Что останется интеллекту?

Предисловие
Несколько месяцев назад я поймал себя на странном ощущении.
Вокруг всё чаще звучали слова: искусственный интеллект, новые технологии, будущее, прогресс.
Люди спорили.
Кто-то восхищался. Кто-то боялся. Кто-то обещал скорое счастье. Кто-то предсказывал проблемы.
А я неожиданно заметил, что думаю совсем о другом.
Меня интересовал не искусственный интеллект.
Меня интересовал человек.
Я думал о своих детях. О своих внучках. О мире, который достанется им. О том, что останется важным через десять, двадцать, пятьдесят лет.
Я не учёный. Не футуролог. Не специалист по технологиям.
Я просто человек, который однажды вечером сел у воды и начал задавать вопросы.
Некоторые из них оказались неожиданными даже для меня самого.
Так появился этот рассказ.
Это не попытка объяснить будущее.
Это попытка прислушаться к себе.
И если среди этих страниц вы узнаете собственные мысли, собственные сомнения или собственную тихую внутреннюю улыбку, значит мы были не так уж далеки друг от друга.
Даниэль Райберг

Глава первая
После того как экран погас
Экран ноутбука медленно потемнел. Сначала исчезли буквы.
Потом погасло окно разговора. Потом исчезло отражение моих рук.
И наконец экран превратился в тёмное стекло.
Я закрыл крышку ноутбука и посмотрел на озеро.
Вода была почти неподвижной.
Только лёгкая волна время от времени касалась деревянного причала, возле которого покачивалась моя лодка.
Вечер выдался удивительно тихим.
Таким тихим, что слышно было, как где-то далеко плеснула рыба.
Разговор закончился. Но мысли продолжали жить своей жизнью.
Последние несколько часов я разговаривал с искусственным интеллектом.
Странное словосочетание.
Ещё совсем недавно оно звучало как фантастика.
Сегодня стало частью повседневной жизни.
Люди спрашивают его обо всём: О работе. О здоровье. О политике.
О путешествиях. О любви. О будущем.
Я тоже спрашивал.
Но чем дольше продолжался разговор, тем сильнее меня преследовало странное ощущение.
Меня интересовал вовсе не искусственный интеллект.
Меня интересовал человек.
Что происходит с нами? Куда мы идём?
Почему каждый новый шаг прогресса одновременно восхищает и немного тревожит?
И вообще — что такое прогресс?
Неужели это просто движение вперёд?
А если вперёд — то куда именно?
Я посмотрел на воду. На отражение первых звёзд.
На тёмную линию дальнего берега.
И неожиданно вспомнил людей, которых видел в своей жизни.
Я вспоминал Израиль. Америку. Россию. Большие города.
Маленькие городки.
Людей очень современных. И людей, живущих почти так же, как жили их деды.
И чем больше я вспоминал, тем меньше понимал одну вещь -
почему мы так уверенно связываем развитие технологий с развитием человека?
Становится ли человек добрее только потому, что его телефон стал умнее?
Становится ли он мудрее только потому, что получил доступ  почти ко всем знаниям мира?
Становится ли он счастливее?
Ответа у меня не было.
Но вопрос становился всё важнее.
Я подумал о своих детях. Потом о внучках.
О том мире, который однажды станет для них привычным.
И вдруг понял, что именно это беспокоит меня больше всего.
Не технологии.
Не машины.
Не программы.
А человек внутри этого нового мира.
Сумеет ли он сохранить способность удивляться?
Любить? Сочувствовать? Размышлять?
Или однажды удобство станет настолько великим, что человеку больше не захочется искать самого себя?
Я смотрел на озеро и чувствовал, как внутри меня рождается вопрос, на который пока никто не знает ответа.
Что останется интеллекту?
И главное — что останется человеку?

