Психология и философия своенравности. т. 1. гл. 5

Адекватное восприятие новой информации, как это имело место быть в случае общения библейской Марии с Иисусом, - это далеко не простая вещь, как многие полагают. Во-первых, должна быть принципиальная открытость разума человека к какой-либо информации вообще. К принципиально новой, в особенности. Чтобы хотя бы что-то понять из новой информации, нужен хотя бы небольшой элемент проницательности (лучше, конечно, средний по величине).

Причем, не только интеллектуальной и психологической, но и духовной (в отдельных случаях еще и эстетической). И оптимальным является сочетание еще и с интуицией, тоже всех четырех видов. Что, в принципе, встречается крайне редко. Это приводит к тому, что большинство людей, сталкиваясь с новой информацией, не может даже примерно определить ни то, насколько она умна, ни то, насколько она мудра. Уж о гармоничности речь вообще трудно вести.

В результате та информация, что действительно ценна для интеллектуального или духовного развития конкретного человека, остается им незамеченной. Или замеченной, но принципиально не понятной, а потому отторгнутой. Если же человек имеет вполне конкретный уровень деструктивности или дисгармоничности, то он, как правило, постарается для маскировки своей интеллектуальной несостоятельности максимально обесценить эту информацию.

Если же он еще и лично знает автора этой информации, то и в наибольшей степени скомпрометировать его личность в глазах окружающих. Дабы избавить себя от потенциального дополнительного интеллектуального напряжения. Находятся десятки дополнительных аргументов, в соответствии с которыми принятие этой новой информации, как минимум, бессмысленно. А, как максимум, вредно.

Все, что выходит за рамки привычных понятий и представлений, стандартов и стереотипов, принципов и убеждений, правил и законов, воспринимается, как правило, людьми со стереотипным мышлением с большой напряженностью и подозрительностью, недоверчивостью и отстраненностью. Попытки одним махом вникнуть в суть новой информации оказываются безрезультатными. А поэтому прекращаются вообще, как ненужные и бесполезные, бессмысленные и напрасные.

Марфа, улавливая отрывки разговора Марии с Иисусом, понимала то, что лично для нее в этом нет ничего особенно ценного и полезного. Что, безусловно, на самом деле, было не так. Но ее приземленный и прозаичный, обычный и упрощенный ум не мог ухватить ни мощную интеллектуальную составляющую их беседы, ни элемент высокой духовности. Ибо, для нее духовность, как и высокий интеллект, были чисто теоретическими и предельно абстрактными понятиями. По поводу чего она не считала нужным заморачиваться даже на одну секунду. Не говоря уже о чем-то принципиально большем.

Духовность, как таковая, по большому счету, была принципиально чужда Марфе. Ибо, она не видела в ней реального конкретного практического приложения. Варить суп или кашу она не могла ей помочь, условно говоря. А все, что с точки зрения банального рационализма, не давало ощутимый практический результат (желательно еще и быстрый, и большой), выглядело в глазах стандартного психотипа Марфы бесполезным и бессмысленным.

Кроме принципиальной открытости ума, для адекватного восприятия информации необходим еще и достаточно большой практический опыт творческого осмысления новых данных. Который, к сожалению, у большинства отсутствует. Да и уровень сложности информации играет большую роль. Первоклассник не в состоянии понять красоту алгебраической задачи так же, как и пятиклассник не может адекватно воспринять задачу тригонометрическую.

Но даже десятиклассник будет испытывать явный дискомфорт при восприятии задачи из высшей математики. Вот вам четыре уровня сложности информации. Причем, не просто несколько разной, а принципиально различной. Другой вопрос в том, что, если в плане математических задач школьнику можно что-то объяснить в плане его реальных возможностей, то в плане жизненных задач это сделать гораздо труднее, ибо все категорически убеждены в том, что именно они ничуть не глупее окружающих.

В связи с чем, все попытки аналитика объяснить относительность их возможностей в решении жизненных задач будут в принципе обречены на неудачу. Объяснить что-либо человеку, который имеет предубеждение в конкретном вопросе, невозможно даже чисто теоретически. Адекватная самокритичность встречается не чаще одного-пяти процентов от всей массы людей.

Конечно, нужна еще и большая любознательность, жажда нового, интересного, полезного, важного и ценного. Но, только достаточно умный человек (с интеллектом существенно выше среднего) может ощутить и понять относительность величины своих знаний. Иначе говоря, то, как много он еще не знает. Но, к сожалению, у большинства людей не принято сознательно и целенаправленно, интенсивно и продолжительно заниматься своим развитием, в том числе, умственным.

А если нет такого стремления, то и реакция человека на появление в его жизни новой информации будет естественно и закономерно негативной. Иначе говоря, сам шанс обретения каких-либо особенно важных и ценных знаний не представляется ценным для такого типа индивида, а поэтому просто-напросто пропускается им. Как тысячи второстепенных мелочей повседневной прозы жизни.

Человек, который не умеет управлять автомобилем, вряд ли сядет за руль в здравом уме. Ибо, даже саму идею сочтет глупой и нелепой. А если ему предложат поучиться, то он будет оценивать степень практической ценности вождения автомобиля для своей жизни. И если таковой не обнаружит, то и учиться не будет. Даже в самой минимальной степени.

Даже самые элементарные понятия философии бытия для большинства людей (более девяноста процентов) - это пустой звук. Поэтому, ни о каком духовном развитии, по большому счету, применительно к ним речь вести не стоит. Другой вопрос в том, что многие люди, имеющие задатки среднего уровня одухотворенности, глядя на окружающих, лишенных этих задатков, часто перенимают, вольно или невольно, эти стереотипы пассивности и инертности. В результате чего их задатки так и остаются на уровне задатков.

