Ферма. Генетическая память

Ричмонд, штат Вирджиния, США

22 августа 1995 года

«Вам приходилось иметь дело с чёрной мазохисткой?» - не так уж чтобы совсем неожиданно спросила Амара. «Реально чёрной – чернее только чёрная дыра?»

Энке кивнул: «И не с одной». Одной была его собственная жена; другой Рита Малкина… были и другие. Агент Джонсон довольно неожиданно осведомилась:

«Как Вам коктейль из генетической памяти, Стокгольмского синдрома и чёрного – в обоих смыслах – мазохизма?»

Коктейль был впечатляющий – в самом прямом смысле адская смесь. Генетическая память (она же родовая, наследственная, этническая память)— ненаучное (в смысле, не признанное официальной, мейнстримной, материалистической наукой) понятие.

Означает опыт предков конкретного человека, передаваемый на генетическом уровне. Обычно под «предками» понимают представителей соответствующего этноса (например, афроамериканцев).

Некоторые считают, что генетическая память может находиться в «спящем» состоянии и «пробуждаться», активироваться, для чего необходим внешний триггер, например, участие в определённых обрядах.

В современной «научной» психологии (в кавычках потому, что она изучает ровно одну седьмую часть человека), генетическая память, как правило, считается ложным понятием.

У парапсихологов нет единого мнения о генетической памяти: это понятие активно используется при объяснении метода регрессии прошлой жизни, однако большинство парапсихологов (как ни странно) отвергает теорию генетической памяти как несостоятельную.

Большой знаток всего паранормального (должность начальника отдела ФБР по борьбе с паранормальным противником обязывала), Хорст Людвиг Энке не уставал удивляться этому совершенно некомпетентному мнению.

Ибо каждый компетентный парапсихолог должен, обязан был знать, что каждый человек… точнее, все шесть его тонких тел (от эфирного до стабильно-трансцендентного) являются частью соответствующего эгрегора.

Точнее, эгрегоров - расы, нации, народа (разница между последними спорна). И потому как минимум подсознательно имеет доступ к соответствующему разделу Библиотеки Акаши (в современном мире скорее базы данных или базы знаний).

Которая, в частности, содержит то, что некорректно (ибо содержащаяся в первом – физическом - человеческом теле генетика тут ни при чём совсем) называют генетической памятью. Информацию о прошлом представителей соответствующего этноса… в частности, о рабстве афроамериканцев.

В ещё большей частности, о том, что современная психология называет Стокгольмским синдромом, а на самом деле является эротизацией боли, насилия и подчинения. Одним из видов психологической самозащиты.

На языке «научной» психологии, Стокгольмский синдром представляет собой защитно-бессознательную пси-травматическую связь, взаимную или (гораздо чаще) одностороннюю – со стороны жертвы - симпатию, возникающую между жертвой и агрессором (насильником в широком смысле) в процессе применения или угрозы насилия.

Заложники (жертвы) начинают сочувствовать своим захватчикам (насильникам), оправдывать их действия и в конечном счёте отождествлять себя с ними, перенимая их идеи и считая свои страдания необходимыми для достижения «общей» цели (которую жертва далеко не всегда может внятно сформулировать).

Авторство термина Стокгольмский синдром приписывают шведскому криминалисту Нильсу Бейероту, который ввёл его после анализа ситуации, возникшей в Стокгольме во время захвата заложников в августе 1973 года.

Заложники защищали своих похитителей после освобождения и не соглашались давать показания против них в суде. Механизм психологической самозащиты, лежащий в основе Стокгольмского синдрома, был впервые описан Анной Фрейд (младшей дочерью основателя психоанализа Зигмунда Фрейда) в 1936 году.

Несмотря на «медицинское» (и даже психиатрическое) название, психиатры (обоснованно) полагают, что Стокгольмский синдром является не психическим расстройством (синдромом в медицинском смысле), нормальной реакцией человека на сильно травмирующее психику происшествие.