Глава вторая
Звонок Ромы
Я не знаю, сколько прошло времени.
Может быть, десять минут. Может быть, целый час.
Когда человек думает по-настоящему, время начинает жить по своим законам.
Я сидел на деревянном причале.
Лодка едва заметно покачивалась рядом.
Над водой поднималась луна.
Где-то вдалеке пролетела птица.
Я всё ещё думал о странном вопросе, который появился внутри меня.
Что останется интеллекту?
Не искусственному.
Любому.
Человеческому тоже.
Что останется от всех наших знаний, открытий, технологий, достижений?
Что останется от самого человека?
Телефон неожиданно вздрогнул.
Звонок прозвучал так внезапно, что я даже сам вздрогнул.
Я посмотрел на экран.
Рома.
Я улыбнулся.
Есть люди, которых встречаешь часто.
Есть люди, которых почти не видишь.
Но существуют редкие друзья, рядом с которыми никогда не бывает ощущения разлуки и потраченного впустую времени.
Будто разговор просто делает длинную паузу.
А потом продолжается с того же места.
Рома был именно таким человеком.
Мы могли не созваниваться месяцами.
Иногда даже дольше.
Но стоило услышать его голос, и исчезали все промежутки времени.
Словно вчера мы только прервали разговор.
Я ответил.
— Привет, Рома.
— Привет, философ.
Я рассмеялся.
— Сам такой.
На другом конце провода тоже послышался смех.
Потом наступила привычная для нас пауза.
Удивительно, но хорошие друзья не боятся молчания.
Иногда молчание говорит больше слов.
— Чем занимаешься? — спросил Рома.
Я посмотрел на воду.
— Думаю.
— Вот это не новость, — усмехнулся он. — А о чём теперь?
Я хотел ответить шуткой.
Но почему-то сказал совершенно серьёзно:
— О будущем человека.
Наступила тишина.
Не удивление.
Не недоумение.
Именно тишина.
Словно этот ответ оказался для Ромы совершенно естественным.
— Странно, — наконец произнёс он. — А я сегодня весь день думаю почти о том же.
Я почувствовал лёгкий холодок внутри.
Не от страха.
От узнавания.
Так иногда бывает.
Ты долго идёшь один по дороге.
Уже начинаешь думать, что вокруг никого нет.
И вдруг из тумана выходит человек, который идёт в ту же сторону.
— И до чего додумался ты? — спросил я.
Рома помолчал.
Потом сказал очень тихо:
— Мне кажется, мы слишком много говорим об искусственном интеллекте и почти перестали говорить о естественном.
Я невольно выпрямился.
— Продолжай.
— Посмотри, что происходит. Все обсуждают, что сможет машина. Что она напишет. Что нарисует. Что придумает. Чем заменит человека. Но меня мучает другой вопрос.
— Какой?
— А что останется человеку делать как человеку?
Я посмотрел на луну.
На воду.
На отражение света в озере.
И вдруг почувствовал, что этот разговор начался гораздо раньше сегодняшнего вечера.
Возможно, он начался много лет назад.
Просто сейчас пришло время нам произнести его вслух.
— Знаешь, — сказал я, — меня тоже тревожит не машина.
Меня тревожит человек рядом с машиной.
Рома сразу понял.
Он всегда понимал с полуслова.
— Ты боишься, что люди разучатся думать?
— Нет.
Я немного помолчал.
— Боюсь, что они разучатся искать.
Снова наступила тишина.
Долгая.
Хорошая.
Настоящая.
Такая тишина бывает только тогда, когда разговор касается чего-то очень важного.
И вдруг мне показалось, что мы говорим не только друг с другом.
Словно за нашими словами стоит ещё кто-то.
Наши дети.
Наши внуки.
Люди, которых мы никогда не увидим.
Будущие поколения.
И именно им однажды

придётся искать ответы на вопросы, которые только начинают рождаться сегодня.