А обществу при этом наносится громадный ущерб и интеллектуального, и духовного характера. Восполнить который бывает часто очень трудно. Интенсивность эволюции общества существенно уменьшается. Это, как минимум. А, как максимум, превращается в глобальную и интенсивную деградацию. Что мы и может наблюдать последние четыреста лет во многих странах мира. По мнению десятков классиков философии и психологии.

Для своенравного человека характерно достаточно неспокойное решение проблем и неприятностей. Чисто по-человечески понятен факт возникновения отрицательных эмоций у человека, в жизни которого возникла проблема или неприятность. Естественно и закономерно желание такого человека как можно быстрее выйти из такой неприятной ситуации и, по возможности, с наименьшими потерями. Можно только одобрить при этом стремление человека в будущем не попадать в такого рода ситуации.

Желание, безусловно, хорошее. Вопрос только в том, что жизнь, как правило, всем людям периодически устраивает небольшие или большие экзамены на их зрелость и самостоятельность, состоятельность и самодостаточность, уровень реального (а не показного) жизненного опыта и зрелости. И от этого не дано уйти никому и никогда. Ибо, это решение Высших Сил. Да и, собственно, развитие человеческого ума и души идет, в первую очередь, через преодоление сложностей, различного рода проблем, которые мы нередко воспринимаем как неприятности.

А требуется, чаще всего, лишь спокойно подумать и принять правильное решение. В ряде случаев детально продумать целую программу многоэтапного решения того или иного вопроса. Да, думать нужно серьезно и основательно. Быть может, даже предварительно собрав серию мнений других людей, выслушав аргументы каждого из них.

И в этом нет ничего зазорного, ибо жизнь преподносит нам со временем все более сложные вопросы, а иногда и в совершенно незнакомых областях человеческого знания. Информационное насыщение всеми доступными способами - это реально решение такого рода проблемы. И изображать обостренное, и, тем более, болезненное самолюбие и честолюбие при этом не стоит. Один хорошо разбирается в одном вопросе, другой - в другом, третий - в третьем.

Кроме того, каждый из нас имеет право на ошибку. Собственно, накопление жизненного опыта идет, как правило, у всех путем проб и ошибок. И чем крупнее стоит перед человеком задача, тем больше ошибок он совершит. Это ясно и понятно заранее. И это не повод, сам по себе, для чрезмерных переживаний и появления неуверенности в себе и своих силах.

Когда человек длительно находится в той или иной ситуации, то многие ее обстоятельства становятся настолько для него привычными, что невольно возникает ощущение того, что прозрачность всех обстоятельств в максимальной степени понятна и доступна всем окружающим. И когда человек встречается с полным или частичным непониманием тех или иных людей нюансов своей ситуации, то ему нередко кажется, что непонимание это лишь их умышленный трюк. А, на самом деле, они всё знают и понимают. Человек делает вывод, что вокруг него сплошь авантюристы и интриганы, нечестные и непорядочные люди.

Попытки «критика» быстро и легко подключить кого-либо из окружающих к решению своих проблем чаще всего заканчиваются неудачей. Это уже вызывает не просто раздражение, а приступ откровенной злобности. «Критик» считает себя вправе использовать неуважительные и пренебрежительные слова и выражения, интонации и жесты. И на головы ни в чем не повинных людей обрушивается масса эмоций и информации отрицательного характера.

Что обычно создает конкретную конфликтную ситуацию. И если прежде тот или иной представитель ближнего или дальнего окружения был равнодушен к «критику» или испытывал к нему очень символическую симпатию, то после озвучивания откровений «критика» это отношение принципиально меняется. Оно становится категорически отрицательным.

Имиджу «критика» в результате нанесен очень большой ущерб, который, в большинстве случаев, восполнен уже не будет никогда. Но «критик» видит ситуацию лишь под своим собственным ракурсом. Ему совершенно невдомек, что может быть не просто несколько иной, а принципиально иной ракурс восприятия ситуации кем-либо из окружающих.

А те, кто пытается хотя бы частично облагоразумить «критика», могут из категории приятелей и друзей, попасть в категорию или явных недоброжелателей или злобных и коварных врагов. Те, кто не одобряет агрессивности и раздражительности «критика», перестают быть для него авторитетными и приятными людьми.

Не говоря уже о том, что, по большому счету, большинство окружающих совершенно не обязано кому-либо в чем-либо помогать, проявлять особое понимание большого числа нюансов ситуации, возникшей в жизни того или иного человека. Если их об этом вежливо и доброжелательно, спокойно и почтительно попросить, то какой-то шанс на их положительное решение может появиться. Но, при резком или небрежном обращении к ним, такой шанс будет абсолютно исключен даже чисто теоретически. И вопрос при этом в большинстве случаев, не в конкретной кандидатуре «критика», а в ситуации в принципе. Ибо, такова ее естественная и закономерная логика.

Умение же заинтересовать другого человека в такой степени, чтобы он сам захотел помочь «критику» - это большая наука и искусство. И, к сожалению, никто и нигде не учит нас ни этому искусству, ни искусству жизни вообще. Поэтому, наш путь по жизни иногда напоминает путь человека с завязанными глазами.

