Не бросай вызов духам

– Связь восстановили, но, ей-богу, лучше бы всё было, как прежде. Сегодня с утра включила телевизор (бабушка попросила), а оттуда такая чернуха полезла. Наши байки про бабаек – детский лепет, - возмущённо говорила Миля.

– Да, тоже в шоке был от новостей. Видели, да? Настоящие отморозки, столько людей от них пострадало! – согласился Ильфат.

– Я сегодня тоже глянула, что творится, сказала: остановите Землю, я сойду, - подхватила Дина. – Иногда я рада, что мы живём в этой глухомани. Уехать бы вообще куда-нибудь на необитаемый остров, чтобы всего этого не видеть!

Данис с усмешкой сказал:

– Не выдержишь без общества. Мы существа социальные. Я слышал, что в Индии на одном острове живут туземцы, которые никого к себе не подпускают. Миссионеров, которые пытались достучаться до них, они дружно слопали.

– Правильно сделали! Нечего соваться со своим уставом в чужой монастырь. Живут люди, как им нравится, - не трогайте! – эмоционально отреагировала Света.

Руслан задумчиво проговорил:

– Я вообще думаю, что если бы никто никого не трогал, то и конфликтов бы не было!

Данил, как обычно, не смог устоять и подначил брата:

– Как глубокомысленно! Руслан, лучше шути, как обычно! Но, мне кажется, действительно, если бы люди не пытались изменить других, не навязывали им своё мировоззрение, свою идеологию, то жить стало бы легче и веселее. Данис, этот остров называется Северный Сентинел, кажется, их правительство Индии защищает.

– Надо же, в наш век информации живут в полной изоляции, - сказала Миля.

Руслан парировал:

– Мы тоже так время от времени живём! Без дорог, без связи, в полной изоляции. В лагере я брякнул, что у нас нет Интернета, так на меня как на туземца смотрели. Никто не может представить, что есть ещё такие деревни! Говорят, как вы живёте! Я им в ответ: но как-то жили ведь ваши родители, дедушки и бабушки, не померли от этого.

Данил задумчиво проговорил:

– Жили и живут суевериями. Сегодня я работал у бабушки во дворе, дрова колол. Вдруг откуда ни возьмись налетел ветер, закружил вокруг меня вихрем и сорвал кепку. Вы представляете, что сказала проходившая мимо бабушка! Что это пери хочет меня унести с собой, потому что я ей приглянулся. Пери – это существа в образе красивых девушек, похожи на эльфов или фей, с крыльями. Бабушка говорит, что их появление сопровождается благоуханием. И, знаете, я чувствовал аромат цветов, но ведь у нас в палисаднике много цветов. Оттуда принесло?

Дина загадочно улыбнулась:

– Пери влюбилась в Данила. Как романтично! Слово красивое, завораживает, лёгкое, как перо. Какими-то восточными сказками от него веет, райскими садами. Эх! Вчера, Миля, ваш Артур так напугал своей жуткой историей о невидимых бесах в клубе, что я даже днём возле нашего разрушенного клуба побоялась идти, в обход пошла. Уехал твой друг?

– Ага, только прежде все уши прожужжал: почему я раньше не видел Дину, почему не познакомила.

Данил вспыхнул и недовольно буркнул:

– Нечего на наших девчонок заглядываться. Мало ему своих?

Миля и Дина весело переглянулись. Ильфат перехватил этот бессловесный обмен мнениями и заулыбался. Данил продолжил:

– Давайте уже байки слушать. Сегодня прощальный вечер. Миля, твоя же бабушка - главная рассказчица в деревне. С тебя история.

– Ой, ребят, нет! Я только слушать могу, а рассказывать боюсь. Все эти мифические существа враждебны людям. Только если про домовых? Вот их я уже почти не боюсь. Если вам это кажется банальным, то пусть кто-то другой травит байку. Вы же чего-то супер-пуперского ждали от сегодняшней королевской ночи.

Данил задумчиво проговорил:

– Вообще, конечно, интересен тот факт, что многие народы верят в домового. У меня друг из Англии утверждает, что у него дома живёт мелкий и зловредный хобгоблин, он любит всячески пакостить. Мышку спрячет или наушники.

