На дне

11 июля, вторник
Чистка бассейна началась с лягушатника. Приехали мужики, завели генератор, сунули в сруб над родником насос, размотали рукав, стали из брандспойта ил по дну гонять. Один поливает — шестеро на берегу советы дают, курят. Человек восемь школьников тут же этот ил швабрами возят. Сотрудница визит-центра Лилия щёткой остатки кафеля на стенках оттирает от зелени, а мы с Ириной пластиковыми мётлами сгребаем ил в центральную канаву в большом бассейне.
Проходила мимо Наталья Петровна, с собрания, вся такая в шляпе, нарядная.

— Мы тоже так много раз мыли, — говорит. — Нас тоже было человек шесть-семь.

Вчера она ходила к сестре на поминки. Племянник Руслан утонул год назад.

— С Петром поехали по Быстрой вверх на моторке. В порогах застряли. Он вылез, моторку вытолкнул, а сам не удержался и, верно, ударился сразу о камень головой. Три дня искали.
Когда нашли неподалеку, много несовместимых с жизнью травм головы у него было, потом сказали врачи. Других детей у сестры нет. Есть один внук, но он с матерью рос, и фамилию её взял. А как отец умер, стал вдруг появляться у бабушки. А до того и не здоровался.

Наталья Петровна училась в Москве, на филфаке МГПИ, на улице Усачева. На том самом «поющем факультете».

— Ходили ещё в кинотеатр «Спорт». Или «Старт»? Там сейчас театр Камбуровой. Это же моя любимая певица!

И тут начинается потрясающий рассказ про три звонка Елене Камбуровой. Первый — когда та была с концертом в Петропавловске-Камчатском.
Второй — когда Наталья Петровна была в Москве на концерте в музее Цветаевой, посвящённом Анастасии Цветаевой.
Про третий звонок я не дослушала, не выдержала:

— Почему вы всё это не записываете?
— Действительно, почему? Ленюсь…

На этот раз я уношу к себе на Солнечный карту Ключевского кластера и путеводитель по Камчатке страниц на двести пятьдесят.
Обещаю привезти в подарок книгу воспоминаний Камбуровой, которую мне Наталья Нелюбова оставила в последний свой визит.