Удача

Северное побережье Дании. Драккар, беззвучно рассекающий гладь потухшего моря, входит в небольшую бухту. Виднеются сигнальные огни — факелы, зажженные, кажется, задолго до первой вести о приближении воинов. Ночь темна, и вокруг ни звука; даже рыба будто не смеет тревожить священного плавания. Они возвращаются домой.

На понтоне толпятся женщины, дети и старики — все те, кто не мог или не был удостоен отправиться в рейд. Пахнет вяленой рыбой и кострищем. Деревня не спит.

Наконец борт ладьи коснулся деревянного помоста. Как героев встречают мужей и отцов, сыновей и братьев. Кто-то не может сдержать слез радости и бросается на шею к любимому, чудом уцелевшему, израненному и устрашающе угрюмому — но любимому. Другие застывают в немом восторге и с гордостью глядят — нет, не на лица, — на исполосованные руки и перевязанные тряпками туловища. Старики хлопают друг друга по плечам и бормочут хвальбы во славу Одина и Тора. Грядет пир.

Лишь одна молодая женщина стоит на берегу. Лицо ее бледно, но взгляд горит. Он гуляет по промокшим от дождя и слез лицам. Гуляет и все же не останавливается. Мимо струятся люди, проходят, пролетают, просачиваются между камнями и телами. Мужчины несут награбленное добро и пинками подгоняют захваченных в плен чужеземцев. Теперь они станут рабами и станут трудиться здесь, на незнакомых землях, бок о бок с незнакомцами, которые поклоняются незнакомым богам. Великая удача привезти такой товар.

На лицо женщины опускается тень печали — поток людей иссякает. Через время он перестает вовсе.

И вот с корабля сходит последний воин. Топор закинут не его могучее плечо, а на месте второй руки находится бесформенная культя, обмотанная тканью, покрасневшей, как заходящий над дальними фьордами диск солнца. Походка его неспешна и статна, и все же чувствуется в ней не просто многодневная усталость, а горькая дума и страшный рок. Два голубых, сияющих в отблесках костров глаза устремляются на него. Они взывают, они требуют, они молят. Ответ звучит уже там, где-то, где светло и льется мед. Великая песнь разносится над крышами домов и доносится до остановившихся на берегу мужчины и женщины. Она славит павших в боях, славит их мужество и смелость, славит богов, что вели в бой этих сильных мужей.

Однорукий воин слушает эту балладу о героях и их героических смертях и вспоминает своего брата, могилу которого рыл там, вдали от песней, вдали от дома. Он хотел забрать его сюда, чтобы восславить на родной земле, чтобы почтить его память, как подобается. Но не было место на их драккаре. К огромной удаче они набили до верху его золотом, оружием и людьми.

Женщина слушает эту балладу и вспоминает своего воина. Уже завтра все позабудут о подвигах, умолкнут звуки музыки, опустеют бочонки с элем. Пуст останется и их дом — ее дом.

И все же чувствовали они в этой чудной песне примесь зависти и ревности. И можно понять людей, ведь это великая честь и удача — отправиться пировать в Вальхаллу.