не участвовала. За нее все решала Ирка Ким. Похоже, в голову ей конкретно ударило, и она вообразила себя пупом земли. Вы не помните, кого это напоминает? Ну, Козлова, естественно! Тот тоже сначала так себя вел... безнаказанно, думая, что ему потом ничего не будет. А природа, как говорится. любит повторяться... Но сейчас не об этом. Вот что конкретно говорила Ким:
   «Бригада Козлова состоит из одних идиотов...»
   - Здесь она абсолютно права! – прервал выступление Димки Медведь, слушая вместе с нами донесение товарища.
   «И потому, - продолжал Ларивошка, не обращая внимания на эти выкрики, - они всю зиму проигрывали дураку Сереге. Похоже, Таня несколько поспешила, говоря, что Серый слабак, и Козлов победит его одной левой. Сколько между ними было битв прошлой осенью и зимой? Почти всегда победа оставалась за Серым и его дружками. Там у них все слажено. Даже если сам Серый отсутствует, за него работают другие, такие, как Ковалев. Всегда победа за ними, тогда как наш Козлов ходит потом, словно оплеванный».
   «И что ты предлагаешь?» - задала вопрос другая Ирка, которая Тимофеева.
   «Я предлагаю собрать свой «Женсовет», который будет отличаться от тех, кто сейчас больше суетится и только всем мешает. Мы тоже станем слаженной командой. Конечно, у нас не будет ни одного мальчишки. Мы – девчонки, покажем им всем, кто есть «Женсовет» на самом деле! Как раз там война между мальчишками – Серым и Козловым. Это нам на руку. Есть шанс доказать, чего мы стоим. Командиром назначим Орлову. Она лучше всех подойдет. Будем вести свою внутреннюю политику, как это делает Козлов. Конечно, один он ничего не стоит, но с нашей помощью у него получится, я в это верю. Его бригаду – это стадо баранов – выучим сражаться по-своему...»
   - В общем, такая была агитация, - передавал новости Ларивошка при всеобщем молчании.
   - Вот, значит, до чего дошло, - почесал голову Серый. - Не вовремя девчонки вмешались. Собственно, пусть создают свою группировку. Если им нас с Козловым мало. В конце концов, двор у нас общий. Пусть играют. Только когда полетят шишки, чтобы не плакали. Ведь у нас: на войне как на войне! Камень попадет, не заметишь. Всякое случается. Просто они будут «официально» существовать, вот и все. Да они и до того плели паутину против нас, так что страшного ничего не вижу. Подумаешь, появятся новые карикатуры на стенах! Кстати, по этому поводу у меня есть дополнительный план, но – всему свое время...
   - Интересно только, где они будут собираться, - вставил слово Игорь Андреев. - Под голубым домом – люди Козлова. Мы – у Сереги, или, если брать в расчет двор, то – на кочегарке у трубы котельной. А куда денется «Женсовет»?
   - Найдут выход, - сказал Серый, нахмурившись. - В любом подъезде. Только не в Санином, где живет Орлова. Там она светиться не будет. Да и положение у нее наподобие Козлова. Много людей в свой дом не приведешь, отец заругается. Он у нее такой! 
   - Может, местом встречи станет кочегарка, - рассуждал Шмонин, у которого вдруг возникла идея. - Помните, летом девчонки прятались за бочкой водохранилища? К тому же, не раз залезали и под трубу, куда лазим и мы, чтобы подняться потом наверх, к самой трубе. Там ведь и место есть, пусть и не очень удобное.
   - А ведь ты прав! – воскликнул Серый, вскакивая на ноги. - Будем иметь это в виду. Как раз под нами. Если кто-то из нас спрячется в комнатке наверху, то легко подслушает их разговор.
   - Но как сделать это незаметно? – недоумевал Медведь.
   - Очень просто. Мы должны их опередить, и забраться наверх раньше, нежели они соберутся внизу. Задача Шмонина – узнать, когда будет их главная сходка. Я уверен, что сама Орлова будет там присутствовать...
   На том и порешили. Я, правда, сомневался, что «Женсовет» соберется именно под котельной на кочегарке, но чем черт не шутит?

     Глава 10.
    «ЖЕНСОВЕТ»

   Была пятница. Волнующий день для всех нас. «Женсовет» проводит свою первую официальную встречу.
   Мы узнали об этом от Шмонина вечером в четверг. В школе ему как-то удалось проскользнуть в «кулуары» Тани Орловой и услышать о планах будущей встречи. И пройдет она действительно на кочегарке – под котельной за шифером! Шмонин как в воду глядел.
   Серый воспринял новость спокойно. Более того, сам подтвердил сведения Шмонина.
   - Ларивошка говорил о том же самом. Ирка Ким в нашей школе не дремлет. Она тоже судачила о планах встречи именно на кочегарке.
   - Если только это не ловушка, - проворчал Серега Брусникин, который находился в нашей компании и участвовал в совете.
   - Не думаю. Да и время проведения конференции девчонки выбрали подходящее. Они собрались сбежать с последнего урока, чтобы опередить возможных свидетелей встречи. Идеальная задумка, учитывая, что все ученики будут в школе. Вот только просчитались в одном, причем – по сути, они сами себе устроили эту западню!
   - Какую? – удивились все.
   Серый усмехнулся.
   - Саня по милости Козлова теперь учится дома. Что ему стоит спрятаться в штабе над девчонками заранее, дождаться и преспокойно подслушать их треп? А именно так мы и поступим!   
   - У меня как раз вечером занятий нет, - подтвердил я, волнуясь в душе.
   Но выбора у нас не было. Пойти могли либо я, либо Серый. Но вот у Сереги как раз вечером занятие, уж не знаю, учитель какого предмета его побеспокоит. Оставался я.
   Утром в пятницу Серый долго наставлял меня, как действовать. В принципе, даже если они и заметят меня, ничего страшного не произойдет. Ну, не услышу я, о чем они будут трезвонить! Подумаешь, трагедия! Зато увижу своими глазами, насколько хороша их организация девчонок, или это просто очередной блеф, показное хвастовство.
   Мы договорились, что я спрячусь часом ранее в штабе, а чтобы мне не было скучно, возьму с собой книгу. Только одеться надо потеплее, ведь там еще холодно. Апрель месяц всего! Никто не должен следить за кочегаркой, поскольку все участники событий в школе. Даже Юлька Орлова с балкона ничего не рассмотрит, хоть и живет на четвертом этаже. Просто наш штаб у трубы расположен чуть правее, и с балкона Орловых его не видно. Да и деревья мешают. С алюминиевой бочки тоже не видно, там расположена непосредственно сама котельная. В общем, все в наших руках!
   Приблизительно за час до начала последнего урока я расположился в штабе на кочегарке, в треугольной комнате у трубы. Просто сел на стул и, взяв в руки книгу, погрузился в чтение. Но содержание как-то не шло в мозги, поскольку каждый раз я прислушивался, не идет ли кто. Рабочих по привычке не видно, они где-то внутри. Одет я достаточно плотно и, хоть возникли некоторые проблемы при влезании наверх, все же я справился. Единственное, о чем я волновался – следы на снегу. Но на мое счастье рабочие возле котельной все как следует почистили, в том числе и снег. И я ступал практически по асфальту. Вряд ли среди девчонок найдется хороший следопыт!
   В общем, я просидел около часа. Странно, но не только не замерз, а даже как-то пригрелся. Потянуло в легкую дрему. Но все это моментально выветрилось из меня, едва подо мной раздался шорох осторожных ног. Кто-то подошел. Я прижался к низу, стараясь дышать через раз. Послышались приглушенные шаги – кто-то пролез сквозь дырку в шифере и очутился прямо подо мной.
   - Все в порядке, - раздался негромкий голос Кати Кондрашовой. - Пока никого нет, мы первые.
   - Вот и хорошо, - последовал ответ. И этот голос был мне знаком. Наташка Киреева, собственной персоной! – Будет время обследовать, нет ли здесь кого из врагов.
   А вот это оплошность с нашей стороны! Такая интриганка и снайперша могла пролезть где угодно. Почему-то я выпустил ее из поля зрения, и напрасно!
Итак, две девчонки из «Женсовета» налицо – Наташка и Катя. Опасные сирены. Не раз я слышал их визг, прямо трубы армии Спасения!
   Я постарался осторожно высунуть голову так, чтобы меня не было видно с земли. Мне хотелось посмотреть, как девчонки подходят к кочегарке, и сколько их будет. Но, услышав очередные шаги, снова врос в самый пол нашего штаба. В общем – нет меня здесь!
   Зато подо мной уже раздавались множественные голоса. Девочки собирались. А потом я услышал и главный голос их командира – Тани Орловой! Вот прогульщицы, честное слово!
   И здесь я узнал, пожалуй, главную сермяжную правду взаимоотношений между Орловой и остальными девчонками. Впрочем, вот их весь разговор:
   - Я пришла. И я готова возглавить наш «Женсовет», - говорила Танька. - И не только ради той борьбы, о которой вы все наслышаны и знаете. Главный наш враг живет в нашем дворе – это Серый. Все остальное не в счет. Конечно, он окружен друзьями, но все они попадутся в нашу паутину. Что касается Козлова, то он тоже ведет свои игры, только у него ничего не получается. Пока. Но если мы обретем статус сильной команды (девчонок!), ему придется признать в нас существенную силу. И наши проблемы станут общими.
   Ни для кого из вас не секрет, что на самом деле Козлов – напыщенный дурак. С нами он не церемонится. Я никогда ему не доверяла, поскольку знаю характер этого человека. Он говорит, что поддерживает нас, но на самом деле не доверяет и может бросить в любую минуту. А в случае опасности так вообще просто сбежит. Все это мешает нашим планам насчет победы над Серегой. Нужно объединиться, чтобы сам Козлов никогда нас не кидал. Вот мы и покажем ему силу нашего «Женсовета». Моя сестра Юля справилась с ролью посыльной. Даже малыши нам помогают! Правда, одно письмо она по рассеянности забыла в детском саду, но эту оплошность мы исправили (врет и не краснеет! – заметил я). 
   Девчонки выразили бурный восторг этой речи своей начальницы. Потом начались переговоры. Как я узнал, Орлова на деле не хотела командовать. В «Женсовете» они все равны. Но именно это равенство и сыграло с ней злую шутку. Выступила Ирка Ким, которой, как я давно уже понял, захотелось самой стать командиршей. Весь ее вид, и как она шуровала в Серегиной школе, говорил об этом. Чем она лучше Козлова? Да ее просто душила зависть, как жаба.
   - Таня, если мы на равных, то ты не должна скрывать от нас свои планы, - заявила она. - Мы знаем, что у тебя есть секретные дела с тем же Козловым. Так вот, я лично не хотела бы, чтобы у тебя были от всех нас подобные секреты. Вдруг у вас есть свой, независимо от нас, договор с Костей? И вы исчезнете прежде, нежели мы...
   - Ты боишься поражения? – голос Орловой прозвучал несколько насмешливо.
Хоть я и не видел их всех, а только слышал, готов поклясться, что Танька покраснела. Уж ее-то я хорошо изучил. И ей не нравилось такое начало вступления в должность главы «Женсовета»!
   - Вы говорите, что я скрытная, - сказала она немного погодя. - Что ж, не буду отрицать. Да! У нас с Козловым есть тайны, точнее, это тайна Козлова. Даже я не знаю подробностей. Скажу только, что у него есть тайный человек – тот самый, благодаря кому он так резко и внезапно возвысился. Этот человек извлекает какие-то свои планы, по-видимому, вся борьба между Козловым и Серым ему на руку. Костя зовет его «ИКС». Скажу более – пару раз я с ним ходила на какую-то встречу. Это может подтвердить Наташка Киреева, она однажды была с нами. Это когда мы разбили Брусникина с... Неважно! Козлов сильно психовал тогда, поскольку мы этим привлекли внимание к его походу.
   - Но ты сама видела этого человека? – спросил кто-то из участниц «Женсовета».
   - Нет... Я просто стояла в подъезде и ждала его. Костя поклялся мне, что он познакомит меня с Ним, когда начнет мне доверять. Вот я и хочу, чтобы мы поскорее объединились и показали ему могучую силу нашего «Женсовета». И он будет с нами считаться! Тогда мы узнаем имя Икса и вообще – что они там затевают. Только сообща можно разделаться с Серегой. Поодиночке мы ничего не стоим, так показали все наши неудачи.
   Поговорив о Козлове, «Женсовет» настроился на главном – на Сереге.
   - Сначала напишем пару анонимок измененным почерком, - предложила Орлова, - потом возьмем на себя главную задачу – Сашку Ковалева. Я поссорю-таки его с Серым. Напишу и ему послание, в котором изложу, что Серый ведет двойную игру. Что он его обманывает. Уж этого Ковалев ему не простит. Он сам как-то рассказал, что вначале они особо не дружили. Вот и вернем их в первобытное состояние. Лишившись Ковалева, от Сереги уйдут и остальные. Я укажу, что вся война с Козловым – для отвода глаз. На самом деле они прямые сотрудники, все передают друг другу. А воюют – просто от скуки. Представьте себе, что все шишки, получаемые ребятами – это игра! Да кто простит такое?! Вот мы и посмеемся над ними в конце!
   - Правильно! – согласились девчонки. - Танька, ты – гений!
   Они дружно завизжали, и на этом собрание закончилось. Все разошлись. Я подождал еще минут пять-десять. Если в центре внимания есть Наташка Киреева – то это опытный противник. Она могла  притаиться и проследить. Не будем давать ей такого повода.
   Было уже порядком темно, когда я слез со штаба. Вернулся домой и позвонил Сереге.
   - Завтра встречаемся, - сказал Серый, выслушав мой короткий доклад.

