Восхождение. Том 3. Часть 8

   - Что Вы намерены делать с Поварином? – Не желая и дальше слушать насмешки племянника, наседал барон Генур.
   - А надо что-то делать? – Зевнул князь, разглядывая столицу своего княжества. – Пусть заходят хоть всем скопищем, я люблю принимать гостей.
   - Вы понимаете, что говорите? – Наконец, не сдержав в себе порыв, сквозь зубы заговорил Генур.
   - А что же Вы сразу забеспокоились? – Гелон резко обернулся к дяде. - Когда войны не было, я не получал от баронов и землевладельцев ни одного письма – в княжестве будто бы вообще ничего не происходило!
   Но тут, стали только появляться разбойники, пошли слушки, так вы тут, как тут – каждый день по десяток писем присылаете. Что - вдруг вспомнили о своих обязанностях? Или просто боитесь, что карманы прохудятся?
   - Возможно, если бы Вы не запугивали вельмож казнью и лишением всего нажитого за любое действие, они куда охотнее шли с Вами на контакт. Угрозы и насмешки не способствуют выстраиванию диалога.
   - Что же ещё я мог ожидать от барона, - злобно улыбаясь, Гелон, кажется, начал злится! - Вельможи, воины, селяне - все вы только и знаете, что жаловаться на несправедливость мира; ныть из-за того, что всем плевать на ваши хотелки; трястись, когда хоть что-то начинает угрожать вашему безмятежному существованию!
Но как только кризис проходит, всё тут же возвращается на круги своя. Будто бы всё стирается из головы. Зачем что-то помнить, благодарить, делать выводы – пережили, и слава Всевластителю. А мы и дальше пойдём пить, кутить и делать вид, будто бы всё нормально. Будто бы всё наладилось благодаря ничтожным обезьянкам, не способным даже осмыслить, в каком дерьме они побывали из-за собственных действий и решений! 
   - Если объясните, что именно хотите сказать, - продолжал уже растерянный барон, - я Вам помогу.
   - Обойдусь, - произнёс обиженный князь, вернувшись на своё кресло, вновь закинул ноги на столик и поднял кубок с вином. – Вероятно, будет сказано к Вашему удивлению, но захват Поварина идёт полным ходом.
   - Неужели? – Действительно удивился Генур, не веря, что Гелон мог начать делать что-то для своего княжества.
   - Да, - протянул князь. – После прошлогодних распоряжений короля, Поварин закрыл границы, и я перестал получать любимое вино. Я по нему сильно соскучился. Да и Гедону не терпелось по-настоящему повоевать: баталии, приказы, дивизии – он мечтал об этом с детства. Что же – если дитё просит, почему бы не позволить ему, пусть развлекается, выжигая земли Поварина!
   - Только вот войска Поварина объединились с армией Духарта. Численность их войска превышает наше. А учитывая их ресурсы…
   - Скотоводы сдружились с нищуками и верят, будто бы одолеют нас! – Усмехнулся Гелон. – Вот уж действительно причина для паники. Эти идиоты столкнулись в одной битве, потеряв четверть войск. А наследник Будин был убит на арене на дуэли. Верия, мелкая глупышка, вряд ли сможет правильно руководить княжеством.
Их запасы не помогут воскресить павших воинов, а общая казна не поможет выстоять против Гедона и его подчинённых. Какой смысл бояться дураков, у которых ничего нет?!
   Судя по сведениям, Наргилос, пока, не собирается активно воевать – у Домура сейчас много проблем внутри княжества. И даже так у Духарта нет ни шанса вторгнуться в угодья узурпатора.
   Терпение, барон Генур, и через год этот бессмысленный мятеж будет раздавлен, армии разбиты, вельможи убиты собственными людьми. Как и всегда в подобных историях – недовольная группка смутьянов убеждена, что им удастся одолеть здравый смысл одной лишь верой в собственную правоту.
   А что на счёт внутренних проблем – командир Дален со своим отрядом пройдётся по всем землям и вычистит мои владения ото всех, кто угрожает моему спокойствию: разбойников, ренегатов, Хорьков – всех! Можете не сомневаться – этот фанатик так надоел мне своими фанфарами о долге, что я отослал его куда подальше. Хочет прозябать хрен знает где и гоняться за швалью, что же – я помогу исполнить его мечту.
   - А что же Вы намерены делать с княгиней Верией? Вы же должны обручится?
   - На этой девчушки? – Махнул рукой князь. – Делать мне больше нечего, как помимо идиотов терпеть ещё её нытье в замке. Пусть Гелон дойдёт до столицы Поварина, вычистит там всё, а дальше – плевать, что будут делать эти свинопасы!
