Подписка на счастье

Часть I. ВСЁ ПО ХЕРАМ

На первом этаже работал только один вендинговый аппарат. И Сергей Жмыхало, запыхавшийся, с колотящимся сердцем, наконец добился успеха, к которому шел долгие два года. Эх, знали бы вы, сколько подъездов он успел обежать, сколько чертыханий и обещаний «бросить это всё к чертовой матери» он произнёс, пока не наткнулся на заветную надпись зелёными буквами: «РАБОТАЕТ».

Знали бы вы, сколько офисов и ночных клубов, сколько облупленных поликлиник и новеньких бизнес-центров с одинаковыми фойе он обошёл, чтобы найти именно этот аппарат. За это время Москва, конечно, похорошела, но дурацкая особенность оставалась прежней: всё сломано, всё «временно недоступно», всё «на техобслуживании».

А тут — сияет. Светится. Манит, как заветная оазис в бескрайней пустыне.

За пару лет до этой победы Сергей, как обычно, в роли одинокого рыцаря заправлялся пятничным пивом в баре. Как же банально это звучит. Но правда есть правда. Врать и преувеличивать в этой истории я не намерен.

Почему пятничный вечер нужно проводить в баре, а не, скажем, в цирке? Никто ведь не пробовал в цирк по пятницам?

И всё же без цирка в этой истории не обошлось.

Календарь показывал две тысячи восемьдесят четвёртый год. Москва. Город стал ещё красивее, ещё выше, ещё холоднее. Всё оцифровалось, всё зарегистрировалось где надо, всё имеет QR-код и госномер. Совсем недавно было окончено строительство восьмого кольца, и теперь шутки про «вечно стоим на третьем» потеряли актуальность.

Сергей жил в Королёве, благонадёжном районе столицы, где деревья еще оставались настоящими, а не пластиковыми. Машины по улицам всё ещё ездили, но работали они уже не на бензине, а на честном слове. Разработка инженеров завода «Москвич»: автомобиль «Москвич — Этика». Садишься в салон, говоришь правду — и двигатель оживает. Правда в наше время стала дорогой валютой. Иногда даже дороже доллара.

В тот вечер Сергей, обычный среднестатический москвич неопределённого возраста ( то ли тридцати, то ли сорока лет — всё зависело от освещения), после бара бродил по улицам, обращая внимание на памятники новым героям России. Бюсты стояли плотнее, чем голуби на вокзале: кто-то отдал жизнь за независимость, кто-то — за реформы ЖКХ.

Хмель гудел в голове. Захотелось пить. Та самая жажда, которую испытывает уважающий себя алкоголик после четвёртой кружки плотного пива: во рту пустыня, мозг скрипит, тело требует глотка чего угодно — хоть минералки, хоть святой воды.

И тут на глаза ему попалось здание, напоминающее не то сауну, не то питейную, не то обычный круглосуточный магазин с надписью: «ВСЁ ПО ХЕРАМ».

Название звучное, грубое, и Сергей мгновенно решил, что это знак. Вошёл внутрь — пусто. Только один вендинговый аппарат.

Но в нём не было привычных шоколадок и банок с газировкой. Внутри — миниатюрные фигурки людей. Как куклы на витрине, но слишком живые, будто отвернешься от них, а они нет-нет, да и  шевельнутся, если присмотреться.

По бокам аппарата переливались синевато-бордовые неоновые лучи. Сверху яркой красной краской был нарисован герб: «Министерство семейных дел». И подпись «Под патронажем Государственной Думы».

На экране мигала кнопка: «НАЧАТЬ».

Сергей оглядел пустой зал. Ни души. Тишина давила, кусочек мяса застрявший между коренными зубами, только аппарат дышал и светился.

Ну и почему бы не начать? — Подумал он. Душа требует приключений.

Часть II. Валерия

Сергей ткнул пальцем в экран. Кнопка «НАЧАТЬ» дрогнула и утонула в синем свечении. Аппарат загудел, словно старый холодильник, и вдруг ожил приятным, но холодноватым, бюрократизированным на все стороны света голосом:

— Здравствуйте, Сергей. Меня зовут Валерия. Я искусственный интеллект, разработанный на базе ВКЯН — Всеобъемлющих Комплексных Ядреных Нейросетей. Сейчас я помогу подобрать вам спутницу жизни.

Голос звучал слишком уверенно, будто это был не бездушный алгоритм, а чиновница с двадцатилетним стажем, привыкшая, что её никто не перебивает.

— Ох ты ж мать, — протянул Сергей и невольно усмехнулся. — Вот это шарманка.

— Пожалуйста, приложите запястье, — ровно продолжала Валерия. — Стороной, где расположен рупасс, чтобы система могла идентифицировать вас и списать средства.