Глава третья
Искать или получать
— Боюсь, что люди разучатся искать.
После этих слов я замолчал.
Рома тоже не спешил отвечать.
Мы оба понимали, что разговор подошёл к чему-то важному.
К тому, что трудно объяснить несколькими фразами.
Вода тихо плескалась возле причала.
Луна поднималась всё выше.
А я вдруг вспомнил одну странную вещь.
За свою жизнь мне приходилось учиться многому.
Иногда по необходимости.
Иногда из любопытства.
Иногда потому, что сама жизнь ставила передо мной вопрос и не отпускала, пока я не находил хотя бы часть ответа.
И сейчас, оглядываясь назад, я неожиданно понял:
самыми ценными оказывались не ответы.
Самым ценным был путь к ним.
Именно во время поиска что-то происходило с человеком.
Что-то менялось внутри.
Что-то росло.
Что-то просыпалось.
Ответ приносил удовлетворение.
Поиск приносил развитие.
— Понимаю, — тихо сказал Рома.
Словно прочитал мои мысли.
— Иногда мне кажется, что мы начинаем путать знание и понимание.
— В каком смысле?
— Знать можно многое. Сегодня вообще можно знать почти всё. Достаточно нажать несколько кнопок. Но понимание рождается не там.
Я невольно улыбнулся.
— А где?
— Внутри человека.
Я посмотрел на озеро.
Эта простая фраза вдруг показалась удивительно точной.
Действительно.
Можно прочитать тысячи книг о любви.
Но понять любовь можно только любя.
Можно изучить сотни страниц о музыке.
Но музыка рождается не в книге.
Можно получить ответ.
Но невозможно получить опыт.
И вдруг мне пришла мысль, от которой я сам немного удивился.
— Может быть, самая большая ценность поиска не в том, что мы находим.
— А в чём?
— В том, кем мы становимся, пока ищем.
На другом конце провода наступила тишина.
Потом Рома тихо рассмеялся.
— Вот именно поэтому я тебе и позвонил.
— Почему?
— Потому что сегодня весь день вертелся вокруг этой мысли и никак не мог её сформулировать.
Я тоже засмеялся.
Странное чувство.
Иногда друг помогает найти не новый ответ, а собственную мысль.
Ту, которая уже была внутри тебя, но ещё не обрела слова.
Мы замолчали. Каждый думал о своём...А может быть, об одном и том же.
И вдруг я поймал себя на ещё одной мысли, очень простой и одновременно очень тревожной.
Что произойдёт, если однажды человеку станет слишком легко получать ответы?
Не станет ли тогда сам поиск казаться ненужным?
Не исчезнет ли постепенно радость открытия?
Не превратится ли человек из путешественника в пассажира?
Из исследователя — в потребителя?
Я не знал ответа.
Но эта мысль уже жила своей жизнью.
— Знаешь, — неожиданно сказал Рома, — мне иногда кажется, что человечество сейчас сдаёт какой-то очень важный экзамен.
— Какой?
— Экзамен на зрелость.
Я задумался.
Потом медленно кивнул, хотя он не мог этого видеть.
Да.
Наверное, именно так.
Когда ребёнку дают сложный инструмент, главное не сам инструмент.
Главное — что ребёнок будет с ним делать.
То же самое происходит и сейчас.
Мы получили невероятные возможности.
Но вопрос остаётся прежним.
Станем ли мы мудрее?
Или просто могущественнее?
И тогда мне вдруг пришла мысль о своих внучках.
Я представил их взрослыми.
Представил мир, который ждёт их впереди.
Мир, о котором я могу только догадываться.
И неожиданно понял: я не хочу оставить им ответы.
Ответы устаревают.
Я хочу оставить им способность задавать вопросы.
Потому что именно вопросы ведут человека дальше.
Именно вопросы не позволяют душе уснуть.
Именно вопросы заставляют человека оставаться человеком.
— О чём задумался? — спросил Рома.
Я посмотрел на отражение луны.
И впервые за весь вечер почувствовал внутри какое-то неожиданное тепло.
— О том, что, возможно, будущее зависит не от того, насколько умным станет интеллект.
— А от чего?
— От того, останется ли любопытной человеческая душа.