     Глава 11.
   ПЕРВЫЕ ПРОБЛЕМЫ «ЖЕНСОВЕТА»

   Утром следующего дня я пришел к Сереге, как было условлено. Он был один. Поскольку дело очень серьезное, Серый решил сперва выслушать одного меня, а уже потом, если понадобится, позвать ребят. 
   Конечно, узнав все новости, он пришел в дикую ярость. Пришлось мне в который раз посмотреть бесплатный концерт с беготней по комнате и всем прочим. Однако бушевал он недолго. Быстро пришел в себя и снова стал энергичным и целеустремленным Серегой.
   - Ты не заглядывал в почтовый ящик, Саня? – спросил он. - Наверняка первые анонимки уже появились. Ведь Орлова не станет закрывать дело в долгий ящик, когда у нее появилась такая приятная возможность порисоваться перед подругами. Какая она все-таки бесстыжая тварь! Ее в самом деле нужно устранить. Сделать это мог бы ее отец, ну, если б всыпал ей хорошенько. К сожалению, он слепой, как крот, и не видит, что она вытворяет у него под носом. А я еще и оказываюсь виноват!
   - Что ты собираешься предпринять? – спросил я.
   - Мы не станем ждать, когда они опубликуют их анонимки. И сразу отправим им свои. Пусть почитают. Не все же им писать! Главное – залезть Орловой в душу. Ты принес две замечательные новости, Саня! Первая – «Женсовет» официально существует. Теперь они могут получать и «официальные» документы (в виде анонимок, ха-ха!). Вторая – поведение Ирки Ким. Она действительно лезет Таньке на голову, хочет знать все ее секреты. Орловой, понятно, это не нравится! Воспользуемся этим. Думаю, здесь играет роль еще и то обстоятельство, что Танька тесно связана с Козловым. А это девчонкам и не по душе. Ведь Козлов очень заносчив. А Ирка Ким, в отличие от Орловой, догадывается, что вести дела с таким дураком бессмысленно. Костя никогда не будет стараться ради девчонок, и предаст их при любой попавшейся возможности. Вот здесь, Саня, мы и нанесем удар. Напишем, что Орлова – любовница Козлова! Ерунда, конечно, но зато вдоволь посмеемся! Урок всему «Женсовету» – не пиши гадости в чужой адрес, не проверив собственный почтовый ящик! 
   Сережа в самом радужном настроении побежал к телефону и позвонил друзьям. Попросил прийти тех, кто не занят приготовлением уроков и т.п.
   Что он задумал, я уже догадался, потому терпеливо дожидался прихода друзей. И спустя минут двадцать явились Башка, Ларивошка, Толста Власка, Игорь Андреев, Медведь, Шмонин и Брусникин.
   Серый коротко пересказал им главные новости, и я услышал немало похвал в свой адрес, что добыл столь важные сведения для нашей дальнейшей борьбы. Затем Сережа поведал и о грандиозных планах насчет девчонок, что также не осталось без внимания. Ребята согласились написать пасквили, и это делало нашу затею еще более интересной – ведь все анонимки будут с разными почерками, свидетельствующими о том, сколько людей в курсе событий! Тогда как чаще всего анонимки писал кто-то один, и они были точной копией первой.
   В момент Серый приготовил стол, друзья уселись вокруг с бумажками в руках. Я тоже принял в этом участие, примостившись рядом с товарищами. Серый стоял во главе стола и декламировал первые же глупости, что приходили ему в голову:
   - Пишите, друзья мои. «Дорогие девчонки!.. Вы дуры... Не пишите анонимки против Сергея. Мы не ослы, и не верим вашим бредням. Ваш «Женсовет» нам не страшен. Назовитесь хоть «горшком», но чтобы польза была! А так курам на смех. Что вы, что Козлов – одного поля ягода. Кстати, девчонки, Орлова – любовница Кости Козлова. С чем вас и поздравляем, удачи на новом поприще! Желаем вам, и прочее и прочее. Подпись: Доброжелатель свинья!»   
   Все друзья, записывая эти не совсем приличные строки, от души хихикали.
   - Полагаю, Шмонин знает почти всех участниц их коллектива, - сказал Сережа, заворачивая послания в конверты. - Постарайся обойти главных из них и положи в ящики. Пусть почитают и на досуге поразмыслят, с кем связываются.
   - А насчет Орловой? – спросил я. - Она тоже получит анонимку?
   - Нет... В этом главная цель всего послания. Пусть сами девчонки прочитают гадости в ее адрес. Там посмотрим, как они отреагируют. Но и это еще не все.
   И он продолжил мысль, в частности, что нам предпринять дальше. И, как показало время, его план сработал на все сто. 
   Серый предугадал блестяще – мы вовремя заблокировали удар со стороны девчонок и, мало того, нанесли им сенсационное поражение.
   Вот как это случилось. Анонимки, которыми грозили девчонки, несколько запоздали. Они ведь не думали, что я подслушал их затею, и считали, что время работает на них. Потому были несколько удивлены, получив послания от нас. Многие удивились, насколько быстро мы сработали! Тут впору обвинить саму Орлову в подстрекательстве, если не в предательстве. Возможно, та же самая Ирка Ким затаила еще большую обиду на свою непосредственную начальницу. Время покажет.
   Но тут в обеих школах произошло схожее событие. На стенах появились надписи типа: «Серый дурак!» и т.п. Но на этот раз администрация школы отреагировала молниеносно. Пошли повальные обыски, как в младших классах, так и в старших. И что бы вы подумали, сразу несколько девчонок угодили под разнос – у них в сумках обнаружили следы мела, которым и были написаны гадости. А у кое-кого и гвозди с частичками известки. В общем, мало им не показалось, могу вас уверить! Как показала практика, и девчонкам могло влететь по первое число!
   Это случилось в Серегиной школе. А в нашей произошло еще более удивительное событие!. Ни с того ни с сего взрослые оказались подготовлены к махинации. И среди бела дня еще одна участница «Женсовета» была поймана с поличным возле стенки с гвоздем в руках. Но когда ее схватили, то были крайне удивлены – данная ученица в списках учащихся нашей школы не значилась! Преступницей оказалась сама Ирка Ким! Это был просто неслыханный, грандиозный скандал. Чужая ученица портит стены не в своей школе! Где это видано, и куда смотрят родители?! Небывалый случай...
   Подстава сработала на все сто, особенно в школе у Сереги. Ведь, что греха таить, надписи сделали наши ребята, а мелки подбросили в сумки участницам «Женсовета». Вот так они и были наказаны. Вот их мероприятия, шумные собрания, лозунги, выкрики и прочая вольность. Все и аукнулось с лихвой. Ну кто им теперь поверит, что они ни при чем?! Писать гадости в ответ – себе дороже. Они уже за это поплатились.
   Серый, когда узнал подробности дела, не скрывал своего торжества. Мы сидели вдвоем у меня дома, и он с гордостью говорил:
   - Я поступил так, как планировала сделать Орлова. И кто вообще подумает на меня?! «Серый дурак!». Я что, сам на себя гадости пишу?! Нет, теперь девчонки зависли крепко. Пусть побудут в нашей шкуре. Кстати, Саня, в дело пошла и еще более серьезная сила. Ты знаешь, что в каждом подъезде есть свой староста? Так вот, их предупредили. Если неосторожная писака появится и будет шалить с мелками и гвоздями, ее немедленно схватят, а родителей оштрафуют. Так что пусть «анонимщицы» под домами пишут!
   - Ты все предусмотрел, старый негодяй! – воскликнул я.
   Серый потирал руки.
   - Еще когда они только начинали свои эти лозунги и собрания, мне приходила в голову подобная мысль. Я помню, что нам рассказывали о суфражистках начала века, какие они устраивали погромы и парады. Приходили всклокоченные, боевые, при этом хватали первое, что попадется под руку. Бывало, даже с крышками от унитазов! Та еще картина. Да от таких «эмансипаторов» не то, что мужчины – полицейские разбегались! Потому я решил использовать «дополнительную» технику – в виде взрослых. Предупредил администрацию. 
   Мы рассмеялись. Потом Сергей сделал серьезное лицо.
   - Но Орлова не сдалась. Вчера вечером она мне позвонила. Вот уж чего не ожидал! Сам факт этого звонка говорит о том, что она получила первую шишку. И «Женсовет» ею крайне недоволен. Разговора у нас не получилось. Когда она узнала мой голос, коротко сказала: «Война продолжится. Ты проиграешь, пусть не сейчас, но потом!». И бросила трубку.
   - Ты думаешь, будут последствия наших махинаций? – спросил я его.
   - Полагаю, да. И не обязательно от девчонок. Сейчас Козлов должен выйти из тени, пока мы занимались «Женсоветом»...

     Глава 12.
  КОСТЯ КОЗЛОВ И БРУСНИКИН

   Серый оказался прав, как и всегда. Последствия не замедлили сказаться. И Костя Козлов вновь очутился на самом верху пирамиды. Уж он-то не позволит забыть о себе надолго.
   В школе, как докладывал мне Шмонин, он вел себя сдержанно. Рютин тоже подтянул пояс, и они налегли на учебу. Вообще четверть закончили без троек, чему я очень удивился. И где только время берут для занятий? Я думал, у них война на первом месте.
   К сожалению, нам не удалось установить, как он воспринял фиаско девчонок. Но они с Орловой внешне прекратили сотрудничество, поскольку больше никто не видел их вместе. Даже в детском саду не происходило встреч. Там Медвежонок и Амирка следили за младшей Орловой в четыре глаза. Но Рютин больше не появлялся.
   По крайней мере, лозунги и публичные «выступления» девчонок в двух школах исчезли без следа, а после скандала с вандализмом и осквернением стен и подавно. Жизнь в школе наладилась.
   На этом фоне наши друзья несколько потеряли осторожность. И вот...
   В тот вечер Сергей Брусникин дежурил, потому школу покинул несколько позже обычного. Его приятель и закадычный дружок Шмонин не смог составить ему компанию. В напарники Брусникину выделили совсем другого человека. Закончив свою работу, Арбуз направился в раздевалку. Но, одеваясь, он обратил внимание на одну подозрительность – учебные занятия закончились, но на лестнице видны тени стоявших людей. Брусникин подумал об осторожности и решил на всякий случай выйти с черного хода.
   Но и тот выход охранялся ничуть не меньше. По всей вероятности, наш друг был обречен с самого начала. Костя Козлов оказался находчивее. Не успел Арбуз спуститься с лестницы, как сзади на него из-под школы накинулось человека четыре. Ему мгновенно скрутили руки, и в таком состоянии потащили куда-то в сторону, как оказалось – под арку. Школа с черного хода представляла собой массивное строение, перегороженное между собой пристройкой в один этаж. Эта пристройка и напоминала собой некую арку. Вот под ней Брусникина и ожидал сюрприз в виде донельзя обрадованного Козлова. Рютин был с ним.
   Хорошо, что Серега не потерял присутствия духа. Он был самым рассудительным и хладнокровным из всех нас. Да и Козлов, не сомневаясь в своем превосходстве, изначально допустил ошибку, понадеявшись как на себя, так и на своих прихлебателей.
   - Так, отпустите его! – приказал он, едва Брусникина доставили прямо к нему.
   Приказание было выполнено. Арбуз очутился перед главарем наших противников.    Настроение у Козлова было веселое. И тут произошло чудо: Брусникин... улыбнулся в ответ. Вот этого никто из присутствующих не ожидал. Веселая и приветливая улыбка озарила лицо Сереги. Даже Костя был шокирован.
   - Ну, я рад тебя видеть...
   В ответ Брусникин протянул ему руку, чего уж ну никак не ожидали они все.
   - Я тебя тоже... партнер!
   Козлов сначала не понял, что имел в виду пленник. Брусникин напомнил ему:
   - Ну, мы же партнеры! Ты сам об этом трезвонил на каждом углу. Кажется... – здесь Арбуз повернулся кругом, осматриваясь (на самом деле он искал лазейку на случай бегства), - пришло время поменять некоторые условия, не так ли?
   Костя расхохотался, и пожал протянутую ему руку. Здесь оба они сыграли как на сцене. Жаль, что режиссера поблизости не было. 
   - Можно было договориться и в школе, - Брусникин пожал плечами, - а не ждать на ветру и пугать в темноте.
   - Ну, я не подумал об этом, - признался Козлов. - Да и интереснее было устроить тебе сюрприз. 
   - Это твои люди стоят там, у входа? – поинтересовался Брусникин.
   - Мои! Но я знал, что ты предпочтешь этот выход.
   - Естественно! Когда ты открыто стоишь на виду? – сыронизировал Брусникин.
   Здесь Костя покраснел, ибо понял, что Сергей нанес ответный удар. Все знали, что Козлов трус, вот он и прячется в тени.
   Козлов призвал все свое красноречие и заговорил тоже в несколько ироничной манере:
   - На самом деле даже не знаю, как поступить. Я решил взять тебя в плен, поскольку давно мне не попадались люди Сереги. Должен сказать, что с девчонками вы хорошо поработали. Орлова до сих пор зеленеет от гнева. Как глава «Женсовета» она... безнадежно слаба. Ей бы скромнее быть.
   - Чему и нам с тобой не мешало бы поучиться, - хладнокровно заметил Брусникин.
   Он уже почувствовал, что напряжение между друзьями Козлова ослабло, учитывая «мирные» переговоры двух противников. Это был его шанс. И он решил им воспользоваться, полностью удивив и взволновав своего визави.
   - Что ты имеешь в виду? – вскричал Козлов, попавшись на приманку. - Когда это мы были не на своем месте? Сейчас я стою выше, поскольку попался ты. Впрочем, так оно и должно быть. И будет всегда. А сегодняшнее событие этому подтверждение.
   - Ну, не буду спорить, - пожал плечами Брусникин. - Только вот... ты все перепутал, Костя. Дело в том, что...
   Он намеренно понизил голос и придвинулся вплотную к лицу Козлова, чтобы придать беседе интимный характер.
   - ...мы с тобой хорошо знаем, чьи на самом деле люди стоят у центрального входа... Ты сказал, что взял меня в плен. И здесь неувязка. Что-то я не заметил, чтобы именно ты крутил мне руки. Это делали другие.
   - Подожди! – Козлову очень захотелось поспорить с пленником. - Но разве не я их начальник?
   - Только на словах. Да все знают, какой ты начальник. И здесь ты напутал, как всегда. На самом деле все обстоит несколько иначе. Да, они тебе повинуются. Только при этом ненавидят тебя, а втихаря и ржут над таким недотепой. А знаешь, почему? Потому, что все они... СЛУЖАТ ДРУГОМУ ЧЕЛОВЕКУ! Тому, кто гораздо выше тебя. Тот, кто дал тебе их всех в услужение...
   - Саня, Серый! – вскричал здесь Брусникин, который сидел у меня дома и взахлеб рассказывал нам двоим эту дивную историю. - Вы не представляете, что тут произошло с Козловым! Он не просто побелел от бешенства и неожиданности. Сначала даже не мог слова сказать, настолько оказался поражен не только тем, что мой выпад попал в точку. Но тем, что мы в курсе вообще существования тайного человека! По-видимому, это была самая страшная его тайна. И я, глядя на него, понял, что мы на верном пути к разгадке. Все пособники Козлова служат не ему. Они как бы охраняют его интересы, но отнюдь не его самого!
   В общем, пока он приходил в себя, я заметил некоторую брешь в рядах его союзников. И внезапно метнулся в эту самую сторону. И только тогда Козлов по обыкновению завизжал на всю улицу и воскликнул:
   - Схватить этого прощелыгу!!!   
   Но «прощелыга» уже сделал ноги, пока они там копошились. Костя, как я слышал, вновь и вновь накинулся на Рютина, что тот плохо расставил людей вокруг меня. В общем, пленник испарился. Так я и не понял, с какой стати он вообще захватил меня в плен. И снова получил в лоб вместо того, чтобы самому поиздеваться.
   - Ты хорошо его обул, - согласился Серый. - И, в общем, поступил правильно. Пусть Козлов знает свое место. Что касается его покровителя, то этот «Мистер Икс» должен вот-вот вылезти на свет. Самое время ему появиться, пока Козлов окончательно не увяз. Твой удар оказался весьма чувствительным. Костя вообразил себя всесильным, а он вновь оказался ниже канализации.
   - Боюсь, теперь у Штанги появятся самые настоящие проблемы, - спохватился я. - Козлов поймет, что только его человек мог все узнать про покровителя.
   - Возможно, хотя и не без возражений, - Серый пожал плечами. - Не забудь, про этого человека никто просто так не болтал. Откуда Штанге знать? Но ты прав, Саня. Штанге надо сказать через Шмонина, чтобы был четырежды осторожен.
   На этом наше собрание закончилось. Брусникина мы с Серегой проводили домой, чтобы по дороге на него снова кто-нибудь не напал. Но ничего не случилось. По всей видимости, Козлову хватило сегодняшнего нокдауна, и он не стал обострять ситуацию. А иначе ему пришлось бы узнать еще что-нибудь новое о себе. И, главное, почему мы всегда в курсе его самых темных дел?!

