Художник из Поднебесной. Часть 2

Роман-дневник. Часть 2. Virus.net

Написав 12-ю главу, я со спокойной совестью поставила в конце точку и, совершенно уверенная в том, что всё уже сказано и повторяться нет смысла, уснула.
 Но жизнь непредсказуема! Она, не спрашивая разрешения, самовольно откорректировала мои планы. Причём совершенно неожиданным образом...
Новый 2020 год уже уверенно шагал по планете, и вслед за русским Рождеством и Крещением мы собирались праздновать Китайский Новый год, который должен был наступить 25 января. Я знала, что художник родился в главный для жителей Поднебесной праздник, но по каким-то неведомым мне китайским законам его день рождения каждый год отмечался в разные дни.
Мы договорились встретиться в наш Крещенский сочельник и, вкусно отобедав в любимом ресторане, слегка расслабились. Однако в мире гаджетов и вездесущего интернета расслабиться полностью практически невозможно.
Ответив на чьё-то сообщение, художник машинально открыл китайский новостной портал и заговорил о том, что его тревожит: неожиданно ворвавшийся в жизнь соотечественников вирус с кодовым названием 2019-nCoV.
В тот момент никто, в том числе и мы, даже предположить не мог будущих масштабов грядущей беды.

Глава.13. Подарок

Расставаясь, мы запланировали следующую встречу на двадцать пятое января – день его рождения, отметив заодно наступление китайского Нового года и российский День студента.
Художник удивил меня, немного опоздав на свидание. Такого прежде с ним не случалось. А когда появился, то сразу предупредил о том, что пришел ненадолго и через полчаса должен уйти – у них с друзьями были грандиозные планы на новогодний вечер.
Не готовая к такому повороту событий, я рубанула фразой: «А зачем тогда вообще пришёл?!»
Не думаю, что он понял смысл произнесённого, но мой тон был ясен без переводчика. С трудом удержавшись, чтобы не наговорить ему того, о чём сама потом пожалею, я сухо произнесла: «Пошли, я отдам тебе подарок», – и направилась к парадной. Он молча шёл рядом, бросая на меня озабоченные взгляды и, судя по всему, не понимая, чего хочет от него эта рассерженная русская женщина.
Когда мы зашли в квартиру, я прямо у порога вручила имениннику подарок. Я долго думала над тем, что подарить китайцу, и даже основательно проштудировала интернет-форумы в поисках подсказок. В общем, подошла к вопросу очень ответственно и выбрала его с любовью, продумав всё до мелочей. Я купила ему дорогую иллюстрированную книгу «Сто шедевров русской живописи» и упаковала её в красную бумагу, так как китайцы обожают красный цвет.

Художник прошёл в комнату, преспокойно уселся в кресло и, аккуратно распаковав книгу, принялся рассматривать каждую её страницу, неторопливо, основательно читая подписи под фотографиями картин. Он оказался неплохим психологом, и когда досмотрел книгу до конца, я уже успокоилась. Поблагодарив меня за подарок, явно пришедший ему по вкусу, он пожаловался на боль в животе и, посетовав на русскую водку, попросил горячей воды. Подав ему стакан воды, я напомнила, что «его ждут».
Он равнодушно бросил: «Раньше – позже – неважно» и провёл у меня вместо изначально запланированных тридцати минут целых три часа!
Мы разговорились, касаясь совершенно неожиданных тем. Удивило то, что когда я спросила его о вере, он ответил, что он неверующий, а его фраза о том, что всё, что сейчас происходит в Китае – этот страшный вирус и его жертвы – наказание для алчных, злых и непорядочных людей, стала для меня полной неожиданностью. И мы заговорили о захлестнувшей Китай эпидемии. Было видно, что он переживает за сына и близких людей.
Чуть позже я разлила по бокалам остатки «Муската» и предложила выпить за все праздники разом. Он жестом показал, что будем пить на «брудершафт».
Поцелуй был дружеским, что меня слегка разочаровало, но выпрашивать продолжения я не стала и, проводив художника, поехала в торговый центр.
Шопинг – дело хорошее! Особенно когда на душе скребут кошки и хочется повеситься...

