Камень

К двадцати семи годам Джон уже год как окончил с отличием престижный университет, получив специальность программиста. Его семья была материально обеспечена, и в честь выпуска родители преподнесли ему роскошный подарок — ключи от двухкомнатной квартиры. Но и это было ещё не всё: дед, живший в том же городе, подарил внуку новенькую «Субару» последней модели. Это была действительно потрясающая тачка! Буквально в один миг из обычного студента Джон превратился в завидного жениха.
Впрочем, в его жизни всегда числились два главных увлечения: сама наука и девчонки, которые цеплялись к нему со всех сторон. Парень вообще с самого детства был любимчиком женского пола: его обожали молодые девушки, зрелые женщины и даже бабушки. Джон и сам толком не знал, что в нём было такого, помимо яркой мужской красоты. Возможно, дело заключалось в каком-то особом природном обаянии, но где бы он ни появлялся, приглашения на свидания лились рекой. Ему никогда не приходилось искать способ с кем-то познакомиться — он просто лениво выбирал, с кем именно пойти сегодня. Иногда этот круговорот лиц ему надоедал, и тогда Джон с головой углублялся в продвинутое программирование, в котором действительно преуспевал. У него была куча друзей, он легко находил общий язык с любым человеком, любил удачно пошутить и никогда не был жмотом.
На судьбу жаловаться не приходилось: жизнь любила и баловала Джона, а он с удовольствием брал от неё всё, что возможно. Целый год после университета парень просто наслаждался отдыхом, пока отец наконец твердо не сказал ему, что пора бы наведаться в отдел кадров одной крупной и известной фирмы. Нужно было начинать работать и достигать профессиональных высот. За будущее замужество сына родители не беспокоились, прекрасно зная его способности. К сожалению, как быстро Джон знакомился, так же стремительно он и расставался. Парень он был смышленый, знал себе цену и прекрасно догадывался, что именно большинству девушек от него нужно. Его самая долгая романтическая связь едва-едва дотянула до одного месяца.
Одевался Джон всегда с иголочки и очень аккуратно за собой следил. Работы он не боялся и искренне надеялся, что отец устроит его именно программистом, ведь это был его главный конёк.
В назначенный день он явился в офис фирмы и поднялся в отдел кадров. Его приняла очень приятная женщина средних лет, и буквально за несколько минут между ними наладился теплый, дружеский контакт.
— Джон, — с улыбкой произнесла она, изучив его документы. — У меня есть два подходящих отдела для тебя. В одном работают исключительно мужчины, но начальница там женщина. Этот отдел покрупнее. В другом — всё с точностью до наоборот: сугубо девичький коллектив и начальник-мужчина. Выбирать тебе, — она откинулась на спинку кресла, с любопытством ожидая его реакции.
— А что бы вы сами мне посоветовали? — обаятельно улыбнулся Джон.
— Разрушить это неизвестно кем заведенное распределение, — рассмеялась кадровичка. — Оно длится у нас уже несколько лет. Ты парень холостой, вот и иди разбавь женский коллектив.
— Вы очень приятная женщина, и только из уважения к вам я с удовольствием последую этому совету.
— Прекрасно! Джон, имей в виду, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Только уговор: не сведи там всех моих девчонок с ума.
— Ладно, — охотно подыграл Джон, — так и быть, одну оставлю для себя.
Сотрудница отдела кадров лично проводила его до нужного кабинета и с порога торжественно представила притихшему коллективу:
— Девочки, знакомьтесь, ваш новый сотрудник! Двадцать семь лет, зовут Джон, холостяк с собственной двухкомнатной квартирой и новенькой машиной. Прошу любить и жаловать. Кстати, окончил университет с отличием.
Самого начальника в этот момент на рабочем месте не оказалось.
— Ух ты! — тут же раздался восхищенный возглас из дальнего конца секции.
Кадровичка тепло улыбнулась, развернулась и покинула помещение. Джон остался стоять посреди комнаты, обаятельно улыбаясь. Затем он не спеша принялся обходить столы и знакомиться. Всего в отделе трудились девять девушек, и три-четыре из них были очень даже симпатичными.
— Мои милые леди, — весело произнес он, окинув всех взглядом, — искренне надеюсь, что мы с вами сработаемся. Подскажите, кто из вас покажет мне моё рабочее место и введет в курс текущих дел?