     Глава 13.
  НЕЖДАННЫЕ СЛУШАТЕЛИ

   В ближайшую субботу с утра Серый появился у меня дома с довольным видом.
   - Новости, Саня! Козлов собирается произнести речь перед своими сторонниками. Думаю, нам стоит тоже пойти и послушать.
   - Откуда такая уверенность? – осведомился я, зевая со скуки, поскольку действительно в выходной делать было нечего.
   - Ну, Штанга предупредил. Он позвонил и рассказал о готовящихся грандиозных планах своего начальника. Встреча, как ты понимаешь, пройдет под голубым домом. Сейчас уже весна, холода позади. Это своего рода – открытие сезона. Будет много нового и интересного, о чем и нам не мешает узнать, как говорится, из первых уст.
   - Хорошо, только... – я почесал в затылке, - как пробраться туда незамеченными? Мы уже долго воюем, Козлов должен стать умнее.
   - Думаю, все пройдет замечательно, - загадочно успокоил меня Серега. - Мы тут со Штангой придумали кое-что...
   А, вот это другое дело! Раз у Сереги есть план, можно не волноваться. Правда, меня он посвятил в него постольку поскольку, и очень витиевато. Одно я понял – наши друзья вообще не в курсе этих замыслов касательно разведки.
   - Ну, чтобы не сглазить, - вышел из ситуации Серый, угадав мой вопрошающий взгляд.
   Я пожал плечами, но ничего не ответил. Пусть будет так, раз он решил.
   Заседание у Козлова назначено на четыре часа дня. Не слишком поздно. Под домом хоть и полумрак, но все же достаточно светло, чтобы нас заметили. А раз это настоящее собрание, думаю, присутствовать будет вся бригада вместе, а не только «верхушка». А если мы с Серегой спрячемся чуть дальше, а Козлов по обыкновению будет бубнить себе под нос, мы вообще ничего не услышим. И вся затея с разведкой провалится на корню.
   Впрочем, я не стал тревожить Серегу своей неуверенностью, пусть сам разбирается, раз уже заранее все решил.
   Мы вышли из дома в три часа дня – за час до предполагаемой сходки. И по уже сформировавшейся традиции обошли двор Кости вкруговую, чтобы нас не заметили дозорные, если таковые имелись. Таким образом, мы снова очутились под домом с самой дальней стороны, откуда никогда враги не появлялись. Это было связано с еще одним обстоятельством, о котором я не рассказывал – все дело в том, что самый простой способ залезть под дом был именно тот, возле которого парни Козлова и собирались. С противоположной стороны дома расположено такое обилие труб, что там просто нет возможности развернуться. Кроме того, позади не имелось так называемого «прохода», он был защищен от проникновения толстым шифером. И залезть можно было лишь ползком. На случай, если читатель забыл, сейчас стояла весна, апрель месяц. Все плыло и таяло. Опуститься на землю – намочить одежду, не говоря уже о том, как ты будешь выглядеть. Впрочем, это было самое последнее, что могло остановить двух сумасшедших разведчиков. Дело превыше всего. Мы пролезли под дом, конкретно вымазавшись грязью, хорошо, если не нечистотами (с Сереги станется завести меня в помойку!), потом какое-то время потратили на то, чтобы привести себя в порядок. Правда, времени на это уже не оставалось, поскольку минут через десять первые посетители конференции прошли под дом с «официальной» стороны. Один из них был Штанга.
   Мы с Серегой мгновенно позабыли про одежду и ринулись за сваи, каждый со своей стороны. Встали, как вкопанные, замерев на месте.
   - Все чисто, - громким голосом произнес Штанга, вглядываясь в темноту. - Пока никого нет.
   - Отлично! – ответил чей-то хриплый голос. - Можно доложить Козлову, что шпионов нет. 
   - Погоди, «Осьминог»! – неожиданно остановил его Ванька, заставив нас с Серегой вздрогнуть от неожиданности. - Мне показалось... Впрочем, ерунда! Но надо проверить, так ли это. Чтобы потом Костя нас не ругал за беспечность. Все-таки у нас война. Мало ли, что там затевает этот идиот Серый...
   Парень, которого Штанга окрестил «Осьминогом», мотнул своей глупой башкой, соглашаясь с товарищем. И они пошли прямо к нам! Вот этого я не ожидал, тем более, от Штанги. Что они задумали?! Рассекретить нас с самого начала?
   Но на полпути Ванька попросил Осьминога осмотреть левую часть, там, где было множество труб. Сам же пошел к сваям, где, естественно, сразу нас и обнаружил. Серый приветливо сделал ему знак рукой. Штанга подмигнул.
   - Эй! Тут никого, - раздался со стороны голос Осьминога. - А что там у тебя?
   - У меня тоже пусто, - крикнул Штанга, делая вид, будто всматривается вдаль. - Все в порядке. Осторожность не помешает. Теперь можно звать Козлова. Да и ребята уже собираются...
   В самом деле, тут же под дом залезла большая группа парней. Я уже не различал, кто там пришел и сколько их. Но один голос узнал сразу – то был «Предостережение». Это карканье я узнаю за километр. Возле него какой-то большой и крепкий парень вертится. Наверняка Труба. И сколько еще таких вот «труб» имеется в арсенале у Козлова!
   Козлов и Рютин прибыли самыми последними, ну, как это свойственно начальству. Осьминог тут же доложил ему, что все спокойно, и шпионов поблизости не наблюдается. Костя кивнул. Сегодня он выглядел крайне озабоченным, что не укрылось от нашего взгляда.
   Впрочем, он сам тут же исчез из нашего поля зрения, поскольку его командирский стол располагался чуть в стороне от тех свай, за которыми прятались мы. Зато затылок Рютина я превосходно видел. И, дай мне такую возможность, с большим удовольствием пустил бы ему камень из рогатки. Но я не мог провалить всю операцию случайным выстрелом. Впереди – речь Кости Козлова. Мы с Серегой застыли, сконцентрировав внимание на нашем общем враге.
   Серый что-то тихонько шептал, и я догадался, что он пересчитывал тени собравшихся. Если это все участники, то мы можем знать их общее количество. Мне самому показалось, что их не меньше пятнадцати.
   Перед началом лекции Козлов поприветствовал своих ребят, причем, как я заметил, с особым теплом и без своих обычных начальствующих замашек. Он никого не оскорблял, главное, не трогал Рютина, которому вечно доставалось. По одному этому можно было сообразить, то надвигается нечто серьезное и важное. Прав был Серега. Эту речь нужно было услышать из первоисточника.
   Поговорив и обсудить нечто второстепенное, Рютин призвал к тишине. И тут со своего стула поднялся Костя и начал разглагольствовать:
   - Знаете, друзья, наша сегодняшняя встреча не случайна. Я давно хотел собрать вас всех, чтобы разобраться в сложной ситуации, в какой мы оказались. Летом прошлого года мы развязали войну против соседнего двора, в частности, против вожака этой стаи – Сереги! Прошло много месяцев, однако итоги весьма неутешительны. То, что тогда казалось пустяком, на деле кое-кому вышло боком. И вот я думаю, - здесь Козлов обвел взглядом молчаливую толпу своих наемников, - наступил тот момент, когда мы должны четко уяснить себе поставленную задачу – раздавить к чертям собачьим соседний двор! Да-да, я знаю, что каждый из вас сейчас думает! Ведь мы не предвидели сопротивления с их стороны. Войну нужно было закончить до прихода зимы. А уже весна следующего года! Вообще, зима нас подкосила, некоторые парни покинули нас. Ну и пусть катятся колобками, у нас есть другие, не менее способные ребята. Тем не менее, за зиму многие из нас обленились, стали неповоротливыми, заметными, рассеянными. Почему? Да потому, что на самом деле мы не хотим как следует побеждать наших врагов! Всякий раз, когда готов план атаки, что-то выходит не так. Всюду вставляются палки в колеса. Так вот – я устал от такой не слаженности и вечных подозрений! В наших рядах затесался шпион! Всякие были доводы, кто из вас предатель. Да, я виноват в том, что посвятил в некоторые дела девчонок, на которых вообще полагаться нельзя. Но ведь и до них были запутанные случаи. Впрочем, с предателем покончено. Вы ведь помните, почему исчез Футляр? Это ОН предавал всех и каждого. И я с удовольствием смотрел, когда вы били ему рыло!
   «Вот незадача! – подумал я, слушая монолог нашего противника. - Они избили верного человека, который искренне был им предан!»
   Впрочем, проблемы Футляра меня ничуть не волновали, ведь для меня он всегда оставался врагом! Я выбросил его из головы и сфокусировался на дальнейшей речи Козлова:
   - ...думал, хоть здесь все будет шито-крыто! Ничуть не бывало! Кольку, этого «Предостережению», раскололи в два счета! Нет, война и так слишком затянулась. Пора приступать к выполнению наших обязательств. Но вы не желаете воевать в полную силу. Вы жалеете наших врагов! Или мы с вами не понимаем друг друга! В чем же дело?
   Вопрос был задан всем. Среди парней вражеского стана послышался тихий говор. Затем поднялась чья-то тень.
   - Нет, суть не в этом. Нам совсем не жаль врагов. Все гораздо проще. У нас нет той организации, какая существует у ребят с соседнего двора. Ты, Козлов, все держишь в голове, и, получается, сам нам не доверяешь. И даешь нереальные планы нападения. А когда приходит пора действовать, вдруг исчезаешь. Потом выясняется, что ты ходишь куда-то на окраину города, с кем-то советуешься, кто никогда здесь не бывает. У нас что, два фронта?! И при чем тут девчонки и эта Орлова, из-за болтовни которой мы и проигрываем все время?
   Парень, который произносил эти слова, был Штанга. Похоже, он закинул-таки удочку для выявления тайного помощника Козлова, раз открыто, в присутствии «товарищей» называл вещи своими именами. Но... не слишком ли он торопится? Я смотрел на Серегу, ожидая его реакции. Но Серый молчал, похоже, он уже все знал о стратегии Штанги, если не сам подсказал ему действовать в этом направлении.
   Козлов, который, по моему мнению, должен был стереть Штангу в порошок, недопустимо для себя выказал всю твердость и спокойствие. Видимо, сейчас был не тот случай, чтобы орать и психовать. Он, правда, ловко ушел от ответа насчет встреч с посторонними людьми (а, тем более, со своим тайным покровителем, разумеется!). Однако признал правоту Штанги. Напомнил еще раз, что предателем был Футляр, которого больше с ними нет. Что касается девчонок, то и от них можно извлечь пользу. Они могут быть неплохими осведомителями, учитывая, что Танька как раз живет в подъезде негодяя и задаваки Сани Ковалева. Тем более что весной битв еще не было. Теперь как раз Серый со своими дружками живет припеваючи и не думает об опасности. Самое время напасть на него и сбить спесь.
   Что касается планов нападения, Костя заявил, раз им не нравятся его идеи, пусть придумают что-то свое. И каждый может высказаться открыто. Сейчас уже под домом тепло, они могут собираться все вместе, а не отдельными группами, как зимой.
   Эта речь вызвала одобрительные возгласы. Теперь каждый почувствует себя значимым звеном. А раз так, то и война продолжится со всем прилежанием, как прошлым летом. Все это нас отнюдь не радовало. А Штанга, он что, с ума сошел? Такие дельные советы дает...
   Рютин тут же предложил напасть внезапно на Серегу и Ковалева, ведь они постоянно вместе. Избить их будет легко, да и доставит удовольствие. Козлов, скрывая досаду, отклонил это предложение. Без плана, пояснил он, нечего и соваться. Опять проиграем. И тут терпение Кости иссякло, и он в бешенстве воскликнул, глядя разъяренными глазами на своего помощника:
   - Ты опять захотел, чтобы тебя вкруговую пинками прогнали сквозь строй!!!
   Рютин побледнел и тут же заткнулся. А-а, вот каковы у них порядки в стане!    Серый усмехнулся. Я все ждал, когда он выскочит на сцену, чтобы снова удивить и разозлить Козлова. Но сегодня этого не случилось. Совещание и вся конференция подошла к концу, и парни разошлись. Мы с Серым подождали минут десять, потом тоже покинули штаб Козлова и вернулись в свой двор.

     Глава 14.
      ПИСЬМО

   Был вторник. Конец апреля. У всех у нас временные каникулы – уровень заболеваемости гриппа превысил допустимую норму, потому всех учеников временно отстранили от занятий. Вообще, случай небывалый!
   Ну, вы понимаете, никакого огорчения эти школьные трудности нам не доставили. Наоборот, все рады были избавиться от учебников и скучных занятий. Естественно, каждый нормальный ребенок наплевал на карантин, и беспечно гулял во дворе. Все наши друзья не стали делать исключения.
   Серый был в нетерпении, ожидая подвоха со стороны Козлова. Ведь он сам на прошлой конференции говорил, что весной сражений еще не было. Самое время нападать. Правда, Штанга ему пока не звонил. Похоже, наши недруги взялись за ум и решили преподнести нам настоящий сюрприз, и выиграть свое первое сражение!
Ну, в этот вторник сюрприз случился, правда, не совсем тот, какого мы ждали.
   Сережа позвонил мне утром, попросил подойти к нему по срочному делу. Я ответил согласием и немедленно вышел. Несмотря на то, что мы с ним учились теперь дома, все же фактически относились к своим школам, потому эпидемия как бы относилась и к нам. В общем, учителей мы не ждали и наслаждались внезапными каникулами, мечтая, чтобы они продлились как можно дольше.
   Серега был взбудоражен с самого утра. Глаза у него так и горели. Он с нетерпением ожидал моего прихода и клацал зубами от нетерпения, когда я развязывал шнурки ботинок, застряв в коридоре. Уже комнате он вытащил из кармана конверт и завертел им у меня перед глазами.
   - Вот оно, Саня! Письмо! – проговорил он, глядя на меня блестевшими от возбуждения глазами.
   - Ну и что? – не понял я. - Какое письмо? Кто отправитель?
   - Думаю, тот, кого мы ждали. ПОКРОВИТЕЛЬ КОЗЛОВА!
   Я тут же вскочил на ноги. Серый как по команде, наоборот, уселся на диван.
   - Пришло вчера днем. Я не стал сразу вам сообщать, решил кое-что проверить. В общем, проверка удалась на все сто. Но об этом мы поговорим потом. Сначала прочитай, что там написано.
   Я взял конверт, достал листок бумаги, что не составило труда, ибо Серый, конечно, давно вскрыл печать. И прочитал странное короткое письмо:

   «Сергей! Я Вас люблю! Вы – самый хороший парень, какого я только встречала в своей жизни. Но сейчас не это главное. Пока  я не могу назвать свое имя (в сложившихся обстоятельствах). Комментарии излишни. Приходите 25 апреля с.г. на улицу Кулаковского. Там Вы все узнаете».
Подпись:
              ??????    

