По волнам памяти. Ералаш для взрослых 2. История18

        В 1973 году на советские экраны нашей необъятной и могучей Родины вышел комедийно-захватывающий фильм «Невероятные приключения итальянцев в России». И если, Вы, помните одним из главных героев фильма, снятого в жанре буффонады,  был капитан Васильев, которого блестяще сыграл Андрей Миронов.

           В ту пору мы были дружны с настоящей  семьей Васильевых и сейчас, когда пишу эту историю, невольно вспоминаю тот фильм: одинаковые фамилии, равные офицерские звания, красивые женщины… Совпадение? Может быть.

       Но сердце защемило не из-за кино – просто вдруг ясно почувствовал:  та молодость, те годы никуда не исчезли, остались в памяти. Они просто ждут, когда я их с улыбкой вспомню.

         Лидия Ивановна задолго до выхода фильма, работая в отделение  Главпочтамта СССР,  вообще-то, уже была в курсе  сюжета, и какие события  лягут в основу фильма.  И тут нет ничего удивительного!

       Еще бы, в этом ей помог популярный в то время хорошо иллюстрированный журнал "Советский экран", который она с регулярной упоительностью читала в рабочее время. Разумеется, за государственный счет и, не обращая внимания на назойливых клиентов.

       Тихо ворча при этом:
        – Ходят тут всякие, вас много, а я одна!
         
         Такая фраза, если вы помните, почти повсеместно встречалась в советской жизни, особенно сфере обслуживания населения и Лидия Ивановна не была исключением.

         И можно даже сказать, что она   совмещала  полезное с приятным: выдавала посылки, отправляла телеграммы и попутно одним глазом смотрела журнал. Тут нельзя сказать, что читала  и все остальное  делала ради скуки, нет конечно!
         
         Вообще-то она была натура творческая  и постоянно развивалась в сфере искусства. Вот и приходилось поддерживать и  совершенствовать свои знания через журнал.

          А то что она креативная тут двух мнений быть не может: так, по крайней мере, она позиционировала себя  окружающим.

         И как большая любительница и знаток всех советских художественных, документальных, мультипликационных фильмов и завсегдай театральных подмостков – от Уфы  до окрестных сел и деревень, – она с детства была без ума от артиста Андрея  Миронова.

         Настолько, что могла с закрытыми глазами процитировать наизусть любую его реплику. Даже ту, которой в фильме не было, но вдохновение так порой увлекало её, что выходило  далеко за пределы реалий.

         Мне это ощущение тоже знакомо: однажды в цехе мне пришлось читать курс лекций об искусстве – парторг попросила. И тогда мой пересказ произведений великих мастеров так меня захватил, что язык развязался –  словно шнурки на ботинках!
      
         Я вошёл в раж, и меня понесло – совсем как Остапа Бендера в Васюках в известном произведении Ильфа и Петрова. Он тогда был сильно голоден, и в нём возобладал ораторский пыл, но малость переборщил со своим краснобайством – чуть не утопили.
      
        Правда, я сам вовремя остановился, хотя моё красноречие казалось не хуже, чем у Остапа, но   сумел во время тормознуть, и мне не пришлось позорно прыгать с трибуны в лодку! Вот что значит голод не тетка – до хорошего не доведет! Но это только так к слову сказано, дело ведь уже для нас обоих прошлое.
       
          Нет нужды говорить, что Лидия Ивановна  обладала энциклопедическими  познаниями  не только о советском  кино и театре, но иногда замахивалась и на мировое искусство.

           Ей без этого ни как нельзя: надо держать свою высокую марку, а в том журнале были анансы и на  зарубежные премьеры фильмов,  спектаклей и т.д.
          
         Ее муж, Юрий Викторович,  от ее острого ума и тяги к искуству страдал.  И где-то в глубине души даже немного ревновал – на то были веские причины.

       В конце концов, он тогда служил в милиции, а молодой офицер в погонах, да ещё и при исполнении, не может не реагировать на то, как жена увлечённо разбирается в искусстве.

