Восхождение. Том 3. Часть 11

Рандар медленным шагом поднялся на второй этаж центральной постройки усадьбы, где располагался кабинет барона. Кругом стражники, не обращавшие на него внимания, а союзники остались на улице. Кирпичные стены, покрытые белой краски, высокие закруглённые колонны, служившие, скорее, лишь элементом декора, ковры, покрывавшие пол, выложенный из деревянных досок – от этого места, хотя оно ничем не отличалось от обиталищ других вельмож, было не по себе. Юный командир предвосхищал обман и предательство.
Как бы то не было, он уже был в поместье – стоял напротив двери в кабинет Генура. На нём броня, меч, навыки – если что, он без труда расправится и с вельможей, и со стражниками, стоявшими возле двери. Оставалось лишь выдохнуть и сделать шаг на встречу к новым событиям, которые приблизят его к цели всей жизни.
Дверь со скрипом открылась – стражники будто бы не замечали гостя. Рандар вошёл внутрь, закрыв за собой дверь, тут же принявшись осматриваться по сторонам. Шкафы, сундуки, книги, одежды, стол, стулья, мужчина у окна – ничего необычного и подозрительного не было.
Гладковыбритый мужчина одного возраста с капитаном, с видным животом и короткими чёрными волосами, в среде которых виднелись серебряные нити, медленно перевёл взгляд на гостя. Несколько мгновений вельможи смотрели друг на друга оценивающими взглядами, после чего барон Гунер сказал то, чего Рандар даже не ожидал:
- Желаете бокала вина?
Памятуя слова подозрительного Равира, юный командир тактично отказался – сначала барон должен был доказать, что ему можно доверять. Генур же, прекрасно понимая, о чём думал гость, поставил на стол два бокала, открыл бутылку и наполнил пока что один сосуд. Усевшись на стул, взяв бокал в руку, барон жестом пригласил Рандара сесть напротив него. Наследник сел.
- Надеюсь, на пути к нам у Вас не возникло проблем?
- Нет, - серьёзно ответил Рандар.
- В таком случае, - барон отпил из бокала, - мы можем приступать к делу. Судя по всему, наши товарищи из числа Хорьков прибудут в назначенное место через несколько дней. Поэтому мы должны успеть обо всём договорится до их прихода. А для обсуждения, следует поведать, кем же является нам князь.
Князь Равир писал, что доверяет Вам и Вашим навыкам. И, хотя я не нестроен полностью доверять начавшему войну, в сложившейся ситуации нет иного выхода. Никто в Умрате и Наргилосе ранее не рассчитывал, что Духарт и Поварин решатся на союз. Во время противостояния двух княжеств мы считали, что вы уничтожите друг друга, и тогда можно будет без труда отнять у вас причитающиеся нам земли.
Теперь же – нельзя быть ни в чём уверенным. Внутренние проблемы Наргилоса заставили князя Домура давить на Гелона, чтобы тот отдал обещанные осадные орудия и, заодно, часть войска, чтобы урегулировать вопросы. Домур настаивает, что безопасность Умрата напрямую зависит от благосостояния Наргилоса. Разумеется, Гелон проигнорировал эти слова, чем обидел властителей Наргилоса.
Я, как защитник южных уделов, пытался убедить Наргилос, что сейчас нам нельзя ссорится, что нам должно объединится против ренегатов ради безопасности королевства. Домур продолжал настаивать на своём.
В последние месяцы начало приходить всё больше донесений о нарушении воинов Наргилоса наших границ. Мне пришлось закрыть границы, чтобы обеспечить мир между двумя княжествами, пока не урегулируется конфликт.
Гелон ничего не предпринимает для того, чтобы защитить Умрат или наладить отношения с Поварином. Он перепугал всех баронов и землевладельцев, отправил боевую бригаду своего брата-изувера на запад, чтобы те перешли в наступление, а остальным войскам приказал разбрестись по всему княжеству, выискивая жалкий отряд Хорьков и других разбойников. Нелепость! Если бригаду Гедона разобьют, войска Поварина без труда захватят западные уделы и двинутся к столице Умрата.
- Зачем Гелон настраивает против себя вельмож, воинов и селян? – Осведомился юный командир.