   - Ничего не ясно, - произнес я, когда прочел до конца это странное письмо. - А подпись?! Черт знает что! Балбес какой-то писал. Ясно одно – это ловушка. Любовь – галиматья! Надеюсь, ты не купился на эту ахинею. Писака указывает всеми фибрами души, что он – девчонка! Но это обман. Писал парень.
   - Кто знает, - протянул Сережа, беря письмо и внимательно изучая его в который раз.
   - Теперь про улицу, - продолжал я, - Кулаковского – рядом с нами, там Козлов живет. Но не указан адрес. Твой оппонент уверен, что ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь. Если о Козлове, то понятно – нечего тебе там делать. 25 апреля – это завтра, кстати! Самая настоящая западня, да еще – неумело составленная. Если это все, что они придумали после той знаменитой конференции, то плохие у Козлова помощники.            
   - Насчет западни я склонен согласиться, - кивнул Сергей. - А что ты скажешь про подпись?
   - Иероглифы какие-то, - пожал я плечами. - Думаю, они просто подурачились, чтобы мы не угадали истинного автора этого дурацкого письма.
   Серый усмехнулся.
   - Это письмо, Саня, более чем кстати! Посмотри внимательно на иероглифы. Разве они не похожи на буквы?
   - Ну, похожи, - нехотя согласился я.
   - Значит, можно допустить, что на розыгрыш не катит. Дурак просто подписал бы галиматьей, или вообще ничего не написал. А здесь – зашифрованная подпись. Нет-нет! Этот человек, Саня, ХОЧЕТ, чтобы я проявил смекалку и угадал его имя! Насчет содержания письма – да, здесь ты прав! Похоже, что само письмо и подпись не имеют связи между собой. Письмо написано с одной мыслью, а вот подпись – свидетельство другого.
   - Хочешь сказать, что письмо диктовал Козлов, а подписал тот, второй человек, которого мы еще не знаем?
   - Все возможно.
   - А что ты еще заметил? – поинтересовался я.
   Серый немного подумал, прежде чем ответить.
   - Я думаю, писала девчонка. Знаешь, почерк, размер строчек. Видно, что «писатель» старался, выводя каждую букву. У нас в классе примерно так же писали наиболее старательные девочки. Парни обычно торопятся, особенно те, кто составляет разного рода анонимки. Согласен – содержание в духе того же Козлова, больше он ничего и придумать не мог. Но иероглифы не для него. Значит, в дело вступил-таки наш знаменитый и неуловимый Покровитель.
   - Тогда при чем тут девчонка? – недоуменно спросил я, всплескивая руками. - Ты ведь не допускаешь, что союзником Козлова могла быть... девочка?!
   Серый пожал плечами.
   - Ладно. Давай исходить пока из того, что автор письма – девчонка. Что сразу бросается в глаза в первую очередь?
   - Ну... То, что Козлов ни при чем, точнее – не он автор самой идеи. Это работа «Женсовета» во главе с Орловой. Они мастерицы на подобные шутки и выкрутасы. Орлова могла сговориться с Костей, чтобы он готов был напасть на тебя, а сама через подставное лицо (чтобы ты не угадал почерк) пишет любовное письмо. Они скрывают знаками первую попавшуюся фамилию, или псевдоним, который тут же придумали, и послали конверт в почтовый ящик. Здесь, главное, можно попробовать вообще проследить, кто таскает эти письма, какой агент или агентка. И поймать с поличным...
   - Браво, Саня! Добрая мысль насчет почтальона. Хорошо! А финал истории?
   - Он очень прост. Ты у нас первый по части разного рода приключений. Они уверены, что ты клюнешь на приманку, пойдешь во двор Козлова (адрес не указан, но улица налицо). Там тебя, естественно, поймают, возьмут в плен и – вот она – долгожданная победа Козлова.
   - Догадка твоя логична и вполне уместна, - похвалил Сережа. – Об этом мы еще поговорим. Но подпись меня чрезвычайно смущает. Похоже, только она одна – искренняя и правдивая во всем этом послании. Как старательно выправлены закорючки! Человек старался, Саня, произвести впечатление.
   Серый еще раз взглянул на иероглифы в письме, потом глаза его снова заблестели.
   - Теперь я расскажу тебе, почему сразу не сообщил о послании. Я ведь сказал, что нашел его еще днем вчерашнего дня. Само собой разумеется, я моментально понял, что данное письмо пришло, минуя официальную почту. Не было ни марок, ни печатей, ничего! Разумеется, его просто подбросили. Я рассуждал так же, как и ты    – выследить шпиона. Но я не могу торчать в подъезде битые сутки, поджидая неизвестно кого. Меня самого тогда заберут в милицию по подозрению в краже драгоценных газет и журналов моих собственных соседей.
   - И чем ты тогда занимался? – улыбнулся я, уж очень уморительным в этот момент было постное Серегино лицо.
   - Размышлял. А потом мне пришла в голову мысль проверить, насколько хорошо работает эта так называемая «почта». Я написал ответное письмо, содержание уж не помню. Всякую галиматью набросал типа: «Я тебя люблю, но жениться не могу» – все в таком роде. Подпись поставил свою собственную – ведь мне скрывать нечего! Положил в конверт и отнес в свой почтовый ящик. Потом занялся другими делами, да еще родители уговорили помочь им в поездках. Короче – было чем заняться!
   Но сегодня утром я решил проверить, верна ли моя версия. Ты уже догадался, правда, Саня? Конечно, я спустился вниз, перепрыгивая через четыре ступеньки, добрался до своего почтового ящика, распахнул крышку, и...
   - Письмо исчезло, - кивнул я.
   - Совершенно верно! Как корова языком... Вообще, ты ведь знаешь, каковы они – наши почтовые ящики. Больше половины без замков. Мой не исключение. Там самое ценное – резинка от трусов, которая не позволяет дверце торчать все время открытой. Потому мы и не выписываем дорогих журналов, а только газеты, что если и пропадут, не страшно. Зайди в любую печать с газетами, цена копейка.
   - Значит, тот, кто все это придумал, предполагал, что ты ответишь на письмо, - сказал я.
   - Верно. И мы с ним поняли друг друга. Он не сомневался, что я отвечу, и нашел возможность похитить мой ответ. Теперь он (или она!) знает, что я настороже. 
Серый прищелкнул языком.
   - А теперь самое время вернуться к вопросу о причастности девчонок, «Женсовета», иероглифов и Козлова. Я почти уверен, что сама Орлова здесь ни при чем.
   - Как?! – вскричал я. - Но ведь... девчонка...
   - Вот что, Саня! – Серый вскочил на ноги и забегал по комнате, что говорило о его возбужденном состоянии. - Беги к телефону. Вызывай наших. Ах, черт возьми! Надо созвать совет друзей. В таком деле любая мысль найдет свое место. Вперед!
Я подбежал к телефону и стал набирать номер Башки.

     Глава 15.
  СЕРЫЙ СОЗЫВАЕТ СОВЕТ

   Введя в курс дела Башку, я дозвонился до всех остальных. Благо, школы нет, все дома. По иронии судьбы, каждый из друзей откровенно скучал, ведь они не привыкли к безделью в учебное время! Ну, почти все, пожалуй, за исключением Шмонина. Он всегда умел поймать возможность полодырничать, хорошо, хоть во время урока не спал. Как итог, все выразили согласие встретиться «на совете» у Сереги. И бросились к нему. Еще какое-то время я исполнял роль дворецкого, открывая двери и впуская участников «заседания». Это Серый придумал. Не из-за лени, а просто, по его мнению, так смешнее. Они стучатся, думая, что сейчас дверь распахнет сам хозяин дома, а вместо него они видели постную и глупо улыбающуюся физиономию Сани Ковалева. Чем не смешно?
   Пришли Медведь, Толста Власка, Ларивошка, Игорь Андреев, Башка, Брусникин. Последним явился Шмонин с зевающим ртом. Ну, я еще по телефону понял, что разбудил этого лодыря. Балбес сразу начал канючить, что его лишили завтрака. Толста Власка с самым любезным видом показал ему кукиш, в результате чего у бедняги сразу пропал аппетит, и он закивал головой, словно лошадь, показывая, что еда ему совершенно не нужна. И для чего она вообще, боже мой!
   Пока я бегал от звонка к звонку, открывая двери, Серый и не думал лениться. Он сдвигал столы, чтобы придать комнате правдоподобный вид рабочего кабинета. Ну, раз у него целое заседание! Таким образом, мы все расселись вокруг стола, а    Сережа устроился сбоку. При этом он стоял на ногах, хотя стул и болтался у него за спиной.
   Когда все поздоровались, обменялись шуточками и успокоились, он приступил к собранию:
   - Друзья! Время отдыха закончилось. Наступил момент разгадывать очередной ребус. Вчера я получил письмо, с содержанием которого вас сейчас познакомлю...
Серый прочитал послание, о котором говорилось выше. Потом дал каждому из нас просмотреть его и, главное, обратить внимание на иероглифы внизу. Для верности он положил на центр стола лупу, чтобы у нас была возможность увеличить зашифрованное имя.
   - Это и есть главная загадка нашего совета, - сказал он в заключение.
   Потом Серый сел на свой стул. Ребята поочередно рассматривали письмо, странную подпись, а кое-кто из них даже перерисовывал иероглифы в свой «паспорт», чтобы видеть перед глазами.
   - Имя, конечно, зашифровано, - проговорил Башка, вглядываясь в иероглифы.
   Все поспешили с ним согласиться.
   - Вот только имя это, или прозвище? – недоумевал Игорь Андреев, вертя письмо в разные стороны. - От чего отталкиваться, неизвестно...
   - Будем исходить из различных версий, - заключил Медведь.
   Серый погрузился в размышление, не мешая друзьям своими советами. Впрочем, данная загадка сама собой представляла такой интерес, что ребята не отвлекались, желая разгадать странную прихоть нашего писаки. Такого непонятного случая у нас еще не было.
   Однако, несмотря на страстное желание, разгадка оказалась не так проста. Именно малость информации заставляла всех нас потеть.
   - Имя или псевдоним? – шептал Андреев себе под нос.
   Первым опомнился Башка. Он вскочил со стула и уставился на Серегу:
   - Ты уверен, что писала девчонка? – воскликнул он.
   - Я не исключаю такой версии, - осторожно кивнул хозяин дома.
   По его лицу я догадался, что Серый понял идею Башки, и почему он задал ему этот вопрос. Сам же я пока вообще не соображал.
   - Первые две буквы известны, ну, если исходить из версии, что это подлинное имя, - наконец выговорил Сергей Брусникин, всматриваясь в подпись. – Крест, конечно, похож на букву «Х».
   - А тарелка, или что там изображено – напоминает «О»! – вскричал обрадованный Медведь.
   - Точно!
   - В подписи есть еще «А», - увидел Шмонин.
   Таким образом, вот что в итоге у них получилось:

                Х О ? ? А ?

   - Давайте возьмем за главную версию, что это настоящее имя, - заключил Башка. - Точнее – фамилия. Ну, вдруг? Правда, тогда не получается, что...
   Макс беспомощно посмотрел на Серегу, словно ожидая помощи от него в этом вопросе. Серый кивнул, показывая, что он все понимает.
    - В общем, девичья фамилия никак не выходит, - проговорил Башка. - «А» мешает.
   - Это еще почему? – недоверчиво осведомился Шмонин, который, похоже, вообще ничего не мог понять и только напрасно протирал штаны. Толста Власка тоже недалеко от него отстал и уже начинал выходить из себя. Здесь я понимал его – важные документы не для него. Вот подраться – всегда, пожалуйста!
   Макс уставился на Шмонина.
   - Потому что буква «А» не на своем месте. Она должна находиться в самом конце, тогда это напоминало бы женскую фамилию. А так – только мужскую. Окончание может быть «АН», или «АШ», уж не знаю. В конце там галиматья полная.
   - Может, буква «Ж»? – предложил свою версию Ларивошка.
   - Обратите внимание, друзья, - подал, наконец, голос Сергей, - последний шифр состоит из нескольких букв. В самой середине там снова виден крест. По бокам – что-то вроде пирамиды. И эти крылья бабочки на краях... Странная шифровка...
   Серый обвел нас взглядом. Потом вдруг торжественно кивнул Башке:
   - Насчет первой буквы ты угадал, Макс. Это – «Х». И... не только потому, что крест сам по себе напоминает эту букву. Мне пришла в голову одна мысль... Вы помните, ребята, как в своем письме Орловой Козлов упоминал некоего «Икс»? Мы тогда еще подумали, что это просто такая таинственность – типа «мистер Х». А что, если... у него на самом деле фамилия начинается на эту букву?! Тогда понятно, отчего все его звали «Икс». Не «Икс» он, а – фамилия с «Х»!
   - Смелая идея! – подхватил Брусникин, вскакивая с места. - Значит, если идти в этом направлении, начало фамилии – «ХО...». Потом – «А», и дальше...
   - Дальше – загадка века, - устало промолвил Медведь.
   - Ну, если вы согласны с моей теорией, теперь будет полегче, - развел руками Серый.
   Да, он прав. По крайней мере, мы не будем отвлекаться на странные прозвища и погоняла. Однако последние три буквы никак не угадывались. Тут еще Ларивошка пустился в какие-то мудреные теории (наверно, переборщил с шампанским?). В последней букве ему виделась не только пирамида или бабочка, но еще и изображение таракана, или другого насекомого. Далее в ход пошло сатанинство и колдовство, черная магия и прочая белиберда. Кончилось тем, что ребята умоляли Димку закончить выдумывать и не мешать им разгадывать ребус.
   Но тут вдруг Серый издал ликующий рык, чем снова напугал всех нас. Мы так и повскакали со своих мест.
   - Мне известны все буквы! – проорал он, вскакивая с места и пиная стул в сторону.
   Мы обступили Серегу, чтобы увидеть в буквах то, что рассмотрел он. Но Серый успокоил нас, попросил сесть на свои места. Он подробно все объяснит.
   - А ведь все просто, друзья! И спасибо вам большое, что вы сегодня здесь, ведь без вас я бы ни за что не догадался! Меня терзали бы сомнения и боязнь ошибиться, пойти не по тому следу. Главная загадка состоит в том, что... никакой загадки нет! Чем сложнее ребус, тем проще его разгадать! Наша таинственная противница, кто бы она ни была, напустила тумана, решив похитрить. Она не стала ничего придумывать, просто убрала фамилию в иероглифы, чтобы мы помучились. Я заявляю, что игру с нами ведет самая настоящая девчонка! А третья буква – «Р»!
   Ребята сидели, боясь нарушить молчание, настолько захватила их эта задача. Сережа продолжал говорить:
   - Посмотрите на нее внимательно. Что вы видите?
                ?
   Правильно! Похоже на гриб. Кто-то увидел зонтик, а если перевернуть с ног на голову, получится листок, или даже дерево с комьями земли. В общем, куча версий для больной фантазии. Но я говорю вам, что это буква «Р».
   - Я думал, что больше похоже на «Ф», - признался я.
   - Тоже верно. Только не слишком похоже на фамилию, если исходить из первой буквы «Х». Две глухих согласных рядом – получится не фамилия, а карканье. Нет, это «Р», только она прописная, ну, как мы в тетрадях пишем. Что получилось у нас?
   - «ХОР...» - подсказал Шмонин.
   - Далее совсем просто. Разобравшись с третьей буквой, остальное пошло само по себе. У нас в подписи идет:       
                №
    Похожа, конечно, на «Н», на «номер», на английскую «Н», кстати! Естественно, вкупе с предпоследней буквой «А», которая так и бросается в глаза, все это составляет слог «НА», который тоже мог помешать нам угадать истину. Тем не менее, я почти уверен, что это буква «И»!
   И вот мы доходим до нашей следующей «подделке» под литерой «А».
 