Иными словами, механизмом психологической самозащиты – поэтому Стокгольмский синдром не включён ни в одну классификацию психических расстройств. В случае разнополых насильника и жертвы (обычно мужчины и женщины соответственно), возникающая между ними эмоциональная связь часто носит чувственный и эротический характер – ибо энергии Эроса являются самым мощным пси-анальгетиком и успокоительным («эликсиром радости»).

Всю 340-летнюю историю рабства в США (мало кому известно, что первые рабы были завезены на их нынешнюю территорию в 1526 году), отношения между белыми рабовладельцами и чернокожими рабами (и рабынями) были пропитаны физическим и сексуальным насилием. Поэтому неудивительно, что эротизация этого насилия была нормальным явлением среди темнокожих обоего пола.

 

Правовой институт рабства (преимущественно африканцев и афроамериканцев), существовал в США с момента их основания в 1776 году до 1865 года, в основном на Юге страны. Справедливости ради, нужно отметить, что рабство было распространено на всей территории, колонизированной европейцами в Северной и Южной Америке (рабство в США просто наиболее известно).

С 1526 года, в ранний колониальный период, рабство имело место на территориях, ставших впоследствии британскими колониями, включая Тринадцать колоний, которые изначально сформировали Соединенные Штаты.

По закону дети рабов автоматически становились рабами; раб рассматривался как собственность, которую можно было купить, продать или подарить (как вещь). На момент официальной отмены рабства в 1865 году, рабство сохранялось примерно в половине штатов США.

Вопросы, связанные с рабством, проникали во все аспекты политики, экономики и социальных обычаев страны.  течение десятилетий после окончания Реконструкции (ассимиляции южных штатов в группу северных) в 1877 году многие экономические и социальные функции рабства продолжали существовать вплоть до 1965 года, когда подписанные президентом Джонсоном законы о гражданских правах положили этому конец.

Принудительное рабство в качестве наказания за преступление по-прежнему являлось законным – и произвело на свет Божий такое кошмарное явление, как «тюремные фермы» (тоже на Юге США, что характерно).

Ликвидация одной такой фермы стала первым оперативным мероприятием Хорста Людвига Энке на территории США в 1951 году. Он был настолько взбешён царившими там инфернальными порядками, что приказал сжечь живьём всю администрацию – до последнего человека. Результат оказался предсказуемым – во всём штате ситуация в этих заведениях вернулась в подобие нормальности.

Справедливости ради, надо отметить, что сразу же после образования США возникло движение за отмену рабства, которое быстро добилось весьма впечатляющих успехов. К 1805 году все северные штаты в той или иной степени отменили рабство. Отдельные штаты начали запрещать импорт рабов ещё во время Американской революции, а Конгресс запретил ее в 1808 году. 

Даже на Юге во многих случаях постепенно происходила отмена рабства. Некоторые рабовладельцы, в основном на Верхнем Юге, добровольно освобождали своих рабов. Других выкупали и освобождали благотворительные организации.

Тем не менее, до 1820 года большинство действующих конгрессменов владели рабами, а около 30 % конгрессменов, родившихся до 1840 года (последняя из которых, Ребекка Латимер Фелтон, работала ещё в 1920-х годах), владели рабами в какой-то период своей жизни (как и 8 из 15 президентов США до Линкольна).

Быстрое расширение хлопковой промышленности на Юге после изобретения хлопкоочистительной машины значительно увеличило спрос на рабский труд, и поэтому южные штаты оставались рабовладельческими обществами.

США, разделенные на рабовладельческие и свободные штаты, стали еще более поляризованными в вопросе рабства. Под влиянием спроса на рабочую силу со стороны новых хлопковых плантаций на Юге, Верхний Юг продал более миллиона рабов, которых увезли на Юг.

Общая численность рабов на Юге в конечном итоге достигла четырех миллионов человек (в 1861 году). По мере расширения США южные штаты пытались распространить рабство на новые западные территории, чтобы позволить прорабским силам сохранить власть в Конгрессе.

В частности, на территории, купленные у Франции (Луизиана) и силой отобранные у Мексики (Калифорния, Техас, Нью-Мексико, Юта, Невада и Аризона, а также некоторые районы Колорадо, Оклахомы, Канзаса и Вайоминга).

