Этюд Аэлита. Огурцы и теория относительности

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита вошла с пустыми руками. Это было подозрительно.
— Я не принесла вещдок, — сказала она, усаживаясь в кресло. — Потому что вещдок съеден. Я съела последний огурец из банки, которую открыла месяц назад. Она стояла в холодильнике, ждала. Я ждала. Сегодня мы встретились.
Профессор закрыл ноутбук.
— Это был мучительный выбор?
— Это была капитуляция. Я берегла их для гостей. Гости не пришли. Огурцы кончились. Я сижу с пустой банкой и понимаю: жизнь прошла. Не вся. Но какая-то её часть — точно.
Она выдохнула.
— Знаете, в чём ужас? Я даже не помню, когда их купила. В прошлом году. Или в том. Огурцы стали вечностью. А я их съела за пять минут. Хрустела и думала: «Кому я их берегла?»
Профессор пододвинул к ней чашку с кофе. Молча.
— Той Аэлите, которая верила, что вот-вот придёт кто-то важный, — продолжала она. — Он сядет за стол, я открою банку, и мы будем есть огурцы и говорить о жизни. Он не пришёл. Огурцы съела я. Одна.
— И как они?
— Вкусные. Но с привкусом упущенного времени.
Профессор встал, подошёл к маленькому холодильнику в углу кабинета. Открыл, достал банку. Поставил перед ней.
— Мои. Солёные. Домашние. Сестра передала. Я берёг для кого-то. Но кто-то всё не шёл. Теперь берёг для вас.
Аэлита посмотрела на банку. Прозрачную, с плавающими укропными зонтиками.
— Вы предлагаете съесть их вместе?
— Я предлагаю перестать беречь жизнь на потом. Потом не наступает. Есть только сейчас. И огурцы. Хорошие огурцы.
Она взяла банку, открыла. Запах укропа и чеснока заполнил кабинет.
— Вилка есть?
— Я ем руками. Это честнее.
Они сидели и ели огурцы прямо из банки. Хрустели. Молчали.
За окном темнело.
— Спасибо, — сказала Аэлита, когда банка опустела наполовину.
— За что?
— За то, что не спросили, для кого я их берегла. И что съели со мной. Это важнее, чем ждать.
Профессор кивнул. Вытер руки салфеткой.
— Огурцы не ждут. Они солятся. И терпят. Как мы.
Банка стояла на столе, почти пустая. В кабинете пахло чесноком, уютом и тем, чему нет названия. Наверное, дружбой. Или чем-то очень на неё похожим.