Ворона и Лебедь

Ворона на торфяннике
Считалась птицей важной,
Ходила чинно, гордо
С папочкой бумажной.

Порядок знала,
Каждый циркуляр
И верила, что в ней
Таится редкий дар –
Советы раздавать
И жизни поучать,
Кому и где гнездиться,
Когда и что сказать.

Она ждала признания,
И множества наград.
Да только в жизни все
Пошло совсем не так.
Лебедушке достались
Все почести и трон.
А для Вороны это
Был тяжелейший гром.

“За что ее все любят
И хвалят нарасхват,
Я в чувство приведу их,
Достану компромат!”
Теперь не спит Ворона
И кляузы строчит,
Всё Лебедь поливает,
От зависти кричит.
То сплетню пустит в стае,
Что клюв у той не тот,
То гаркнет на совете,
Мол, Лебедь много врет!
“И голос слишком тихий,
И перья не белы,
Летать совсем не может,
А крылья как узлы”.

Искала она жадно
Хоть трещинку, хоть сор,
Чтоб вынести бедняжку
На птичий приговор.

А Лебедь улыбнется,
Взмахнет крылом – и ввысь!
Ворона вслед зайдется:
“Постой же, оглянись!”
Но крылья белоснежны,
И чист высокий путь,
А сплетни и доносы
На небо не швырнуть.

Летит она, сияя,
В лазурный свой простор.
И делом доказала,
Что все упреки – вздор!
Лебедка величаво
Плывет по облакам.
Ей дела нет до сплетен,
До крика, шума, драм.

Она в лучах купается
И пьет нектар зари,
Пока Ворона лается:
“Смотри же, посмотри!”
Лебедка жизнью дышит,
Цветет ее душа.
Вороний ор не слышит
И делом хороша.

Ворона ж на болоте
Осталась зло ворчать,
И папочкой бумажной
Напрасно сотрясать.




Мораль

Завистник так устроен:
Чем выше чей-то взлет,
Тем яростней он грязью
Из лужи обдает.
Но как не каркай злобно
На белых лебедей,
Ворона на болоте
Не станет поважней.