Глава 14. Массаж

Следующим утром художник с друзьями уехал в Кронштадт и провёл там весь день. Ещё не отошедшая от обиды за вчерашнюю холодность, я ничего не писала ему и, естественно, не ждала никаких знаков внимания.
Однако ближе к вечеру он прислал мне несколько фотографий, вызвавших у меня улыбку. Какие же всё-таки дети эти взрослые мужчины! На фотографиях он, довольный по уши, позировал с настоящим автоматом и скакал, словно молодой козлик. Но приятная прогулка закончилась проливным дождём, под которым мой китайский друг промок до нитки. А питерский дождь, тем более идущий в январе, когда дуют северные ветра, очень опасен!
Вернувшись в город, художник прислал мне сообщение, которое я не сразу поняла. Иногда, торопясь, он не прописывает окончания слов, что мешает полноценному переводу и не дает возможности понять смысл. Я переспросила. Его ответ удивил меня и растрогал. Он написал, что купил для меня в Кронштадтском Морском соборе ангела! Как-то я обмолвилась, что собираю фигурки ангелочков, и их у меня уже целая коллекция. Только я и предположить не могла, что он это запомнит.
А на следующий день художник заболел. В течение недели он почти ничего не писал мне, и я переживала, не зная, насколько серьёзна его простуда.
Тем временем ситуация с коронавирусом становилась всё серьёзнее. Сообщение между странами становилось всё проблематичнее, закрывались аэропорты и железнодорожные вокзалы. Заболевших с каждым днём становилось всё больше, погибших – тоже. Всемирная организация здравоохранения объявила эпидемию международного масштаба. Сводки информагентств всё больше стали походить на сводки с фронта. Заболевшие появились в разных странах мира. Россия закрыла границу с Китаем, так как в Поднебесной количество заражённых и умерших с каждым днём увеличивалось. С территории КНР началась эвакуация иностранных граждан.
Я, конечно, понимала, что художник сильно переживает за сына, который вместе с матерью уехал в Пекин, где так же росло число зараженных смертельным вирусом. Всё это не слишком располагало к общению.
Но в пятницу художник всё же решил прервать молчание и пожаловался мне на сильную боль в спине. Я предложила сделать ему массаж. К моему удивлению, он согласился.
В субботу после обеда он появился у меня на пороге и со скорбным выражением лица вручил мне уже готовый портрет, после чего сунул в руку крохотного ангелочка...
Благодарно чмокнув его в щёку, я помогла ему снять пуховик, после чего сразу, не давая ему расслабиться, предложила раздеться по пояс и лечь на живот. Капнув на ладони массажного масла, я уже готовилась приступить к процедуре, когда художник, кряхтя, поднялся и попросил меня лечь на его место. Ничего не понимая, я исполнила просьбу... И каково же было моё удивление, когда он, видимо, не особо доверяя моим способностям целителя, показал мне пару приёмов массажа.
А я действительно давно не делала массаж и кое-что подзабыла, но по ходу процедуры, вспоминая некоторые приёмы, старалась так, что даже вспотела. В течение пятнадцати минут мой друг активно постанывал и даже вскрикивал, а потом, судя по всему, ему стало гораздо лучше, и он принялся заигрывать со мной. Я же была строга и довела начатое дело до конца, после чего укутала пациента шерстяным пледом и предложила сесть в кресло.
Мы довольно долго разговаривали. Потом на прикреплённом к ангелочку листочке с текстом, где почему-то по-английски было написано, что этот ангел отныне будет охранять и защищать своего владельца, художник по-китайски написал моё имя, состоящее из целых четырёх (!) иероглифов и звучащее на его языке как Магелита, а с другой стороны – своё. Это было так мило!
 Немного погодя я стала собираться, чтобы проводить его до аптеки, но он неожиданно присел передо мной на корточки и поцеловал. Каюсь, я не смогла устоять под натиском его страсти. Судя по всему, мой массаж действительно оказался чудодейственным и восстановил его силы, энергию и возможности.
Расставаясь на берегу канала, он, как при самой первой нашей встрече, по-товарищески пожал мне руку. Его руки были холодны. Но когда я сказала ему об этом, он, смеясь, сунул руку в рукав моей шубы и нежно поцеловал меня в губы.