Глава четвёртая
Душа, которая не хочет готовых ответов
После слов о человеческой душе разговор снова замедлился.
Так бывает иногда ночью.
Не только вокруг.
Внутри.
Словно мысли перестают бежать и начинают идти пешком.
Я смотрел на озеро.
На луну.
На отражение света в воде.
И вдруг вспомнил самого себя совсем молодым.
Того человека, которым был когда-то.
Странно устроена память.
Из тысяч событий она вдруг выбирает одно маленькое мгновение и удерживает его десятилетиями.
Я вспомнил себя мальчишкой.
Потом молодым человеком.
Потом мужчиной, который только начинал строить свою жизнь.
И неожиданно понял одну простую вещь.
Никогда в жизни меня по-настоящему не двигали ответы.
Меня двигали вопросы.
Именно вопросы заставляли менять направление.
Учиться.
Ошибаться.
Начинать сначала.
Искать новых людей.
Открывать новые страны.
Менять взгляды.
Падать.
Подниматься.
Снова идти вперёд.
Если бы кто-то в молодости дал мне все ответы сразу, моя жизнь, возможно, стала бы легче.
Но она стала бы намного беднее.
Я вдруг ясно увидел это.
И в этот момент Рома словно услышал мои мысли.
— Знаешь, что меня больше всего удивляет?
— Что?
— Что душа никогда не любит готовых ответов.
Я улыбнулся.
— Поясни.
— Посмотри на человека. Он получает ответ и успокаивается на несколько минут. Иногда на несколько дней. Но потом обязательно появляется новый вопрос.
— И что это значит?
— Что ответы нужны разуму. А душе нужен путь.
Я долго молчал.
Потому что почувствовал, насколько это похоже на правду.
Вся жизнь человека состоит из дорог.
Даже тогда, когда он сидит на месте.
Меняются мысли.
Меняются взгляды.
Меняется понимание.
Мы всё время куда-то идём.
И, возможно, самое страшное не ошибиться дорогой.
Самое страшное — перестать идти.
Вдруг мне вспомнились мои дети.
Потом внучки.
И я подумал о том, что однажды они тоже столкнутся со своими вопросами.
Не с моими.
Со своими.
О любви.
О смысле жизни.
О счастье.
О боли.
О вере.
О будущем.
О себе.
И впервые за весь вечер мне стало удивительно спокойно.
Я вдруг понял, что не обязан оставить им карту всех дорог.
Такой карты всё равно не существует.
Но я могу оставить им кое-что другое.
Отношение к пути.
Смелость идти.
Смелость думать.
Смелость сомневаться.
Смелость задавать вопросы даже тогда, когда ответы ещё не видны.
— Рома...
— Да?
— А тебе не кажется, что мы всё время говорим об интеллекте, а на самом деле разговариваем о душе?
На другом конце провода раздался знакомый смех.
Тёплый.
Спокойный.
Почти родной.
— Наконец-то ты это сказал.
— Что именно?
— То, о чём мы оба думаем уже несколько часов.
Я тоже рассмеялся.
Наверное, он был прав.
Мы начали разговор с искусственного интеллекта.
Потом говорили о прогрессе.
Потом о знаниях.
Потом о будущем.
А пришли к душе.
К тому самому месту внутри человека, которое невозможно измерить.
Невозможно вычислить.
Невозможно загрузить в память машины.
Именно там рождается любовь.
Именно там рождается сострадание.
Именно там рождается желание понять другого человека.
Именно там появляются вопросы, которые не требуют немедленного ответа.
Я посмотрел на воду.
Лодка слегка качнулась.
Луна поднялась ещё выше.
И вдруг мне показалось, что этот вечер постепенно перестаёт быть разговором о будущем человечества.
Он становится разговором о том, что делает человека человеком.
И почему-то именно сейчас мне стало гораздо интереснее слушать не интеллект.
А собственную душу.