   - Что ж, раз Вы так уверены в нашей победе, может, стоит всё же созвать совет? – Предложил барон. - Чтобы успокоить баронов и землевладельцев, а также выяснить, что сейчас происходит в отдалённых землях Умрата.
   - Я не нуждаюсь в твоих советах, - жёстко отвечал князь. – Ты был советником моего отца, и куда это его привело?! Пожалуй, не стоит делать то, что ты советуешь. Вновь собирать и видеть перед собой морды трусов и гедонистов – извольте. Уж лучше жить в свинарнике и терпеть вонь животных, чем позволить себе провести с этими лицемерами хоть час своей жизни!
   Генур понимал, почему его племянник так относился к нему и другим вельможам. Однако из-за его детских обид и травм теперь не должно было страдать всё княжество. Поэтому, выждав недолгую паузу, барон вновь заговорил:
   - На мой взгляд, слишком опасно отправлять Гедона управлять войсками единолично. У него вновь может начаться приступ.
   - В таком случае, - заулыбался князь, но теперь в его гримасе чувствовалась ни насмешка, а презрение, - местным не повезёт! Если на этом всё – можете идти, барон Генур.
   Генур стоял в нерешительности. Он узнал слишком мало и, по всей видимости, спесивый князь не был намерен делится подробностями. Если вдруг Гелон затеял подлость, весь план мог полететь в проклятое царство Андарона. Такого барон не мог допустить.
   К счастью, у него ещё оставались хорошие друзья и знакомые среди офицеров, служивших в городе. Надеясь выведать что-нибудь у них, Генур состроил недовольную мину, слегка поклонился и без особого энтузиазма проговорил:
   - Если Вашей светлости ещё нужна будет помощь…
   - Расслабься, я в ней не нуждаюсь, - дерзко отвечал князь, вновь уткнувшись в книгу. – И перестань присылать мне письма: видит Всевластитель, если хочешь чьего-то внимания, заведи себе любовницу.
   Более барон не желал терпеть насмешки племянника. Развернувшись, Генур быстрым шагом направился прочь, из последних сил сдерживая порывы гнева. Пока было ещё рано в открытую показывать князю всё то презрение, которое испытывал к нему властитель южного удела.

***

Стремительно покинув княжеский дворец, отказавшись от сопровождения стражи, которой не должно было пока знать о планах своего вельможи, барон поспешил в центральную казарму, туда, где вёл свои дела его давний знакомый и приятный собеседник – командир пехотных войск Пивиен.
Ещё в ту пору, как они учились в Храме военного дела, Пивиена дразнили однокурсники за его странное имя. Какого командира могли звать Пивиен? Своей карьерой он доказал, что не имя внушает страх врагам, а количество победоносных сражений.
Встречавшиеся на пути воины и жители приветствовали барона, одаривая его поклонами и благодарными улыбками. Многие знали, как Генуру удалось обогатить южные уделы и наладить отношения с Наргилосом. Хотя среди народа его видели редко, всё же барон пользовался доброй славой. Впрочем, людям было не ведомо многое из деятельности правителя южных уделов.
Преодолев несколько улиц, Генур, наконец, дошёл до пятиэтажного каменного строения, увенчанного небольшой колокольней, увешенного окнами и знамёнами королевства.
Стражники, стоявшие у закрытых ворот выложенной из отёсанных блоков камня стены, отдали честь барону, а услышав его просьбу переговорить с командиром, без лишних вопросов впустили Генура внутрь.
Небольшое стрельбище по правую руку, небольшое тренировочное поле с манекенами по левую руку. Изнутри казарма была похожа на настоящий военный дворец, разве что сильно уменьшенный.
Кабинеты с писарями и лекарями, полки с исписанными листками о состоянии личного состава, экипировки и продовольствии, оружейная в подземелье, склады с припасами и настойками на втором этаже, кабинеты командиров на третьем и четвёртом этажах, и зал советов на пятом.
Пройдя внутренний двор и привратников у входа в казармы, стуча каблуками по деревянному паркету, барон поднялся на третий этаж, подошёл к третьей двери и постучал.
- Ну кто там ещё? – Прозвучал изнурённый глухой вопрос.
- Старый приятель, - отвечал Генур, весело улыбаясь.
Послышались тяжёлые шаги. Дверь резко отворилась и в проёме появилось уставшее лицо пятидесятилетнего мужчины. С короткой стрижкой, в которой отчётливо прослеживалась седина, с обвисшими щеками, ниже Генура на две головы, в сером мундире, подчёркивающим широту плеч и груди, аккуратно сглаживая округление живота.
- Генур? – Смутился командир Пивиен. – Ты что тут делаешь?
