Соловьиная грусть Петра Гулдедавы

   «Чтобы узнать человека, надо с ним пуд соли съесть», ; гласит старинная пословица. Это значит, что понимание другого человека требует времени, совместного жизненного опыта, преодоления трудностей, переживаний. Но из этого правила существуют исключения. 
   В декабре 1826 года В.А. Жуковский писал из Дрездена Петру Андреевичу Вяземскому о значимости литературных журналов «Московский вестник» и «Московский телеграф» в общественно-политической жизни России. В этом же письме Жуковский рассуждал об ответственности перед обществом писателя, наделённого талантом, и подчёркивал, что в России такой писатель может сделать больше, чем Пётр Великий. Позже Евгений Евтушенко в своём стихотворении «Молитва перед поэмой» конкретизировал эту мысль, сделав её крылатой.
    «Поэт в России ; больше, чем поэт. В ней суждено поэтами рождаться лишь тем, в ком бродит гордый дух гражданства, кому уюта нет, покоя нет. Поэт в ней ; образ века своего и будущего призрачный прообраз. Поэт подводит, не впадая в робость, итог всему, что было до него. Сумею ли? Культуры не хватает… Нахватанность пророчеств не сулит… Но дух России надо мной витает и дерзновенно пробовать велит. И, на колени тихо становясь, готовый и для смерти, и победы, прошу смиренно помощи у вас, великие российские поэты…»
    Поэтическое творчество даёт представление не только о предмете, которому оно посвящено, но неизбежно характеризует и самого автора, представляя его как человека, обнажая его жизненные приоритеты, высвечивая черты его личности.
   Я не знаком лично с московским поэтом Петром Георгиевичем Гулдедавой, и всё же у меня есть ощущение, что я хорошо его знаю. Приходилось не раз читать его стихи в различных сборниках, на сайтах, видеть в виде цитат в произведениях других авторов. Это характерно для известного поэта ; его произведения не надо искать специально, они сами вас находят.
   Мне, к примеру, случайно попалось на глаза стихотворение, посвящённое П.Г. Гулдедавой уникальному поэту-рубаисту и скульптору Эдуарду Хандюкову, а отношение творца к коллегам по писательскому творчеству о многом говорит.

«В нём всегда горела жажда дела,
И любое сложное заданье
Выполнялось, как душа хотела,
Чувство долга, воля и желанье.

И непредсказуемая стека,
Только бы рукам свободу дали,
Изваяла в кубе человека,
Памятные стелы и медали.

Обличает дольний мир в грехах,
Чтобы стал он праведен и чист,
Хандюков – на радость и на страх,
Как Хайям – великий рубаист.

Нашу жизнь фиксируя в моментах,
Навсегда оставил Хандюков
Яркий след в скульптурах, монументах
И в томах пронзительных стихов.

     Эта оценка дорогого стоит. Пётр Георгиевич Гулдедава ; автор двадцати пяти книг поэзии и прозы, член Союза писателей России и правления Академии российской литературы. Он – лауреат литературной общественной премии «Светить всегда», дипломант конкурса московской городской организации Союза писателей России «Лучшая книга 2008–2011» за сборник «Песни старого шарманщика», лауреат Всероссийского фестиваля патриотической поэзии «Форпост» 2014, общественно-литературных премий имени В.В. Маяковского (2011), С.А. Есенина (2012), А.С. Грибоедова (2013), наград Московской городской организации СП России и альманаха «Литературная республика» ; «Поэт года –2013» и «Серебряный крест» (2015). П.Г. Гулдедава – дипломант Всероссийского литературного конкурса «Твои, Россия, сыновья» (2016) и Всероссийского творческого фестиваля-конкурса «Русский лад» (2019). Этот перечень можно продолжать.
    Кроме собственно литературного творчества, П.Г. Гулдедава руководит литературной студией «Свежий взгляд», он – шеф-редактор альманаха современной поэзии и прозы «Шарманка».
    Но непосредственным поводом для этих заметок послужили не заслуги автора вообще, а небольшая книга с лирическим названием «Соловьиная грусть», переданная мне через общего знакомого. Предваряют книгу слова Махатмы Ганди: «Влиять на умы миллионов? Достаточно и одного сердца, согретого вашими словами». Книга эта, замечу сразу – способна согреть многих. Эта жемчужина моей библиотеки имеет автограф автора, а на такие книги я, как правило, пишу, отзыв.
   Издан этот лаконичный, и внешне, и содержательно очень приятный сборник избранной лирики в 2025 году в московском издательстве «Вест-Консалтинг», и открывается почти одноимённым стихотворением, задающим лейтмотив издания. Разница только в многоточии, но в нём скрыт особый смысл. Всё в этом мире подвержено изменениям…