К 1850 году разбогатевший, выращивающий хлопок Юг угрожал выйти из Союза. На территории Канзаса разразились кровопролитные бои из-за рабства. Когда Авраам Линкольн выиграл выборы 1860 года, выступив с программой прекращения распространения рабства, рабовладельческие штаты вышли из Союза, образовав Конфедерацию.

Вскоре после этого началась Гражданская война, когда войска Конфедерации атаковали форт Самтер армии США в Чарльстоне, Южная Каролина. Во время войны некоторые юрисдикции отменили рабство, и благодаря мерам Союза, таким как Законы о конфискации и Прокламация об освобождении, война фактически положила конец рабству в большинстве штатов США.

После войны 6 декабря 1865 года была ратифицирована Тринадцатая поправка к Конституции Соединенных Штатов, запрещающая принудительное подневольное состояние, за исключением наказания за преступление.

В отличие от Российской Империи, в которой рабство (стыдливо именуемое крепостным правом) являлось мощным тормозом экономического развития – и потому имело политические, а не экономические причины – рабство в США было одним из главных двигателей экономического роста. Проще говоря, без рабства современных США – ведущей (и единственной) сверхдержавы не было бы.

Среди экономических историков и экономистов сложился консенсус о том, что рабское сельское хозяйство было более эффективным по сравнению со свободным (более, чем на треть, если быть точным).

Экономия масштаба, эффективное управление и интенсивное использование труда и капитала делали южное рабское сельское хозяйство значительно более эффективным, чем свободное южное фермерство.

Почти все экономические историки и экономисты сходятся во мнении, что рабство не было системой, иррационально поддерживаемой плантаторами, которые не осознавали своих экономических интересов или были к ним равнодушны. Напротив, рабство было совершенно рациональным явлением – ибо было феноменально прибыльным.

Что имело фундаментальные геополитические последствия – именно рабство стало тем решающим конкурентным преимуществом, которое позволило США в конечном итоге опередить по уровню ВВП и Великобританию, и Германию, и Францию – и сделало США безусловным мировым лидером.

Историки и экономисты согласны, что именно наличие рабов обеспечило высокую стоимость земли на Юге (если бы не было рабов, земля стоила бы сущие копейки). Что сделало землю весьма привлекательным залогом – и обеспечило взрывной рост банковской системы (не только на Юге).

Вопреки распространяемому либерастами заблуждению, труд рабов в США был столь же эффективным, как и труд свободных (в национальном масштабе – с точки зрения ВВП). В 1860 рабы составляли 12% населения США – и производили точно такой же объём ВВП.

Система рабства в США произвела (точнее, воспроизвела) на свет, казалось бы, давно канувшую в Лету в явном виде «сексуальную экономику». От чернокожих женщин требовалось выполнение не только физического и сексуального (как и в России, каждый американский рабовладелец безжалостно насиловал своих рабынь), но и репродуктивного труда с целью постоянного производства новой рабочей силы из числа рабов и увеличения прибыли белых работорговцев.

Что превращало чернокожих женщин в этаких «современных андрогинов»: чернокожие женщины были физически сильными мужчинами и оглушительно женственными, когда это было необходимо их хозяевам. Что это делало с психикой и сексуальностью бедных женщин, Энке даже думать не хотелось.

О другом тоже не хотелось… однако пришлось. Он осведомился: «Правильно ли я понимаю, что этот адский коктейль произвёл на свет Божий не менее адскую реинкарнацию рабовладельческих ферм Юга, на которых работают далёкие потомки тогдашних чернокожих рабов – в основном женщины?»

«Вам приходилось иметь дело с таким?» - изумилась Амара. Энке покачал головой: «Не в США… и не лично. Мне приходилось слышать о БДСМ-коммунах в России, Греции, Италии, Бразилии, в которых весьма тщательно воссоздавались условия времён рабства… но там всё было в рамках БРД – их проверяли…»

Амара усмехнулась: «Мои пребывания в таких коммунах были и добровольными, и разумными… с безопасностью только вот было не очень… если не очень не…»

«Разумными?» - осведомился Энке. Она кивнула и объяснила.