Одиссея капитана Гранта Глава 43 За дружбу

Глава 43. За дружбу прежних дней

Когда показался маяк Данди, я достал судовой журнал «Шотландии» и сделал последнюю запись: «27 декабря 1860 года, 11 часов, 30 минут. Конец пути».
Декабрьские ветры задержали судно, и мы не успели к Рождеству, но Новый Год встретим дома. Команда огласила радостными криками знакомый причал;  семейные в предвкушении встречи с родными доставали припасенные гостинцы, а неженатые договаривались о совместных ужинах с подругами в злачных местах, которых было в Данди предостаточно.
Поручив боцману проследить за разгрузкой корабля, я отправился в контору с докладом, надеясь получить отпуск и новое задание, и уже планировал встречу Нового года в замке с Мери и Робертом, за которыми я соскучился и которым, конечно, тоже привез подарки.
Секретарь сразу провел меня к моему тестю, мистеру Макдональду.
К нему, не смотря на близкое родство, я по-прежнему относился, как к Боссу и обращался не иначе, как сэр. Он мне приветливо подал руку, взял бортовой журнал, поблагодарил за службу и выписал чек. Я уже хотел уйти, но он меня удержал, велел секретарю принести кофе с сэндвичами и попросил его не беспокоить.
– Гарри, тебе не надоели эти короткие прибрежные рейсы?
В самом вопросе уже подразумевался ответ.
– Признаться, надоели, сэр.
– И ты хотел бы отправиться в дальнее плавание?
– А куда, сэр? И на чем? «Шотландия» не готова к дальним рейсам.
– Я вижу, ты сразу хватаешься за крапиву! Я хочу предложить тебе отправиться в Австралию в качестве капитана «Британии». Ты уже плавал на этом судне и хорошо с ним знаком.
Отправиться в Австралию на «Британии»? Это судно было спущено со стапеля двадцать лет назад, а это – средний век жизни торговых судов, и вдруг такой дальний рейс. Я вспомнил, как миссис Макдональд, мать Эйлин, по традиции при спуске судна бросила бутылку с шампанским, но бутылка, хотя долетела до борта корабля, но не разбилась, и как стоящий рядом со мной старый моряк пробормотал «Бутылка не разбилась, – это плохая примета, у такого корабля будет незавидный конец». Вот такое пророчество.
– А что, капитан Беннет отказался?
– Капитану Беннету поручено возглавить военный корабль, он поедет выбивать мексиканские долги, так что место на капитанском мостике «Британии» свободно. 
– Даже не знаю, что сказать сэр. Ведь предстоит пересечь два океана, выдержит ли старушка «Британия»?
– Гарри, давай сделаем так, ты заранее не отказывайся. Поезжай домой, встреть Новый Год, даю тебе две недели отпуска. Больше дать не могу, в Адмиралтействе мне поручили срочное и ответственное задание, – он встал, поплотнее притворил дверь и понизил голос, – ты привезешь из Австралии добытое там золото. Оно необходимо для погашения английских военных долгов, кое-что перепадет и Шотландии на строительство университета в Данди.
Груз будет запаян в металлические контейнеры с надписью «Свинец», и команда нечего не будет знать. Отдохнешь, и я покажу тебе обновленную «Британию». Вот гостинцы для внука и внучки, положишь их под елку. Если ты примешь мое предложение, я о них позабочусь.
Я получил свою зарплату, убедился, что «Шотландия» надежно пришвартована, а оставшиеся на корабле матросы исправно несут вахту, и уехал в замок.
У ворот меня встретила Анна и навстречу с веселыми криками бегут Мери и Роберт. Как быстро растут дети! Мери уже 13, почти невеста, с ее мамой мы ведь целовались, когда нам было по десять лет, а Роберту – 9, растет наследник. Меня подвели к стоящей во дворе огромной разукрашенной елке с новогодними игрушками, флажками и ленточками. Зачем рубить живое дерево, когда его можно просто нарядить – эта традиция давно соблюдается в замке. Я положил под елку подарки и пошел примерять шубу и бороду Санта-Клауса, в которой мне предстоит поздравлять всех с Новым Годом. А из кухни доносился аромат запеченной индейки и пирога с яблоками. Заканчивается предновогодняя генеральная уборка, во время которой выбрасывают ненужные и сломанные вещи. Пересмотрен гардероб, отремонтирована одежда, на которой есть дырки, так как через них может упорхнуть счастье, вымыты окна, двери и полы, вытерта пыль.
Вечером 31 декабря мы собралась у камина, на праздничном столе шампанское, виски, и эль с пряностями. Приносит закуски Анита, ее повысили: она старшая горничная. Около меня она задерживается, незаметно касается моего колена и напоминает, что я должен открыть входную дверь. В двери появляется улыбающийся дворецкий. Он специально выкрасил волосы в черный цвет, у него в руках совок с углем, который он бросает в камин, чтобы в доме всегда было тепло и уютно. Это тоже традиция.
Когда часы бьют двенадцать, все поднимают бокалы и вместо гимна поем хором застольную Роберта Бёрнса «За старое доброе время»:
Забыть ли старую любовь и не грустить о ней?
Забыть ли старую любовь и дружбу прежних дней?
За дружбу старую – до дна! За счастье прежних дней!
С тобой мы выпьем, старина, за счастье прежних дней.
Приносят круглый торт и песочный пирог с орехами, украшенный марципановыми фигурками.
Потом детей отправляют спать, звучит волынка, и начинаются танцы.
Сказывается усталость, я ухожу в свою спальню и перед тем, как заснуть еще раз перебираю в уме за и против предложения ехать в Австралию. Очень заманчивое предложение. Кто мне помешает открывать и осматривать по дороге острова и новые земли, пригодные для переселения шотландцев? Надо ехать.
Ночью ко мне пришла Анита.
– Разве сегодня моя ночь? – ехидно спрашиваю я, и подвигаюсь, чтобы она могла лечь, – покажи-ка твое расписание!
– Гарри, мы вспомним старую любовь и дружбу прежних дней! А расписания больше нет, – она достает из карманчика знакомую мне записную книжечку и рвет ее на мелкие части.