Кое-что о проктологии

Можно я вам расскажу, как лежал в проктологическом отделении больницы в Кёльне? Кому неприятно про такое читать, не читайте. Тему я обозначил и вас предупредил.

Всё рассказывать не буду, только то, что запомнилось и обратило на себя внимание. Вчера после операции ко мне два раза подходили врачи, спрашивали о самочувствии, но рану не смотрели. Место специфическое. Год назад лежал в отделении ухо-горла-носа. Там смотрели сразу после операции. Здесь подходят, спрашивают как самочувствие, но место операции не смотрят. Может, стесняются? Ну бог с ними.
Зато сегодня утром, перед выпиской, в палату зашёл профессор и осмотрел меня нормально. Откуда я знаю, что он профессор? Он мне не представился. А потому что с ним пришла целая свита из десяти человек: один парень, все остальные — молодые женщины.

В палату вошёл быстрый мужик с пузом, вздорным видом и громким, почти кричащим голосом. Начал чеканить мне слова по слогам, чтобы я, иноземец, мог разобрать, что он говорит. Пришлось посмотреть ему в глаза уставшим, слегка скептическим взглядом. Взгляд произвёл впечатление. Профессор стал разговаривать спокойней и употреблять более богатую лексику. Сказал, что две недели после операции нельзя пользоваться туалетной бумагой, иначе бумажные волокна могут попасть в рану.

Потом подошёл к моему соседу, очень скромному пожилому иранцу. Иранец стеснялся. Профессор ему: опустите штаны пониже, я же ничего не вижу. Иранец опустил, профессор осмотрел рану, а вместе с ним её осмотрел и весь его взвод молодых женщин. Все серьёзные, держат себя очень скромно. Начальник у них, видимо, тот ещё парень, они у него по струнке ходят. А по виду на санитара похож. Соседу прооперировали анальный свищ. Профессор разглядывает рану и объясняет студентам: у пациента там дыра после операции и в этой дыре ещё осталось кое-что после туалета. Протягивает руку в сторону студентов, они ему тут же дают марлечку, он этой марлечкой очень аккуратно протирает иранцу попу, и говорит удовлетворённо: Всё, теперь чисто. Потом сильно сжимает марлю пальцами, другой рукой захватывает резинку на запястье, стягивает перчатку с ладони так, что марля оказывается внутри, и выбрасывает всё это хозяйство в стоящее возле стены мусорное ведро.

В Германии любой профессор будет делать пациенту абсолютно всё, что нужно: памперс менять, попу вытирать. У них это золотой стандарт. Они этим, думаю, подспудно отделяют себя от прошлого...