Соловьиная грусть…

Под простой одежонкой
       наготою красна,
Шаловливой девчонкой
    колобродит весна.
Под весенним наскоком
   станы сонных берёз
Наливаются соком
     и энергией грёз,
И, как счастья приметы,
      на цветущую Русь
Разливают рассветы
    соловьиную грусть!
          Март 2025 г.
   На «весенний наскок» работает и оформление книги. На передней обложке цвета молодой весенней листвы – фото цветущей вишни, а на задней – осенний лесной пейзаж, наполненный солнечным светом. И это не случайные иллюстрации, а отражение взаимозависимых состояний в природе, а в переносном смысле и в человеческой жизни. «Осень жизни, как и осень года, надо, не скорбя, благословить», – вспомним песенные слова Эльдара Рязанова.
   Ассоциативная связь между соловьиным пением и поэтическим творчеством в русской поэзии вполне традиционна. Фраза «поэт как соловей» встречается, например, в стихотворении Лукьяна Андреевича Якубовича «Предназначение» (1836 год). В нём поэт сравнивается с соловьём, который поёт «без сознания, без расчётливых затей».  Соловьи, однако, не поют, когда метут метели, а поэты посвящают себя служению Музе, если можно так выразиться, всесезонно. При этом важна цель этого служения.

***
Наивны мы или матёры –
Мы каждый сам себе судья
И все – природные актёры
В театре драмы бытия.

И все в финале умираем,
Какие роли ни играй,
По вольной воле выбирая
Земную славу или рай.

Дни утекают в бесконечность,
И каждый Божий день с утра
Мы выбираем: кто-то – вечность,
А кто-то горстку серебра.
                2015 г.

   Жанр книги определён автором как «избранная лирика», но трудно отделаться от впечатления, что этот необычный сборник напоминает исповедь.

***
       «Никто никому ничего не должен,
       кроме любви!»
                Лев Котюков
Я ступил на скользкую дорогу,
И почти полжизни проморгал
Но когда-то я поверил Богу,
И Господь всегда мне помогал.

Никого не «па;рю» укоризной,
Что на строгой зоне побывал,
Где свои грехи перед Отчизной
По;том и слезами отмывал.

За Россию я – костями лягу,
И пойду хоть в бой, хоть в трибунал,
Я когда-то ей давал присягу,
И её никто не отменял.

Мне покой по возрасту положен:
Я теперь, как птахи-соловьи,
Никому и ничего не должен…
Кроме нескончаемой любви.

    Анонс к изданию гласит: ««Соловьиная грусть» поднимает основные вопросы бытия – жизни, смерти, любви… Стихи написаны живым языком, они полны мудрости, тёплого юмора и самоиронии». И это правда.
    При этом любовь в трактовке автора – это не вещь в себе, не вспышка или молния, а явление в пространстве и времени, подверженное изменениям и само меняющее мир. Как самобытно, искренне, без всякой вычурности и пафоса передаёт Гулдедава любовь и уважение к матери! Кажется, что нового можно добавить к сказанному и написанному за тысячелетия, но истинному таланту это под силу во все времена.

***
Мы все эту женщину знаем:
Не чая покоя и сна,
Небесным бессмертным равна
В печалях по нашим печалям.

Со времени матушки Евы
Очаг сохраняя в руках,
Была и пребудет в веках
Земным воплощением Девы…

Развею печаль и тоску,
Чтоб тенью над нами не висли,
Прерву её грустные мысли:
«Заварим-ка, мама, чайку!»
   
