Скульптор

Я — скульптор. Я высекаю свет
Из глыбы, где ни эха, ни примет.
Мой молот — ритм, мой резец — обет,
Я с мрамором на «ты» который век.
Он мне поёт сквозь трещины и мрак,
Он мне дрожит под пальцами, как флаг,
И в каждой крошке — тайный, древний знак,
Что я — не мастер, а всего лишь маг.

Я ударяю — и летит крупа,
Я ударяю — и судьба слепа,
И проступает из глухого сна
То лоб, то скула, то рука, то стопа.
Но кто там заперт? Ангел или змей?
Чей это профиль, чей овал, чей клейм?
Я бью сильней, всё ближе, всё родней,
И мрамор плачет молоком огней.

О, этот мрамор — он живой, он мстит,
Он мне сквозит, он мне кровоточит,
Он обнажает то, что Бог простит,
А то, что нет — в прожилках заключит.
Я высекаю боль, я высекаю страсть,
Я отдаю резцу слепую власть,
И если я сорвусь, и если я упасть —
То статуя сама мне даст упасть.

Но чем яростней бой, тем ласковей черты,
Тем явственней лицо из немоты,
И я уже не знаю, кто есть ты —
То, что из камня вышло, иль мои мечты.
Ты смотришь на меня без глаз, без век,
Ты дышишь там, где я прервал свой бег,
И я, творец, врываюсь в твой ковчег,
Как первый, как последний человек.

И наступает час, когда резец дрожит,
И молот падает, и тишина бежит.
Я — мрамор. Ты — скульптор. Ты — мой стыд.
Ты высек душу там, где был гранит.
Ты вынул сердце из моей груди,
Ты вдунул жизнь, что бьётся впереди,
И я стою — не камень, не в грязи,
А то, что ты изваял. Гляди. Гляди.

Я — скульптор. Я — творение в одном.
Я — тот, кто бил, и тот, кто стал огнём.
Я — мрамор, что поёт под топором,
Я — статуя, что плачет под дождём.
И нет меж нами грани, нет стены,
Мы оба — дети вечной тишины,
И если мы кому-то и нужны,
То лишь друг другу. В час, когда слышны
Шаги Того, Кто высекает сны.