И потом, чаще всего, попав в несколько проблемных ситуаций, и, выйдя из них с достаточно большими потерями морального или материального характера, человек не делает должных выводов для себя. Он решает, что жизнь к нему несправедлива, а вокруг одни дураки и сволочи. А поэтому, чтобы он ни делал, вероятность успеха заведомо будет маловероятной. А большинство улыбается, изображая благополучие и счастье. И в раздраженный ум приходит лишь зависть и ревность к чужому успеху.

Незаметно для себя человек привыкает все свои проблемные и неприятные ситуации (не говоря уже о явно конфликтных) решать только с позиции силы и в явно конфликтном стиле. Когда ситуация касается второстепенных или третьестепенных вопросов, а партнер по общению или не имеет должной внутренней силы или принципиально избегает конфликтных ситуаций, то он может и уступить (хотя бы чисто внешне) «критику». Но, когда вопрос важный и другой человек имеет в себе элемент самодостаточности, то он дает открытый бой попыткам «критика» ущемить его интересы или элементарное чувство собственного достоинства.

К величайшему сожалению, весьма распространен стереотип о том, что «если я прав, то, в доказательство своей правоты, я могу использовать как угодно и какие угодно аргументы. А задача оппонента - признать мою правоту и свою неправоту». Я специально разделяю на две части потенциальную реакцию оппонента. Ибо, часто «критикам» важно не столько то, чтобы признали их правоту, сколько признались в собственной неправоте. А уж из этого логически будет вытекать признание правоты «критика».

В результате главной задачей становится не достижение истины или какого-либо взаимоприемлемого компромисса, а максимальное обесценивание аргументов оппонента, а при необходимости (так думает «критик») и самой личности оппонента. «Критик», что называется, переходит на личности. Для него нужна «одна победа, а за ценой не постоим…»

Чем чаще воюет «критик», тем меньше в его окружении остается людей, которые бы относились к нему с уважением и симпатией. В душе многих людей надолго (если не навсегда) остается мощный неприятный осадок. В связи с чем, с их стороны в принципе не предполагается какой-либо существенной лояльности по отношению к интересам «критика». Отношения реально становятся все хуже и хуже. А критик видит в этом только «происки своих врагов», совершенно не желая понимать того, что главная причина кроется в нем самом.

И пока он не изменит не просто частично, а принципиально свою линию поведения, то ожидать чего-то хорошего ему не придется.
Критик приходит к выводу, что право на ошибку может иметь только он, а другим таких особенных льгот предоставлять совершенно незачем. Максимализм и категоричность, прямолинейность и своенравность - вот основа, на которую опирается «критик» в своем поведении.

Вот так отсутствие элементарной доброжелательности к окружающим в проблемных и неприятных ситуациях способно породить изощренного психологического (а в некоторых случая не только) садиста. Который жестко и категорически убежден в том, что никто из окружающих принципиально не достоин чего-либо доброго и хорошего. А это означает для него лишь одно: широкий простор активности в качество махрового психологического паразита.

Нет пророка в своем отечестве – это яркое отражение психологии и философии своенравного человека. Обычно, пожизненное. Большинство людей, в своей повседневной жизни, много о чем разговаривает со своим непосредственным окружением дома и на работе. Темы обычные, житейские, простые, незамысловатые.

Мышление преимущественно стереотипное. Иначе говоря, из ста человек, минимум девяносто пять по конкретному вопросу говорят примерно одно и тоже. Если смотреть, что называется, по большому счету. И люди невольно привыкают к тому, что все примерно равны по уровню интеллекта и по уровню мудрости. Тем более, что те, кто, на самом деле, по этим параметрам существенно отличается от общей массы, как правило, сознательно и целенаправленно саморекламой не занимаются.

В связи с чем узнать об их существовании часто очень трудно. Читать же классиков философии и психологии в нашей стране не было принято ни в прошлом, ни в настоящем, ни в обозримом будущем (пару тысяч лет, как минимум). И если поначалу это поверхностное впечатление об обычности ума всех окружающих носит сиюминутный характер, то, со временем, это переходит в стойкое и категоричное убеждение.

 Своего рода логический принцип, можно даже сказать, что элемент мировоззрения. И вот, если жизнь вроде как случайно сталкивает того или иного конкретного человека с интеллектуалом высокого уровня (про мудреца уже речь вообще не идет), то этот интеллектуал воспринимается принципиально лишь как обычный человек. Ведь никому и в голову не приходит мысль о том, что такое необыкновенное счастье может свалиться на его голову. Хотя, собственно, а кто ему и когда сказал, что такая ситуация должна быть для него особенно приятной и радостной? Не говоря уже о том, чтобы вызывать состояние счастья?

Мы все сами с усами. Коротко и конкретно. Вот такой своеобразный ракурс восприятия других людей вообще. Мысль о том, что кто-то из моего окружения может быть принципиально умнее или, тем более, мудрее, отсекается в сознании такого «аналитика» в принципе.

Нужно учесть и тот момент, что истинный интеллектуал не склонен постоянно везде и всем доказывать свой истинный уровень интеллекта. Те, кто в принципе способен увидеть этот момент, его увидят. А тому, кто не способен к столь тонкой и точной оценке, и доказывать что-либо бессмысленно и бесполезно. Ибо, когда имеется изначально предвзятое и тенденциозное отношение к чему-либо, то, не то, что принципиально, но даже мало-мальски существенно скорректировать его не представляется возможным даже чисто теоретически. А поэтому, пару раз обжегшись, интеллектуал предпочитает не создавать в дальнейшем столь неприятный прецедент еще раз.