   Память о детских впечатлениях, о временах юности и зрелости, рассуждения о нынешнем бытии в поэзии Гульдедава не дискретны, не изолированы, а взаимосвязаны и логически последовательны, вытекая одно из другого. Воспоминания о прошлом не только согревают душу поэта, но и служат основой его мировоззрения в зрелые годы. Пётр Георгиевич, как натура цельная, не менял взглядов и системы ценностей, он только совершенствовал себя, с годами становился мудрее и терпимее в своём творчестве и в жизни. «До седой высоты мы несём с малолетства/ Звон осколков мечты на развалинах детства», – утверждает поэт. И эта тема так или иначе присутствует во многих его стихотворениях.

***
Возникая на уровне духа,
Как привычный обыденный фон,
Льётся где-то по донышку слуха
Родниковый серебряный звон.

Не убитая тягостной новью
Память детства пожизненно в нас
Озаряется отчей любовью
И сиянием маминых глаз…

Словно отклики дальнего эха
Раздаются в закатной тиши
Колокольчики детского смеха
Над заснеженным полем души.
                2017 г.
   
Вечный романтик

На мне нетленной юности печать,
Хоть иногда, по менторским манерам
И вечному желанью поучать,
Кому-то и кажусь пенсионером.

Теперь живу я, как «аристократ»,
Хотя мой путь по терниям сражений
Не столько был триумфами богат,
Сколь горечью утрат и поражений.

Но верю я, как радостному сну,
Что осень жизни обернётся ладом,
Преображаясь в позднюю весну
С её земным прощальным звездопадом.

   Такова разгадка «соловьиной грусти», давшей название книге избранной лирики. И тут самое время перейти к главному предмету лирики, к тому, о чём поёт знаменитый итальянец Al Bano в своём шлягере «Amore, amore, amore».
    В стихотворении «Любовью дорожить умейте…» советского поэта Степана Петровича Щипачёва есть фраза: «Любовь не вздохи на скамейке и не прогулки при луне». Это определение можно с полным основанием отнести к творчеству П.Г. Гулдедавы, хотя в его стихах есть место и романтичному стогу сена на скошенном лугу, и памяти о любовных драмах и штормах. Как, впрочем, у любого нормального мужчины, тем более грузина: «Я смолоду скор на отпор забиякам, / И многие помнят с тех пор, / Что Лев и Змея по космическим знакам, – / Тем паче грузин – перебор!»
   Наверное, нет такого поэта, кто не написал бы хоть пару строк о любви – будь он гением мировой поэзии или безвестным провинциальным сочинителем. Есть многовековые традиции, есть твёрдые формы любовной поэзии у различных народов, есть, наконец, мировые шедевры. Но и на этой тропинке П.Г. Гулдедава выглядит искренним, самобытным и убедительным. И секрет этого прост – он не излагает, не декларирует, не назидает, а просто живёт. Стихи – отражение его жизни, его взглядов, жизненного опыта, принципов и устоев. Всё это менялось со временем, и ретроспектива стихотворений разных лет в сборнике позволяет это понять неравнодушному читателю. Многие стихотворения не имеют названий, поскольку написаны были как рассуждения и попытка осмысления тех или иных коллизий, а потом автор не стал уже ничего менять задним числом.
    Творчество Гулдедавы не допускает даже мысли о какой-либо вторичности, подражательности или, упаси Бог, конъюнктурности. Вспомним: «Мы выбираем: кто-то – вечность, / А кто-то горстку серебра». Тут уместно вспомнить и строчки Булата Окуджавы: «Каждый пишет, как он слышит. Каждый слышит, как он дышит. Как он дышит, так и пишет, не стараясь угодить…». Это в полной мере можно отнести к поэзии Петра Георгиевича. При этом непросто найти поэта, творчество которого было бы настолько же совершенно в языковом отношении, так же богато эпитетами, метафорами, гиперболами, алогизмами, яркими образами.

***
Возможно, что виной рутина,
А может, долгих лет вина:
Чем дальше в памяти картина,
Тем всё туманнее она.

Листаешь прошлое с грустинкой,
А взгляд усталый не горит.
И вдруг забытая картинка
Мгновенно память обострит.

