Коллекционер пустоты

Да уж, на редкость выдался тяжёлый денёк. Сделал кучу дел. Всё отлично. А на душе кошки скребут. И так сильно, что этот звук проникает в самую глубь черепной коробки и давит. Давит, как будто гидравлический пресс сминает под своей мощью старенькую «классику».
Просто закройте все двери, окна. Я слишком устал от вас.

Да, я не такой, как вы. У меня есть всё. Под жопой у меня тачка, хотя нет — две крутые тачки. Внедорожник и спорткар. У меня огромная квартира с панорамными окнами. На стене висит «Жизнь как эксцесс» Эгона Шиле. Есть бар, доверху набитый дорогим алкоголем. Телевизор во всю стену, какой-то корейский. Впрочем, марка не так важна. Постель застелена шёлковым бельём — я обожаю шёлк.

Моя кровать необычная — она в форме круга и вращается. И нет, голова у меня не кружится. Разве что от выпитого на ужин «Дон Периньона» шестьдесят седьмого.
А над кроватью у меня висит зеркало. Люблю смотреть в него, когда занимаюсь сексом.

Есть всё.

Я не готовлю дома — завтракаю, обедаю и ужинаю в ресторанах, как правило, в разных. Одним словом: я — хозяин жизни. Сказка.

А как иначе? К своим тридцати я успел впитать каплю… нет, даже не каплю — целый галлон ртутной текучести жизни мегаполиса. Перепробовал всё разнообразие клубной жизни — от лёгкого бриза до разрушительного цунами.

Я всего добился сам. И не виноват, что кто-то не может, кто-то не постарался или просто не нашёл себя в жизни. Кто-то родился инвалидом или стал калекой.

Я каждую ночь пахал, как мул, в надежде выучить языки, обрести знания. Кстати, владею шестью языками: английский, французский, итальянский, китайский, немецкий, испанский. Приходится — по долгу службы.

Когда ты счастлив, большая часть тебя хочет, чтобы это не кончалось. Разве может быть что-то важнее этого? Столько людей живут спокойной и счастливой жизнью. Почему я не могу?

Каждый раз, когда мне удавалось унять волнение в голове, вновь появлялись вопросы. Они словно муравьи то и дело бегали по синапсам в моей голове и не давали спать по ночам.

Бывало, я задавался вопросом: сколько стоит килограмм соли? А вагон соли? Сколько вообще вмещает в себя грузовой вагон? А сколько вагонов может утянуть за собой локомотив? Где вообще производят локомотивы? В Тольятти? Нет, там вроде «говновазы» делают.

А почему в России не могут сделать свой «Мерседес» или «Феррари»?

Сколько вопросов. Как мало ответов.

Приходилось много читать. Но однажды что-то щёлкнуло. И я подумал о любви. Подумал о семье.

Вспомнил, как был маленьким. Откопал свой старый альбом. Посмеялся. Где-то чуть не проронил скупую слезу.

В детстве я был таким невинным, добрым, честным. А сегодня чувствую себя элитной проституткой в окружении себе подобных проституток.

И вокруг только секс, секс, секс — моральный и физический. Кругом грязь.

А хочется чего-то высокого. Хочется настоящего. Хочется как у Флобера или у Ремарка.

В ту ночь я не спал. Много думал. Что-то записывал, что-то читал. На работу я решил не идти — в конце концов, один день и без меня протянут.

К половине восьмого утра и десятку выпитых чашек копи-лувака я узнал кое-что новое.

Не мог больше молчать.

Голос внутри говорил:
— Тебе, чтобы быть счастливым, не нужны алкоголь или случайные связи. Тебе нужен другой человек, который будет любить тебя без остатка.

А ведь он прав, — подумал я, расхохотавшись удушливым отчаянием.

Всю свою жизнь я старался обогнать кого-то. Жил не своей головой — я жил головой масс-медиа и дорогой красивой рекламы. Стремился к чему-то силиконовому, неестественному. Прыгал по головам. Лизал задницу боссу — я его ненавижу.

Раз пять переспал с его женой. Этот жирный боров и не подозревал о своей «благоверной». Всё его время занимала коллекция каких-то монет эпохи инков. Он ими грезил. А вот о чём он забыл, так это о мужском долге.

Спи спокойно, друг. За тебя поработала старая гвардия.

Зато я богат. Да. Я богат. У меня есть всё. Я могу улететь в любую точку мира хоть завтра. Нет. Хоть сейчас. Прямо сейчас возьму и полечу. Такого не может позволить себе тот, кто будет это читать и ладно. Он сам виноват.