        А тут ещё этот Андрей Миронов – какой-то выскочка, хоть и артист!
         
       Сердце Юрия Викторовича трепетало, было не на месте – и он не находил себе покоя: в тот момент амбиции, долг и ответственность сплелись в один тугой узел, разум больше не подчинялся ему: он не мог распутать эту путаницу.

      Он сжимал до боли виски пальцами и стонал сквозь зубы и много думал, и думал… А из  головы не уходили мысли –  о долге, об ущемлённых амбициях и о бремени ответственности. И от всего этого  некуда было деться.
 
        Но он не привык так легко поддаваться даже пусть и сиюминутной расслабленности, привел себя в порядок – передернул затвор табельного оружия: так на всякий случай – мало ли чего, – надо быть всегда начеку и готовым к поединку с судьбой и жизненными обстоятельствами.

      И тут же резонно решил,  что надо при первой возможности  на службе отличиться и вновь понравиться своей молодой жене, и заодно наладить пошатнувшиеся было семейные отношения.

            Тем более фамилия у него, как в фильме у героя – такая же, а это ко многому обязывает, расклад-то вон теперь каким стал!  Да и звание "капитан милиции" – не за горами, по всякому вынуждало его к действию.

      Остается самая малость: поучаствовать в какой-нибудь дерзкой милицейской операции с внедрением в криминальную группировку.  Да в такой,  чтобы сердце замирало от риска, а каждый шаг был на грани разоблачения.

          Не то что у этого слащавого героя из приключенческого фильма, в котором даже львы не кусались и не причинили никому зла!
 
       Пусть тогда Лидия Ивановна узнает, чего стоит настоящая работа оперативника под прикрытием. Это не в кино сниматься, тут гораздо сложнее – чего стоит только одно заучивание легенды на целых три страницы, это ж какую большую голову надо иметь, чтобы запомнить все и не перепутать!

         Или раскрыть преступление века – сразиться не на шутку с теневыми магнатами преступного мира и биться с ними не на жизнь, а на смерть! 

        Но обязательно, чтобы оно проходило по линии Интерпола: тогда можно выйти на международный уровень  и доказать Лидии Ивановне, что не зря он хлебает щи лаптем, а потому и не уступает лучшим мэтрам сыска.

        Тем самым раз и навсегда переплюнуть пресловутого артиста Андрея Миронова и оставить его далеко с носом в игре настоящих детективов!

          Ну, а если уж не сложится с Интерполом что ж,  тогда  можно на худой конец тоже прикинуться дурачком и просто клад какой-нибудь отыскать, как было в том фильме.

         Сослуживцы, особенно молодые, с которыми он работал в одном отделение милиции, тоже были любителями кино. И с восхищением посматривали, возможно, на будущую легенду уголовного розыска с одноименной фамилией персонажа кино.

      Понятно, что если бы не фильм, то, может быть, тогда и не так зорко обращали на него внимание. Вот что значит громкая фамилия, – но Юрий Викторович независимо от этого вовсю старался и делал свою работу хорошо.
         
       Однажды в районе старого нефтеперерабатывающего завода, разыгралась  настоящая криминальная эпопея. Произошла  целая серия автомобильных угонов и краж  из гаражного кооператива. 

        Банда действовала с поистине впечатляющим размахом и наглой, решительной циничностью! Она уповала на слепую  удачу и на то, что обеспечит ей воровской успех.  И расчёт строился на убеждённости: органы внутренних дел не справятся с расследованием.

          «Братве» казалось, что это дело «ментам»  будет просто не по зубам – настолько хитроумно всё продумано.

        Но не тут-то было! Фортуна, как известно, дама капризная  и в этот раз она решила поддержать не воров, а милицию и  быть на стороне закона.

       Дерзкий план группировки строился на «зековской везухе» и  твердой уверенности, что органы просто закроют стыдливо глаза, отойдут в сторонку, и не будут  мешать «работе» фартовых ребят.