Глава 15. Неизвестность


А вирус продолжал распространяться по планете... Весь цивилизованный мир, не зная, как защититься от него, прятал лица под тонкими медицинскими масками и истерил на все голоса. К этому времени вирус уже переименовали в «COVID-19», но сути это не меняло.
И вдруг мой художник пропал... Я не знала, что и думать!
Он появился на сайте через пару дней и написал, что у них карантин. Из Китая вернулись студенты, и, чтобы не заразиться от них, он и ещё несколько человек вынуждены находиться в своих комнатах. А ещё он сообщил, что у них возникли проблемы с интернетом.
Ничего толком не зная, я могла лишь предполагать, что это сделано специально, чтобы они не могли распространять информацию, которую черпали в китайских СМИ. Китай – закрытая социалистическая страна. Я сама родилась в СССР и хорошо помню, как жили мы при социализме и какие тогда были ограничения и контроль.
Через день художник с сотоварищами сбежал на свободу и прислал мне несколько фотографий, на которых были: белый снег, белые берёзы, почти весеннее солнце и он сам, довольный и улыбающийся.
А после он снова перестал писать. Я не знала причин, хотя вполне допускала, что таково было его собственное желание. Не позволяя себе думать о том, что наши отношения мог убить этот проклятый COVID-19, я точно знала главное – в моём сердце навсегда сохранится память о чудесных минутах и часах, что подарил мне художник из Поднебесной. И время от времени я буду перечитывать написанные мной главы этой романтической истории и грустить, и радоваться тому, что судьба подарила мне, пусть и короткие, но такие яркие и незабываемые мгновения счастья!
Однако в моей душе ещё продолжала теплиться надежда на то, что это не конец. И я, такая нетерпеливая, вечно куда-то спешащая, стала учиться ждать...

Глава 16. Любовь

 Меня бесило абсолютно всё! И эта проклятая неизвестность, и его молчание, и бесконечное ожидание неведомо чего!
В канун Дня всех влюбленных я не выдержала и написала ему сообщение, надеясь услышать что-нибудь приятное, что согреет моё постепенно остывающее сердце, и не ошиблась. Мы заговорили о Дне святого Валентина, и мой ликбез об истории этого, пока ещё не очень прижившегося у нас европейского праздника, который в Китае вообще не празднуют, был прерван удивившей меня фразой: «А я уже признался тебе в любви...»
– Ты? Мне? – поперхнулась я от неожиданности. – Когда? Я что-то не припомню...
На что он на голубом глазу ответил: «Когда мы только стали встречаться...»
И тут я вспомнила, что в самом начале наших отношений он задал мне вопрос, который, если честно, я тогда не поняла. Уже не помню тему нашего разговора, когда он вдруг мимоходом спросил: – Как правильно сказать по-русски: «Я люблю тебя навсегда?»
Я поправила его: «Я буду любить тебя всегда», после чего со смехом произнесла: «Уж не мне ли ты сейчас признаёшься в любви?» – и, не дождавшись ответа, перевела разговор на другую тему.
И вот теперь я осознала свою ошибку! Но в тот момент я и подумать не могла, что можно вот так, на бегу, сказать о таких глубоких чувствах. Оказывается, можно...
Это всё промелькнуло в моей голове, и я задала ему глупый, типично  женский вопрос: «А почему сейчас не говоришь?»
И он сказал: «Я люблю тебя!»
Боже, как же я была счастлива в тот момент! Мне казалось, что за моей спиной выросли крылья, и, вдохновлённая этим признанием, я написала ему ответное «люблю»...
Только вот, положа руку на сердце, я тогда ещё не до конца была уверена, что мои слова продиктованы настоящей любовью. Влюблена, увлечена – однозначно! Но любовь в моём понимании – нечто иное...
Я точно знаю, что прежде любила и даже не один раз... Только те прежние чувства были другими, и радости в них было гораздо меньше, чем боли. Но человеческая память обладает удивительной способностью – безвозвратно стирать некоторые неприятные воспоминания. Поэтому, забыв о прежних ошибках и установках, я снова летала, и с моего лица не сходила дурацкая счастливая улыбка.
А спустя некоторое время возведённый его словами и моим буйным воображением воздушный замок постепенно стал рушиться... Что было тому причиной – не знаю, но что-то вдруг незаметно изменилось. Наступило непонятное отчуждение, что-то неясное, едва осязаемое завитало в воздухе, медленно, но верно спуская меня с небес на землю...