                А
   Я делаю предположение, что на самом деле это буква «Н»! И вот почему. Если приглядеться ко всей абракадабре, то эта буква прямо бросается в глаза, дескать – вот она – Я! Это и подсказало мне, что буква, которая видна по написанию лучше и ярче других – хитрость. Утверждаю, что это «Н».
   И вот у нас возникает имя, ибо, конечно, последняя загадка, как бы там ее ни рисовали (вон Ларивошка до колдовства дошел!) – буква «А». Таким образом, парень просто исключается. И мы видим фамилию...
   - «ХОРИНА»! – прочитал Шмонин.
   - Верно! Вы можете мне не верить, но ясно одно – загадочный помощник и покровитель Козлова – девчонка! Ее фамилия – ХОРИНА!..
   Ребята привстали с места, у многих отвисла челюсть. Серый раскланялся, как клоун на арене.
   Конечно, он предупредил нас, что фактов все еще мало, даже несмотря на полученное письмо. Где гарантия, что писавшая послание и есть загадочная покровительница Козлова?
   Впрочем, когда ребята, обрадованные выполненной задачей, разошлись, Серый снова впал в возбужденное состояние.
   - Это она, Саня! Я уверен! Многое сходится. Она ДОЛЖНА была выйти из тени, особенно сейчас. Наконец-то у меня гора с плеч свалилась. Интересно только, кто она? И почему помогает Козлову?
   Но это была уже совсем другая история, ответов на которую у нас пока не было...

     Глава 16.
      ШТАНГА

   В субботу ближе к вечеру меня потревожил робкий такой звонок в дверь. Так обычно звонят люди, не уверенные в себе: либо спросить что хотят, а то и просто ошиблись адресом.
   Но, подойдя к дверям и поинтересовавшись, кто там, я убедился, что это ни то, ни другое.
   Пришел Штанга. Вот только выглядел он подозрительно странно – весь грязный, точно в канаве валялся, взгляд настороженный, волосы взлохмачены.   
- Господи, что с тобой! – вскричал я, увидев его.
   Штанга с усталым видом ввалился ко мне в квартиру, но, понимая свой вид, постеснялся входить дальше в комнату. Привалился к стене и с самым жалким видом окинул меня взглядом.
   - Не могу, - промямлил он, шамкая ртом, как самый настоящий старик. - Все кончено, Саня! Я выхожу из игры. Надоело все! К чертям! Вам я уже не нужен!
   - Да что случилось, наконец?! – меня самого затрясло от волнения.
   - Не понимаешь? Так я объясню, - продолжал Ванька жалостливым голосом. - Я выбываю из игры. КОЗЛОВ ВСЕ ЗНАЕТ!!! Кто-то выследил меня, что я связан с вами, и донес ему. Я раскрыт, Саня!
   - Теперь понял, - нахмурился я, бросаясь к телефону.
   Позвонил Сереге и все ему рассказал.
   - Оба ко мне! – приказал тот и швырнул трубку.
   Я кинулся к ботинкам, обуваясь практически на ходу. Штанга, который, похоже, еще не до конца пришел в себя и находился в заторможенном состоянии, инстинктивно увязался за мной только потому, что я сам вышел из дома. Мне пришлось подхватить его за руку, чтобы он, не дай бог, не оторвался от грешной земли и не воспарил в небо – настолько ему сейчас было все равно.
   Серый ждал нас, сгорая от беспокойства. Он тут же предупредил, что дома кроме него нет никого, что родители в отъезде, и он здесь один хозяин. Это к тому, чтобы мы могли сотрясать стены и орать, как только можем – ничего страшного не произойдет. Более того, несмотря на вид Штанги и всю собранную им грязь, Серый втащил его к себе в комнату в таком виде и кинул на диван, словно мешок с тряпьем. И велел еще раз повторить то, что я уже сообщил ему по телефону.
   Штанга, клацая зубами, сказал то же, что и мне. И опять сделал акцент на том, что ему все надоело, что он никому не нужен, пользы никакой, и он выходит из игры.
   Серый нахмурился. Потом театрально схватился за сердце, чем еще больше смутил несчастного Штангу, после чего закудахтал, словно курица:
   - А я-то, дурак, думал, у тебя что-то действительно страшное произошло... Какой позор, Штанга! КАК ТЫ МОГ ТАК МЕНЯ НАПУГАТЬ?!
   Бедный Штанга совсем рехнулся от этой напускной истерии моего друга, и застыл на месте, не в силах пошевелиться, тогда как я, зная ужимки Сереги, ждал продолжения концерта.
   - Из игры он выходит... Козлов его раскрыл. НУ И ЧТО?! А что, собственно, изменилось? Мир перевернулся? Или Ларивошка курить бросил?
   Тут я не выдержал и расхохотался. Штанга в немом изумлении уставился на меня. Теперь он вообще не понял, в какой дурдом попал. Серый успокоился и сел рядом с парнем. Я расположился напротив них на стуле.
   - Ванька, послушай меня внимательно, - заговорил Серый, - и постарайся понять одну важную вещь. Я знаю, ты бывал в нашей среде не часто. Но неужели банда Козлова так запудрила тебе мозги, что теперь ты везде видишь одну только выгоду?! И для того, чтобы просто дружить, надо обязательно что-то для этого делать! Да твой закадычный дружок Шмонин только тем и занят, что балду пинает, и пользы от него, как с гуся вода! Но он – НАШ ДРУГ! Мы любим его таким, каков он есть. Я и представить себе не могу, если Шмонин изменится, станет отличником, будет выглядеть одетым с иголочки, а не как бичара. Я же повешусь с тоски!
   Нет, Штанга! Мы здесь никого не используем. Наша сила – в дружбе как таковой, а кто чем занят, всем глубоко безразлично. Да, ты был нашим разведчиком, приносил важные сведения. Ты отлично поработал! Мы всегда за тебя волновались и переживали, скажи ему, Саня! И ты давно уже ходил по тонкому льду, подозрение насчет тебя у Козлова витало еще в конце прошлого года. И то, что ты продержался так долго, уже фантастика! Одним словом, ТЫ МОЛОДЕЦ! Никто из друзей ни в чем не будет тебя упрекать. Все, что мог, ты сделал. Я благодарен тебе. И прошу, перестань городить чушь про то, что ты не нужен и прочее. Ты – НАШ ДРУГ! Мы всегда будем с тобой. Это у Козлова характер – использовать других, а когда они больше не нужны, выбрасывать, как использованный тюбик из-под зубной пасты.
   Конечно, я понимаю твое состояние, и что ты вымотан морально и физически. Я был таким же... совсем недавно. Еще до официальной войны между Козловым и мной. Это когда просто встречал Орлову во дворе, ничего ей не делал, она бросалась удирать. А вечером ко мне приходил ее папаша с надуманной историей, как я бежал за его дочкой и даже бил ее. И я не знал, чего ожидать от этой семейки, что они еще придумают, дабы очернить меня. И я знаю, каково тебе все время притворяться там, у Козлова, да еще напрягаться, чтобы услышать главное, при этом, не выдав себя. Это трудно. И ты, я повторяю, справился на отлично!
   Ты можешь уехать, отдохнуть, расслабиться, благо, больше тебе не ходить во двор к этому злому Козлову. Но что бы ты ни решил, помни – мы – ТВОИ ДРУЗЬЯ!..
   Штанга, который сначала слушал Серегу, опустив голову, постепенно приходил в себя. Он встряхнулся и, похоже, несколько успокоился. Даже глаза заблестели. Теперь ему просто стыдно было, что он сгоряча всех напугал, но еще больше – за свой потрепанный вид. Серый усадил его чуть ли не на роскошный ковер, тогда как он весь в грязи. Серый тут же махнул рукой, чтобы он обо всем этом забыл.
   И здесь нас прервал звонок в дверь. Штанга тут же затрясся, думая, что вернулись Серегины родители, а он сидит тут, развалившись, да еще в таком замызганном виде.
   Серый поспешил открыть. И спустя несколько секунд в комнату вошел оживленный Толста Власка. Этот визит заставил бедного Штангу подпрыгнуть на диване, и настроение его разом испортилось. Все мы помнили эпизод зимой, после которого встречаться с Володей было для Штанги сущим кошмаром.
   - О, нет... – прошептал он, съеживаясь на диване, хотя Толста Власка весьма приветливо с ним поздоровался. – Только не это!
   - Что тут происходит? – удивился Володя, усаживаясь на диван рядом с побледневшим Штангой, отчего диван подозрительно заскрипел, но каким-то чудом выдержал, хотя мне и показалось, что край, на котором сидел несчастный Ванька, несколько приподнялся в воздухе вместе с ним! Хорошо, если он не узнает об этом!
   Серый в двух словах объяснил случившееся с Ванькой, и Толста Власка красноречиво посмотрел на Штангу. К сожалению, он не умел сочувствовать, во всяком случае, выражал это по-своему. И вместо сочувствия у него вырвалось:
   - Так тебе теперь они будут мстить!
   Эти слова, конечно, не могли не взволновать и без того запуганного Штангу. Но тут вмешался Сережа.
   - Толста Власка! – властным тоном проговорил он. - Слушай сюда! Видишь этого парня? Кто это?
   - Да ладно! – обиделся тот, мотнув головой. - Это Штанга, я его прекрасно знаю. Он наш друг!
   - Вот именно. А теперь... как ты сам только что сказал, наши враги собираются ему мстить. Я об этом, кстати, совсем не подумал. Так что ты молодец. В общем, охраняй его от всякой нечисти, ты меня понял?
   - Что-о-о?! – взревел Толста Власка с пеной ярости у рта, отчего Штанга совсем вклеился в диванные подушки от ужаса. - Они посмели ему угрожать?! Да я им башки пооткусываю!!!
   И он сжался так, что на этот раз Штанга вместе с диваном окончательно оторвался от пола. Любо дорого было смотреть!
   Короче говоря, впервые со дня знакомства Штанга и Толста Власка нашли общий язык. Все прошлые неприятности были окончательно забыты.
   - Не уходи, Штанга, - в заключении произнес Серега, положив руку на плечи нашему союзнику. - Твоя помощь будет огромной просто, если ты останешься с нами. Особенно сейчас, когда нас так мало.
   Я и Толста Власка немыми минами подтвердили его слова. Штанга окончательно пришел в себя. И извинился за свою истерику. Это он от огорчения сошел с ума. Но, похоже, Серый вправил ему мозги. В самом деле, чего он испугался? Теперь не придется валять дурака и притворяться в стане у врагов. Он будет самим собой в компании Сереги и его друзей.
   После этого стены Серегиного дома смогли, наконец, отдохнуть после невыносимого ора. А мы, воспользовавшись кратковременной тишиной, попросили Штангу рассказать, каким образом Козлов его разоблачил...