Руслан ехидно поддел брата:

– Ну, если вы сутки напролёт играете, то хобгоблин-то не пакостит, а, наоборот, спасает от игромании.

Миля отозвалась:

– Да, они могут разозлиться! С этим и связана моя история. Только я не умею красиво рассказывать. И всё ещё волнуюсь, когда говорю об этом. Так что рассказ мой будет коротким, но правдивым. Поэтому, если вы хотели сегодня о чём-то более фееричном услышать, то это вообще не ко мне.

Девушка помолчала, собираясь с духом, потом начала говорить взволнованным голосом.

– Года два прошло с того момента. Со мной что-то происходило в тот период, я всем дерзила, суеверия меня раздражали. Наверное, это был кризис переходного возраста. Однажды я вспылила в ответ на ворчание бабушки о том, что нельзя на столе оставлять ножи, потому что домовой это не любит. С усмешкой сказала, что домового не существует, что это глупые предрассудки. И тут вдруг кружка начала прыгать по подносу. Но я себе внушила в тот момент, что сама случайно задела ножку стола. Меня раздражал поучительный тон бабушки, которая говорила: «Вот разозлила его, а я тебя предупреждала». Не насторожило меня и то, что утром волосы мои были обмотаны вокруг прутьев кровати. Это периодически повторялось: спутанные космы с утра, которые сложно расчесать,а ещё пропавшие ручки, линейки, зеркальце, помада. Однажды я обнаружила целый склад своей канцелярии и косметики за печкой. И всё ещё думала, что меня бабушка решила проучить. Разозлилась, раскричалась: «Не смей трогать мои вещи! Совсем с ума сошла на старости лет?» И что-то зашумело на печке, но я упрямо не хотела замечать очевидное: в доме есть кто-то невидимый, и он злится на меня.

Миля взволнованно помолчала, а Руслан сказал:

– Да, всякое бывает! Иногда что-то упадёт в соседней комнате. Прибежишь – шкатулка с полки упала. На краю она точно не стояла. Может, домовой, а, может, существа из параллельного мира. Или как в фильме «Интерстеллар», люди из будущего о чём-то предупреждают.

Миля продолжила:

– Меня эти существа хотели напугать до беспамятства. И им это удалось. Как-то раз бабушка с мамой поехали в соседнюю деревню на поминки и не смогли вернуться, потому что ливень размыл дорогу. Мне предстояло переночевать одной. Сначала хотела напроситься к Динке, но потом передумала. Меня, как обычно, раздирали внутренние противоречия. Я ещё и свет всюду выключила: мол, не боюсь ничего. Уснуть долго не могла, мешало непонятное копошение, которое доносилось из кухни. Было ощущение, что кто-то ковыряет печную штукатурку. Пугала реакция Рыжика: он замер и вглядывался в темноту, ловил странные звуки настороженно торчащими ушами. У меня было желание схватить кота и пойти к Дине ночевать, но я не двигалась с места. Лежала под тяжёлым одеялом, укрывшись с головой.

Дина не выдержала:

– Надо было прийти!

Миля ответила:

– Встать с кровати казалось ещё страшнее. Да и стыдно было бы беспокоить твоих родителей посреди ночи. В общем, лежала я как загипнотизированная, пока не стало светать, а потом забылась сном. Проснулась оттого, что кто-то провёл по моей спине… косматой рукой… лапой? Не знаю, что это было. Я соскочила с постели и закричала от боли. Волосы были обмотаны вокруг прутьев кровати. Трясущимися руками я кое-ка распутала их и в панике выбежала во двор в одной ночной сорочке. Сидела на крыльце, тряслась от страха и холода майского утра. Не могла найти в себе силы вернуться в дом. Накинула на себя какую-то фуфайку, нашла её на полу. Не знаю, сколько времени прошло, потеряла счёт. Мне казалось, что я одна во всём мире. Петухи не кричали или я не слышала, оглушённая страхом. Рыжик остался внутри дома. Меня мучила мысль, что он один на один с непонятным существом. На цыпочках я подошла к двери, заглянула внутрь – кот, чуть не сбив меня с ног, прошмыгнул мимо… и тут я увидела ИХ. Это было не одно существо, а два. Они деловито сновали по кухне. Ребята, домовой - это вовсе не милый маленький человечек, каким нам его рисует воображение. Вам кажется, они похожи на домовёнка Кузю и Нафаню? Нет! Это ДРУГОЕ!