       Однако реальность оказалась куда прозаичнее их фантазий – судьба  решила  сыграть с  ними  злую шутку!

       «Сколько верёвочке ни виться, а совьёшься ты в петлю!» – эта поговорка не выходила из головы Юрия Викторовича. И вот он, верный долгу присяги сотрудника МВД и неукротимому зову своего доброго, но беспощадного к криминалу сердца, сидел в кустах – уже который день и ночь напролёт, поджидая в засаде жуликов и воров. 

        Непогода хлестала по лицу, он был злым и голодным, хмурым и даже небритым: ведь Лидии Ивановны рядом не было – можно расслабиться,  а то бы ему не снести головы за щетину даже здесь в кустах! А голод подтачивал терпение, щетина кололась, и настроение было мрачнее тучи.

      Но мысли о любимой жене, ни на минуту не покидали его, и он мысленно был настроен на успех не только в семейных их делах,   но и в решении проблем, связанных с бандитами. Одно ведь плавно вытекает из другого.      
   
         «Прежде думай о работе, а потом уже и о семье!» – так наставляли в школе милиции, когда учился там. 

         А потому в мозгу настойчиво крутилось железная логика:  эту «шайку-лейку» надо во что бы то ни стало – взять!
      
       И он с удовлетворением   радостно в который раз подумал: недолго музыка играла, недолго черному  фраеру осталось танцевать!  Собственно ради этого  и находился он здесь в засаде!

        Как всегда на таких  ответственных заданиях ему приходилось быть слегка выпившим. А куда денешься от профессиональных издержек: попробуй-ка, посиди например, долго в секрете, так еще не ту репку запоешь!

       Но только так слегка, чтобы быть немного под шафе, иначе  преступники за целую версту учуют предательский запах ментовского перегара!  Тогда считай, пропало дело – не осталось бы ни единого шанса на успех и все пойдет насмарку! Тем самым сорвет тайную операцию и ребят подведет!

      Банду взяли с поличным после нескольких дней слежки. Опергруппе, задействованной в поимке опасных преступников, была объявлена благодарность самого начальника городской милиции и выплачена премия в размере должностного оклада.

       Не подумайте плохого:  здесь вовсе нет ничего странного, что после этого личные транспортные средства словно посыпались на Юрия Викторовича как из рога изобилия. Старт был дан, ведь надо  как-то добираться на участок под дачу, которую взяли недавно! Средства передвижения теперь менял быстро: равно, что твои перчатки.

         А начал скромно с велосипеда "Сура" того самого, с тяжёлой рамой и звонким звонком, который слышали все во дворе, когда он выводил его из квартиры. Потом были мотороллеры "Вятка" и "Муравей" – так сказать прошел все ступени эволюции этого вида транспорта!

         Последний был грузовым, взял его строить дачу.  И после, когда отстроился,  с важным видом разъезжал уже на ушастом "Запорожце" к тихой зависти своих сослуживцев. 

       И не только молодых – с ними  все понятно,  но даже и с  большими звездами на погонах! Ведь тогда время было такое – мог быть и в звании, но «безлошадным»: звезды и должность не гарантировали наличие собственного транспорта!
 
         Дальше –  больше. Понятно, что  всякие приобретения для дома – от иголки до импортной бытовой техники  – были возможны особенно в конце советского периода  только в условиях острого дефицита.

      А тут как назло еще и грянула Перестройка, и вообще все из магазинов исчезло под чистую.  Поэтому  Юрию Викторовичу приходилось создавать свою мощную «агентурную сеть» и «крышевать» многие торговые точки общепита и оптовые базы.
      
      «Хочешь жить – умей вертеться» диктовала такие условия сама жизнь! Возможно, сама жизнь и не призывала так напрямую быть акробатом, но давала понять: чтобы оставаться на плаву, нужно постоянно адаптироваться и не бояться пробовать новое.
 