- На самом деле, не всех, только вельмож, - тяжело вздохнул Генур, потирая лоб, с каким-то раскаянием в глазах смотря на стол. – Всё это выросло из детства. Гелон и Гедон, будучи детьми князя, видели землевладельцев и баронов в княжеском дворце чуть ли ни каждую неделю. Советы, балы, праздники – вельможи часто оставались в гостях у князя. Они хорошо знали князя Генара, его любовниц и тихих, забитых сыновей.
Да, сложно поверить, что громадный садист и эксцентричный психопат могли быть забитыми, но вот только с таким отцом сложно было быть открытыми и смелыми. Любое непослушание, мелкое хулиганство, крики, ругань, драка – стоило лишь детям напомнить Генару о своём существованию, он их избивал. Ни ремнём, ни розгами – кулаками, будто дрался со взрослым человеком. А когда он был пьян – дети просыпались в лазарете, всё в крови и синяках, не помня, как там очутились.
- Значит, их отец косвенно виновен в происходящем?
- Не только он, - печально смотря в окно на закатное небо, продолжал барон. – Видите ли, дело вельмож – наставлять людей, управлять и, следуя из лучших качеств и побуждений, вести судьбы людей к лучшему будущему. Так учили Гелона, так говорили все вельможи. И маленькие Гедон и Гелон во всё это верили. И потому их разочарование было неописуемым, когда им открылась истина.
Князь часто напивался на балах и праздничных вечерах. Разумеется, детей он брал с собой, как обязывали традиции. И на этих вечерах он напивался так, что начинал ныть о своей трагичной судьбе: жена, которая не могла принести ему детей, и которая бесследно пропала; завистники из Поварина, вечно вставлявших палки в колёса; Наргилос, который повышал сборы с купцов Умрата и понижал сбор дани со своих торговцев, чтобы разорить Умрат; дети, недостаточно сильные, недостаточно умные и храбрые, не способные сражаться, не похожие на настоящих наследников Умрата.
К тому же, ситуацию ухудшали и слухи, которые ходили вокруг рождения братьев-наследников княжеского трона – мол, появились они не от знатной особы, а от обычной служанки. Всё это Генар вымещал на детях, прилюдно их оскорбляя, проклиная, избивал.
- Слухи о их происхождении – правда? – Поинтересовался Рандар, который уже не мог себя сдерживать, и, жестом попросив налить ему вина, отпил из бокала, наслаждаясь давно забытым вкусом.
- Да, - скорбно произнёс вельможа. – Очень долгая и запутанная история. Андароново проклятье рода смертных – кто бы мог подумать, к чему приведут случайности. Вот уж превратности судьбы!
Папаша наш был человеком сильным, мудрым, пережившим кучу невзгод. Все его братья и сёстры умерли, родители погибли рано, вокруг - интриги и попытки переворота, ещё и война с орками. Отец был суровым человеком, который хотел воспитать достойного приемника.
Генар был старшим, поэтому отец уделял ему все силы и время: учёба, тренировки, дисциплина – пока я веселился и кутил, у брата совершенно не было свободного времени, вся его жизнь была посвящена только будущему правлению.
Но вот, отец умирает от долгой болезни, а Генар становится свободным. Мало-помалу, он начинает вливаться в жизнь увеселений: он стал князем, так что пей, сколько хочешь, веселись, сколько влезет, спи, с кем угодно. Вельможи еле заставили его женится, чтобы не распускать лишних слухов о разгульной жизни.
Выбрали девчушку из числа дочерей баронов – умная была, красивая, только вот из-за какой-то хвори не могла принести Генару детей. А если нет наследника, то и жена не нужна. Так и пропала та девчушка, и никто о ней не слышал. Сослали ли её или… Влевластитель один знает, что с ней случилось.
А после этого вокруг Генара начали появляться служанки, да всё больше и всё моложе. Сначала родился Гедон, затем и Гелон. А несколько служанок пропали также бесследно, как и жена князя. Слухи, обсуждения – весь высший свет болтал о жизни Генара. По всей видимости, разочаровавшись в любви, в жизни, тратя всё время лишь на развлечения, мой брат перестал видеть смысл держать себя в руках.