И снова: тонкий ситец платья
И дивных кос тугая медь,
Как игры пламени в закате,
Тебя заставят онеметь.
                2012 г.

 ***
Неон реклам подсвечивают фары,
В ночных огнях Садовое кольцо,
По людному осеннему бульвару
Она бредёт, укрыв зонтом лицо.

Она идёт одна, не замечая
Ни света фар, ни яркого огня.
Она летит, как иволга ночная,
Без лета, без надежды, без меня.

И, кто игриво на неё ни пялься,
В её глазах не тает горький лёд.
А след кольца на безымянном пальце
Секрет недавней драмы выдаёт.
                2012 г.

«Сюрприз»

Я вспоминаю, как всё это было,
Как стала беспощадным палачом
Любовь, когда под ливень уходила,
Разгневанно шурша своим плащом.

И для меня нежданно был озвучен
Старательно скрываемый секрет,
Что я не только просто невезучий
Бездельник, но вдобавок и поэт…

Перед глазами плыл точёный профиль,
Туманя бесполезные очки…
А я в молчанье пил холодный кофе
И от свечи прикуривал «бычки».
                2014 г.

     А следующее стихотворение настолько мелодично, что его можно петь, будто песню. Удивительно, как никто до сих пор не написал на него музыку.

***
Груз печали – неизбежность,
Меч судьбы над головой.
Если есть на свете нежность –
Это тихий голос твой.

А ветра всё пуще дуют,
И всё ближе к нам гроза.
Коль разлука существует –
У неё твои глаза.

Лучше нет мечты о лете,
Чем рыданье соловья.
Если есть беда на свете,
Это ты – любовь моя!

И ещё одно стихотворение по этой теме, на этот раз поистине программное.

Одинокий

Когда наскучат братские объятья,
Мы понимаем сердцем обожжённым:
Хотя все люди сёстры или братья,
Гораздо чаще мы – мужья и жёны.

И как ни вянет внешняя краса,
И что нам ни взбрело бы говорить,
Любовь не только верит в чудеса,
Но и сама способна их творить…

Когда захочешь умиротворенья
В затворе горделивых одиночек,
Ты загляни в мои стихотворенья, –
Я буду рядом между тёплых строчек.
                2019 г.

     Пётр Гулдедава – эрудит, он хорошо знаком с историей литературы, но это не мешает ему иметь собственное мнение и свой голос. Кто не знает, к примеру, фразу из стихотворения Анны Ахматовой «Мне ни к чему одические рати…»: «Когда б вы знали, из какого сора / Растут стихи, не ведая стыда, / Как жёлтый одуванчик у забора, / Как лопухи и лебеда». А вот как интерпретирует эту тему Гулдедава.

Чем пишут стихи…

              Поэт – самая грустная
              радость на свете…
                Федерико Гарсиа Лорка

Я расскажу, с мажорами не споря,
Как бедный стихотворец от сохи,
Каким раствором радости и горя
На белом свете пишутся стихи.

Слова, особо острые, как бритвы,
Порой, способны больно резать в кровь:
Стихи – и вызов к бою, и молитва,
И заклинанье духа на любовь.

Их наполняют не дары коровьи,
И не целебный вешний сок берёз, –
В чернилах у поэтов – капли крови
Со смесью пота и горючих слёз.
                11 апреля 2024 г.

     Как и многие современные поэты, Пётр Гулдедава ведёт страничку в соцсети, подборки его стихов можно найти на ряде Интернет-ресурсов, но, в отличие от более расторопных собратьев по перу, он не занимается продвижением своих книг. А они могли бы стать украшением любой библиотеки. Некоторые книги, заметим, можно бесплатно скачать на поэтических порталах в  электронном формате.
     Завершая эти заметки хочется выразить надежду, что с поэзией П.Г. Гулдедавы, и в частности со сборником «Соловьиная грусть», познакомятся как можно больше ценителей поэзии. Стихотворение «Я так вижу…» поэт завершает так: «Но если грянут горестные дни, / И вы в толпе останетесь одни, / Хоть мы не станем более родными, / Но ваши беды станут и моими!» И это не просто слова, это – гражданская позиция поэта.