Глава пятая
Тишина между вопросами
После этого разговора мы ещё долго не прощались.
Странно.
Нам уже почти нечего было сказать друг другу.
Но и закончить разговор не хотелось.
Так бывает иногда возле костра.
Когда дрова почти прогорели.
Когда рассказаны все истории.
Когда все споры давно закончились.
Но люди продолжают сидеть рядом.
Потому что дело уже не в словах.
Дело в том, что они вместе.
Наверное, именно так было сейчас.
Мы молчали.
Каждый у своего берега.
Каждый под своим небом.
Каждый среди своих мыслей.
И всё же вместе.
Наконец Рома тихо произнёс:
— Спасибо.
— За что?
— Не знаю.
Наверное, за разговор.
Я улыбнулся.
— Тогда и тебе спасибо.
Снова возникла пауза.
А потом связь оборвалась.
Без прощальных речей.
Без красивых финалов.
Просто закончилась.
Я положил телефон рядом с собой.
И впервые за весь вечер остался совершенно один.
Один.
Но не одинокий.
В этом была большая разница.
Озеро лежало спокойно.
Луна отражалась в воде.
Где-то далеко прошёл лёгкий ветер.
Лодка тихо качнулась.
Я сидел и вдруг понял, что больше не думаю.
Точнее, мысли ещё были. но они перестали спорить между собой.
Перестали требовать ответов.
Перестали куда-то спешить.
Они словно нашли своё место.
Именно тогда я почувствовал нечто странное.
Очень знакомое и одновременно почти забытое.
Покой.
Не тот покой, который приходит от усталости.
Не тот, который появляется после решения проблемы.
И даже не тот, который рождается после победы.
Это был другой покой.
Покой человека, который разрешил себе чего-то не знать.
Я сидел у воды и неожиданно подумал: а ведь всю жизнь мы куда-то спешим. Спешим понять. Спешим объяснить. Спешим доказать.
Спешим сделать вывод.
Будто боимся остаться наедине с вопросом.
А что если вопрос — это не враг?
Что если некоторые вопросы приходят не для того, чтобы исчезнуть?
Что если они приходят, чтобы сопровождать нас всю жизнь как хорошие друзья?
Как звёзды над головой. Как дорога.
Я посмотрел на луну.
На её отражение в озере.
И вдруг вспомнил свои молодые годы.
Сколько раз мне казалось, что впереди находится тот самый ответ, который всё объяснит.
Тот самый ответ, после которого больше не останется сомнений.
Но каждый раз происходило одно и то же.
Ответ приходил.
А вместе с ним появлялись новые вопросы.
Тогда я воспринимал это как недостаток.
Теперь начал видеть в этом что-то другое.
Может быть, именно так устроена жизнь.
Она не ведёт человека к последнему ответу.
Она ведёт его к большей глубине вопросов.
И вдруг я почувствовал благодарность.
Странную благодарность.
Жизни. Людям, которых встречал. Ошибкам. дорогам.
И к своим сомнениям.
Потому что без них я не был бы тем человеком, который сейчас сидит у этого озера.
Без них не было бы этого вечера.
Не было бы разговора с Ромой.
Не было бы размышлений об интеллекте.
Не было бы самого вопроса: что останется интеллекту?
И именно тогда произошло нечто совсем неожиданное.
Я поймал себя на том, что улыбаюсь.
Не широко.
Не весело.
Не потому, что стало смешно.
Это была совсем другая улыбка.
Тихая.
Спокойная.
Будто кто-то очень родной смотрел на меня изнутри.
Я ещё не понимал, что это значит.
Но чувствовал: происходит что-то важное.
Очень важное.

Глава шестая
Улыбка, которую я узнал
Я продолжал сидеть у воды.
Ночь становилась темнее и глубже.
Луна поднималась всё выше.
Озеро казалось огромным зеркалом, в котором отражалось небо.
Я смотрел на этот свет и всё ещё чувствовал ту странную улыбку внутри себя.
Она не исчезала.
Наоборот.
Становилась всё яснее.
Я попытался понять, откуда она пришла.
Что её вызвало.
Разговор с Ромой?
Размышления о будущем?
Мысли о человеке и об искусственном интеллекте?
Нет.
Всё это было только дорогой.
Причина находилась глубже.
Намного глубже.
И вдруг я понял.
Я узнал эту улыбку.
Она была мне знакома.
Я встречал её раньше.
Не один раз.
Просто никогда не задумывался об этом.
Я видел её в те редкие моменты жизни, когда вдруг исчезала внутренняя суета.
Когда не нужно было никому ничего доказывать.
Когда не нужно было побеждать.
Когда не нужно было спорить.
Когда мир неожиданно становился больше меня самого, а я чувствовал себя частью чего-то огромного и живого.
Тогда она и появлялась.
Эта тихая улыбка.
Улыбка души.
Не моей гордости.
Не моего ума.
Не моего опыта.
Именно души.
Я долго смотрел на воду.
И вдруг понял ещё одну вещь.
Наверное, весь этот вечер я искал не ответ.
Я искал примирение.
Примирение с тем, что невозможно понять всё.
Примирение с тем, что некоторые вопросы будут жить дольше меня.
Примирение с тем, что будущее всегда останется загадкой.
И как только я это понял, что-то внутри стало на своё место.
Словно долгое время я нёс тяжёлый чемодан, не замечая его веса.
А потом поставил на землю.
Не потому что устал, а потому что больше не было необходимости его нести.
Я подумал о своих детях.
Потом о внучках.
О том мире, который ждёт их впереди.
Мире, который будет совсем не похож на тот, в котором вырос я.
Они увидят вещи, которые сегодня кажутся невозможными.
Они будут пользоваться технологиями, которые пока ещё даже не придуманы.
Они будут жить рядом с интеллектом, который станет гораздо сильнее нынешнего.
И неожиданно я почувствовал спокойствие.
Не тревогу.
Не страх.
Именно спокойствие.
Потому что понял одну простую вещь.
Самое важное никогда не менялось так быстро, как технологии.
Любовь не изменилась.
Дружба не изменилась.
Сострадание не изменилось.
Поиск смысла не изменился.
Желание понять своё место в мире не изменилось.
И человеческая душа тоже не изменилась.
Она всё так же задаёт вопросы.
Всё так же ищет свет.
Всё так же радуется встрече.
Всё так же болит от потерь.
Всё так же улыбается, когда узнаёт истину сердцем раньше, чем разумом.
Я сидел у воды и вдруг понял: если однажды мои дети или мои внучки зададут мне те же вопросы, которые сегодня задавал себе я, мне уже будет что им сказать.
Не готовый ответ.
Не философскую систему.
Не красивую теорию.
Я смогу сказать им:
«Не бойтесь вопросов.
Не бойтесь будущего.
Не бойтесь перемен.
Берегите способность удивляться.
Берегите способность думать.
Берегите способность любить.
И главное — берегите свою душу.
Потому что однажды именно она подскажет вам больше, чем любой интеллект мира».
Я посмотрел на отражение луны.
На тёмную воду.
На лодку, тихо покачивавшуюся возле причала.
И в этот момент моя душа снова улыбнулась мне.
И я её узнал.