Сергей пожал плечами, подставил руку. На внутренней стороне сетчатки правого глаза мигнула табличка: «Списано: 00.34 долларовых рублей. Баланс: 0».

— Да ну нахрен… — Сергей дёрнул рукой. — Это были мои последние деньги! Где отмена? Где кнопка возврата, мать вашу?

— К сожалению, отменить операцию невозможно, — отрезала Валерия. — Но не переживайте. Вы оплатили тест-драйв. Приготовьтесь к лучшему опыту в вашей жизни.

— Ну, если к лучшему, то запускай. — Сергей рассмеялся нервно, но внутри уже горело. Жажда уже как-будто отступила.

— Прекрасно. — Голос стал мягче, но от этого ещё неприятнее. — Я немного покопалась в вашей истории. Совсем недавно вы развелись с женой. Верно?

Сергей замер. Пальцы машинально сжались в кулак.

— Верно, — сухо сказал он.

— Причиной стала измена вашей супруги?

— Да. Прихожу домой, а там… обувь чужая. Потом — они. — Он скривился, как будто проглотил ржавый гвоздь шляпкой книзу.

— Понимаю. Можете не продолжать, — оборвала Валерия слишком поспешно. — Ваша боль учтена.

— Учтена… — повторил Сергей и усмехнулся. — Как в отчёте в налоговой.

— Позвольте объяснить. Наш проект курируется Министерством семейных дел. Государство заботится о прочности браков, демографии и снижении числа бытовых конфликтов. Благодаря нашим алгоритмам вероятность неудачного брака стремится к 0,0000000010009%.

Голос был безупречно сух, но за этой сухостью слышалась насмешка. Сергей поёжился.

— А теперь скажите, Сергей, какую жену вы хотите?

Он задумался. Ответ сорвался сам собой:

— Ну… верную. Да, точно. Самое главное, чтобы верная.

Экран мигнул надписью: «Память обновлена».

— Может, есть дополнительные предпочтения?

— Чтобы мозг не выносила. Если я с друзьями собрался на пятом кольце в пятницу, значит, собрался. Без допросов. Ну и готовила, чтобы вкусно. Чтобы не макароны с кетчупом, а нормально.

Снова надпись: «Память обновлена».

— Внешность? Блондинки? Брюнетки? Рыжие? Лысые?

— Всё равно. Лишь бы не тупая. И не эта… как сейчас модно… нафуфыренная вся.

— Принято. — Голос будто удовлетворённо кивнул. — Расскажите, пожалуйста, о ваших увлечениях.

— Да работа в основном. Времени совсем нет. Бывает часок свободный выпадает, тогда фильмы смотрю или какой-нибудь сериал про полицейских. Сейчас уже, конечно, реже, но раньше собирались с друзьями смотреть футбол в баре под пиво, приставка само собой. Раз в три месяца обновляю абонемент в тренадерный зал и начинаю жить сначала. Видишь, всё как у всех. Ничего необычного.

«Память обновлена».

— Выберите комплекцию женщины: полная, стройная, атлетичная?

Сергей снова хмыкнул.

— Ну, чтобы было за что подержаться. И не слишком толстая.

На секунду показалось, что Валерия усмехнулась, но это было исключено. Любой государственная аппарат работой строго и четко по заданному алгоритму.

— Благодарю за столь развёрнутый ответ. Ваш депозит покрывает тридцать четыре минуты общения с идеальной спутницей. Готовы к активации?

Сергей развёл руками:

— Конечно готов. Я ж не зря последние гроши в тебя вбухал, шайтан, ты машина.

— Принято. Ваша спутница будет готова через три минуты, которые входят в депозит. Все претензии можно оставить на сайте «госжена.ру».

Автомат загудел громче. Стальные створки со скрежетом раздвинулись и накрыли корпус куполом. Неоновые огни дрогнули.
В пустом помещении запахло металлом и сахарной пудрой.

Сергей остался стоять один. И впервые за ночь ему стало по-настоящему не по себе.

Часть III. «Слишком идеальная»

А тем временем купол загудел, и на экране побежали проценты:

«ФОРМИРОВАНИЕ БИОМАТЕРИАЛА… 12% … 49% … 99% …»

Запахло озоном и свежим хлебом. Сергей невольно сглотнул: в груди кольнуло что-то похожее на предвкушение.

Купол открылся.

Она была безупречна.

Высокая, стройная, волосы мягкими волнами ложились на её плечи. Лицо, как на обложках старых журналов, где ещё не пользовались фотошопом. Взгляд умный и мягкий. Улыбка тёплая и настоящая. На ней простое платье, но оно сидело идеально. Не сорвали чинуши. Правду сказали. За деньги в Москве можно всё.

