Гээспэ...

     Большереченец Вдолбен Удалович Терпиложизнев с недавних пор стал замечать за собой, что не все виды грусти по советскому прошлому ему близки. При этом он думает, что пусть и не все виды грусти по советскому прошлому ему близки, они все ему удовлетворительно понятны.

     Конечно, он преувеличивает действительное развитие своих способностей к получению чётких оценок и проницательных выводов, но помнит, что жить так, как ему хотелось жить в советское время, ему мешали именно те люди, в сознание которых был вдолблен именно марксизм, а не ленинизм. 

     Глядя сейчас на тех, которые грустят не по марксизму, а по советскому образу жизни, именно к ним он испытывает тёплое чувство, а от холодности к тем, в сознание которых был вдолблен марксизм, он никак избавиться не может.

     Тех людей, которые сейчас, по прошествии тридцати четырех лет после того, как начал исчезать из действительности советский образ жизни, испытывают из-за него, из-за советского образа жизни, грусть, он называет именно ленинцами, а не марксистами.

     Те же, которые, в отличие от грустящих по советскому образу жизни, носят в себе вдолбленный в их сознание марксизм, делают вид, что не отделяют от него ленинизма, который когда-то пропитывал собой советский образ жизни.

     Спорить же с людьми, убеждёнными в нераздельности советского марксизма и советского же ленинизма, Вдолбен Удалович Терпиложизнев не решается: он слаб, как в выработке теоретических  построений, так и в понятном доведении их до сознания спорящих с ним.

     P.S. Автор данного текста понимает, что не смог достаточно понятно изложить итоги размышлений Вдолбена Удаловича Терпиложизнева, как жителя вымышленного города Большереченска, и только поясняет читательницам и читателям то, что название даного текста - это "Грусть и советское прошлое..."