     Глава 17.
  РАЗОБЛАЧЕНИЕ

   Надо сказать, что в этот день у Штанги все валилось из рук. Словно было какое-то тайное предчувствие надвигающейся катастрофы. Он знал, что Козлов ждет его после обеда на очередную сходку, но желания идти не было. Или он уже предчувствовал нечто ужасное, или просто лень навалилась. Но пошел он под голубой дом в штаб врага не в том настроении, в каком следовало бы находиться истинному разведчику. Штанга настолько вжился в роль, что сам верил в свою кипучую деятельность опытного бойца во вражеском стане. 
   С самого начала, приехав в новый для себя город, Штанга очутился в водовороте событий. Он представлял себе вялое шатание по городу, знакомство с чужими ребятами, которые примут его настороженно, пойдут проверки, может, даже издевательства, мало ли, как это бывает! Но вышло так, что сосед по подъезду – Серега Шмонин – проникся к новому знакомому доверием и дружбой. И рассказал про проблемы его друзей. И Штанга почувствовал, что он реально может им помочь, сделавшись разведчиком в стане врага. Не такого приключения он ожидал! И ему даже понравилось. А потом, познакомившись с теми, кому он приносил сведения, Штанга заметил, насколько они дружны и как ценят друг друга! И ему, что скрывать, хотелось быть звеном кипучего содружества. От этого голова у него работала четко и ясно, и он с большим рвением взялся за дело. Все его заслуги и дела можно не перечислять, их хватит на добрую страницу.
   Но почему-то именно сегодня Штанга ощутил усталость. Может, так действовала весна, или что другое? Говорят, у человека есть своя интуиция, шестое чувство, предчувствие, как угодно! По дороге на Штангу что-то такое накатило, и он едва не поддался искушению повернуть обратно. Тем более что двор Серегин находился рядом. Зайди он сразу к Сереге или Сане Ковалеву, и все было бы хорошо. Но важное обстоятельство толкало Штангу во двор Козлова. Тот готовил новую атаку на дорогих его сердцу друзей. И пропустить встречу Ванька не мог.
   Придя во двор Козлова, он вдруг осознал, что опоздал на встречу. «Конференция» под домом уже началась. Все галдели и шумели. Костя не любил опоздавших. Правда, Штанга входил в так называемую «элиту», и Козлов доверял своему «верному» помощнику, тем не менее, Иванчук помнил историю с Футляром. Из элиты легко было вывалиться и очутиться на самом дне.
   Рядом с проходом под дом стояла охрана – два человека. Обоих Штанга знал как отпетых негодяев. Они коротко приветствовали своего союзника и пропустили внутрь. Правда, при этом Штанге показалось, что один из парней показал какой-то оскорбительный знак у него за спиной. Но он не обратил на это внимания и поспешил показаться Козлову на глаза. 
   Увидев Штангу, шум на мгновение замер. Все так и застыли, глядя на одинокую фигуру. Еще тогда у Ваньки что-то острое кольнуло в области груди; он почувствовал, как земля сейчас зашатается у него под ногами. Взгляды парней не предвещали для него ничего доброго. А тут еще Рютин выскочил, как из-под земли. И громко, при всех обозвал его... обезьяной – за то, что тот опоздал на встречу.
   Ванька хотел по обыкновению пихнуть Женьку в грудь, как это обычно делали они все, чтобы не обзывался, а то что-то больно смел стал. Но на этот раз вся компания встала на его сторону. Они дружно заржали на слова Рютина. Смеялся и Козлов. Ему стоило больших трудов утихомирить всю свою ораву. Но поток смеха лился просто как из рога изобилия.
   Штанга попытался сохранить спокойствие. Прошел и сел недалеко от Козлова. И не сразу открыл новое для себя обстоятельство. Едва он сел, как кто-то из бригады Козлова очутился у него за спиной. А по бокам волею судьбы (или умысла, в чем он потом убедился) оказались «Предостережение» и Труба.
   Наконец, под домом водворилось спокойствие. Костя начал пространную речь о походе на Серегу и его друзей. Но конкретных фактов не назвал. Обычные рутинные слова, что будет поход, сражение. Что они победят! Все это Штанга слышал и прежде.
   Под домом было необычайно светло, сквозь проход Ванька видел лучи солнца, проникающие в их свод. И он смотрел на Козлова, у которого блестели глаза.    Мысленно Ванька отругал его на все лады. А тут еще этот сопляк Рютин подошел к нему и что-то шепнул на ухо. Впрочем, и такое бывало не раз, Штанга не обратил особого внимания (а надо было). Костя кивнул, принимая к сведению это новое сообщение своего помощника.
   - И вот я говорю, - продолжал он, как только Рютин отошел от него, - что завтра, в воскресенье, мы наступаем. Сразу всей группой. Участвуют все, но...
   Здесь Козлов предварительно сделал паузу. Ребята напряглись, включая Штангу. Что он там еще придумал?
   - Кто-то из нас... не будет присутствовать при схватке. Он просидит один, ПОД ЗЕМЛЕЙ! В ЯМЕ!!!
   Штанга еще ничего не понял, но ощутил внезапную дрожь по всему телу. Но было уже поздно – Труба и «Предостережение» крепко сжали его по бокам. И Костя маленькими свиными глазками смотрел прямо на него.
   - Твоя песенка спета, кретин! Наконец-то!
   И опять вся его орава издала ликующий крик, что у Ваньки заложило уши. А Колька Страховский, держа Штангу с одной стороны, подтолкнул его к себе, и дыхнул прямо в лицо:
   - Ты АРЕСТОВАН!!!
   Тут началось просто сумасшествие. Все повскакали со своих мест и бросились к Штанге, чтобы разорвать его в клочья. Наверное, так бы и случилось, не останови их Костя.
   - Стойте! – приказал он, гневно топнув ногой.
   Странно, но его сразу послушались. Колька и Труба подвели подавленного Штангу поближе к Косте, но продолжали держать.
   - Отпустить, - велел им Козлов. - Он и так обречен. Посмотрите только на него...
   Он нагло хихикнул. Труба заржал, Колька к нему присоединился. Они отпустили Штангу. Никто его больше не держал, но он находился в центре всеобщего круга. Бежать возможности не было. По мнению Козлова, Штанге и некуда было бежать. А почему его сразу не поколотили, не выбили из него дух, стало ясно из следующего вопроса главаря:
   - Зачем ты здесь, Штанга? Откуда ты? И... почему предал нас?
   Иванчук встряхнулся. Вот он, его шанс! Обычное человеческое качество владеет Козловым и его дружками – любопытство. Коварная и страшная болезнь. Штанга тоже очень хотел бы узнать, как и кто его расколол. Где он допустил ошибку? Есть ли возможность смыть с себя это пятно? Конечно, лгать и притворяться каждый раз вызывало у него приступы икоты и тошноты, он так от этого устал. Но, с другой стороны – у него была и миссия – узнавать подробности атак и вовремя передавать своим настоящим друзьям! Но сейчас думать об этом преждевременно. Необходимо собрать волю в кулак и... попытаться хотя бы бежать. Двор Сереги рядом.
   - Ты – предатель, Штанга! – повысил голос Козлов, как бы демонстрируя перед ним свою осведомленность, чтобы он не смел запираться и протестовать. - Долго же ты водил нас за нос, подлец! Можете считать, парни, что именно вот из-за этого, - он ткнул пальцем в Штангу, - ...мы до сих пор и не победили наших врагов!
   И снова раздался бешеный вой, и десятки кулаков засветились перед Ванькиным носом. Рютин показал ему язык и обозвал дураком.
   - Перед тем, как вытрясти из тебя душу, у тебя есть возможность все нам рассказать, - проговорил Козлов, усаживаясь за свой стол. - Особенно – как вы переговариваетесь с врагом. Какие сведения ты успел им передать? И, наконец, самое главное – КТО ТЫ?!
   - Я – тот, кого вы перед собой видите, - ответил Штанга, тщательно выговаривая каждое слово, при этом глаза его бегали в поисках малейшей лазейки. - Вот только все вы ошибаетесь. Мне не в чем каяться.
   - То есть как?! – глаза у Козлова вылезли из орбит. - Предал нас и не в чем каяться?! Стой, Колька! Не надо... Пусть поговорит... напоследок. Посмотрим, насколько длинен его язык... перед тем, как мы ему его укоротим.
   Послышались нахальные смешки. Шутка Козлова всем понравилась. Штанга вздрогнул, но гнев и долговременное притворство взяли верх, и он гордо откинул назад голову. Раз попался, теперь поиграем в открытую, решил он. И повысил голос, обращаясь к Козлову и ко всем сразу:
   - Хотите знать, кто я? Я скажу вам, кто не в курсе. Зовут меня Ванька Иванчук. Приехал из Донецкой области. «Штанга» – мой псевдоним. Но предателем я никогда не был по той простой причине, что с самого начала не стоял на вашей стороне! Все это время я был… ЗА СЕРЕГУ И ЕГО РЕБЯТ! Мой большой друг Серега Шмонин, которого вы все хорошо знаете, уговорил меня пойти к вам на службу – узнавать новости. И я справился со своей задачей! Сколько раз мы оставляли вас с носом, как сказал ваш горе-начальник!
   - Эй, постойте! – вдруг прервал его возглас одного из сторонников Козлова, в котором Штанга без труда узнал Осьминога. - А как же драки? Я видел вашу схватку с Ковалевым! И как Толста Власка поднял тебя и... со всего размаха выкинул в сугроб! Тебя откопали еле живого.
   - Все это игра! – насмешливым тоном проговорил Штанга, собираясь с духом. Он вдруг увидел, что за его спиной стало на одного человека меньше. – Мы заранее договаривались, как действовать. В меня стреляли – мимо, я делал вид, будто попали, и орал, как резаный. А еще один раз мне удалось специально упасть прямо на Козлова (здесь как раз, под домом). И, поднимаясь, я с удовольствием попал ему сапогом прямо в рыло! И я жалею, что мало дал!
   Костя Козлов посинел от гнева и в бешенстве ударил кулаком по столу – его любимая поза. Он, конечно, тоже вспомнил тот курьезный случай, и, узнав, что все это было подстроено, еще больше рассвирепел. Но Штанга еще не досказал всего, что их интересовало, потому он не мог отдать приказ отколошматить его немедленно. И пришлось ему на время успокоиться.
   Вот только Штанга и не думал открывать им все секреты Сереги и его друзей. Напоследок он повысил голос, чтобы каждый его слышал, и сказал следующее:
   - Победы вам не видать, как своих ушей. Лучше разойдитесь, пока не поздно, и оставьте этого неудачника Козлова. Вы повинуетесь ему, тогда как у Сереги никто никому не подчиняется. Мы там сами себе командиры. Поэтому вы все обречены заранее. И последнее! Мы давно знаем, что никто из вас не любит Козлова. Он – марионетка в умных руках. На самом деле главенствует один человек, который управляет всеми, включая самого Козлова. Его имя...
   - Заткнись! – в бешенстве шикнул Козлов, вскакивая на ноги. - Все, хватит! Вперед!!! Схватить его! УБИ-И-ИТЬ!!!
   Эти крики заглушили голос Штанги, когда он хотел назвать фамилию «Хорина». Но Штанга и не стремился к такой огласке. Он был натянут, как струна, и мгновенно принял решение. За его спиной был только один Осьминог. Остальных захватил Ванькин рассказ, и они сгруппировались напротив него, позабыв об осторожности. В который уж раз охрана Козлова допускала этот нелепый просчет! Задний выход оказался совершенно пустым. Туда-то Штанга и ринулся, сбив Осьминога с ног. У него в запасе оказалась пара секунд, когда охваченные бешенством люди Козлова бросились в погоню. Сам Козлов, который в очередной раз застрял за своим столом, беспомощно визжал и колотил кулаками по крышке. Рютин бежал наравне с остальными, выкрикивая ругательства в адрес беглеца.
   Штанга летел к проему под домом, перепрыгивая через трубы, как гимнаст. Именно скопление труб мешало Козлову как следует ориентироваться в этой части своего лагеря. К тому же, ему было известно, что свободного прохода там нет, вот почему он никогда не ставил охрану в той части дома. Ведь, чтобы очутиться у них за спиной, нужно не просто залезть под дом, но сделать это лежа, то есть – намарать одежду как следует! Сам Костя бахвалился тем, что приходил на конференции одетый с иголочки. Подумаешь – встреча под домом! Внешний вид – половина успеха – так гласил один из его негласных правил. Но, как показали события, именно отношение к одежде помогали Сереге и его друзьям заходить в тыл врага. Сейчас Штангу меньше всего интересовало, во что он одет и как будет выглядеть после бегства. Он просто добежал до конца дома и, свалившись на землю, перекатился через лист железной обшивки дома, собирая на себя всю пыль, землю, сырость и грязь.
   Это его и спасло. Пока враги бежали, пока раздумывали, как им пролезть, чтобы не измараться, Ванька уже удрал. Правда, ему пришлось сделать порядочный круг, чтобы добраться до двора Сереги. К счастью, Козлов не подумал послать туда разведчиков. Он был в полном нокауте. Ничего у него не получалось! Даже предателя задержать и то не удалось!
   ...Штанга закончил свой рассказ. Мы в угрюмой тишине слушали приятеля. Даже Толста Власка молчал. Он только радостно оскалился, когда Ванька рассказал о своем удачном побеге. И от души пожал ему руку, особенно когда узнал, что Осьминог получил по морде.
   - Теперь назад дороги нет, - сказал Сережа задумчиво, анализируя исповедь нашего друга. - Конечно, Козлов так просто тебя в покое не оставит, попытается отомстить. Теперь они узнают, где ты живешь на самом деле. Но там не страшно. Ваши дворы стоят рядом. Там есть Шмонин, Ларивошка, Толста Власка. Вот в этом ваше спасение. Зная нашего Володю, враги не решатся открыто нападать в тех краях.
   Толста Власка радостно оскалился, и теперь Штангу окончательно успокоила эта крокодилова ухмылка! И он от души обрадовался, что наш громила на его стороне.
   - Но кто его все-таки выдал? – спросил Толста Власка.
   Вопрос прозвучал неожиданно, да еще из уст Володи. Ни Серый, ни я, ни тем более Штанга не были подготовлены к ответу. Но Сережа попытался сформулировать:
   - По всей вероятности, это сделала... ХОРИНА! После того, как я получил письмо и разгадал ее имя (настоящее или прозвище?!), она вынуждена идти ва-банк. Есть, правда, еще одна версия. Осведомитель – «Женсовет». Та же Танька Орлова. Штанга пару раз неосторожно посещал наш двор, в частности, Саню. И ей ничего не стоило узнать Ваньку, проследить его путь, а потом – сообщить Косте.
   - Да, собственно, теперь уж все равно, кто это сделал, - мрачно произнес я, кусая губы. - Главное – Ванька с нами! Он ушел от противника. И, кстати, спасибо тебе, Штанга! Насчет завтра. Я уверен, что битва все же будет! Теперь у Козлова иного пути нет. Он объявил мобилизацию открыто и перед всеми. И жажда отомстить Штанге (который будет с нами!) окажется превыше осторожности.
   - Будем готовы к битве! – торжественно пообещал Сергей.
   Штанга с готовностью поддержал его, чем вызвал одобрительный возглас нашего Толста Власки. 

     Глава 18.
  ВЕЧЕРНЯЯ БИТВА

   На следующий день все были готовы к битве. Только никто не знал места и время схватки. Теперь, когда Штанга против воли покинул стан неприятеля, нам стало труднее предугадывать планы врага. Впрочем, окна нашего дома никто не отменял. И Игорь Андреев из своего, и тем более Медведь с пятого этажа – прекрасно все видели, где и когда собирались парни Козлова у него во дворе.
   Друзья, предупрежденные Серегой, были готовы. А чтобы напрасно не торчать целый день во дворе, ожидая неизвестно чего, мы разделились на группы. Одна группа собралась у Сереги дома (Ларивошка, Толста Власка, Башка), вторая – у меня (Медведь, Шмонин, Брусникин), третья – у Игоря Андреева (Штанга, Медвежонок, Амир Киреев).
   Мы сидели в отдельной комнате (каждая выходила во двор Козлова, кстати), общались и вели наблюдение из окна. И каждый час звонили друг другу, сообщая новости.
   Ближе к вечеру Серый сообщил, что движение во вражеском дворе наблюдается, но большого скопления по-прежнему не видно. Сам Костя бесследно сгинул. Потом позвонил Игорь Андреев и сказал, что Штанга у него в комнате смотрит в бинокль – пытается опознать тех, кого видно во дворе.
   Из лагеря врагов не было никаких сигналов. Нам это надоело, и после шести вечера мы собрались во дворе всей компанией.
   Толста Власка предложил самим напасть на врагов. Медвежонок, понятное дело, его поддержал. Но Серый был не согласен.
   - Зачинщиками тогда окажемся мы, а не они, - проговорил он, окидывая всех нас настороженным взглядом. - Ведь формально они чисты. Их нигде не видно, тогда как нас собралась огромная компания, и мы тут стоим и ржем у всех на виду. Во всем обвинят нас! А мы не можем этого допустить.
   - Можно пойти к ним и официально вызвать на бой, - сделал предложение Медведь. - Так мы уже однажды делали. А если они не примут вызов, мы с легкостью объявим их трусами. Тогда на них вообще никто не посмотрим, ведь мы ославим их во всех дворах! 
   Серый пожал плечами. В том, что говорил Медведь, была доля истины. Но всех нас почему-то тревожило видимое отсутствие парней Козлова во дворе. Где они все?!
   Еще одно не давало мне покоя. Орлова... Я видел ее, как она стояла на балконе и не сводила с нас глаз. Явно эта «сорока» ждет повода с нашей стороны, чтобы потом по телефону предупредить ненаглядного Козлова, чем мы тут занимаемся. Я взглядом обратил внимание Сереги на эту фурию, и он успокоил меня, показывая, что давно ее заметил и все понял.
   Я нутром чувствовал надвигающуюся ловушку, только не мог осознать, где она и в чем заключается.
   Еще добрый час мы провозились во дворе, бегая друг за другом и отдыхая от трудов праведных. Медвежонок и Киреев, как самые маленькие, быстро нашли себе занятие. Они присоединились к другим малышам и весело гоняли по детской площадке. А мы, люди взрослые, носились вдоль подъездов, потом на кочегарку завернули от нечего делать.
   Но все было напрасно. Козлов вызова не принял. Его обещание отомстить нам откладывалось...
   Когда первые легкие сумерки опустились на город, друзья начали прощаться.    Первым ушел Толста Власка. Ларивошка увязался за ним. Потом разошлись и остальные. Штанга в компании со Шмониным исчез за гаражами. Серый тоже ушел домой, зачем-то прихватив с собой Башку и Андреева. Медведь напрасно пытался уговорить Ромку вернуться домой, тот с Амиром показали ему кукиш и продолжали сламывать голову на площадке. Яковцев сплюнул и пошел в свой подъезд.
   - Подожди, Медведь! – крикнул я.
   Леха обернулся. Я остался один посреди двора и не знал, возвращаться домой, или... Меня не покидала мысль, что сбивала с толку с самого утра. Нападение Козлова. Отсутствие его парней во дворе... Орлова на балконе. Все смешалось в голове.
   Танька, кстати, едва Серый ушел в свой подъезд, скрылась с балкона. Конечно, побежала звонить. Козлову ведь нужно узнать, что мы разошлись, успокоенные...  Но... не рано ли мы все успокоились?!
   - Вот что, - открыл я рот, когда Медведь приблизился, - ты не помнишь, куда пошли Шмонин и Штанга?
   - Нет. Наверное, к себе во двор. Они ведь в одном доме живут.
   Я застыл. То, что не давало мне покоя, вдруг снова всплыло перед глазами.
   - Саня, ты что? – позвал Медведь.
   - Бежим за ними, - хриплым голосом произнес я.
   Идти за Серегой было уже поздно. Звонить тоже. Время теперь работало против нас. Штанга и Шмонин намного нас опередили. Почему именно они? Да ведь... Штанга сейчас – первоочередная цель Козлова! И как Серый его упустил?!
   Медведь, похоже, все понял. Слава богу, он закаленный парень, нутром чует опасность. Потому, не говоря ни слова, подобрал из-под крыльца подъезда пару палок, одну кинул мне, и мы побежали в сторону двора Шмонина. Я на ходу объяснял другу, в каком мы оказались положении:
   - Козлов там, Медведь! У них во дворе! Если не сам, то его наемники... Штанга – их жертва! Вот почему сегодня их и близко не было. Они предугадали наш шаг. Пока мы ждали их у себя, они расположились там. И вот мы, расслабленные, расходимся. Шмонин и Штанга идут домой, и...
   - Я все понял, - нахмурился Медведь. - Только нас очень мало для битвы.
   - Зато мы нападем неожиданно. В этом наше преимущество, - подсказал я, впрочем, не слишком уверенный в своих словах.
   Впрочем, я почти наверняка знал, где прячутся наши враги. Там же – у гаражей. В том месте, где скрывались мы сами, когда следили за домом «Предостережения» зимой. Как раз мимо этих самых гаражей и пролегал наш путь. Я предупредил Медведя, чтобы был наготове.
   Впрочем, это уже не имело никакого значения. Еще издали мы услышали чьи-то вопли и звуки палочных ударов. Похоже, битва была в разгаре.
   - Там наши! – прокричал мне Медведь.
   В самом деле, я увидел Шмонина и Штангу, которые, прижавшись друг к другу, стояли возле гаражей, зажатые со всех сторон. Я насчитал пять или шесть спин, которые, с палками в руках, угрожали нашим друзьям.
   Тут-то мы с Медведем и подоспели. Шмонин заметил нас еще издали, но не подал вида, что помощь близка. А когда мы накатили сзади на врагов, он вместе с Ванькой насел на них со своей стороны. И бой пошел по всем правилам!
   - Свиньи! – крикнул Медведь, который особо любил во время схваток оскорблять противника.
   Да, то были самые отборные люди г-на Козлова. И «Предостережение» здесь, и Труба, и Осьминог тоже! Ух, ты! И Рютин с ними!!! Видимо, ему поручена эта операция. Сам Козлов (в этом я не сомневаюсь!) получил телефонный звонок Орловой, и сейчас в полной уверенности своей победы направляется сюда. Возможно, не один. Потому следует заканчивать с битвой.
   - Беги, Штанга! – воскликнул я, закрывая собой выдохшегося Ваньку. - Доберись до телефона! Надо Серегу предупредить.
   - Нет! – крикнул тот. - Я не могу вас бросить...
   Пришлось оставить все как есть. Пятеро против четверых. Бой до крови. Нас атаковали, мы выстояли. Пытались избить до потери пульса. Мы не сдавались. Шмонин получил удар по голове и выбыл из строя. Я наотмашь стукнул Рютина, и тот кубарем откатился с поля боя. Таким образом, соотношение сил никак не поменялось. 
   А тут и Козлов подоспел. Я оказался прав. Он выжидал до конца. С ним пришли еще человек пять. Теперь мы совсем пропали... Чужой двор, помощи ждать неоткуда. Ах, зачем Штанга меня не послушал?! Теперь ему поздно бежать. В мозгу мелькнула мысль, что, похоже, первая победа Козлова не за горами...
   Но что это? Не успел Козлов издать ликующий крик, как за его спиной произошло какое-то движение. В то же самое мгновение Костя почему-то оторвался от грешной земли и... полетел, подобно птице, в сторону, я бы отметил – далеко в сторону.
   Разгадка разъяснилась, когда он совсем улетел. На его месте стоял... Толста Власка, собственной персоной. А рядом с ним все остальные: Серый, Башка, Игорь Андреев. Откуда ни возьмись, появился Ларивошка с палкой в руке. Все наши друзья были на страже, будто и не расходились никуда! Фантастика, да и только...
   А тут еще камень прилетел и попал прямо в ухо Трубе – в сантиметре от моего лица. Я обернулся и увидел Медвежонка, который потрясал своей рогаткой, танцуя, как возбужденный дикарь после кровопролития.
   Костя, получив неожиданную (и незапланированную!) встряску, немедленно сиганул прочь, увлекая за собой избитого Рютина. Здесь надо отдать ему справедливость, это был грандиозный подвиг. Он сумел подняться на ноги после броска Толста Власки. А это не каждому дано, могу вас уверить! Впрочем, у бедного командира не было другого выбора. Наша атака была столь молниеносной, что все недруги с позором бежали, оставив только тех, кто не мог двинуться с места.
   Толста Власка для насущной потребности успел еще напинать как следует распластавшегося Трубу. Потом он сжал в объятиях не ожидавшего такой «любви» Штангу, чуть не раздавив его по дороге.
   - Ну, я же говорил, что не брошу тебя! – орал он, как полоумный, в самое ухо Ваньке, который и так прекрасно его слышал.
   Серый позже рассказал остальное. Ему пришла в голову та же мысль, что и мне. Потому он оставил при себе Башку и «Андрея». Когда я и Медведь скрылись, он поспешил за нами. Что касается Толста Власки, то он был неподалеку и просто услышал шум нашей битвы. Благо, сам живет тут же. Он кликнул Ларивошку, и вот так собралась вся бригада, пусть и не у себя во дворе. Фиаско Козлова было налицо. Его подлая атака на Штангу провалилась! Мы в очередной раз доказали, что в любое время готовы к битве.