— Здравствуй, Сергей, — сказала она тихим, музыкальным голосом. — Я так рада тебя видеть.

Сергей оторопел.
— Охренеть… — выдохнул он. — Вот это уровень.

Она подошла ближе.
— Ты, наверное, устал. Садись. — В ту же секунду за его спиной появилась табуретка. Он едва удержался, чтобы не плюхнуться.

— Может, пива? — спросил он, чтобы проверить.

Она улыбнулась, ведь в её руках уже была кружка с идеально пенящимся пойлом.

— А перекусить? — хмыкнул он, решив окончательно испытать судьбу.

— Конечно. — Она хлопнула ладонью, и на маленьком столике материализовались горячие котлеты с пюре. Пар ещё шёл. Тут же лежали мариновые огурчики, всё было как раньше. Как на картинках в учебниках. Никакой тебе генномодицифированной кухни.

Сергей сел, уставился на еду и кружку. Единственное, что он смог сказать:
— Ты… ты издеваешься?

— Что ты, — мягко сказала она. — Я просто делаю так, чтобы тебе было хорошо.

Прошло десять минут. Она угадывала каждое его слово, заканчивала каждую мысль. Стоило ему нахмуриться — и она уже гладила его по плечу. Стоило открыть рот и она уже отвечала. Она читала мысли. Знала чего он хотел. Знала что он умеет, а о чём ему вообще лучше не говорить.

Сначала было приятно. Потом странно. Через двадцать минут Сергей почувствовал, что он сам — лишний. Ему не нужно думать, решать, даже существовать. Она всё делает за него.

— Подожди, — сказал он. — А ты вообще как? У тебя есть… не знаю, характер или душа?

Она посмотрела прямо в глаза. Идеально. Слишком идеально.
— Я — то, что ты хотел, Сергей. Абсолютно всё, что ты хотел.

Он отодвинул кружку. В груди поднялась тоска.
— Знаешь… Я всю жизнь рисовал себе образ такой как ты. Но с тобой даже поругаться сложно. Всё в тебе слишком идеально.

Она чуть наклонила голову.
— Но ведь ты счастлив?

Сергей замолчал.
Где-то внутри него что-то оборвалось.

«ВРЕМЯ ИСТЕКАЕТ. 00:59… 00:58…» — мигнул экран.

Он молча смотрел, как цифры уменьшаются. А она всё так же идеально улыбалась.

Экран погас. Купол опустился, и идеальная женщина исчезла так же внезапно, как и появилась. Остался лишь слабый запах озона и сахарной пудры — словно воспоминание о хорошем сне.

Сергей сидел на табуретке. Перед ним всё ещё стояла кружка с пивом. Он поднёс её к губам, сделал глоток… и понял: вкус — никакой. Ни горечи, ни свежести. Вода с пеной. Он резко поставил кружку обратно.

За дверью магазина тянулась ночь. В два часа утра Москва была пуста. Ещё недавно этот город жил сутками напролёт, но к две тысячи восемьдесят четвертому году ночная жизнь умерла — власти ограничили работу заведений, а люди сами приучили себя к «цифровому комендантскому часу». Лишь редкие такси-«Этика» проезжали мимо, громко объявляя вслух правду своих пассажиров.

Сергей вышел на улицу. Асфальт блестел после дождя, неоновые вывески дымились и шипели, где-то вдалеке скрипел рекламный дрон, застрявший между проводами. Ни людей, ни шума — только гул города, похожий на дыхание гиганта во сне.

Через три дня в новостях объявили:

«Государственный проект “Идеальная семья” закрыт. В связи с многочисленными жалобами граждан и оптимизацией бюджета сервис будет переведён на платформу “Госуслуги”. Для доступа потребуется подтверждение личности, справка о доходах и госпошлина. Старт записи — после 2148 года».

Внизу экрана ползла строка: «В регионах услуга недоступна. Москва — тестовый режим. Количество мест ограничено».

Сергей выключил телевизор. В комнате было тихо. Даже холодильник замолчал — закончилась подписка на электричество.

Он накинул куртку и вышел на улицу. Воздух был холодным, пах мокрым камнем и ржавчиной. Фонари моргали, как умирающие свечи. Пустая Москва стояла вокруг него огромным мёртвым организмом.

Сергей остановился посреди дороги. Ветер донёс из подворотни чей-то смех — звонкий, живой. Потом тишина. Никого. Показалось, что это была она. Он просто махнул на это рукой. 

И вдруг он понял: вот она, настоящая жизнь. Не идеальная. Грубая, холодная, с редкими огоньками тепла среди тьмы. Он вдохнул глубже, чем когда-либо прежде. И пошёл дальше по пустой улице, оставляя позади, воспоминание о женщине и вкус пива, в котором не оказалось ничего.