***

«Если Бога нет, то всё позволено?» — этот вопрос часто понимают слишком буквально, низводя его до страха перед полицейским или судьей. Но разве во внешнем правопорядке суть? Можно ли считать ограничением свободы страх «погрозят пальцем», накажут рублём или реальным сроком? Нет, речь о другом. Внешний закон — это лишь хлипкая ограда, а не внутренний стержень. Истинное «нельзя» произрастает не из Кодекса, а из той невидимой вертикали, что пронзает душу, когда на тебя смотрит Вечность.

Если Творца нет, если молчит космос и в зрачках мироздания лишь черная пустота, то и внутренний голос, удерживающий руку над пропастью, — всего лишь атавизм, биологический фантом. И тогда самое страшное зло мира — не дьявольское наваждение, а сугубо человеческое изобретение. Оно рождается в четырех стенах индивидуальной воли, лишенной любви. Принадлежит ли тогда зло человеку безраздельно? Я отказываюсь в это верить! Не хочу верить, потому что это значило бы признать, что наши муки совести — лишь игра гормонов, а жертвенность — ошибка эволюции.

Пусть даже все вокруг сошли с ума от собственной значимости, пусть прожигают жизнь без тормозов, поставив во главу угла свой комфорт и свои хотения. Это еще не конец. Пока в человеке жив этот метафизический ужас от мысли, что «всё позволено», пока сердце содрогается от картины мира без Смысла — Бог не умер. Он жив в самой нашей тоске по Нему, в невозможности примириться с конечностью и абсурдом.