     Глава 19.
  ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР

   Прогремели майские праздники. Школьный карантин давно закончился, ребята вернулись в школу. Мы с Серегой тоже учились, только по своему собственному расписанию. Учителя приходили на дом, проверяли уроки, давали задания и т.п. Парадокс – никогда особенно учиться не любил, а теперь пришлось стараться на совесть. И еще одна странность – не представляете, как я обрадовался, что экзамены сдавать приду вместе со своим родным классом! Так было написано в моем «расписании». Вот уж никогда бы не подумал, что на экзамен пойду, как на праздник. Впрочем, до этого еще добрая пара недель.
   А пока сообщу последние новости. Нападений провокационного характера на Штангу больше не было. Похоже, до Кости дошло, что его «бывшего» мы отбили раз и навсегда. Кто тронет Ваньку, будет иметь дело с нами, точнее – с Толста Влаской. Вовка охранял друга не хуже бульдога.
   Поскольку я не каждый день появлялся в школе, Шмонин и Брусникин держали меня в курсе дела. Оказывается, Козлов вдруг ни с того ни с сего испугался за свою персону. Ему на каждом шагу чудились заговоры и возможные нападения, которые, естественно, были сильно приукрашены. В его обществе был теперь не только Рютин, но еще пара типов – так называемые охранники. Наверное, он очумел до того, что пытался затащить их в класс во время урока, что действительно выглядело смешным. Слава богу, учителя не позволили. Шмонину и Брусникину оставалось только крутить пальцами у виска и ржать. Да нужен он им больно! Пусть лучше сам не вставляет палки в колеса и ходит по другую сторону класса.
   Другой новостью было сообщение Штанги. Он вдруг вспомнил, что на последней конференции, на которой он присутствовал, Костя хвастался новым стратегическим планом, что есть в его арсенале. Судя по всему, это было то новое «оружие», что передала ему его Покровительница Хорина. Правда, Козлов не спешил делиться со своими наемниками этим планом. Только сообщил, что план есть. Вот только в дело он его не использует. До поры до времени. Блефовал Костя или нет? На этот вопрос пока ответа не было.
   Постепенно тревога несколько ослабла, мы вплотную приступили к подготовке к будущим экзаменам. Весна брала свое. Снега практически не было, только на отдельных участках земли он еще лежал – там, где его не доставало солнце. А так земля практически высохла. Теперь можно за одежду не бояться, ну, в плане будущих битв. Что они будут, не сомневался никто.
   Об этом я снова подумал, когда мне неожиданно позвонил Сергей. Было это одним майским утром, когда я занимался и меньше всего думал о событиях, связанных с нашей войной.
   - Алло! Саня?! – орал в трубку отчего-то довольный Серый. - Как живешь?
   - Нормально, - ответил я, удивленный таким вопросом. С чего бы ему интересоваться, как я живу, если мы только вчера с ним виделись?
   Но, видимо, настроение у него и впрямь было хорошим, энергия била прямо через край, как у сильно перевозбужденного Шмонина. Я решил с ним не спорить, сам расскажет, в чем дело.
   - А Козлов у нас – гусь австралийский! Ты не знал, Саня?
   - Представь себе, нет. Причем тут Австралия? Да ты там спятил, что ли? Перезанимался перед экзаменами? Сам-то как живешь?
   - Превосходно! Ваш друг, Шерлок Хо... э-э, Васильевич Серый чувствует себя прямо, как Карлсон, который упал с крыши. Ха-ха, как смешно!
   - А ты веселый сегодня, - сказал я, несколько расслабившись, поскольку в тоне моего друга не уловил иронии. - Рад слышать.
   - Я тоже доволен, что позвонил тебе. Знаешь, приятно иногда устроить пятиминутку и отдохнуть от надоевших занятий. Собственно, смешного-то, на самом деле, ничего нет. Но я веселюсь просто из принципа. Как говорится, свинья на горшке, а Козлов – в мешке! Или наоборот, сам выбирай. Ты в курсе, Саня, что на нас готовят облаву?
   - Нет. Откуда ты об этом узнал? Еще вчера вечером у тебя не было новостей.
   - Вчера не было, сегодня появились. Ты еще не забыл нашу странную почту? Ну, ту, которая носит письма инкогнито?
   - А-а, письмо с подписью Хориной, - вспомнил я. - И что? Ты проследил за почтальоном?
   - Нет. Но я получил новое послание. Обнаружил сегодня утром. Это открытка, Саня. Поздравительная.
   - С чем это, интересно?
   На другом конце провода раздался приглушенный смешок.
   - Не падай в обморок, Саня. Эту открытку прислал... Серега Шмонин!!!
   - Да ты что?! – не понял я. - А с какой стати ему это делать?
   - Вот и я думаю... Короче, у него, якобы, день рождения, и он приглашает нас с тобой к себе в гости на празднование. При этом пишет приглашение на открытке с новым годом!!! Тот, кто им прикинулся, наверное, решил, что Шмонин – распоследний дурак, и не заметит собственной глупости.
   - Не говоря о том, что его день рождения в августе, а не в мае, - вставил я.
   - Правильно. В общем, очередная фикция. Почерк не Шмонина. К тому же, ему просто в голову не придет послать мне приглашение таким способом. Проще позвонить или сказать при встрече. И почему приглашены только мы с тобой?! А остальные друзья?
   - Новая провокация Козлова? – предположил я.
   - Ну, не знаю. Писала, кажется, сама Хорина. Почерк тот же, что и в прошлом письме.
   - А подпись Шмонина?
   - Конечно! Просто написано: «ШМОНЯ». Ну, он так подписывался когда-то, если хотел придать письму шутливый тон.
   - Значит, при содействии Козлова, - помрачнел я. - Ведь все эти сведения ему прекрасно известны. Вот и сообщил Хориной. Только при чем здесь Шмонин и это странное послание?
   - Шмонин – предлог, чтобы выманить нас к нему во двор. В последнее время именно туда перенеслись важные события. Не забывай, двор Шмонина сбоку от двора того же Ларивошки. То есть, в том же районе ЖИВЕТ САМА ХОРИНА! Ведь Козлов и Орлова тогда неспроста туда ходили, и охрана была неимоверная. Ты помнишь, как обстреляли Брусникина с Амиркой? Там, Саня, сейчас эпицентр событий. Это будет битва. И она очень важна для обеих сторон. Решающая битва весной.
   - Кто еще об этом знает? – спросил я.
   - Пока только ты. Шмонин не в курсе. Но вечером мы проведем экстренное собрание. В любом случае, тактика Козлова мне ясна. Он считает, что на нейтральной территории они непременно нас побьют. Ведь наш двор, кочегарка, даже «база» за котельной – места, которые мы прекрасно знаем! И ориентируемся там, как у себя дома. Собственно, мы так и так там – дома! Тогда как двор Шмонина мы знаем хуже, поскольку там же живет и «Предостережение», они решили устроить нам своеобразную проверку. И наша задача – помешать их планам.
   - Тогда – до встречи вечером...
   Мы повесили трубки. Я снова погрузился в учебу, хотя, признаюсь, после этого странного разговора мне было уже не до занятий...

