Мираж и реальность

Когда настала эра социальных сетей, я, как и миллионы других, с головой ринулся в этот цифровой океан. Мне казалось, что мир распахнул свои объятия: я был зарегистрирован на каждой платформе, открывал новые приложения, искал единомышленников. Постепенно это затягивало всё глубже и глубже, превращаясь в незаметную, но прочную зависимость.
Моя жизнь переехала на экран смартфона. Что я ел на завтрак, какую книгу открыл, куда ходил и с кем встречался — всё это стало основным содержанием моих постов, равно как и постов моих виртуальных друзей из десятка разных стран. Ловя чужие лайки, я радовался им, как ребёнок. Но за эту иллюзию востребованности пришлось платить самой дорогой монетой — настоящим временем своей жизни.
Я стал реже ходить в спортзал. Раньше утренняя пробежка или велосипедная прогулка были для меня источником чистой энергии, а теперь я ловил себя на мысли, что вместо кручения педалей сижу на скамейке и проверяю комментарии. Заодно и старые, проверенные временем друзья как-то незаметно перешли в разряд просто «знакомых». Мы перестали созваниваться, чтобы услышать голос, ведь мы и так «всё знали» друг о друге из публикаций. Они тоже часами сидели в сети, соревнуясь в успешности своих цифровых профилей.
Да, у интернета есть свои плюсы, но в какой-то момент сети начали стремительно меняться. Они стали походить на глобальные сайты знакомств, где за красивыми картинками и фальшивыми восторгами исчезает личность. А там, где нет живого общения, где люди прячутся за масками из смайликов, неизбежно появляются цинизм и мошенники. Экран стал холодным.
Этой весной я принял решение и разом покинул все соцсети. Понял, что одна-единственная настоящая встреча в реальной жизни для меня дороже недели пустой болтовни и бесконечных споров в Facebook. Мне захотелось снова дышать полной грудью и видеть мир своими глазами, а не через объектив камеры для нового поста.
И жизнь сразу откликнулась. Сегодня я пошёл в магазин ALDI. Рассматривая полки, я что-то негромко буркнул по-русски возле банок с вареньем, как вдруг до моего плеча мягко дотронулась рука. Я обернулся. Предо мной стояла пожилая женщина и открыто, очень тепло улыбалась.
— Вы откуда приехали? — спросила она.
— Из СССР, — ответил я, улыбнувшись в ответ.
— Как приятно… А я из Югославии.
Мы разговорились прямо посреди торгового ряда. Она замечательно, почти без акцента говорила по-русски. Оказалось, что мы не просто славянских кровей — мы воспитывались в одной эпохе, при том социальном строе, от которого на карте мира уже не осталось и следа. Мы мгновенно узнали друг друга по какому-то неуловимому общему коду, по взгляду, по интонации. Мы договорились в следующий раз пойти за покупками вместе и обменялись номерами телефонов — настоящими, десятизначными цифрами для живого звонка, а не ссылками на профили.
Я шёл домой и думал: это случайное знакомство, этот тёплый разговор двух людей посреди супермаркета дороже десяти тысяч лайков от интернет-друзей, раскиданных по свету от Монтевидео до Каира. Пожилым людям — да и вообще всем нам — живое общение и искренний взгляд глаза в глаза всегда будут нужнее, чем любой, даже самый красивый мираж на экране.