Ведь даже во времена Христа многие ожидали от него проявления очередного чуда, проявляя принципиальный скепсис к тем чудесам, что уже происходили до них. Образ Фомы неверующего - это, к сожалению, весьма распространенное явление.
Каждый нормальный и адекватный человек, когда видит принципиальную неадекватность восприятия его мыслей окружающими, просто-напросто перестает высказывать эти мысли в данное время и в данном месте.

Вот и получается четкое и конкретное подтверждение выражения «нет пророка в своем отечестве». Особенно, если у «аналитика» есть вполне реальная возможность периодически видеть и слышать интеллектуала, разговаривать с ним, сообщать ему свои собственные «уникальные» мысли. И, тем самым, находить у него хотя бы частичное одобрение и поддержку. Пусть даже из вежливости и такта.

Это категорически исключает реального интеллектуала из списка даже потенциальных интеллектуалов у «аналитика». Он будет всем и каждому с пеной у рта доказывать то, что именно этот человек не может быть истинным интеллектуалом, ибо он знает его, что называется, вдоль и поперек. А потому ошибиться в этом моменте не может даже в принципе, даже чисто теоретически. А то, что интеллектуал, быть может, не считает этого «аналитика» достойным для озвучивания своих наиболее ценных и важных мыслей, - это остается вне поля зрения «аналитика».

Хотя, собственно, а зачем нужно первокласснику подробно рассказывать о тригонометрии? Смысла абсолютно никакого. Но в такой ситуации есть формальный критерий, регламентирующий статус каждого из потенциальных собеседников: один лишь первоклассник, а другой ученик уже десятого класса. И официальный, и формальный статус второго не позволяет первому относиться пренебрежительно ко второму.

А в жизни все гораздо сложнее. В связи с чем мысль о том, что тот или иной конкретный человек постиг лишь уровень арифметики в науке жизни, отметается им, как принципиально неприемлемая и категорически оскорбительная лично для него. Комплект иллюзий по поводу собственного интеллекта играет со многими людьми откровенную злую шутку, оказывает им своего рода медвежью услугу.

Человек, привыкший мыслить лишь простыми категориями и понятиями, не может в принципе ни увидеть, ни понять того, что кто-то способен мыслить не только простыми категориями, но и принципиально более сложными - например, средней степени сложности. Разговор же о понятиях высокой степени сложности воспринимается аналогично теме жизни на Марсе.

Библейская Марфа занималась кухонными делами не от легкомысленности, а от принципиальной умственной ограниченности. Она была категорически убеждена в том, что людей, которые принципиально умнее и мудрее нее, не существует в принципе. В силу чего и конкретный Иисус в ее восприятии не мог занять другого места, чем обычный и простой человек. Она была в принципе не в состоянии ни услышать, ни, тем более, почувствовать мудрость Иисуса, как таковую. А об особой мудрости, в данном случае, и, к сожалению, не только в данном, речь вообще вести не стоит.

Марфе, по большому счету, истинная мудрость и не нужна. Это похоже на ситуацию, когда человек, энциклопедией, в силу большой ее тяжести, забивает гвозди. Ибо, не видит более оптимального ее применения. Еще более красноречивая ситуация имеется в басне Крылова «Петух и жемчужное зерно», в которой петух сильно возмущался тем, что нашел именно жемчужное, а не пшеничное зерно. Последнее он бы с удовольствием склевал, а что делать с жемчужным он не знает. И ему, конечно, не приходит в голову то, что на одно жемчужное зерно можно купить целый мешок пшеничных. Вот так мудрость для Марфы - «не пришей кобыле хвост» или подходит «как корове седло». Проза жизни, что называется.

Но диалектика жизни, применительно к данной ситуации, заключается в том, что истинных интеллектуалов и мудрецов жизнь посылает человечеству крайне редко. А во многих случаях, вообще лишь однажды. И то, что человек сознательно пренебрег шансом общения с таким особенным человеком, в определенном смысле, посланцем Высших сил, приводит их к жесткому и однозначному выводу о том, что, такого рода события, для данного человека (или группы людей, народа, государства), в принципе бессмысленны и нецелесообразны. Итог получается откровенно грустный.

Неуважение к старшим – это почти принцип в мировоззрении своенравного человека. Автор далек от мысли, что любой представитель более старшего поколения, на основании того, что он является более старшим, уже автоматически должен вызывать максимальный восторг и восхищение. Это было бы, кроме всего прочего, просто нелогично. У каждого человека свой набор достоинств и недостатков, у одного есть способности к одному делу и нет их к другому; у второго человека наоборот. У каждого свой характер, интеллект, уровень одухотворенности и гармоничности. И было бы нелепо ставить знак равенства между всеми людьми в любой возрастной категории.

Но, каждый человек в своей жизни прошел через ряд проблем и неприятностей, лишений и невзгод, имеет свои победы и достижения, неудачи и поражения. Каждый старался чего-то достичь, в меру своих сил и способностей, но не каждому было дано достичь чего-то существенного. На пути к успеху человек встречается с самыми разнообразными моментами и явлениями. И далеко не у всех хватает сил ума и души, духа и тела для их успешного и достойного прохождения и преодоления.

Собственно, доброжелательное отношение должно быть абсолютно ко всем, не взирая на возраст и пол, социально положение и прочие параметры. Проблема заключается, в первую очередь, не в том, что от чьего-то неуважения страдает адресат такого отношения, а в том, что от этого во много раз больше и серьезнее страдает тот, кто, без особой необходимости к тому, проявляет неуважение. Здесь уже вопрос не столько психологический или моральный, сколько духовный. Относясь к кому-либо (особенно представителю старшего поколения) неуважительно, человек, как бы, провозглашает то, что ему наплевать на все сложности жизни, через которые конкретный человек (или группа людей) прошел.

