Нарочно не придумаешь

   Еще совсем рано, и Свете снятся детские сны, но ее чуткий нос улавливает сладковатый запах. Девочка просыпается, потому что знает: это бабушка с раннего утра печет хлеб и пирожки.
   Она босая стояла на кухне и вдыхала аромат свежеиспеченного хлеба. Этот аромат вызывал бурное слюноотделение и манил отломить кусочек хлеба, чтобы насладиться его вкусом.
   Бабушка возилась у печи, когда увидела в дверях внучку.
   — Хочешь кусочек? — спросила она. В ответ Светлана кивнула головой. — Ну так возьми, — бабушка улыбнулась, увидев блеск в глазах внучки. Она знала, как та любила ее хлеб, особенно только из печи.
   Девочка взяла нож и уже хотела было отрезать себе кусочек, как ее остановила бабушка:
   — Нет, не ножом. Ломай руками — так вкуснее!
   Хлеб был теплым и мягким, он легко поддался детской ручке, и Света, прикрыв от удовольствия глаза, начала медленно его жевать. Бабушка любила в такие моменты наблюдать за внучкой, видеть то, с каким наслаждением она ест ее хлеб, — это было наивысшей оценкой ее труда.
   — Бабушка, почему у тебя такой вкусный хлебушек? — спросила Света, продолжая жевать.
   — А это потому, что я "учиняю" его на рассвете, когда солнышко имеет добрую силу и приносит благо и здоровье. При этом приговариваю: "Пусть несет добро и здоровье! Пусть несет добро и здоровье!"
   — Бабуля, я тоже хочу научиться выпекать такой хлеб, чтобы он был вкусным и ароматным. Научи меня.
   — Хорошо, научу. Как только этот хлебушек съедите, так и стану учить тебя и твою сестру. Покажу, как правильно замесить тесто и как выпекать хлеб. Вы будете готовы встать рано утром?
   — А ты нас разбудишь? А то мы можем и проспать.
   — Разбужу. Конечно, разбужу, — и договор они скрепили еще одним кусочком ароматного свежего хлеба.

   Настало долгожданное утро. Петухи уже пропели, когда две сестрички, Света и Таня, начали готовить хлеб. Девочки очень старались, им хотелось, чтобы бабушка их похвалила. Но Светлане неинтересно было лепить хлеб обычной формы, и она начала украшать его веточками, листочками и цветочками. Глядя на старания внучки, бабушка улыбнулась и слепила ей двух жаворонков, усадив их посередине.
   — Внученьки, а хотите, я вам расскажу историю, которая произошла со мной в молодости, еще до замужества? — предложила бабушка.
   Девочки замерли в ожидании чего-то интересного и необычного — именно такими были все истории бабушки.
   — Видите эту кадушку, в которой я всегда замешиваю тесто на хлеб и пирожки? — продолжила она. — Речь пойдет именно о ней, ну и обо мне немножко, — и бабушка почему-то улыбнулась, явно вспоминая тот давний случай. Девочки, поняв, что история будет веселой, удобно строились, пока выпекался хлеб.
   — Случилось это за год до моего замужества. У нас издавна ведется обычай: отец должен своими руками сделать кадушку для своей дочери, которая на выданье. Но у нашего отца нас было двое: я и моя сестра, мы обе через год выходили замуж. Вот отец и взялся изготавливать две кадушки, а их требовалось вручную выдолбить из цельного бревна.
   Так вот. Первую кадушку он сделал, а вторая была только в заготовке. Отец позвал нас с сестрой и предложил: "Выбирайте, кому достанется готовая, а кому я сделаю позже".
   — И кому досталась готовая? — не выдержала Таня.
   — Терпение, внученька. Терпение. — Бабушка была хитрая, поэтому историю рассказывала медленно, смакуя каждое слово. Выдержав паузу, она продолжила. — Мы с сестрой, конечно же, поспорили, кому достанется готовая кадушка. Ведь невеста без кадушки — это плохая жена и плохая хозяйка в доме. Так мы с сестрой чуть ли не драться начали. Никто из нас не хотел быть плохой хозяйкой, и мы боялись, что отец может не успеть сделать вторую кадушку до свадьбы.
   — Бабушка, неужели это было так важно?
   — О!!! Очень важно! Но слушайте, что было дальше. Сестра тянет кадушку к себе, а я — к себе. Но мне так хотелось первой получить ее, что я взяла да и села в кадушку, как только она оказалась в моих руках — мол, моя она и все тут. Ну, разве я могла тогда знать, что случится потом?
   — Что же случилось, бабуля?
   — Какие же вы нетерпеливые. А случилось вот что. Моя попа в кадушку вошла, а назад — никак. Сестра меня тянет — не вытянет, снова тянет — снова никак. Потом всем семейством меня тянули — каждый по очереди пытался меня вытащить — результат тот же: я застряла в кадушке. Кто-то смеется надо мной, кто-то ругает, а я сижу вся в слезах в кадушке — и смех, и грех.
   — И что же? Ты так и осталась сидеть в ней? — девочкам не терпелось узнать, чем закончилась эта история.
   — Нет. Конечно же, нет. Моему отцу пришлось разбить кадушку, чтобы освободить меня — вот как сильно я застряла в ней. Ему было жаль уничтожать свой труд, но деваться было некуда. Ох и стыдно же мне было тогда, внученьки. Стыдно и срамно перед всей семьей. Я слезно умоляла всех простить меня, но особенно отца, — бабушка замолчала, вспоминая тот момент.
   — И ты осталась без кадушки, как плохая хозяйка? — тихо спросила Света, боясь нарушить бабушкино молчание.
   — Отец из заготовки сделал другую кадушку для сестры. А мне...
   Девочки продолжали смотреть на бабушку, но они не увидели разочарования в ее глазах. А бабушка продолжила:
   — И вот наступил день моей свадьбы, а я без кадушки. Но мой отец оказался замечательным человеком. Он тайком от всей семьи делал мне кадушку к свадьбе. А знаете, внученьки, что это означает? — спросила она.
    — Нет. А что это означает?
    — Это означает, что отец меня простил и больше на меня не сердился.
   Пока бабушка рассказывала эту историю, хлеб в печи уже подрумянился. А хлеб Светланы был выше всех похвал — это был самый настоящий свадебный каравай.
   После хлеба очередь дошла и до пирожков. Девочки остались одни на кухне, когда бабушка вышла за начинкой. Сестры удивленно смотрели на кадушку, историю которой они только что услышали.
   — Таня, неужели в ней могла застрять попа? Ведь дырка у кадушки такая большая, — не веря бабушкиным словам, спросила Света.
   — А давай проверим, — поддержала сомнения сестры Таня.
   Светлана, недолго думая, пристроила свою детскую попу на край кадушки и... она тут же ухнула в нее, сложившись пополам. Таня перепугалась, ведь сейчас войдет бабушка, а ее сестра сидит в кадушке. Она пытается вытащить ее, но ничего не получается, и в этот самый момент вернулась бабушка.
   Свету, само собой, вытащили из кадушки, так как ей было всего десять лет, и разбивать кадушку не потребовалось. Но отмывать девочку от теста все же пришлось. Света все ждала, когда бабушка начнет ее ругать, но та только обняла ее и, поцеловав в маковку, сказала:
   — Ох и трудно тебе будет, внученька, по жизни. Все проверяешь на себе — не учишься на чужих ошибках.

   Светлана давно уже выросла, но, как и бабушка, замешивая тесто, приговаривает: "Пусть оно несет добро и здоровье!"

(Рассказ основан на реальной истории)