Давай оставим все как есть... - продолжение. 34

Каждый раз, просыпаясь в уютной спальне, я благодарил судьбу за нашу с любимой старость в столь благоприятных условиях. Немного коробило меня от слова «старость», поскольку в свои почти восемьдесят четыре года я чувствовал себя прекрасно, несмотря на проходящие в организме онкологические процессы.

Мы всегда приходили на приём к врачам вдвоём, чувствовалось некоторое раздражение, но молчали. Нас не было в стране семнадцать лет. Как и прежде, онкологический диспансер располагался в разрозненных малоэтажных зданиях с тесными кабинетиками, переполненными коридорами, стоящими у стен пациентами и туалетом в две кабинки на улице.

Назначенная лучевая терапия проводилась на устаревшем оборудовании. Надо было приходить со своей одноразовой простынкой. Получив направление на лечение из краевого диспансера, пришли в кабинет лучевой терапии. Повертев в руках направление, врач стал молча заполнять карту. Вопросы Наденьки его раздражали, отвечал нехотя. Заполнив карту, произнёс: «В день проведения лучевой терапии постарайтесь меньше пить и лучше приходить на голодный желудок».

Любимая попросила уточнить область проведения лучевой терапии, засомневавшись в рекомендациях врача. Последовал ответ: «Ясно куда, низ малого таза...» Не дав ему договорить, любимая парировала: «С какой стати! На консилиуме решено подвергнуть лучевому лечению левую лопатку. Вы что, не прочли? У вас есть право вносить такие изменения?»

Врач сидел с растерянным видом, потом перечитал выписку консилиума. Аккуратно, трясущимися руками, вырезал две странички и начал по-новому заполнять карту. Он за всё время проведения лучевой терапии с нами не разговаривал, делал всё молча. Немолодой врач, опыт должен быть, и вдруг такая оплошность!

Практически я не почувствовал влияния лучевой терапии, но онколог уверял в приостановке развития метастазов в лопатке и позвоночнике. Его помощница выписала направление на проведение анализа на тестостерон; не онкологу, а ей было интересно знать мою мужскую силу. На приёмах врач больше молчал, говорила в основном помощница.

Делать анализ надо было в платной клинике. Их было много в городе: оснащённых новейшим оборудованием, в добротных многоэтажных зданиях, но цены зашкаливали. Сделал, принесли с любимой. Доктор даже не посмотрел, а помощница посмотрела, побагровела и вынесла вердикт: «Ого! Вам надо поосторожнее быть во время утех. Купите корсет, неровён час — позвоночник рухнет. Тратят на них гормональные препараты, а они как жили, так и живут. Всякий стыд потеряли!»

Ну тут меня и сорвало с катушек: «Жить мне или сразу лечь в гроб — решу без вас! Гормональные препараты покупаю сам, и ваши устаревшие не принимаю! Люблю свою жену и не считаю это стыдом! За подсказку по корсету благодарю».

Доктор сидел молча, что-то строчил в моей карте, не поднимая головы от стола. Выдал нам заключение, но про тестостерон там и слова не было. Все последующие приёмы помощница молчала, словно воды в рот набрала.

Радостные события перекрывали негатив сполна. Прилетел младший сын с невесткой, провели несколько дней в семейном кругу. Какие это были счастливые дни, каким счастьем горели глаза моей любимой! Встанут с сыном у плиты, наготовят, и собирается вся семья наша за овальным столом. Вспоминается прошлое: смех, шутки. Красивые все! Любовался ими, и хотелось, чтобы прожили мы с Наденькой до глубокой старости среди этой молодой поросли.

2023 год... Нашему первенцу исполнялось шестьдесят годков. Первая наша близость подарила нам сына! Ликовало тогда моё сердце. Смотрел я на поседевшего сына, трижды деда, стройного красавца, вспоминал не сохранившегося третьего малыша. Ненависть человеческая, о которой и думать не хотелось, не то что говорить... Катком прошлась родная мать по любимой, искалечив в семь лет, лишив избранного пути в шестнадцать с небольшим, и вот последний удар, обворовав, подставила под суд мою любимую девочку. Знала о беременности, но взяла из торговой выручки большую по тем временам сумму, укатила к средней дочери. Хорошо хоть судьи попались здравомыслящие, ограничились малым.

Своё 60-летие отметил сын в красивом ресторане, собрав родных и друзей. Тёплый праздник получился. Вино и что покрепче рекой лилось, кавказскими блюдами стол уставлен, весёлые разговоры о жизни. А через несколько дней пять лет правнуку отметили. Красавец-блондин за юбилейным столом сидел рядом с дедом.

Пришли с юбилея. Позвонил другу, чувствовал — в обиде он глубокой за наше молчание. Говорили долго. Обо всём он расспросил, даже посмеялся над словами онколога из краевого диспансера, отметив правоту сказанного им, попросил привет передать на следующем приёме и предложил прилететь на стажировку. Говорит, а по голосу понятно стало — ревность в нём бушует. Рассмеялся и спросил: «Прости! Но мне показалось, ты ревнуешь? Кого и к кому, хотелось бы узнать».

«Естественно, не к тебе! А кого, ты сам понимаешь прекрасно, что спрашивать! Вот скажи, как ей так удаётся? Зашла, заговорила, и хоть женись! Ты понял, о чём я сказал? Поверь, скучаю по вам страшно. Всего-то ладошку её подержать и в запястье поцеловать.  А ты разве не приревновал её к доктору? Скажешь нет - не поверю! Собственник ты, дружище! Вспоминаю наши с тобой встречи, а она перед глазами. Плохо здесь сейчас, рад за вас, а так бы пригласил в гости.»

Попрощались мы, отключил телефон, захожу в спальню, спит моя услада, даже дыхания не слышно. Лёг не раздеваясь, такая тоска накатила от ревности к её будущему...

Продолжение:

Автор В.А.Опескин.
Дневниковые записи. 2026 год.
Тебя нет с нами, Любимый!