Лето для бабочек и человеков

Литературная игра «Один день лета»:
http://proza.ru/2026/05/30/233


Лето – это маленькая жизнь, очень маленькая. Впрочем, с какой стороны посмотреть. Разные там букашки-однодневки с крыльями и без, но обязательно с важными латинскими названиями, типа Cloeon dipterum, живут всего один летний день. Для них прожить целое лето – мечта, наверное, неосуществимая.
 
Для человека лето уникально тем, что кроме двух обычных ипостасей, которые суть жизнь и то, чем любая жизнь кончается, есть еще третья – жара. Это такое пограничное состояние. С первой ее объединяет присутствие кой-какого сознания, со второй все остальное.

Оксана, например, гуляла по Риму в августе. Город дожил до плюс сорок и умер. Почти все знаменитые римские кафе закрылись до осени. Колизей, о котором мечталось долгие годы, представлял из себя земную модель ада, огромную сковородку, нагретую до нежелания быть в нем, быть в Риме и, вообще, быть.

Елена Андреевна варила варенье во дворе. Даже осы ленились его пробовать. И внуки не будут, предпочитая свои чупа-чупсы. Сливовое.

Игорь стелил асфальт. Воздух плавился и тек по телам людей в желтых жилетах. Хотелось холодной водки, но даже бочка с квасом стояла далеко.

Милана зашла вводу и поняла, что на ней купальник модели позапрошлого сезона. Ей казалось, что весь пляж глазеет на нее с издевательской усмешкой, даже пацаны-турки, разносящие коктейли. И муха жужжала над головой, как специально, чтобы подчеркнуть ее ущербность.

Над ее братом-близнецом Никитой тоже жужжала какая-то штуковина, от которой, он знал, не спрятаться. Он сидел под единственным в семнадцатом квадрате чахлым деревом и чувствовал жалость.

И нам жалко Милану. Женщинам всегда труднее. Как то она будет целых две недели в вышедшем из моды купальнике.

Космонавт Головкин - участник первой секретной экспедиции на Марс выжил при аварийной посадке. И теперь не знал, что с этим делать. Но поскольку летний день в тех местах мало чем отличается от зимнего, мы оставим Головкина в покое.

А Наталья Викторовна, тем временем, изнывала от солнечного света, сидючи рядом со своей привокзальной палаткой. Она торговала женскими костюмами из синтетики, знаете такие широкие штаны и пиджаки, и в ее обязанности входило внушать возвращавшимся в свои поселки жителям, что эти костюмы лучше всего спасают от жары. Ей было стыдно, но она мать, а дочери нужен новый купальник на новый летний сезон.

А летний день меж тем клонился к вечеру. Для cloeon dipterum это означало одно, для хомо сапиенс по-разному.