Приказ номер 15 о 15 секундах славы

     Я увидел людей с бугристыми лицами, которые приближались к нам скользящим шагом. Выразительно нахмуренные, они были похожи на многократно использованные авиационные пакеты для блевания. Неестественно раздувшиеся вширь. Должно быть, желудки у них были набиты собственной блевотой. Чирич Хобо
     После людей с синими лицами, с треугольными лицами, вообще без лиц, но всегда за большие деньги из Америки, можно было смириться с бугристостью, но явная несправедливость этого мира, когда талантливый рассказчик уступает по баблу бездарному мазиле, признанному кутком - крысятником авгуров под вывеской критиков и оценщиков, приводила к отрицанию всех якобы достижений или ценностей цивилизации. Недаром лорд Кларк затруднился с определением того, что же это такое - цивилизация, но повёрнутые на идее космической справедливости русские давно уже определились со своим модус вивенди, не все, конечно, а только выродки. Ощущая себя в полной мере истинным выродком, я думал о том, что имея небольшие способности именно рассказчика, вполне мог бы и стать писателем, но необходимая для этого ремесла усидчивость, а также жажда славы, априори присутствующая и даже толкающая мудаков на свершения, у меня отсутствовали напрочь. Именно поэтому, думаю, выловив заменяющий мне опийный виртуальный кайф выброса эндорфинов в процессе написания, именно написания, так как я никогда не продумываю сказочек заранее, сам не зная, что там выпрыгнет в следующей строке, и последующей публикации на почвенном сайте Проза ру, я удовлетворяюсь этим кратким мигом, даже не задумываясь о вполне возможной писательской карьере. Мне такое скушно, как омлет, вся эта дребезгливая чепуха, неизбежно сопровождающая по - жизни всех писак, а пятнадцать секунд славы бледномолевого ублюдка Уорхолла забиты в его же сраку, раздувшуюся призрачным величием и алчностью.
    - Ты говно ! - торжествовал Гугенхайм, переглядываясь скользкими, вороватыми взглядами с наблюдающим из глубокого, покойного кресла за творимой правилкой Рокфеллером. - Соси, падло.
    Он ставил Уорхолла на колени и звал Карнеги, считавшего шекели в самом тёмном углу. Старик - миллионщик, упрятав мешок с шекелями в самое надёжное место, единственно дающее гарантию неприкосновенности уворованных у ближнего достатков, в собственную жопу, разумеется, подходил развалистой походочкой идиота, невольно копируя престарелого диктатора с далёкого Востока и Севера.
    - Б...дь ! - ругался крайне щепетильный Рокфеллер. - Ну не может он без Х...ла никак.
    - Срать на них, - отзывался отзывчивый Гугенхайм, алчно перебирая потными ладонями сбытые ему мною, доном Мигелем и Карлосом хвосты людей - собак, - Х...ло кайф не ломает.
    Опытнейший Карнеги мог бы возразить, что человеку, мнящему и так дальше, очень даже ломает, но не менее опытнейший Гугенхайм прекрасно знал, что пишущему всю вот эту вот хрень коале реально насрать на всех правителей с их государствами вкупе и ин масс, и в этом, уверен, и есть залог психицкой устойчивости автора. Чего никому не желаю, ибо ( шикарное словечко ! ) тот, кто хочет жрать говно, непременно будет его кушать, потирая зудящие нервы ахинеей информации, отравляя себя некачественной продукцией многочисленных интернациональных бездарей, не говоря о сонмах графоманов, присутствующих в любом наречии этого мира.