Измывался он над детьми знатно. А мы, бароны и вельможи, которые всё это видели, никак не вмешивались, не пытались вразумить Генара – он же князь! Я и сам не вмешивался, считая, что этим незаконнорождённым всё равно не стать наследниками.
Но вдруг, в один день, Генар умирает. Упал с лестницы, представляете! Только вот у его тела было разбито бутылок двадцать вина, которые бы он никак не унёс. Словно кто-то показательно сделал это, обращая внимания на главную проблему князя. Подозрения, но никаких доказательств.
- Гелон убил отца?
- Скорее всего. В тот момент, уж не знаю, почему, Гедон начал терять ум, он реже появлялся на публике. Он всегда был глупее Гелона, только вот за пару лет он словно стал ребёнком. Меня на тот момент уже насильно отослали на юг, сам Генар, чтобы я не мешал ему веселится и не напоминал о долге. Тоже самое сейчас происходит и с Гелоном.
Короче говоря, - на этот момент бокал барона опустел, и он поспешил вновь его наполнить, - из-за лицемерия вельмож, говоривших о чести и праведности, но ведущих себя обратным образом, из-за их бездействия во время издевательств отца, из-за всех слухов, которые делали его жизнь только хуже, он возненавидел лицемерных вельмож. Он воспринимал лозунги и нравоучения за чистую монету, из-за чего в конце концов и поехал головой.
- Теперь отыгрывается на них, - пытался сдержать ироничную улыбку Рандар, подчёркивая жалкую сущность Гелона, который, выходит, и сам был лицемером.
- Повышает налоги для них, запрещает лишний раз устраивать балы, прилюдно унижает, в случае споров – калечит и лишает всего. Воинам и селянам повезло - к ним он более справедлив: им было плевать на него до того, как он стал князем, а ему стало плевать на них, когда он стал князем.
В общем-то, можно долго говорить о личности моего племянника. Важно другое: вельможи бояться его, и этот страх длится так долго, что в скором времени может привести к гневу. Если вдруг на их земли начнут нападать – разорять деревни, грабить караваны, нападать на форты, князь не станет им помогать.
Чтобы исправить ситуацию, вельможи начнут тайно советоваться друг с другом. Им нужен будет лидер, связующее звено, которому они смогут доверять, властный и справедливый лидер, который сможет занять место Гелона в случае его смерти.
- Затем Вам и нужны Хорьки, - качал головой юный командир.
- Слава у них дурная, и действуют они только в своих интересах. А учитывая других разбойников и бездействие Гелона, никто и не подумает, что атаки спланированы.
- А Вы уверены, что они будут действовать по Вашему плану? – Опасался наследник Наргилоса. – Учитывая их отношение к богачам и жизненную позицию, стоит ожидать от них показательного неповиновения и, возможно, даже нападения на Вас. За то, что Вы пытались привлечь их к сотрудничеству.
- На данный момент, им это невыгодно, - пожал плечами Генур, уверенно приводя аргументы. – Хорьков сейчас не больше полусотни – если они убьют меня, им точно не жить. До этого они не совершали таких преступлений, за которые их бы разыскивали все воины и стражники княжества.
Кроме того, если они хотят добиться своих целей, им нужны ресурсы. Также, учитывая обстановку, им нужен гарант, который не передаст их в руки Гелона или, если Поварин победит, новых правителей. Для них самое главное – борьба. Пусть она и бессмысленная, но эти фанатики действительно верят, что им удастся что-то изменить.
Этим мы и воспользуемся. По крайней мере, этим мы будем пользоваться до тех пор, пока бароны и землевладельцы не будут готовы создать альянс против Гелона.
- А что на счёт дивизий, которые послал Гелон на поиски разбойников и Хорьков? Мы не сможем им противостоять. И, если верить Вашим словам, разбойников в княжестве не так много, чтобы им удалось нанести войскам серьёзный ущерб или надолго их задержать, - Рандар допил первый бокал, став смелее в разговоре с более мудрым и уважаемым человеком.
- Да, это проблема, - протянул Генур. – Всё зависит от того, насколько будут эффективны действия Ваших союзников. По заверениям Равира, хватит двух месяцев, чтобы разгромить бригаду Гедона.