        За годы службы он обзавелся  связями с торговыми людьми и нужными дельцами.  Видя успехи и замашки жены на культурном фронте, а  он был у нее заметен по многим направлениям, – тогда сам чуть поменял отношение к собственной жизни, чтобы соответствовать духу и времени своей уникальной боевой подруге.
 
           Ему надо было доказать ей, причём бесповоротно –  раз и навсегда, что он не лыком шит и его просто так на кривой козе не объедешь. Короче, пусть зазря больше так о нем не думает – что-то тоже может сам!
 
         И он не просто искал товар – он выстраивал целую систему, где его можно было найти. Если раньше достаточно было просто иметь деньги, теперь требовался «блат», связи и умения договариваться.

        И Юрий Викторович налаживал контакты с заведующими магазинами, директорами складов и посредниками и получал кое-что за свои труды, а  взамен закрывал глаза на мелкие хищения и правонарушения.

      Его «агентурная сеть» охватывала не только магазины, но и предприятия общепита, и оптовые базы – там тоже скапливались товары, которые ещё чудом не исчезали с государственных складов. 

       Пока люди искали обходные пути, государственная система распределения окончательно разваливалась. К тому времени дефицит заполонил всю страну. 
         
      И с выгодой для семьи начал дела проворачивать. Ну, какие там дела – делишки!  Конечно, иногда обращался к торговцам или барыгам, но без крупных дел, а так по мелочам: достать красивый импортный подсвечник, парфюмерию или что-то в этом роде. Разумеется заказывал и продуктовые наборы.
 
          Ему не отказывали, считая, что свои люди в милиции –  это неплохо, может, когда и зачтется! Как ни крути, а все одним миром мазаны и под Богом ходим! Справедливо полагая, а кто нынче  не без греха?

           Если что было под прилавком припрятано, то давали, а там много чего было… Вот этими контактами он стал успешно пользоваться. Разумеется, это сказалось на его работе и притом не в лучшую сторону. 

          Нет, чтобы помогать ребятам: выдвигать и отрабатывать версии, раскрывать преступления, он носился по своим личным делам, ровно как мотоцикл по разным базам, рынкам и магазинам,– в поисках чего-то такого особенного и дефицитного.

            К примеру, вместо того, чтобы рыскать со стремлением  найти улики по горячим следам или рыть землю копытом и выйти на след преступников, он бегал как угорелый в поисках очередного лифчика или пеньюара для своей дражайшей Лидии Ивановны.

      Это сказано, конечно – громко и только больше для красного словца, но иногда такое происходило: из песни слов ведь не выкинешь. Что было, то было!
          
       Не случайно ребята даже кликухи ему дали. И не одну, а целых две: Мотоцикл и Дефицит. Так было принято давать своим сотрудникам прозвища из-за особенностей их деятельности и для неформального общения.

      Однако, не каждого повторяю, награждали сразу двумя прозвищами – тут еще постараться надо и заслужить, ясно – плохим сотрудникам их не давали!

             Конечно, крикухи имели грубовато-шутливый оттенок, но все же в расчет брались жизненные  и рабочие ситуации непосредственно связанные с человеком, которые  происходили с ним   – на земле, воздухе или воде.

           Шли годы, а вместе с ними и проходила молодость, а звезд,  к сожалению, на погонах не прибавлялось, – до сих пор выше капитана так и не удалось ему прыгнуть.

       Наверное, все же сказывались личные качества, издержки профессии и упертость начальства!  А уже не за горами – маячила выслуга лет!

           Но, тем не менее, благосостояние семьи Васильевых за последние годы резко улучшалось. Дом – полная чаша, всего вволю, только птичьего молока не достаёт.  Не переводились разные деликатесы, предметы роскоши и даже, извините меня,  вещи интимного свойства.

          Юрию Викторовичу иногда приходилось полгорода оббежать, чтобы достать для своей бесценной супруги что-то дефицитное из товаров  нижнего белья. Ну, не в рейтузах же ей, еще такой молодой,  ходить – в самом деле!