Глава 17. Неопределённость

Дни шли за днями, и по утрам, привычно заглядывая на Facebook, я больше не находила там приветственных слов и милых обнимающихся пёсиков, что он прежде присылал мне. И моя душа постепенно стала полниться сомнениями... С каждым днём сообщения художника становились всё более скупыми, и моё прежде радостное настроение сломанным колесом покатилось под гору, убыстряя ход... Как давно я не падала в депрессию! Я почти забыла, что это такое. И вот те – на! Мои мысли становились всё мрачнее. Главное – я совершенно не понимала, что стало причиной отчуждения, и всячески пыталась «вытащить» его на разговор. Он отмалчивался. И это было невыносимо! Одно дело, когда ты понимаешь суть проблемы и ищешь способы её решения. Другое – когда у тебя нет возможности что-либо предпринять, потому что ты не знаешь, что, в конце концов, происходит!
Мысли о том, что произошло именно то, чего я так опасалась, всё больше угнетали меня. «Похоже, я опять влюбилась...» – думала я, с ужасом вспоминая страдания прежних любовей. Теряясь в догадках, я погружалась в уныние, а оно, как известно, одно из самых страшных смертных грехов. Я не знала, что мне делать, кого винить – или этот проклятый вирус, который продолжал своё победное шествие по миру, или какую-то другую, пока ещё неведомую мне беду...
Единственное, что мне удалось узнать – у художника возникли серьезные финансовые проблемы, в связи с чем он самостоятельно ограничил себя в передвижениях и общении. Меня такой расклад совершенно не устраивал! Я думала о нём, ждала и безумно желала встречи! Я привязалась к нему! Хотя прекрасно знала, что самое страшное в отношениях – это потерять себя, привязавшись к кому-то!!
Не привыкшая ждать у моря погоды, я сделала несколько попыток вывести его на разговор. И, наконец, мне это удалось! Не скажу, что он расставил все точки над «i», но кое-что прояснил. Художник оказался настоящим стопроцентным мужиком! Он решил, что не имеет права давать мне и, соответственно, нашим отношениям шанс на будущее, потому что его собственное будущее находилось под большим вопросом... Что именно там произошло – я, скорее всего, никогда не узнаю. Но проблемы, возникшие у него, оказались настолько серьёзными, что от их решения зависело продолжение его обучения в России. А это грозило художнику досрочным возвращением в Китай.

Глава 18. Вирус

Мы общались лишь сутки назад, а сегодня его... не стало в моей жизни! Нет, он не умер. Хотя, может быть, для нас обоих такой вариант был бы предпочтительнее. Вот уж никогда не думала, что какой-то там уханьский вирус сможет оказать на мою личную жизнь такое катастрофическое влияние.
А ведь всё начиналось так романтично. И продолжалось тоже, правда, всего лишь пять месяцев, из которых – только три месяца счастья и почти два месяца карантина...
Я стараюсь держать себя в руках. Последний раз мы виделись первого февраля, а сегодня на календаре пятое марта. Весь этот долгий одинокий месяц я словно манны небесной ждала его сообщений. Они были редкими и скупыми. Вначале, не понимая всей сложности ситуации, я раздражалась, требовала объяснений, обижалась. Но постепенно стала сознавать, что далеко не всё зависит от художника...
С трудом разгадывая странные фразы Google-переводчика, я постепенно начинала понимать, что причиной всему является этот поставивший весь мир с ног на голову ужасный COVID-19! В связи с возникшим кризисом была приостановлена программа финансирования обучения художника, и песня о журавлях, летящих в Китай, стала для меня как никогда актуальна. Всё это время она заезженной пластинкой крутилась в моей голове. Но заклинание не сработало.
Я ругала себя за то, что опять не смогла совладать со своими чувствами. Ведь я столько раз зарекалась не давать им воли! Но, увы... Нет, конечно, я не умру без его любви и буду жить дальше. За окном весна. Завтра будет новый день и новые возможности. Но это будет завтра!
А сегодня я пила обжигающий горло «Абсент» и выжигала пьяными слезами память о художнике из Поднебесной. «Три месяца счастья – разве этого мало?» – спрашивала я себя и, рыдая, отвечала: – «Мало!!!» Я вспоминала его голос и смех, его глаза... В них было столько страсти и искренних чувств! В них я была богиней, которую он рисовал...
Была... Какое страшное слово – «была»!
Но ведь и он отныне для меня только «был». Он был в моей жизни, и я была счастлива с ним! Он вернул мне способность радоваться, чувствовать и ощущать себя желанной и любимой. Он подарил мне тепло своих рук и губ, страсть своего молодого тела. Вспоминая наполненные радостью и любовью мгновения наших встреч, я упивалась горем, прощаясь со своим улетевшим в Китай счастьем...
Неожиданно подумалось, что любовь – это тоже вирус, от которого нет лекарств, прививок и иммунитета. Бывает, что от любви даже умирают. Но большинству всё же удаётся переболеть и выздороветь. Однако вирусы опасны мутациями, и поэтому мы спустя время снова заболеваем...
И пусть «китайский» вирус продолжает своё победное шествие по планете Земля, захватывая страны и континенты, мы оба здоровы и живы! А это значит, что жив и шанс на счастье! Но станет ли оно общим для нас, покажет лишь время...