Если так, Хорьки успеют нанести несколько ударов по Умрата до того, как на них выйдут войска Гелона. А после, если Гелону не всё равно хотя бы на свою жизнь, он направит резервы на запад, чтобы остановить Поварин. А далее – свободное перемещение и более смелые диверсии. Главное, выжить в первые два месяца, до наступления знойных месяцев.
- Звучит весьма хорошо и смело, - цокнул юный командир, пригубив вино. – Но без детального плана всё это не имеет смысла. У Вас есть стратегия?
- Разумеется, - с некой досадой высказал барон Генур, поставив бокал на стол и открыв ящик стола, - кем бы я был, если просто сидел и ждал, когда за меня сделают всю работу?
Вельможа положил перед наследником карту, удивительно похожую на те, что рисовал Равир: стрелки, крестики, подписи и другие непонятные обозначения.
- Именно за этим я Вас и ждал, - Генур медленно поднялся со стула и навис над картой. – Я расскажу Вам свой план, а Вы выскажите своё мнение!
Быстро оглянув исписанную карту, Рандар довольно закивал. На первый взгляд, всё казалось логичным, стройным и реализуемым. Оставалось лишь выслушать, чего конкретно желал добиться барон каждым своим действием.
Как бы оптимистично Равир и Генур не смотрели на свои стратегии, стоило учитывать тысячи мелочей, которые могли перевернуть всё с ног на голову. Дальнейшая судьба Умрата и всего королевства, как считал Рандар, зависела от его действий и навыков, так что юному командиру следовало продумывать свои планы поверх тех, кто продумывали правитель Духарта и будущий правитель Умрата. Они могли позволить себе закрыть глаза на многие детали, находясь в тылу. А вот он, настоящий лидер, от которого зависели жизни подчинённых и будущих союзников, был обязан рассматривать каждую мелочь и принимать взвешенные решения. Как считал наследник Наргилоса, такова теперь его судьба – пока другие позволяли себе отдыхать и расслабляться, ему следовало продумывать запасной план для любого запасного плана.

Глава 8
Указание пути

Лагерь защитников земель Поварина встал в нескольких днях пути от границ с Умратом. Штурмовой отряд, пехота, конница, лучники – воинов из Духарта и Поварина перемешали так, чтобы обеспечить оба княжества достаточным количеством дивизий и солдат. Вроде как, план был понятен, однако постоянные споры и недобрые переглядывания воинов не внушали особых надежд на спокойное и слаженное взаимодействие внутри войска.
Деник, капитан пехоты, перешёл под командование ветерана Талива, командира, которого оставили в Поварине. Судя по информации лазутчиков, вражеское войско разделили на два отдельных боевых полка по шесть сотен воинов в каждом.
Разорители, под управлением которых уже находилось несколько поселений, которые уничтожили не меньше пяти деревень, которые отказались подчиниться, намеревались двинутся вглубь восточных уделов с двух фронтов, зажимая защитников Поварина в тиски. 
Две тысячи воинов союза Духарта и Поварина против тысячи двухсот захватчиков из Умрата – перевес был на стороне коалиции западных княжеств, однако победить войска Гедона было не главной задачей. Нужно было разбить боевую бригаду с наименьшими потерями, так как в дальнейшем им ещё было суждено схлестнуться с основным войском Умрата и захватить столицу.
Закованные в тяжёлые доспехи, имевшие за плечами боевой опыт, звери, которые убивали только ради убийств – следовало разработать такую тактику, которая позволит сохранить большую часть войска. Благодаря Равиру, у командиров был набросок стратегии, однако она нуждалась в доработках.
По окончание очередного совета, Деник вернулся в отведённую ему часть лагеря, где капитану передали письмо из Духарта. Наконец, Умира ответила, значит – с ней всё в порядке. Сидя в палатке, слегка улыбаясь, юный капитан читал депешу, где Умира рассказывала о повседневных задачах в замке Равира, о спорах с другими служанками, о первых попытках Галии встать на ноги и заговорить.
- Деник, - неожиданно прозвучал нежный, любимый голос, раздавшийся в раскрытых полах палатки, - прости, я тебя не отвлекаю.