А сложности жизни были почему? Потому что, так было угодно Высшим Силам (пути Господни неисповедимы). Иначе говоря, человек выражает пренебрежение к воле Высших Сил. А это уже не мелкий чисто житейский проступок, о котором завтра все могут забыть. Это уже конкретное и тяжелое духовное преступление, за которое абсолютно все и в обязательном порядке будут наказаны. И наказаны так, чтобы мало не показалось. Не обязательно завтра, но тем не менее.

Не зря же в Библии говорится о том, что «если вы сделали зло самому младшему брату моему, то лучше вам одеть на шею мельничный жернов и с ним броситься в воду». Господь нас предупреждает о нежелательности сотворения зла нашим ближним. И не обязательно зла сознательного. Произвольное зло не перестает быть злом от своей произвольности. Неуважение к старшим (особенно родителям) создает основу для вполне определенной психологической и духовной деградации человека. Процесса, который, чаще всего, необратим. Это прямой путь к обретению гордыни - одного из самых страшных и, в то же время, изощренных человеческих грехов. Добровольно впущенный злой дух гордыни, чаще всего, неустраним пожизненно.

Неуважение к чужим достижениям и заслугам – это привычное дело для своенравного человека. Это его принципиальная установка, которую никто и ничто изменить не может. Как правило, пожизненно. Человек неглупый, имеющий достижения хотя бы среднего уровня, имеет представление о том, что каждое достижение требует вполне определенных умственных и душевных усилий. И поэтому, узнавая о том, что тот или иной человек имеет какие-то мало-мальски существенные достижения, проникается некоторым уважением к этому человеку.

И, чем больше размер собственных достижений, тем легче их обладателю понять и оценить усилия другого человека. Так, кандидат наук более ясно себе представляет объем усилий для достижения звания «доктор наук», чем большинство людей, не имеющих отношения к науке. Мастер спорта с глубоким и искренним почтением относится к чемпиону мира и даже мастеру спорта международного класса.

А для человека, который старался никогда не ставить перед собой крупные цели и задачи, очень трудно представить себе даже примерный объем усилий, необходимый для их достижения. А проникаться особым уважением к тому, что представляется, в лучшем случае, туманным и абстрактным «аналитик» не собирается.

В результате получается очень интересный и практически полезный вывод: если тот или иной конкретный человек не способен проникнуться к вашим собственным достижениям и заслугам, то получается, что этот человек не способен вообще ценить чьи-либо достижения и заслуги, ибо является пустым и никчемным человеком.

Другой вопрос, что даже человек, имеющий некоторые формальные достижения, совершенно не обязательно при этом является гармоничной личностью, заслуживающей искреннего и бескорыстного уважения, как таковая. Драма современной интеллигенции как раз в том и состоит, что наличие диплома о высшем образовании, как в настоящем, так и двадцать лет назад, совершенно не гарантирует даже минимальную степень гармонии его обладателю.

Человек достигает определенных вершин лишь в том случае, если это угодно Высшим Силам. Иначе говоря, если на то была их воля. И пренебрежение к реальным достижениям конкретного человека с духовной точки зрения означает, в первую очередь, пренебрежение к воле Высших Сил. А это уже не просто легкий сиюминутный каприз, это преступление, за которое абсолютно все обязательно несут наказание. И, как правило, весьма чувствительное для того, кто его совершил.

Собственно, сознательное пренебрежение к чужим достижениям и заслугам имеет, как ни странно и не удивительно, для житейского понимания, оборотную сторону. И она заключается в том, что человек начинает психологически и нравственно деградировать. Его задатки своенравности и эгоизма, высокомерия и чванливости, формализма и равнодушия, банального рационализма и равнодушия, категоричности и прямолинейности, максимализма и нетерпимости, язвительности и саркастичности, злобности и раздражительности, ревности и зависти, доминанты материального обогащения в виде алчности, получают в своем развитии мощный толчок. Создавая большой и крепкий фундамент для будущих многочисленных драм и трагедий, проблем и неприятностей, неудач и поражений, утрат и разочарований, унижений и оскорблений.

Неуважение к чужим способностям и талантам – это еще один штрих к портрету своенравного человека. Советская идея о том, что «каждый по-своему талантлив» не прошла проверку ни временем, ни научным исследованием. Оказалось, что только один человек из пяти тысяч является обладателем таланта. А все остальные, как были его лишены на момент рождения, так и покинут мир сей без него. И тут уж ничего не попишешь. А питание иллюзии по поводу собственного таланта, в подавляющем большинстве случаев, является мощным основанием для многомиллионных драм и трагедий.

То, что у того или иного человека нет особого таланта (из числа так называемых престижных в современном мире) не является показателем того, что он хуже других людей. Вот тут-то, как раз, и получается, что совсем не хуже. Хотя, быть хорошим человеком - это тоже непростой талант, реализовать который и сохранить в наше время, удается мало кому. Но даже способности среднего уровня у всех людей разные, как по сути, так и по форме.

Большую роль в создании серьезной проблемы по поводу талантливости играет духовное невежество большинства людей. Ибо, наделение не только определенным талантом, но даже способностью конкретного вида и величины - это решение Высших Сил. Что дать, кому и когда. Человек может, в лучшем случае, в максимальной степени развить те задатки способностей, что в него были вложены. Хотя, чаще всего, одаренные люди, в силу сложившихся неблагоприятных обстоятельств или собственной лени ума и души, «зарывают своей талант в землю». Иначе говоря, он так и остается на зачаточном уровне.