- Приехал на совет, - удручённо произнёс барон, тут же сменив выражение лица. – Можно переговорить с тобой?
Пивиен почесал затылок, обернулся на заваленный бумагой стол, выдержал тишину ещё в несколько мгновений, после чего тяжело вздохнул и произнёс:
- Пожалуй, перерыв мне не повредит. А то глаза на лоб полезут от всех этих депеш и отчётов! – Командир пропустил гостя в кабинет, быстро захлопнув за ним дверь.
- Много дел? – Поинтересовался Генур. – Пока я ехал с юга в столицу, мне показалось, что всё спокойно. Да и здесь, в городе, не пахнет суматохой и паникой.
- Конечно не пахнет! – Усмехнулся Пивиен, упав на стул и закрыв лицо руками от напряжения. – Люди всё никак не нарадуются, что этот псих Гедон со своей братией покинул город с неделю тому назад. Хоть можно выдохнуть с облегчением.
- Что случилось? – Тут же оживился Генур, памятуя слухи, которые доходили до него от не самых надёжных источников.
- Как стало известно, что Духарт с Поварином намерились воевать друг с другом, так Гелон тут же распорядился усилить стражу столицы. А усилить её он решил своим братцем и его ручными псами.
И что ты думаешь – помогло это укрепить безопасность?! Совсем напротив. Приставали они к женщинам, пинали стариков и детей, избивали мужчин. Идёт такой вечером работяга, весь чумазый после работы, а они к нему, мол, что здесь ходишь попрошайничаешь? Может, шпион?! И тут начиналось: избиения, оскорбления. Через пару месяцев всякий боялся даже нос из дома высунуть – всем доставалось, даже стражникам. Странно, как против них народ не поднялся – эти уроды обирали магазинчики, опустошали все кладовые. Честное слово, хуже саранчи!
Но вот, месяц тому назад, начали ходить слухи, что Духарт объединился с Поварином, и теперь они готовы отправляться на Умрат. Гелон, кажется, боялся даже из замка выходить, заливался вином, трусливый мальчишка. Ты просто, что я так о твоём племяннике, но уж не могу я его уважать, как мужчину. 
Короче говоря, Гедон направился, чтобы его и всю его свору выслали на запад, чтобы они отбили атаку противников. А мне теперь разгребай, что они в западных уделах деревни обносят, чинят насилие и мракобесие. Ещё и думать надо, что со всем этим делать, пока бароны сидят в своих поместьях. Так ещё и пехотой приходится руководить: куда кого отправить, где разбойники, где Хорьки, где бунт селян из-за нехватки урожая. Так ещё и воинов не хватает – большая часть войска распределена между вельможами. Бояться, видимо, что Гелон к ним придёт.
Хотя, ты-то знаешь: у самого во владениях шесть сотен воинов. И никто из вельмож не высылает нам на подмогу своих воинов. А мне что со всем этим делать? Невроз на неврозе, должен тебе сказать. Проклятье, а не работа!
- Значит, Гелон позволяет братцу совершать всё, что тому вздумается, - кивал барон. – И эти звери будут оберегать нас от захватчиков?
- Да плевать, - злобно произнёс командир. – Главное, чтобы побольше этих скотов подохло в бойне с соседями. Не очень-то хочется видеть этих лиходеев здесь. Представь: обычный рядовой из отряда Гедона меня, командира, может послать куда подальше! Невиданное самоуправство. Осталось дождаться, когда они мирняк начнут резать. Может, хоть тогда Гелон начнёт что-то делать. 
- А командира Дален, значит, выслали куда подальше, когда он пытался вразумить нашего князя?
- Ещё бы его не выслали! - Пивиен бессильно откинулся на спинку стула. – Говорил о том, что люди в страхе ходят по городу, пока разбойники разоряют селения на востоке и севере. Вот наш мудрый правитель и отправил командира княжеской стражи на север – со всеми его людьми, чтобы ему не мешали веселится и радоваться жизни. Абсурд! Генур, прости, что я так на твоего племянника…
- Он уже давно не мой племянник, - разочарованно отвечал Генур, скрестив руки на груди и вытянув ноги. – Делает, что пожелает, никого не слушает, никого ни во что не ставит – из него правитель даже хуже, чем из Генара. А уж сложно найти большего гедониста и разгильдяя, чем мой брат, да упокоит Всевластитель его душу.
- Яблоко от яблони, - вздохнул командир, скрестив пальца на затылке в замок. – Что ни день, то большее разочарование. А нам сидеть и расхлёбывать всё это!
- Надеюсь, племянничек одумается, когда угроза будет на пороге, - злобно проговаривал барон, переместив взгляд на пол.
- Главное, чтобы он одумался до того, как войска Духарта и Поварина возьмёт в осаду столицу, - упаднически говорил командир.