Миля перевела дыхание и продолжила говорить шёпотом:

– Они страшные… нет, они безобразные. Как будто заросшие шерстью, с костяными носами, при этом… как бы объяснить? При всём этом они не существа физического мира, а как будто какое-то нестабильное изображение в телеке. Немного похожи на сущности из фильма «Белый шум». Нет, не совсем! Они не поминают призраки. Это как будто студенистые, но при этом лохматые существа. Звучит глупо и странно! Но я предупреждала, что рассказчик из меня никакой. Хотя мне кажется, никто бы не смог объяснить, потому что это за пределами человеческого понимания… Я была в таком смятении, что не помню, как домчалась до дома Дины, не помню, что говорила её встревоженной маме. Всё как во сне. Если честно, мне и сейчас хочется думать, что это последствия недосыпа.

Мама и бабушка, приехавшие после того, как я убежала, решили, что со мной случилось какое-то несчастье: двери нараспашку, одеяло валяется на полу, возле печки лежат угли, разбитая чашка посреди пола. Полный хаос! Они кинулись за мной в дом Мили, кое-как успокоили меня, привели домой. Бабушка всюду разложила конфетки, что-то нашёптывала по углам миролюбивым тоном. Она сказала мне потом, что это йорт иясе - духи дома, домовые. Вообще-то они не уживаются вместе, в доме должен быть один хозяин. Возможно, поэтому они бушевали в ту ночь. Или хотели проучить меня за строптивость, поэтому показали мне своё истинное лицо.

Света сказала:

– Да, жутковато. Ночью оказаться в одном доме с ЭТИМИ. Может, это и вовсе не домовые были. Откуда тебе и твоей бабушке знать? Какие-нибудь другие чертяки. Мне хочется думать, что барабашки симпатичные и добродушные.

Миля согласилась:

– Возможно, и не домовые.

Дина эмоционально воскликнула:

– Как ты вообще спокойно спишь в доме после того, что видела? Вы бы знали, ребята, в каком она состоянии к нам прибежала: губы дрожат, голос дрожит, руки дрожат. Сама вся как «студенистая сущность»! Растрёпанная, как Баба Яга, в грязной фуфайке. Мне кажется, я бы после такого вообще заикой стала. А она ничего, живёт там.

Миля ответила:

– Знаешь, порой я представлю, что за мной с печки наблюдают ЭТИ, и меня такая жуть берёт! Но они, кстати, больше не одолевают меня. Нет, шумят иногда, что-то двигают, но не путают мои волосы, не трогают. В психологии есть термин «принятие». Я просто признала, что есть какие-то другие формы бытия, другие существа. Типа того, что в «Спайдервике». В жизни есть настоящее зло, и творят его не духи, а люди. Мы же сегодня говорили об этом. Телевизор включили – и полилось оттуда настоящее зло: избили, искалечили, убили, совершили насилие и так далее. Вот это мерзко, а мои печные жители просто проучили меня. Мол, не груби бабушке, не раздражайся попусту. Я приняла этот урок.

Ильфат посмотрел на Милю с удивлением, как будто только сейчас узнал её, и воскликнул:

– Молодец, Миля, красотка! Всё правильно говоришь!

Данис с сомнением протянуд:

– А я бы всё-таки не шутил с потусторонним. Знаете историю про детей, которые вызывали духов в погребе?

Данил, которого не напугал рассказ Мили, живо отозвался:

– Не знаем! Трави свою байку.

