Пощада

   Он любил море той странной любовью, что толкает человека на авантюры.
В тот день море штормило, прогноз предрекал трёхметровые волны и, по-видимому, не подводил. Солнце светило ярко, и в безоблачном небе не было и намёка на беду. Вдоль безлюдного пляжа тревожно трепетали знаки опасности - красные флажки. Он спустился к берегу. Обычно он оставлял личные вещи на пляже, где придётся, но в тот злополучный день волны взбивали в сугробы белую пену, и вот этот пенный осадок его слегка смутил. Пиво, усмехнулся он про себя и, отыскивая сухой песок, остановился под меловым утёсом. Сюда ни вода, ни пена не доходили, и всё же для верности он сложил свои вещи на невесть откуда взявшуюся автомобильную покрышку.
   Он не боялся моря.
Ему казалось, что он знает каждую волну, каждый береговой камень, рельеф дна. Он знал, что на глубине разрослись густые водоросли. Он направился к бушующей воде, рассчитывая по многолетней привычке поднырнуть под первую волну, перед второй быстро вдохнуть воздух и, резко погрузившись, пропустить и её над собой. Обычно этого хватало, чтобы не задеть дно. Вдали от берегового прибоя держаться в воде будет легче.
   Но не в этот раз.
В считанные мгновенья всё изменилось. Море не посчиталась с ним. Вторая волна была продолжением первой, и её обратное движение явилось для него неожиданностью. В считанные секунды его вышвырнуло из залива. А затем он оказался в зоне мёртвой зыби. И это было ещё не самым страшным.
   Волны не били, они не давали дышать.
Он вкладывал в гребки всё искусство, весь опыт и не мог выбраться. Хуже того, течение сносило вдоль берега к каменистому поясу. Силы покидали его. Всем своим естеством он ощущал, что из этого положения нет выхода. Он понял, что проигрывает жизнь. Яркое солнце и голубое небо теперь воспринимались как насмешка судьбы. Обида жгла сильнее горькой воды. Он не ожидал такого от любимого им моря. Берег был близко - рукой подать, - но достичь его невозможно. Вместе с силами он терял надежду. В отчаянии он перестал бороться, просто повис в  толще воды. И вот здесь он убедился в действии накатной волны, понял, что положение поплавка уносит его в море, но верхний слой воды, наоборот, толкает его к берегу. Он вытянулся на поверхности, как лист бумаги, и позволил морю решить свою судьбу. И море смилостивилось. Не потому, что он был сильным, а потому, что перестал с ним спорить. Очередная волна, не яростная, а длинная и пологая, подхватила его уставшее тело и повлекла к берегу. Она перенесла его без всякого ущерба через каменный пояс и доставила на мокрый, покрытый пеной песок. Он лежал, судорожно хватая ртом воздух, ощущая дрожащим животом земную поверхность.
   Это была пощада.
Море обесценило его самонадеянность, но сохранило ему жизнь. В этот момент он переосмыслил многое. Он познал, что любовь без уважения ничего не стоит. Эта мысль пришла ему в голову как утверждённый факт. С этой осознанностью он поднялся на ноги и побрёл к меловому утёсу. Едва протянув руку за своими вещами, он ощутил удар волны под колени, рухнул, смешавшись с пляжными принадлежностями, разлетевшимися в разные стороны, и до сих пор не может понять, каким образом одинокая волна добралась сюда, если только не ставила целью закрепить жизненный урок.