16. Лето-осень 1557 года, Вильгельм фон Фюрстенбер

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

В конце мая 1557 года умер ландмейстер Ордена Генрих фон Гален. Пост предсказуемо занял его коадьютор Вильгельм фон Фюрстенберг. Можно было бы сказать, что ему досталось тяжелейшее наследство, но Фюрстенберг в предшествующие месяцы уже замещал больного начальника.

Ливонская конфедерация состояла из Ордена и четырёх епископств. Её золотые времена давно миновали. Постоянный приток рыцарей-крестоносцев с запада обмелел, здешние воины почти все превратились в бюргеров и ныне слабая Ливония находилась между Литвой и Московией, которые почти не скрывали желания присоединить к себе её территории.

Сигизмунд как и в прошлом году сосредоточил у ливонской границы около 20 000 воинов. Фюрстенберг мог выставить против них лишь 12 000 человек разной степени боеспособности. Он лихорадочно искал поддержки у императора Фердинанда, шведского и датского королей, а также у померанского и даже прусского герцогов. Благодаря их хлопотам между ландмейстером и Сигизмундом начались переговоры.

Польско-литовский правитель потребовал выдать ему виновников гибели литовского посла, освободить рижского епископа с коадьютором, заключить союз против Москвы и признать некоторые привилегии, дающие ему право вмешиваться во внутренние дела конфедерации.

Тщательно обдумав варианты, Фюрстенберг со своими помощниками пришли к выводу, что худой мир сейчас гораздо лучше полного краха. Они согласились выполнить требования Сигизмунда при условии, что рижское епископство не перейдёт в светское качество. Когда все нюансы уладили, Фюрстенберг прибыл к Сигизмунду в Позволь и 14 сентября подписал фактически сепаратный договор.

-Итак, польско-литовский правитель действует с оглядкой на империю! - сказал ландмейстер, воротясь в Ливонию. - Только поэтому он не стёр нас в порошок и не превратил конфедерацию в своё вассальное герцогство под руководством Вильгельма Рижского. На сей раз мы выстояли, но я сомневаюсь что Сигизмунд, Радзивиллы и архиепископ бросят интриговать против нашего Ордена!

-Да, - согласился с ним феллинский комтур Герхард фон Кеттлер, - скорее всего они будут ждать какой-нибудь смуты в империи, чтобы спровоцировать очередной конфликт между нами и Вильгельмом. Тогда-то и появится очередной повод для вмешательства, вторжения и захвата.

Покой Ливонии только снился. Отсрочив угрозу со стороны литовцев, Фюрстенбергу предстояло как-то потушить агрессию со стороны Москвы. О строительстве русского порта в устье Нарвы он знал уже давно благодаря жалобам дерптского епископа. Но в ноябре к восточным границам его владений подошло 40-тысячное воинство.

-Я немедленно отправляю к Иоанну послов! - воскликнул испуганный Фюрстенберг. - Пусть они обещают всё что угодно, лишь бы московиты отступили. Известите об угрозе со стороны Иоанна императора Фердинанда. Пусть пришлёт нам помощь в виде крестоносцев или денег. Иначе Орден в Ливонии исчезнет, а наша страна будет захвачена схизматиками. Ах да, у нас ведь имеется теперь и антимосковский союз с Литвой. Об этом следует напомнить Сигизмунду!