         Все это видя и понимая, что он только ради нее бьется, как рыба об лед, Лидия Ивановна стала относиться к своему кумиру – артисту Миронову уже с прохладцей, полностью переключив все свое внимание и нерастраченную любовь на мужа! 
               
        Само собой разумеется, Юрий Викторович в сравнении с Лидией Ивановной тоже был головой сделан, на мякине такого не проведёшь и  стал  мастером на все руки.

        И даже  начал сочинять стихи – духовно преображался, стремясь к самовыражению, чтобы    быть услышанным и мог поделиться своим взглядом на мир.

       А по выходным мастерил еще что-то необычное на своей даче. Знай, мол, с кем имеешь дело!
 
      По крайней мере, он потом с гордостью  напоминал об своих способностях, что он стреляный воробей и не раз в деле проверенный!  И при этом загадочно подмигивал окружающим, особенно за чашкой травяного чая или бокалом терпкого вина собственного приготовления.

      А гости улыбались, знали, что сейчас последует очередной его стих или рассказ о суровых буднях советской милиции, когда он сидел в засадах и как мерз, мечтая о горячем чае с бутербродом с колбасой! 

       И неустанно утверждал, что вот где была настоящая жизнь – не то, что здесь на даче,  тут нет никакой свободы личности и "романтизму"!

            А Лидия Ивановна, слушая его нарративы о романтике и поэзии, когда  с упреком, а когда и со смехом говорила:
            
         – Лучше бы ты лишнюю грядку вскопал, чем стих сочинять. Грядка прокормит, а он нет! Лучше рифмуй по ночам или в дождь, когда делать нечего на огороде! Спустись на землю, все выкини из головы, чтобы ничего тебе  не мешало копать!
 
             И весело еще потом добавляла:
            – Поэтом можешь ты не быть, а землекопом быть обязан!

         И Юрий Викторович понуро,  с досадой на самого себя, взяв в руки лопату,  шел дальше копать – заботиться о хлебе насущном.  А что еще оставалось, если он не привык "хулиганить" и нарушать дисциплину на садовом участке, и  тем более в открытую вступать в «контры» с собственной  женой.
            
          Открою небольшой секрет: он уже дослужился до капитана, а ямщиком на почте так и не стал – эпоха сменилась, и время безвозвратно перевернула страницы истории вперед!

        Мечта детства накрылась медным тазом и рассыпалась как ледышка на мелкие части! Жизнь уже давно требовала не почтовых троек, а совсем других свершений,  профессий и подвигов!
 
         И всё же в его груди ещё тихо шелестела та давняя мечта – словно пожелтевший листок, бережно хранимый в старом альбоме. Пусть почтовые тройки остались лишь в памяти, но дороги все равно звали вдаль. Правда  сейчас не сквозь снежные степи, а по стальным рельсам и асфальтовым трактам!

    И он пронёс все эти годы в себе – умение слышать зов пути и не робеть перед лицом перемен. И даже теперь в капитанских погонах он все равно оставался тем самым мальчишкой, что когда-то взволнованно,  глядел вслед уносящимся вдаль саням на тройке с бубенцами. 

         Остался  все тем же мечтателем,  вот поэтому, наверное, и стихи начал писать, дурное дело не хитрое – попала шлея под хвост, и стал пропадать в своих грезах!

        Так  уж устроена была его мечтательная душа, которая по-прежнему жаждала «романтизму»  и  сохранила в нем этот негасимый отклик,  отзываясь  на вечный зов дороги.

        Но не единой мечтою жив человек и Юрий Викторович  в свободное время от службы, когда погони, засады и перестрелки остались уже далеко позади за порогом дома – почитывал в свое удовольствие  журнал «Советская милиция». 

         И просматривал его также упоительно и регулярно как и занимался копкой огорода. И в этой простой обыденности был свой смысл: копка огорода шла ряд за рядом, а журнал листался страница за страницей – и то, и другое Юрий Викторович делал обстоятельно, без спешки.