К сожалению, такого рода ситуации автору приходилось наблюдать не одну тысячу раз за последние тридцать лет. То, что тому или иному человеку Высшие Силы не дали талант - это тоже не повод для переживания. «Пути Господни неисповедимы». Поэтому, человеку никогда не понять логику Высших Сил, применительно не только к отдельному человеку, но и даже целому народу, стране и даже человечеству в целом.

Так что, когда вы видите в ком-либо талант, то к этому моменту желательно относиться с достаточно конкретным уважением и доброжелательностью. В противном случае скептическое отношение к факту распределения талантов будет выглядеть явным вызовом воле Высших Сил. А это грозит большими и серьезными проблемами и неприятностями. Чем с большей симпатией и уважением вы относитесь к талантливому человеку, тем отчетливее проявится ваша духовная кротость по отношению к Высшим Силам. Что, в определенной степени, может повысить их лояльность по отношению к вам лично.

В связи с чем, вероятность реализации ваших планов и жизненных целей будет существенно выше, чем при отсутствии лояльности Высших Сил. Да, нам дана свобода выбора, но, что последует за тем или иным нашим решением или действием - это уже вне пределов человеческой компетенции. Мы не можем всегда знать ситуации, когда «благими намерениями дорога в ад вымощена». Поэтому, загадывать даже в добрых делах - это не самое лучшее занятие.

Неумение быть приятным собеседником для своенравного человека нередко вызвано просто его принципиальным нежеланием быть таковым. Хотя, все зависит от конкретного человека. Мягко говоря.

Умение быть приятным собеседником - это целая наука. Не самая сложная, но, тем не менее, имеющая свои достаточно четкие и однозначные, жесткие и конкретные законы и правила. Постигнуть которые способен любой человек, даже с самым средним интеллектом. Большинству из нас, к сожалению, никогда не говорили о том, что научиться быть успешным и благополучным можно лишь наблюдая за наиболее благополучными представителями нашего окружения.

Беседа - это двухсторонний процесс обмена информацией. Мудрецы говорят, что «самый приятный собеседник - это тот, кто внимательно слушает другого человека». Мы же, обладая зачастую психологическим невежеством, не знаем этого или забываем об этом. И в результате, главной нашей целью в беседе с тем или иным человеком, является лишь сообщение ему нашей информации, которая представляется нам особенно важной или интересной. А поэтому, нередко мы слушаем своего собеседника либо «вполуха» или всячески проявляя нетерпение от проживания вынужденной (и, как нам кажется, не совсем приятной) паузы.

Что и объясняет (но не оправдывает) нашу невнимательность и некоторое равнодушие к информации нашего собеседника. Наиболее нетерпеливые нередко стремятся перебить собеседника и начать рассказывать что-то свое. Большинство слов и реплик, которые при этом произносятся слушающим, в большей степени относятся не к словам собеседника, а к своим собственным мыслям.

Такая манера вести беседу, как правило, не очень стимулирует собеседника выходить с вами на беседу следующий раз. То, что своим равнодушием и нетерпением слушающий партнер по общению возможно обидел говорящего, в памяти первого обычно не откладывается. И когда возникает прохлада в отношениях с обидевшимся, то обидчик, в лучшем случае, испытывает недоумение. Ведь он не собирался никого обижать.

- Этот человек какой-то странный, - вот вывод, который возникает чаще всего в головах такого рода обидчиков. Низкий уровень самоконтроля и самокритичности играет с человеком злую шутку (к сожалению, не только в этом случае, а еще и во многих других ситуациях, нанося основательный вред их имиджу).

Беседа совершенно не обязательно должна быть дискуссией, хотя, ее и не исключает. Не стоит ставить лишь свое мнение во главу угла. Более того, роль оппонента во второстепенных и третьестепенных вопросах, может создать о человеке крайне неблагоприятное впечатление. Что человек готов использовать даже самый пустяковый повод для максимально напряженной дискуссии. Хотя, справедливости ради, надо сказать о том, что есть и такие люди. И их не так мало, как нам хотелось бы.

Следует понимать, что это один из патологических симптомов тяжелой и почти неизлечимой болезни человеческого духа, ума и души - психологического паразитизма. Для больного этой болезнью правила человеческого этикета, правила и законы Жизни - это лишь пустой звук. И поэтому, взывать к ним или рассчитывать на них - напрасная затея.

Если же возникает дискуссия, то человек с относительным уровнем гармонии личности, как правило, относится к аргументам своего оппонента с подчеркнутой небрежностью. И более того, высказывает принципиальную претензию на обладание истиной в последней инстанции. Общение идет по системе двойных стандартов, когда человек к самому себе и своим мыслям относится с максимальной лояльностью, а к другому человеку с высоким уровнем максимализма и категоричности. Не оставляя права на ошибку или заблуждение за своим собеседником, но обязательно подразумевая это для себя.

Небрежные жесты или интонации в голосе «оракула» нередко портят его имидж даже в глазах пассивных слушателей. Иначе говоря, складывается отрицательное общественное мнение. Конечно, если среди слушателей дискуссии имеется ряд людей с явными садистскими наклонностями, то они будут «подливать масла в огонь» дискуссии, стремясь повысить не логичность ведения дискуссии, а часто превращая, таким образом, нормальную дискуссию в откровенно конфликтную ситуацию. Ибо, «оракул» постепенно переходит с самой темы дискуссии на личность своего оппонента, стремясь в максимальной степени дискредитировать или обесценить ее в глазах окружающих. Видя поддержку от себе подобных, «оракул» получает от такой дискуссии свою порцию адреналина, незаметно для себя постепенно превращаясь, как минимум, в энергетического паразита.

