Трудный путь

(Свободные мысли по прочтении повести А. Кривошапкина
«Уямканы идут на Север»)

   «…Снежные бараны уходили на Север. Их манили далекие скалы, куда не долетит ничто и где их никто не догонит. Поднимутся они на отвесные кручи и полюбуются красотой необъятных могучих гор, одетых в белые-белые меха. Когда нагрянет нежданно беда, их надежно укроют ледниковые ущелья».

   Возвращаться всегда тяжело. Куда угодно! Даже домой после утомительного рабочего дня. Быть может, так происходит именно оттого, что возвращение – пора будущего, а мы боимся будущего, боимся заглянуть туда, не знаем его. Что ждет нас по возвращении?
   Животные лучше людей. Это люди считают себя представителями высшей расы. Интересно, а мнение животных их заинтересует? Вряд ли. Но я знаю, отношение к ним изменилось бы, стоило только кому-либо из представителей животного мира заговорить на человеческом языке. Но зачем им этот язык, если животные отлично понимают друг друга?
   Животные лучше людей. Они подчиняются инстинктам. Никогда не лгут. Человек подчиняется обстоятельствам. И лжет. А самое страшное – когда он пытается обмануть самого себя, уверившись в собственной силе за счет других.
   Таков Николаев. Он напоминает мне самовлюбленного бойца из китайской школы, который крушил все вокруг, показывая окружающим свою силу и ловкость. А один бедный мудрый крестьянин сказал, глядя на него: «Ловко, ничего не скажешь. Только кирпич не может дать сдачи».
   Таков Кириллов. Его столкновение с Николаевым, когда он обвиняет его в убийстве уямканов, в превышении своих прав, в том, что это недостойно охотника и Человека вообще, до глубины души тронуло меня как читателя. Нельзя забывать, что это события 80-х гг., когда люди типа председателей имеют неограниченные права. С этой точки зрения полемика Кириллова с Николаевым, на мой взгляд, утопия: Николаевых много в нашем несовершенном мире, с их жаждой наживы и превышением должностных полномочий, а Кирилловых мало.
  И кому какое дело, что с вертолета обстреляли стадо снежных баранов? Кому есть дело, что убили отважную Однорогую  – вожака этого стада и оставили сиротой ее маленького сына? Кого интересует судьба уямканов?

   «…Однорогая замедлила шаг, тревожно повела головой, прислушиваясь к чему-то. Бочикан подошел к ней и потерся заиндевелой мордочкой о ее бок. За скалами отчетливо слышался шум, напоминавший беспрерывные раскаты грома. Шум приближался. …Напуганные снежные бараны ринулись вниз, к темнеющему вдали лесу. И в тот же миг сверху раздались выстрелы…»
            
   Ах, люди, люди! Убили и рады, теперь разговорчиков будет у костра и бахвальства хоть отбавляй. Я так и вижу усмехающуюся физиономию Николаева, когда он прыгает с вертолета, а позади него бараньи туши, среди которых тело Однорогой…
Николаеву нет дела, что у этой Однорогой остался сын. Грустно, жестоко говорить об этом, но уж лучше б он и его застрелил! Ведь даже по охотничьим законам нельзя оставлять детей убитых животных, чтобы они не умерли с голоду. Так поступают, например, с медведями.
   В одном венгерском мультфильме показана жизнь животных в борьбе с людьми. Я во время просмотра думал только о том, чья возьмет – люди или лисы? Человек не вышел победителем. Да, старого лиса он убил, но лисий род уцелел!
   Нет, Николаев не победил. Люди вообще остались в проигрыше, даже Кириллов, который бросил вызов недостойному человеку. Он победитель только в своем лице, но его вряд ли поддержат другие.  Победили они – маленькие жители снежных скал – бочиканы, уямканы, бараны… Они победили, потому что уцелели, остались живы, их род не прекратился!  И Кириллов это понял.

   «Они уцелели… Они живы… Живы! Сумели спастись! Какие молодцы! Живите, милые, долго-долго». Вот они, рядышком. Даже видны зарубки на их рогах. ...Маленький бочикан, лохматенький, весь какой-то жалкий. Он время от времени почему-то отходил от остальных и все оглядывался назад, норовил повернуть обратно. Весь его вид говорил о том, что он кого-то потерял и теперь мучительно ищет, надеется – не появится ли там, далеко позади, та, в которой он так нуждался и которую так трепетно ждал… На фоне серого неба его было отчетливо видно. Он долго-долго стоял, как одинокое тонкое деревце. Потом медленно двинулся вперед, понурив голову, будто грустя, что оставляет в этих краях нечто дорогое, близкое и понятное только ему…»

   Совсем как люди… Те же чувства, те же переживания. Как тут можно говорить о превосходстве человека над животным! Да, бочикан остался без матери, но он не одинок! У него есть его собратья, у него появилась подруга – «стройная молодая» важенка. Жизнь никогда не отнимает у нас что-то, не предлагая ничего взамен.
   И все же осталось какое-то затаенное чувство печали. Недопонимание сурового мира, чего-то непонятного, страшного.
   Уямканы уходят на Север, как Солнце, что плывет на Запад, для того чтобы снова родиться на Востоке.