Капитан поднял голову и увидел слегка напряжённое лицо возлюбленной. Отложив письмо, Деник встал с табуретки и подошёл ближе, приглашаю Белию войти внутрь.
- Что случилось? – Спросил обеспокоенный юноша, надеясь, что никто из хамоватых воинов не обидел её.
- Да, на самом деле, много чего: постоянные споры, делёжка еды, тревога из-за бездействия, пока враг захватывает наши земли – голова уже трещит от всего этого.
- А ты думала, - усмехнулся капитан, - такая уж наша доля. Ничего, ещё пару месяцев, и тебя повысят в звании.
- Нет уж, спасибо, - отрицательно помотала головой охотница. – И без этого дел куча. Но я к тебе не за этим: скажи, что там командиры напридумывали? Мы собираемся что-то делать? А то ещё пару дней тишины, и воины начнут бунтовать. Надо бы им хоть что-то рассказать.
Деник тяжело выдохнул, потирая виски и усаживаясь обратно на табурет. Некоторое время сохраняя тишину, капитан прервал молчание, произнося каждое слово с меланхоличной усталостью от осознания тяжести ответственности:
- Мы разделим войско, чтобы ударить по захватчикам из Умрата одномоментно, сразу по двум полкам. Разделим войска поровну, атакуем врага с тыла, чтобы они не смогли сбежать в Умрат и получить поддержку.
Если будут отступать, то вглубь Поварина, где их встретят резервные войска стражников, которых расположили в фортах. Четыре сотни стражников должны задержать врага, пока мы их не догоним. Хотя, они плохо обучены, так что это может быть провальным планом.
Есть ещё один важный нюанс: в этот раз не получится просто пойти в лобовую атаку – обстоятельства другие, да и нужно сохранить как можно больше воинов. Кроме того, у врага осадные орудия – катапульты, скорпионы и баллисты, так что в открытом столкновении на поле мы проиграем. Расположим войска на высотах, где по нам сложнее будет попасть. Ждём сведений от лазутчиков, чтобы понять, как расположить дивизии на местности.
- Ясно, - вздохнула Белия, расставив руки в боки. – Значит, пока особо ничего не понятно.
- Пока ничего, - подтвердил Деник. – По плану, выдвигаемся в путь через пару дней. Но это пока предположительно. Может, всё ещё десять раз измениться.
Молодые воины замолкли. Деник, скрестив руки на груди, смотрел себе под ноги, а Белия, потирая лоб, неожиданно усмехнулась.
- Надо же, - начала она, - разбойники стали воинами. Кто бы ещё год назад мог подумать, что такое может произойти?
- Жизнь порой так безумна, что случится может всякое, - с нотками прежней меланхолии произнёс капитан.
- Только не надо вот так философствовать. А то аж мурашки по спине бегут, - с улыбкой произнесла Белия, желая отогнать от Деника тяжёлые мысли.
Юный капитан печально улыбнулся, переведя взгляд на возлюбленную.
- Ладно, встретимся вечером. Пока пойлу – попытаюсь всех успокоить.
- Удачи, - нежно смотря на девушку, произнёс капитан, после чего избранница вышли из палатки.
Деник вновь тяжело вздохнул, впал в раздумья и заключил руки в замок за головой, смотря куда-то вверх. Теперь юному капитану стало ясно, отчего Рандар был вечно задумчивым и печальным – когда от твоих действий зависят жизни людей, над каждой мыслью, каждой идеей и поступком приходится долго раздумывать.
Интересно, как он сейчас там? Добрался целым? Из-за всех этих сборов и войны им не удалось нормально поговорить – каждый делал вид, будто бы они занятые люди, которые переросли плаксивые прощания и долгие пожелания победы. Глупость! Несмотря на боевой опыт и навыки, они не были застрахованы от смерти. Вдруг те сухие разговоры о предстоящей войне станут последним, о чём говорили друзья?
Нет – сейчас не время думать об этом. Рандар – умный и хитрый, сильный и удачливый, с ним ничего не случится. Стоило переживать за свою жизнь. За жизни подчинённых. За жизнь Белии, разумеется, и остальных товарищей.