Конфликтный стиль ведения дискуссии становится для «оракула» привычным и радостно-приятным. Поиск истины, как таковой, перестает его интересовать в принципе. Теперь каждая дискуссия - это своего рода миниспектакль, в котором оракул чувствует себя своего рода режиссером. И это так удивительно утешает и тешит его обостренное и болезненное самолюбие. Самовлюбленность и самоуверенность «оракула» получают раз за разом все новые и новые толчки в своем стремительном и отчасти злокачественном развитии.

К сожалению, на пути такого «оракула» редко встречаются люди действительно мудрые и одновременно волевые, чтобы дать генеральное сражение этому, по большому счету, ничтожеству и рассеять его имидж "Наполеона" дискуссии, ярко и отчетливо обнажив его сущность дисгармоничного психологического паразита.

После поражения «оракула» от истинного интеллектуала, первый старается в последующем как можно реже встречаться со вторым. По крайней мере, в открытую. Однако, это вовсе не исключает проведения злокачественным «Оракулом» различного рода интриг и авантюр, прямо или косвенно компрометирующих личность прежнего оппонента, его жизни или результаты труда. Поэтому, зная дисгармоничность и подлость натуры «оракула», умные люди стараются, по возможности, не связываться с ним. Ибо, никакие, даже самые совершенные и замечательные аргументы не смогут изменить суть «оракула», а дискуссия с ним, по большому счету, бессмысленна и бесцельна, пустая трата времени и сил.

Неумение жить - это стереотип бытия своенравного человека. К сожалению, не менее девяноста процентов людей не умеет жить. И так было две тысячи лет назад, и тысячу лет назад. По мнению философов тех времен, да и современных классиков психологии и философии. И в этом проявляется принципиальное отличие духовной логики от житейской. Ибо, в соответствии с житейской логикой, почти все люди умеют правильно жить. Что называется не хуже других. В данном случае, под понятием «другие» подразумевается большинство из своего непосредственного окружения. При этом, как бы, подразумевается то, что большинство делает только то, что правильно.

Мысль о том, что большинство-то как раз ошибается, нередко даже в анализе явлений жизни средней степени сложности (не говоря уже о действительно сложных или сверхсложных) не приходит в голову подавляющему большинству представителей стандартного менталитета. А если вдруг и возникает мимолетно, в виде интуитивного озарения, то жестко и категорично отвергается, как принципиально нелогичная и неправильная.

И только некоторым представителям творческого менталитета дан шанс сделать хотя бы один шаг дополнительно к банальному стандартному пути с высокой степенью упрощения (это в лучшем случае) основных понятий и представлений, принципов и убеждений, правил и законов из иерархии классических духовных ценностей (кстати, вечных и универсальных) или с разнообразными и многочисленными извращениями, в худшем случае.

Этот упрощенный путь познании реальности свойственен большинству представителей стандартного менталитета. И в рамках одного человеческого воплощения никому не дано вырваться за рамки этого достаточно грустного менталитета. Ибо, его возможности не просто несколько меньше, чем у творческого менталитета, а принципиально меньше - в десятки или сотни раз. Отличие в этой ситуации настолько значительно, что главные и основные процессы у представителей этих двух менталитетов идут совершенно в разных системах координат, так сказать, в иных плоскостях, имеющих мало общего между собой.

Уровень умения жить, принятый у большинства, принимается за стандарт, становится своего рода стереотипом. А то, что этот стандарт изначально предполагает и вполне конкретно моделирует принципиально неправильное решение многих особенно важных вопросов средней степени сложности и большинство высокой степени сложности - это попадает в поле зрения лишь профессиональных психологов и психотерапевтов.

Изучающих не только своих непосредственных клиентов и пациентов, но и их многочисленных родственников. Всё-таки, пятьдесят тысяч человек - это достаточно большое количество, чтобы, на основе анализа их личности и жизни, делать вполне верные и достоверные выводы. И тридцать лет наблюдений и исследований, дающих в девяносто пяти-девяносто девяти процентах случаев достаточно однозначную информацию - это не три дня и даже не три года.

Объяснить большинству представителей стандартного менталитета то, что, мягко говоря, многие их стереотипы хотя бы чуточку не соответствуют истинной духовной логике (не говоря уже о значительном или принципиальном несоответствии) часто представляется совершенно невозможным даже чисто теоретически, не говоря уже о практической стороне дела. Негативный консерватизм - это не просто проблема отдельного человека.

Это проблема почти всего нашего общества. И не только проблема, но очень часто явная драма и трагедия. Где платой за духовное невежество идет злокачественная шизофрения или онкология. Инвалидность или смерть. И ладно бы этот консерватизм касался только интересов его обладателя. Но драматизм высокого уровня этой ситуации заключается в том, что деструктивное влияние этого консерватизма касается здоровья и судьбы многих других людей, в том числе, родных и близких этого обладателя. В некоторых случаях, значительно более широкого круга людей.

Собственно, большинство людей совершенно не склонно делиться с кем-либо, тем более, широким кругом людей, о своих больших неудачах и поражениях, о реальных результатах своего решения сложных проблемных ситуаций. И это наводит большинство окружающих на мысль о том, что именно этот человек живет достаточно благополучно. И, по большому счету, умеет жить. И лишь, когда психотерапевт, в ходе работы с клиентом, анализирует десять-двадцать сложных ситуаций, особенно закончившихся далеко не самым оптимальным образом, выявляется истинная статистика удач и неудач в жизни этого человека.

