2. Жених

Лето отплакало месяц и еще десять дней. Затем вода в небе иссякла и солнце в несколько дней иссушило крыши и стены Троицка, приготовив их к осенним ненастьям. Глава района, Николай Иванович Харонов, давал подручным указания ко Дню города. На набережной, у паромной переправы, стояла уже готовая к событию сцена. Бюджетные хитросплетения - нужным образом запутаны и неумолимо утверждены. Распорядок действий - расписан. Гости - оповещены, знали свои роли и готовы были прибыть в порт к назначенному часу.
Итак, в воскресенье, 28 августа, в празднование Дня Основания Троицка, с восходом Солнца на всех улицах заиграла торжественная легкая музыка. По Чернореченскому бульвару, вдоль Темного лога, на восточном въезде в город, собралась цветная толпа, встречавшая парадную кавалькаду, разодетую в старомодные одежды. То были артисты драматического театра, изображавшие основателей города. Вытянутую колонну по четыре возглавляли лучшие люди Троицка. На пепельной осанистой кобыле добро улыбался главврач городской больницы Александр Примаков. Огромного рыжего коня понукал нетерпеливо пятками похожий на ухоженный дорогой особняк - военком Виктор Доброхотов. Вороного нетерпеливого жеребца оседлал Деян Орестович Пуго, глава сельхоздепартамента. Наконец, под стройной фигурой главного санитарного врача Ванды Светлановой покусывал медные удила белоснежный выхолощенный мул, размером совсем немного уступавший своим более влиятельным собратьям. Этот роскошный маскарад несколько часов обхаживал город, затейливой змеей пройдя по всем главным улицам и на время обеда остановившись у главного здания администрации. Конечной остановкой сего неустанного движения был городской порт на реке, в полукилометре от станции паромной переправы. Здесь всадники встали, в ожидании заката и обещанных гостей предавшись сладостным вечерним увеселениям. На закате ставший багровым город собрался всем своим пьяным духом вокруг станции паромной переправы. Со сцены к собравшимся поочередно обратились те, кого принято считать руководителями: неразличимо одинаково и косноязычно сообщали толпе о своей важности, заслугах, в конце добавляя, что именно благодаря их руководству город - таков, каков он есть. Неизменно проговаривали, что Троицк - процветает, а его жители - самые счастливые.
После начался бал. На сцене живым потоком возникали именитые актеры и актрисы, чарующе пели и магнетически танцевали. Тысячью ручьев из разнообразных сосудов пересекало в глотки вино. Толпа вокруг сцены дышала и плыла морем одинаковых голов. Вдоль всей набережной Река ловила отражения фонарей, мешала их с блеском старой луны и обратно отбрасывала бликами мертвой воды.
Лена приплясывала ближе к краю толпы, густо заправленная красным пресным вином, когда увидела чуть выше своего лба - ощетинившийся подбородок, уходящий выше улыбкой и стальными глазами в ободе коротких пепельных волос. «Как звать тебя, нимфа?» - произнесла незнакомая улыбка. Так Лена встретила Сашу.
На удивление, утро все же произошло. Оно встретило Лену в Сашиных объятиях и в Лениной же спальне. Первые лучи солнца, отразившись от бледного Лениного плеча, молниеносно оставили отпечаток в зрачке и сердце Луки, четырнадцатилетнего долговязого ее сына, стоявшего в ногах широкой кровати и пришедшего спозаранку, чтобы рассказать матери о страшном сне, разбудившем его. Он стоял так долго, не понимая движения времени и застыв в безмыслии. Вернул его к реальности только сонный взгляд Александра, непонимающе и внезапно раскрывшего глаза и магнетически мгновенно пригвозденного, будто ночная моль, булавкой черных зрачков Луки. Саша взглянул мельком на свою новую женщину - это спустило тетиву и Лука метнулся из комнаты прочь.