          В огороде он чувствовал, как под лопатой поддаётся земля, в журнале – как понемногу проясняются чужие истории, не такие уж далёкие от его собственных рабочих будней сотрудника милиции.

       Казалось бы, что на первый взгляд между копанием грядок и чтением журнала, нет ничего общего – ан нет! Оказывается, есть:  для него оба занятия были одинаково важны –  и работа на земле и погони, протоколы и опасные шаги по лезвию ножа! 

       В огороде он сбрасывал напряжение, возвращая себе внутренние силы и уверенность в себе, а в журнале находил подтверждение, что мир всё ещё держится на таких людях, как он, которые делают своё дело честно.

        И потому эти два ритуала – с лопатой и журналом  стали для него обычным делом: пока он копает или читает, всё идёт в жизни как надо.

       Естественно, журнал ему приносила с почты Лидия Ивановна, глубоко спрятав его под свое импортное нижнее белье. Не зря же Юрий Викторович его доставал чуть ли не потом и кровью: побегайка по городу, как савраска без узды.  И когда все ноги исходил – так не ту симфонию еще запоешь?

         Вот такие неординарные способы использовала семья для того, чтобы поддержать свой общеобразовательный,  культурный и житейский уровень.

         Разумеется, какой-никакой, а навар с работы должен быть, и притом очень хороший! А как же сидеть у колодца и не напиться? Вот уж дудки: Лидия Ивановна не какая-нибудь  там дура – и воду попьет и умоется с головы до пят.

            Попутно замечу. Что несуны в Союзе были всегда и везде, хоть и не в почете конечно, но их фотографии и карикатуры  были регулярно на стендах, в газетах и в журналах!

        Тогда – чем не реклама!? Правда, их осуждали, высмеивали, но в глубине души многие понимали: если бы не «принесённое с работы», половина гаражей и дач не была бы построена.

         Тонкая грань между «взял» и «украл» порой стиралась до толщины той самой металлической шайбы, которую дядя Ваня нёс домой в кармане. Дефицит товаров и отношение к собственности, когда все общее – вот и давал такой результат!

              Слава Богу, она не заслужила почести быть представленной на демонстрационной стенде – обошлось. Но при этом семья Васильевых отлично знала, что  нарушают статью 546 прим.1 УК РСФСР "Хищение государственной собственности в крупных и особо крупных размерах  в сговоре двумя и более лицами".
 
      Но как говорят: раз шапка не дымила, то  и кражи нет. Вот только местное районное отделение Главпочтамта  задолбало своими заявлениями Следственный Комитет СССР о пропаже подписного материала, в котором имела честь служить Лидия Ивановна.

         Семья насторожилась – разговоры ненужные пошли того и жди, что в милицию обоих загребут. Ведь дело  уже, наверное,  шьют!
 
         Спокойно, граждане!  Тогдашний министр МВД СССР товарищ  Щелоков Н.А. разобрался во всем, и резонно решил, что это глубокий навет на уважаемую семью и кто сказал, что Главпочтамт обеднеет, когда  за все уже заплачено!
 
        И своим секретным приказом, учитывая прошлые заслуги перед Отечеством, оставил   в личное пользование Васильеву Ю.В. всю подписку журналов "Советская милиция" за целый 1973 год.  Милиция своих не бросает – даже если журнал, таким странным образом, попадал  в его руки.

       Всем стало ясно, что Юрий Викторович не зря ел государственный хлеб и носил погоны – раз сам Министр вмешался в дело, раскошелился  и  удостоил своего сотрудника таким ценным подарком.

            Сейчас чета  Васильевых давно находиться на заслуженном отдыхе, ездит на стареньком «Субара». Все лето почти безвылазно живут на даче, работы хватает… 

         А он вечерами за бокалом вина с грустью вспоминает слова известной старой песни, которую иногда тихонько напевает под гитару своей любимой Лидии Ивановне:

                – Когда я на почте служил ямщиком,
                Был молод, имел я силёнку,
                И крепко же, братцы, в селенье одном
                Любил я в ту пору девчонку…