Иначе говоря, то, насколько правильно он живет. И умеет ли он жить вообще. И когда результаты анализа жизни клиента сообщаются ему самому, то в качестве главного аргумента, своего рода оправдания, человек выбирает мысль о том, что «так делают все». Вроде как, все ошибаться не могут. А поэтому негативный результат его решений связан не с их неправильной сутью, а с неблагоприятным стечением обстоятельств, не зависящих от воли этого человека. Мысль о том, что состояние ума, характер, мировоззрение человека, в их нынешнем состоянии, не могут в принципе породить что-либо существенное и конструктивное, категорически отвергается слушателем психотерапевта. Исходя из логики: «этого не может быть, потому что быть не может». Логика железная.

В результате человек продолжает наступать на те же грабли десятки и сотни раз. Каждый раз при этом обвиняя жизнь и окружающих в несправедливом к нему отношении. Невежество очень цепко держит свою жертву всеми своими колючими коготками. И чем глупее и невежественнее человек, тем с большим фанатизмом и энтузиазмом он охраняет свое невежество. Устраивая грандиозные скандалы тем, кто из искренних и бескорыстных побуждений старается хотя бы в некоторой степени избавить человека от столь «драгоценного» груза деструктивных и дисгармоничных мнений и представлений, принципов и убеждений, правил и законов.

Получается своего рода замкнутый круг: человек мало знает, потому что не стремится узнать много; а не стремится узнать много, потому что глобальная и фундаментальная лень ума и души не позволяют ему двигаться вперед в познании нового, в познании психологии и философии человеческого бытия.

К сожалению, даже шизофрения и онкология родных и близких (да и самого человека), возникшие в результате принципиального духовного невежества (да и психологического тоже) абсолютно (!) ничему не учат таких «умников». Потому как, они и не хотят чему-либо учиться вообще. Что называется, в принципе. Вот и возникает ситуация, что «воз и ныне там» или «а вы друзья, как ни садитесь, все в музыканты не годитесь».

Конечно, от ошибок не застрахован никто. Есть даже выражение, что «не ошибается только тот, кто ничего не делает». Но одно дело, когда из десяти дел человек ошибся лишь в одном. И совсем другое дело, когда в восьми-девяти. И эта грустная статистика сопровождает человека практически всю его жизнь. Как показывают наблюдения многих людей в возрасте шестидесяти-восьмидесяти лет.

Собственно, а как может быть иначе, если человек никогда не задавался целью узнать не просто чуть-чуть больше, чем его окружение, о жизни, а принципиально больше. Узнать психологические и философские законы жизни. Автор может по этому поводу сказать следующее: прочтение и осмысление более пятисот классических романов с серьезной духовной подоплекой, более двухсот фундаментальных трудов классиков психологии, столько же классиков философии, более ста трудов мудрецов создало вполне определенный информационный фундамент в его голове.

Но, по большому счету, с точки зрения абсолютной истины, все эти знания - это лишь постижение арифметики. За которой следует математика, алгебра, тригонометрия, высшая математика. А что можно видеть в реальной жизни? Прочитал человек десяток-другой толковых романов, пять книг по психологии и пять по философии и уже считает себя истинным мудрецом, постигшим истину в последней инстанции. Что, на самом деле, мягко говоря, выглядит смешно.

Все классики психологии и философии писали о том, что они изучали узкий круг вопросов в отдельной теме, на отдельном уровне погружения в эту тему. Все нобелевские лауреаты говорили о том, что они узнали во много раз больше, чем большинство людей. Но это всего лишь ничтожная песчинка знаний в бескрайних просторах Вселенной. Вспоминается анекдотичная ситуация, которая возникла на встрече выпускников средней школы с профессорами научно-исследовательского института. Одна из выпускниц спросила профессора о том, чем он занимается. Он ответил ей, что изучает физику. На что она весьма пренебрежительно высказалась: «Какой же вы тупой профессор. Я ее еще в школе изучила»…

Проблема глубокого осмысления полученных новых знаний наглядно проявляется в следующей ситуации. Одна из знакомых автора, получила второе высшее образование в МГУ на факультете психологии. Но фрагментарность полученных знаний, отсутствие должного мировоззрения привело к тому, что из тридцати выпускниц-психологов двадцать девять разошлись со своими мужьями, имея средний возраст около тридцати лет. Знание некоторых психологических законов жизни, к сожалению, еще не означает обретения мудрости. Ибо, для этого необходимо очень серьезное и основательное изучение трудов философов и мудрецов. Но проблема в том, что бумажные книги для девяноста процентов населения нашей страны, из числа трудов классиков психологии и философии, совершенно недоступны.

А для определения того, что можно бесплатно скачать в интернете, нет должной эрудиции. Как, собственно, и конкретных рекомендаций комплексного характера: что читать и зачем. Очень мало и критической литературы о классике художественной литературы, о классических трудах психологии и философии, которая помогла бы сориентироваться читателю, отличающуюся повышенной любознательностью. Хотя, если специально задаться целью, то все же, кое-что можно найти. И для начала не так уж и мало.

Но главная проблема даже не в этом. А в том, что умственная лень не дает возможности усвоить что-то новое и девяноста процентам европейцев, и американцев, которые имеют все лучшие книги не только в электронном виде, но и бумажном. У них только о нашем российском философе Бердяеве написано более трехсот книг. Но мудрость западных людей от этого не стала выше даже на один процент. Аналогичная картина и у нас: только один процент людей интересуется психологией или философией.