- Сейчас мне кажется, что это лучшее, что может произойти с Умратом. Иначе – Гелон своими решениями устроит такую катастрофу, что княжество распадётся само собой.
Равир и Верия, несмотря на все попирания законов и начало войны, нашли в себе силы объединиться против Гелона, узурпатора и короля, которым уже, кажется, совершенно наплевать на судьбу королевство.
Пивиен перевёл непонимающий взгляд на старого друга, пытаясь понять, правильно ли он понял сказанное бароном.
- Полагаю, ренегаты и предатели ничем не лучше сумасшедших князей и узурпаторов, - отвечал командир, приняв более уверенную позу. – Что Равир, что княгиня Поварина, что Гелон и Домур – у всех свои грехи за душой. Но это не значит, что теперь можно наплевать на законы королевства и кляты верности.
- Ты правда продолжаешь верить, что хоть какая-нибудь клятва чего-нибудь стоит? Клятва – лишь красивые слова, которые заставляют верить и ждать будущего. Но в конечном итоге, каждый выбирает то, что проще и лучше.
- Может, поэтому всё обернулось так, как и обернулось? - Печально говорил Пивиен, с подозрением смотря на старого друга. - Клятва всегда была и остаётся гарантом стабильности. А когда вельможи, солдаты и селяне теряют в неё веру, тогда мы и лишаемся будущего.
- Видимо, ты слишком засиделся в кабинете, - усмехнулся барон, потирая лоб. – Скажи голодным селенам, разбитым воинам или перепуганным вельможам, что всё будет хорошо. Посмотрим, что тебе ответят.
Командир и барон безмолвно сидели на стульях, каждый думая о своём и не переглядываясь. Выдержав тишину с минуту, Генур, поняв, что такими разговорами он не добьётся своего, решил перевести тему:
- И что сейчас собираются делать с этими Хорьками? Я слышал, в последнее время они активизировались: нападения на караваны, разорение нескольких деревень, даже умудрились форт обчистить. Кажется, впервые за десять лет они вновь начали набирать силу.
- Андарон один знает, что на уме у этих уродов, - махнул рукой Пивиен. – Мне приходилось читать отчёты солдат, которые гонялись за ними. Они успели поразбойничать на западе, а как началась вся кутерьма с Поварином, перешли на север, оттуда дёрнули на восток. Возможно, скоро начнут орудовать в твоих землях.
- Вот как?! – Наигранно удивился Генур. – Спасибо за предупреждение. Стоит усилить стражу: может, удастся, наконец, поймать этих мракобесов.
- Не факт, что эти Хорьки вообще есть, - пожал плечами командир, - Слишком отчаянные преступления, слишком быстро перебрасывают лагерь, неуловимые – среди воинов ходят слухи, что различные разбойничьи группировки просто используют имя известной банды, чтобы навевать страх.
Тем не менее, это не отменяет того, что по всему Умрату развелись разбойники. Конечно, их не так много, как в Наргилосе, но даже одна группа приносит много неприятностей. 
- Может, тогда отправить за ними больше дивизий? Раз уж за безопасность запада отвечает один лишь Гедон, остальных воинов можно отправить разбираться с этими разбойниками.
- А кто мне выдаст больше воинов, - усмехнулся командир, смотря на барона так, будто бы он был юнцом, который только заступил на службу. – Уверен, ни один из землевладельцев или тем более баронов не выдаст мне и дивизии из своих войск! Странно, правда: вельможи бояться своего князя больше, чем врага извне. Уму непостижимо!
Ты ведь слышал, что он сделал с тем, как его, в общем не важно, как его звали. Землевладелец решил организовать бал для своих – таких же вельмож. Тогда на севере удалось отбиться от нападок пиратов ваулирийцев, вот и решили отпраздновать. Ничего такого, только вот Гелон узнал, что землевладелец присваивает заслуги победы себе, и что самое главное – он организовал праздник, заблаговременно и получив разрешение князя, как гласит теперешний свод законов.
Казалось бы – ну дурак, лишите его титула, пожурите и дело с концом. Так и случилось! А вот пару месяцев спустя пришла весть, не официальная, конечно, мол землевладельца того сослали в мелкий монастырь в какое-то далёкое поселение. И притом, его ослепили и отрезали язык. Как думаешь, племянник твой поработал?
- Землевладелец тот – Невур, - с омерзением принялся вспоминать барон Генур. – К нему когда-то приезжал мой брат вместе с детьми. Когда Генар принимался в очередной раз лупить своих отпрысков, Невур закрывал глаза и приговаривал: «Что же творится?». Полагаю, несогласованный бал – был лишь удобным предлогом расправится.