     Глава 20.
   РЕШАЮЩИЙ БОЙ

   Вечером наша компания собралась у Сереги. Присутствовали все, кроме малышей. И, конечно, наш могучий Штанга. Теперь, став «свободным» от несения службы во вражеском стане, он всегда приходил на собрания и вносил важные предложения. Вот что значит разведчик!
   Серый доложил последние события в своей манере. Несмотря на комичное выражение лица, он был подтянут и собран.
   - Короче, впереди – битва, - предупредил он.
   - Да какая может быть битва посреди недели, да еще перед экзаменами? – не понял Брусникин, ворча себе под нос.
   - Ты забыл, что официально приглашены только Саня и Серый, - напомнил ему Башка.
   - Кроме того, ведь они оба учатся дома, и, таким образом, более свободны, нежели мы, - вспомнил Игорь Андреев.
   Серый вскочил на ноги.
   - А вот это мы с Саней упустили, - протянул он, и лицо его нахмурилось.
   Он думал минуту, потом глаза его снова засияли.
   - Козлов все предугадал, кроме одного – ведь его бригада тоже учится в школах! Каждому до своей еще шагать и шагать! Приглашение лже-Шмонина (прости, Балбес!) назначено на полдень, тогда как мы все учимся со второй смены, то есть, с 14.00. Козлов полагает, что мы с Саней дураки, пойдем вдвоем в чужой двор. Там нас отдубасят и успеют добраться до школы.
   - Представляю себе, - потирая руки, пропел довольный Толста Власка, развалившись на диване. - Только во двор мы пойдем все вместе. И обещаю вам, парни, что до школы из врагов доползут явно не все! Уж я постараюсь!..
   Я с удовольствием отметил, что все ребята горячо поддержали это предложение.    Но тут вдруг поднялся Штанга.
   - Нет, друзья. Нам незачем идти в чужой двор, где нас ждет непонятно что.
   - Что ты предлагаешь? – спросил Сережа, понимая, что Ваньке есть что сказать.
   - Напасть на них, пока они не готовы. Когда я был с ними, Козлов устраивал сбор за час до поединка. Это общеизвестно. Вот в этот час и нужно напасть. На этот раз в бой идут именно они, так что правда на нашей стороне. Более того, я уверен, что их главной силы – Кольки Страховского (который «Предостережение») на встрече не будет! Он явно останется в своем дворе, чтобы подготовить ловушку.
   - А Штанга прав! – вскричал Серый, вскакивая с дивана. - Более удобной атаки и рассчитать нельзя. Вот что значит разведка! Все согласны?
   Мы с интересом согласились с доводами Ваньки. Как видно, и он неплохой стратег, сразу увидел слабую сторону своего бывшего начальника.
   В общем, с утра у нас битва, потом – учеба. Ну, там уже – как кому повезет. Но я был уверен в успехе.
   С утра мы собрались у Сереги. Серый предупредил, чтобы те, кто не живет в нашем доме, шли к нему со стороны его подъезда, дабы вездесущая Орлова не увидела их со своего окна и не успела раструбить Козлову о нашем тактическом действии. Он не исключал возможность, что «Женсовет» приложил руку к нападению. 
   - Жалко, малыши в саду, - расстроился Сережа, оглядывая подошедших друзей. - Ромка не упустил бы случай проверить свою меткость по стрельбе из рогатки.
   Затем он повернулся к нам и спросил:
   - А уроки вы сделали к школе?
   - Конечно, - раздались ответы, правда, не все звучали столь уверенно, как бы, наверно, хотелось хозяину дома.
   Серый нахмурился. Конечно, сейчас ему нет дела до каких-то там уроков, но ведь экзамены никто не отменял. И двойку в конце учебного года схлопотать никому не хочется.
   Шмонин почесал голову и решил играть в правдаруба.
   - Я не успел сделать, - признался он.
   - Башка, сделай за него! – приказал Серый, быстро реагируя на заявление товарища, при этом он вел себя так, словно никакой проблемы вообще не существовало.
   Кстати, все учебные принадлежности и сумки ребята заранее взяли с собой, понимая, что до школы могут уже не успеть собраться, учитывая, куда мы идем.
   Пока Башка с охотой делал уроки за обрадованного Шмонина (он ведь его на два года старше, материал давно пройден), подошел Медведь. Теперь вся компания была в сборе.
   - Ты был прав, Серега, насчет Орловой.
   - А-а! Она следит с балкона?
   - Вот именно!
   - Ну, пусть следит. А мы пойдем вокруг дома и незаметно подберемся ко двору Козлова.
   Поскольку время подходило к одиннадцати часам, Сережа распорядился играть сбор. Все участники сражения были готовы. У всех палки, рогатки, камни – все как полагается. Сумки и школьную амуницию пока оставили у него дома.
   Мы вышли на улицу и, как придумал Сергей, направились в противоположную сторону от окон Тани Орловой. Впрочем, Серый ворчал, что можно было и не прятаться. Ведь Козлов наверняка уже под домом – готовит парней для атаки на нас. Так что предупреждение Орловой запоздает. Мы нападем на него раньше.
   Серый и я выделялись из всеобщей толпы, поскольку шли чуть впереди. Вся остальная группа предусмотрительно следовала за нами. Оказавшись в границах двора Козлова, мы ускорили шаг. Теперь нужно спешить. Палки и рогатки были наготове.
   Из-под голубого дома, где обычно собирался Козлов, раздавались ликующие выкрики. Костя готовился к своей победе. И ничто так не могло подорвать его настроение, как появление двух ненавистных ему врагов – Сереги и Сани Ковалева. Это Серый знаком остановил друзей, и они заняли ожидающую позицию около дома, тогда как мы с ним смело заглянули в лазейку.
   Их было человек восемь. Во главе – Козлов. Он не сидел за столом, как обычно, а стоял посреди всей толпы. Как я успел заметить, Рютин был с ним. Прав оказался Штанга – «Предостережение» среди врагов не присутствовал.
   Нас не сразу обнаружили. Сергею надоело ждать, и он нетерпеливо окликнул Костю:
   - Козлов! А как же день рождения Шмонина?!
   Тут на них напал самый настоящий столбняк. Козлов повернулся к нам, не в силах поверить в то, что мы безнаказанно появились перед ним. Он даже провел ладонью по лицу, проверяя, не привидения ли явились из мира неизвестного, чтобы помешать его планам. Но, как ни крути, это были мы.
   Серый торжественно улыбнулся и развел руки в стороны, дескать, снова незадача! Мы опять тебя опередили! Это движение привело главаря в бешенство, и он закричал:
   - Избить его! Он у нас в руках!
   Но за нашими спинами вновь и вновь оказались друзья. Впрочем, драться под домом весьма неудобно, потому мы позволили им вылезти, и уже на свободном пространстве посреди двух дворов устроили палочный бой. 
   Козлов, безусловно, понял, что его тактика в очередной раз не сработала. Вместо того, чтобы идти всем скопом во двор Шмонина (если так и было у них задумано), мы кинулись на него в самое неподходящее время у него же во дворе. Конечно, до Козлова быстро дошло, кто подсказал нам эту «приятную» идею. И во время боя, как потом выяснилось, он с удвоенным ожесточением искал глазами Штангу, приказав своим людям не жалеть его и стрелять по нему при первой возможности.
   Но враги были не готовы к скорой схватке, и мы воспользовались этим. Кроме того, нас оказалось больше, поскольку (и здесь Штанга правильно предугадал!) какая-то часть во главе с Колькой отсутствовала. Не было также и Трубы – второго силовика в обойме Кости Козлова. Тем не менее, парни Козлова с ожесточением бросились обороняться.
   Серый бился молча и с ужасной улыбкой на лице. На него налетел какой-то толстяк, пытаясь сбить с ног при помощи собственного живота. Лучше бы он прижал его поближе к туловищу, а то выпирает. Серый этим воспользовался и – резким неожиданным ударом – свалил бедолагу на землю. Как же должно болеть пузо после такого хлопка!
   Не повезло Ларивошке, поскольку он самый слабый у нас. Толста Власка был занят в другом конце «ринга» и не уследил за товарищем. Димку быстро обезоружили и повалили в какую-то канаву. Кроме того, я помнил, что рядом где-то находилась злополучная яма, в которой мы коротали в плену у Козлова зимой в мороз. Ямы видно не было, очевидно, ее прикрыли шифером.
   Башка уверенно наступал с палкой на двух противников. Вся наша бригада выглядела веселой и оживленной, поскольку пока все складывалось удачно. Но нужно было торопиться, пока они не очнулись. Кроме этого, я боялся, что Страховский подоспеет на выручку, и тогда банда Козлова окажется в полном составе...
   Волею судьбы Штанга и Толста Власка оказались рядом. И Ванька, который прежде пуще огня боялся Володи, теперь дрался с ним в паре. Они дурачились, наступая на одного дурака, который, дрожа от страха, боялся за свою жизнь. С него и одного Штанги хватало с лихвой, а там еще грозный Толста Власка! Врагу не пожелаешь...
   Что касается меня, то я подчищал «фланги», прикрывая всех ребят разом, и следил за ходом событий. То и дело мне виделся Серый, колотя палкой направо и налево.
   Я заметил, что Медведю и Брусникину необходима помощь, и бросился к ним, опрокинув парочку недотеп.  По дороге мне попался Рютин, но, узнав взбесившегося меня, он убежал. Осторожный парень!
   Козлов, который на время исчез с поля боя, неожиданно вернулся. Он из ниоткуда налетел сзади на Андреева и повалил его на землю. Падая, Игорь зацепил Брусникина, и весь этот клубок едва не похоронил меня под собой. Костя издал ликующий крик. Только петушился он недолго – на него уже бросился Шмонин и сбил с ног, пока остальные ребята поднимались с земли.
   Серый, опрокинув четырех человек, кинулся на Козлова, которого наконец-то увидел. Косте удалось отоварить Шмонина по голове, а потом он добрался-таки до Штанги. И застучал зубами от ненависти и жажды мщения. 
   Но скрестить палки двум врагам не удалось. Позади мы услышали чей-то топот. Произошло то, чего мы боялись. «Предостережение», Труба, а с ними еще человек пять прибежали на выручку. И с удвоенной силой накатили нам в спину. Я успел еще заметить, как бедный Ларивошка пытался вылезти из канавы, но тут же туда вернулся, получив пинок от Рютина, который появился неизвестно откуда.
   Мы оказались в трудном положении, фактически между двух огней. Да, бой поистине был решающий и самый трудный. Ведь весной мы практически не участвовали в сражениях, потому с непривычки рано выдохлись и уже устали. Хорошо хоть, у нас свой силовик есть. Толста Власка крушил любого, кто находился в радиусе его кулака. Но и он не мог бегать от одного участка «фронта» до другого, и спасти всех физически не способен.
   Но Серый был вылит точно из бронзы. Он ни разу не оказался на земле, орудуя своей палкой-рапирой. Я не отставал от него. Мы дружно встретили надвигающегося врага. «Предостережение» дважды приближался к нам, и оба раза отлетал далеко в сторону, несмотря на свой вес и грузное тело.
   А потом мы с ним очутились вне живого клубка, что катался на земле. А еще через мгновение из этой же кучи показался и Костя Козлов собственной персоной, с палкой в руке.
   - Оставь его мне! – крикнул Серый, занимая оборонительную позицию.
   Я отступил, бросившись помогать другим своим друзьям. Серый и Костя выясняли отношения один на один, как это и положено двум главным противникам. Ну, битва была не долгой, ведь Козлов изначально физически слабее Сереги. Он сразу же очутился на земле, а под конец запросил пощады, получив по физиономии несколько увесистых затрещин.
   Но битва еще продолжалась. Мы рубились палками, не обращая внимания на крики некоторых редких прохожих. Толста Власка взбесился, увидев, во что враги превратили его закадычного дружка Ларивошку. Теперь я им не завидую...
   Вместе с Козловым та же участь постигла и многих его прихлебателей. «Предостережение» был так избит, что едва унес ноги. А избил его собственноручно наш Сережа. Рютин кое-как вытащил Козлова из-под «завала» его же людей, и они по традиции сбежали с собственного двора, оставив подчиненных в наше полное распоряжение.
   Но нам недосуг было с ними разбираться. Битву мы уже выиграли, а впереди у нас – школа. И мы, веселые, вернулись домой к Сереге, чтобы взять свое учебное снаряжение и готовиться к занятиям. Конечно, кроме нас с ним, ведь мы дома учились.
   А слова Толста Власки оказались пророческими. Кое-кого в школе не было, как вечером нам доложили Брусникин и Шмонин. Ну, читатель сам догадается, кого именно!

     Глава 21.
   ПОСЛЕ БИТВЫ

   Мы решили собраться у Сереги этим же вечером после того, как у наших друзей закончатся школьные занятия.  Как говорится, чего тянуть? Уроки можно и утром сделать.
   У меня после обеда были две учительницы. Мы закончили как раз к встрече всех участников утренних событий. И я отправился к Сереге.
   Скоро собрались друзья. Глядя на них, я не мог не улыбнуться. Хороши же они были в школе! Бой оказался гораздо труднее, нежели нам казалось еще утром. Впрочем, ребята мало обращали внимания на раны, выглядели утомленными, но все довольные. Я встречал друзей с перевязанной рукой. Штанга – с фингалом под глазом. Брусникин и Игорь Андреев хромали. Держась за животы, пришли Медведь и Ларивошка. Башка с головной болью. Толста Власка внешне не пострадал. Впрочем, как и Сережа. Только когда он начал потирать руки, что говорило о его редком хорошем настроении, мы увидели, сколько же синяков наставлено на этих самых руках! И Серый не железный...
   Было скромное застолье, во время которого мы вели беседу о последнем бое, и каких трудов стоила победа. Ребята хвалили Серегу за проницательность, ибо нередко именно его советы помогали нам держаться против вдвое превосходящих сил противника. Ну, Серый скромно отворачивался от этих комментарий, будто речь предназначалась стене, а не ему. Но я видел, что он тронут таким обилием комплиментов. Кому бы ни понравилось?
   Сережа в этот раз ограничился краткой речью, в которой особое внимание уделил нашему товарищу Штанге, ведь исключительно благодаря ему в первую очередь и была одержана волевая победа над Козловым.
   И все же предстоящие экзамены несколько смущали общество. Потому сама вечеринка не была долгой, как нам хотелось. Вскоре ребята разошлись по домам.
   Но я остался. Попытайся я выйти вслед за ребятами, Серый загородил бы проход, замуровав меня рядом с собой. Конечно, ему не терпелось поделиться со мной теми сомнениями, что возникали всякий раз после той или другой истории. И этот раз не стал исключением.
   - Вот и все, Саня, - выдохнул он, опускаясь на диван. - Теперь дело за малым. Сдадим экзамены и – здравствуй, лето!
   - А ты как будто не рад этому, - улыбнулся я.
   - Рад и не рад, - устало улыбнулся он в ответ. - Не забудь, в прошлый раз я отсутствовал... по ряду причин, тебе известных. И мне не терпится наверстать упущенное. Ровно год назад началась война между мной и Козловым. Естественно, главные битвы еще впереди. Будь моя воля, я бы закончил борьбу. Но Костя, ты знаешь, очень упрям. Ему не терпится испытать все средства, лишь бы добиться поставленной цели.
   - Ты думаешь, лето будет не из приятных? – догадался я.
   Сережа покачал головой.
   - Собственно, ты уже и ответил, - признался он. - Слишком много поставлено на карту. Теперь Козлов официально не одинок. У него появился «Женсовет». Проклятая Орлова! Лезет не вовремя со своими интригами... К тому же, теперь мы знаем и о существовании Хориной... Это лето, Саня, я посвящаю главному – установить, кто она такая. Рано или поздно, но Козлов сам выведет нас на нее. И мы узнаем...
   - Официально еще не установлено, что Хорина и есть главный Покровитель Козлова, - покачал я головой.
   - Безусловно. Но многое сходится. Возьми сегодняшний бой. Разве ты не ощутил ее присутствие, Саня? А между тем, все совершенно ясно.
   - Ты о чем? – не понял я.
   Серега наклонился ко мне с насмешливой физиономией.
   - Последние нападения Козлова носят совсем иной стратегический характер, нежели ранние его походы. Почему, спрашивается? Неужели ты допускаешь, что он начал думать, прежде чем нападать?! Ясно, что ему помогают, и, заметь – делают это со всем усердием! Правда, нам удалось предотвратить худшие варианты событий и отбить атаку. Но сам факт расстановки шахматных фигур на доске военных действий...
   Серый встряхнулся и, угадывая, что я не совсем его понимаю, торопливо объяснил:
   - Мы выяснили, что Козлов не мог составить глупую записку с несуществующим днем рождения Шмонина. Сам Балбес, кстати, наотрез отказался комментировать происходящее, хотя все заметили, что он пришел в ярость. Попадись Хорина ему в руки, он бы ее не выпустил, не поколотив, как следует! Вся эта ловушка совсем не в стиле Козлова. Тот всегда находил повод нападать всей армадой сразу – брать силой и весом. Но ему подсказали действовать обстоятельно и осторожно... 
   Теперь вспомни сегодняшнюю битву. Почему вернулись «Предостережение» и Труба? Им что было приказано? Расставить ребят в чужом для нас дворе и ожидать жертв для пленения. А они... вернулись. Почему так быстро сработали? Откуда им знать, что здесь вовсю идет самый настоящий бой? Не забудь, что Колька не из тех, кто умеет думать. Это ОНА направила его... идти на помощь Козлову. Везде и всюду я чувствую незримое присутствие этой девчонки. Судя по всему, именно Страховский – тот самый «мотор» организации Козлова. Это им «пожертвовала» Хорина, дав в помощь Косте. Ради нее он его и терпит. Даже Штанга, находясь в стане врага, чувствовал это напряжение вокруг фигуры «Предостережения».
   - Ты нарисовал несколько мрачную картину, - расстроился я. - Хоть уезжай куда-нибудь на лето, чтобы не участвовать во всех этих дрязгах...
   Серый улыбнулся. И попытался закончить разговор на положительной ноте:
   - Мы сыграем, Саня, на противоречиях между Козловым и Орловой. Ты еще ничего не заметил? Ради чего создавался «Женсовет»? Что обещала Танька подругам в своем «политическом» манифесте? Тесную связь с Козловым, чтобы он их не кинул в момент триумфа. Теперь мы знаем, почему у нее ничего не получается. Козлов, конечно, принимает помощь девчонок, но... к Хориной он их не подпускает на пушечный выстрел! Он ее слишком бережет. Конечно, Орлова ЗНАЕТ ХОРИНУ! Если не лично, то, по крайней мере, слышала о ней. Именно Хорина – камень преткновения между Танькой и Козловым. Я уверен, Саня, что девчонки в глаза ненавидят друг друга! Ведь Хорина, даром что девчонка – ПРОТИВ «ЖЕНСОВЕТА»! Вот от этого мы и будем исходить. А там посмотрим. Лето только начинается. И от нас зависит, каким оно будет...
   С этими словами мы и простились. Я возвращался домой, анализируя Серегины версии. Однако мысль, что лето будет трудным, не оставляла меня.
   Впрочем, будем решать проблемы по мере их появления. Ведь впереди – экзамены!

            
                конец 8-го тома