Данис сказал скептически:

– Да, наверное, слышали. Ладно, попробую воспроизвести это... Вы, конечно же, знаете, что советские дети имели привычку вызывать духов, гномиков, пиковую даму и прочую нечисть. Тётка мне рассказывала историю, которая много шума в нашем районе наделала когда-то. Она у меня корреспондентом в местной газете работала, видела материалы дела. Так вот, три подруги примерно лет двенадцати решили провести обряд и вызвать дух. Для этого нужна была полная темнота. Девочки спустились в погреб и стали читать глупое заклинание, которые выдумали такие же дети, как они. Что произошло потом рассказали милиционерам две оставшиеся в живых седые подруги.

Данилу давно хотел услышать хоррор-историю. Он с нетерпением уточнил:

– Данис, я правильно понял, что одна девочка не выжила?

Данис кивнул и продолжил:

– Да, но я не буду забегать вперёд, расскажу всё по порядку. Девчонки зажгли свечу в подполе, произнесли заклинание, а потом задули огонь. Я не помню их имена, да это и не так важно… Через некоторое время пребывания в полной звуковой изоляции, в темноте, девочки перестали различать, где верх, где низ. Вообще потеряли ощущение пространства. Одной из них казалось, что она внутри какого-то шара, второй – как будто она висит вниз головой. Что чувствовала третья, мы уже никогда не узнаем. Но, видимо, на неё незнакомая и гнетущая ситуация подействовала больше, чем на других. Подруги вспомнили, что именно она первая увидела что-то и испуганно вскрикнула. Потом они утверждали, что в полной темноте вдруг появилось белое пятно и стало расти. Одна назвала это «белым облачком», вторая – «белым духом». Девочки, абсолютно дезориентированные, стали в панике искать выход, хватались друг за друга потными ладошками, пугались этих прикосновений и визжали. К девичьему визгу примешивались какие-то жуткие булькающие звуки. Как сказала одна из девочек, как будто в огромнейшей кастрюле (больше, чем в школьной столовой) бурлила густая манная каша. Вторая, у которой были исцарапаны ноги, утверждала, что дух хватал её за ноги, когда она нашарила руками приставную лестницу. Возможно, из-за недостатка воздуха, он словили галюны. А, может, существует что-то такое, что не надо трогать. Та, вторая, с исцарапанными ногами, всё-таки выбралась наружу и в ужасе убежала, не дожидаясь, когда её подруги выйдут из подпола. Ещё одна девочка устремилась следом. Она утверждает, что кто-то хватал её за платье. Подол, и правда, был изорван. Возможно, оно цеплялось за гвозди на лестнице…

Данил не выдержал:

– Данис, давай без своих рациональных домыслов. Так хочется уже страшилку послушать!

Данис кивнул и продолжил:

– Вот эта девочка и сказала самое страшное. Она обернулась, чтобы посмотреть,что с третьей, и увидела «белого духа с мёртвыми глазами», который тянул к ней длинные руки. Девочка отшатнулась, и в следующее мгновение дверца, ведущая в погреб, захлопнулась. Потом она услышала приглушённые крики своей подруги, попыталась открыть люк, но у неё ничего не вышло. Девочка побежала к соседям за помощью… Когда открыли погреб – это произошло минут через десять – увидели, что третья подружка лежит на земляном полу без признаков жизни. Губы её посинели, и было похоже, что душа покинула тело не несколько минут назад, а давно. Но всё равно соседи пытались сделать ей искусственное дыхание и массаж сердца. Бесполезно. Позже, при вскрытии, выяснилось, что у неё были проблемы со здоровьем, о которых никто не знал. В общем, она умерла от разрыва сердца. Кстати, во времена СССР многие знали эту историю. О девочках писали в газетах.

Не бросай вызов духам, изображение №1
Света пискнула:

– Я теперь в погреб ни ногой!

Миля подхватила:

– Я тоже!

Где-то над головой пронзительно вскрикнула какая-то птица. Ребята вздрогнули.

Руслан сказал:

– Наверное, нужно уже расходиться. Давайте прощаться, что ли. Завтра кому –то отправляться в дорогу.

Ребята душевно попрощались и разбрелись по домам. Им было грустно оттого, что вместе с летом безвозвратно уходит их детство. Они чувствовали, что вряд ли когда-нибудь смогут вот так наивно и просто рассказывать друг другу страшные истории.