Эпилог
Если вы дочитали до этой страницы, значит какое-то время мы шли рядом.
Возможно, сидели на одном причале.
Смотрели на одну и ту же воду.
Задавали похожие вопросы.
А может быть, совсем разные.
Это не так важно.
Когда я начинал этот разговор, мне казалось, что речь пойдёт об искусственном интеллекте.
О технологиях.
О будущем.
О прогрессе.
Но чем дальше я шёл, тем чаще замечал, что возвращаюсь к человеку.
К самому обычному человеку.
К его душе.
К его тревогам.
К его надеждам.
К его способности любить, сомневаться, искать и снова начинать путь.
Я не знаю, каким будет мир через двадцать или пятьдесят лет.
Не знаю, насколько умными станут машины.
Не знаю, какие открытия ещё ждут человечество.
Но одну вещь я почувствовал очень ясно.
Каждое новое время приносит человеку новые инструменты.
Но вопрос о том, кто он такой, каждое поколение всё равно должно решать самостоятельно.
За нас этого никто не сделает.
Ни государство.
Ни наука.
Ни философия.
Ни искусственный интеллект.
Иногда мне кажется, что именно в этом и заключается удивительное достоинство человека.
Мы можем не знать ответа.
Но продолжать искать.
Мы можем сомневаться.
Но продолжать любить.
Мы можем не понимать всего происходящего.
Но продолжать жить с открытым сердцем.
И, может быть, именно поэтому я заканчиваю этот рассказ не мыслью об интеллекте.
А мыслью о человеке.
О человеке, который умеет смотреть на луну.
Слушать тишину.
Думать о своих детях.
О своих внуках.
И всё равно верить, что жизнь имеет смысл.
Если этот рассказ подарил вам хотя бы один новый вопрос, значит он появился не напрасно.
А если однажды, среди обычного дня, вы вдруг почувствуете тихую внутреннюю улыбку и узнаете её, как старого друга, значит мы с вами действительно встретились.
Спасибо за этот путь.
Даниэль Райберг

Перед тем как мы попрощаемся...

Позвольте мне напоследок задать вам несколько вопросов.

Не для того, чтобы получить ответы и не для того, чтобы проверить, согласны ли вы со мной.

Просто иногда хороший вопрос продолжает разговор даже тогда, когда книга уже закрыта.

 

Скажите...

Что в современном мире помогает вам оставаться самим собой?

Есть ли вопрос, который сопровождает вас уже много лет и на который вы до сих пор не нашли окончательного ответа?

 

И ещё один вопрос.

Наверное, самый важный для меня.

Если бы сегодня вечером рядом с вами сидели ваши дети, ваши внуки или просто очень близкий человек и спросили:

«Что самое главное ты понял о жизни?»

 

Что бы вы ему ответили?

 

Не спешите.

На такие вопросы редко отвечают сразу.

Спасибо за этот разговор.