Земля Санникова

У моста встретила Ирину, она мне рассказала, что приводила к Марине на экскурсию группу православных паломников из Москвы, обещала им показать живую правнучку Обручева, а меня нет.
Я с ней мятой поделилась, она же мне дала творога со сметаной банку и редиски пучок.
Тут и паломники, откуда ни возьмись.

— О, — говорит Ирина, убегая, — а вот и она, правнучка.
— Очень приятно, — говорю я. — Но я очень спешу, у меня клиент. Но вы же москвичи? Я к вам как-нибудь примкну в какое-нибудь паломничество выходного дня?
— Но мы православные, — говорят паломники.
— Но я тоже, — говорю.
— Ну мы тут просто уже боимся об этом говорить… А где тут можно пообедать?
— Я бы вас проводила, но спешу. Идите по набережной до музея, и напротив него кафе «Кулинария».
— А Земля Санникова ведь здесь, правильно? — спросили паломники.
— А как вы догадались?! — спросила, я убегая.

Мая Петровна простудилась, работая, сидя на полу на сквозняке. Утеплилась. Отдала ей мяту. Она мне — с яблоками и изюмом пирожок. Мне кажется, здесь легко можно прожить без денег, обменом.

Нейрофитнес. Работа с созависимостью.

— А у тебя её нет!
— Три года 12 шагов!
— И у меня!

Пожали друг другу руки.

На столе в кабинете визит-центра, где проходят наши занятия, лежит раскраска о медведях. Очень смешная, а если подумать — несмешная вовсе.
Медведи время от времени навещают село. Прошлой зимой шатун съел упряжку собак у местной женщины-каюра. Его конечно, пристрелили, но собак-то не вернёшь.

Бассейн спустили, на завтра назначено культмассовое мероприятие — ежегодная чистка бассейна. Участвуют все желающие жители и гости села. Собираемся к десяти утра. Инвентарём — щётками, швабрами, тряпками и резиновыми перчатками обещают снабдить сотрудники визит-центра.

Говорили с Мариной о паломниках. Это она их напугала, с порога им сказала, что не православная.
Две аянские бабуськи, выходившие её в младенчестве от пневмонии, велели матери дочку покрестить, но она этого не сделала. Позже посылала креститься самостоятельно, но уже подросшая девочка, ясенпень, никуда не пошла.

Шаманка тетя Маша из Паланы рассказывала Марине, как путешествует с Небесной матерью в Нижний и Верхний миры. Как видела в своих путешествиях христиан, которые не могут перемещаться на планеты предков и плачут, стоя толпой на большом материке, навроде Австралии.

— А сама она всегда здесь, когда я о ней вспоминаю. Потому что она не смогла уйти к предкам. Её погребальный костюм украли. Тело не сожгли.

Эвенские орнаменты на самом деле русские, говорит Марина, но они считают их своими. Видимо, пока кочевали, переняли и присвоили.
А я думаю, что все эти солярные знаки и символы плодородия изображали все народы — вот же они, всё на поверхности: круг — солнце, точка — семечко, завиток — росток и так далее.

— А эти ваши православные паломники даже не знают, что такое баклуши!

И приносит мне три баклуши, раскрашенные в куколок.