Все присутствующие как по команде повернулись в сторону худенькой, невысокой девушки — примерно его ровесницы или чуть моложе. Она спокойно поднялась со своего стула и подошла ближе. Джон сразу её вспомнил: при общем знакомстве она единственная не улыбнулась, а лишь вяло и чисто формально пожала ему руку.
— Кэт, — представилась она абсолютно равнодушным, прохладным голосом. — Начальник оставляет меня за старшую, когда отлучается по делам фирмы. Ваше рабочее место будет вон там, в углу. Идемте, я введу вас в курс дела.
— А почему ты сразу называешь меня на «вы»? — удивился Джон. — У вас здесь так принято?
— Ладно, пусть будет на «ты», — ни один мускул не дрогнул на её лице. — Но учти: слишком много вопросов в первый же день задавать не стоит.
По отделу пронесся дружный девичий смешок. Кэт присела на край его нового стола и коротко, но профессионально объяснила суть проекта, над которым сейчас трудился коллектив. Программа не отличалась особой сложностью, и Джон, будучи толковым программистом, мгновенно всё схватил.
— А какой у вас распорядок дня? — поинтересовался он, устраиваясь поудобнее.
— С девяти до часу, затем час на обед, и с двух до шести. Можно в перерывах пить кофе. Все возникающие вопросы решать строго через начальника. Курить разрешено только в холле у лифтов.
— А что у вас делать категорически нельзя, Кэт? — ласково спросил Джон, заглядывая ей прямо в глаза.
— Приставать к девушкам, — отрезала она, развернулась и зашагала обратно на свое место.
Едва она опустилась на стул, как на стол к Джону тут же прилетел первый бумажный самолетик. Впрочем, парня это ничуть не удивило — подобное происходило с ним всю жизнь. Как выяснилось, все сотрудницы, кроме одной, были незамужними. Ещё до наступления обеденного перерыва Джон умудрился получить ровно семь записок с приглашениями или завуалированными вопросами. По сути, это было одно и то же: девчонки наперебой интересовались, свободен ли он сегодня после работы и есть ли у него постоянная девушка. Джон честно ответил всем, что на данный момент его сердце абсолютно свободно, да и планов на вечер у него нет.
Однако в процессе этой переписки его зацепила одна любопытная мысль: он явно недосчитался одной записки. Математика была простой. В отделе девять девушек. Минус одна замужняя — оставалось восемь потенциальных отправительниц. Но записок на столе лежало всего семь. Джон внимательно изучил почерки, сопоставил факты и быстро вычислил, что единственное отсутствующее послание принадлежало Кэт.
Вскоре в кабинете появился и сам начальник отдела. Его звали Грэг, и он Джону сразу понравился — крепкий, открытый мужчина.
— Ну что, Джон, добро пожаловать, — ухмыльнулся Грэг, пожимая ему руку. — К моему великому счастью, я давно и прочно женат. На этой должности семейный статус — моё единственное спасение. А вот тебе теперь придется держаться изо всех сил. Хотя, кто знает, может быть, именно в нашем цветнике ты и найдешь свою благоверную.
— Спасибо за теплый прием и совет, Грэг, — с искренней благодарностью улыбнулся Джон.
Изучив семь полученных записок, Джон мысленно остановил свой выбор лишь на двух девушках. Одну звали Вика, её рабочий стол располагался прямо перед ним, а вторую — Элизабет, или просто Лиза. Обе девицы были высокими, фигуристые и весьма симпатичными. По привычке подбросив монетку, парень доверился жребию — выпала Лиза. Он тут же черкнул ей короткий ответ, что будет ждать её сразу после окончания смены. На личном фронте всё шло по привычному сценарию, так что теперь следовало со всей серьезностью взяться за дело.
Джон ещё раз внимательно просмотрел программное обеспечение, на базе которого работал весь отдел. Оно не было безнадёжно устаревшим, однако в университете им давали гораздо более продвинутые и скоростные версии. Именно на этом профессиональном превосходстве парень и решил сыграть, чтобы заявить о себе. Свою стартовую часть в текущем проекте он успешно завершил незадолго до конца рабочего дня.
— Кэт, — подошёл он к её столу. — С моей стороны всё готово. Что делать дальше?
— Обращайся к начальнику, — ответила она сухо, даже не поднимая головы от монитора.
— Тебя что, парень бросил? — шутливо поинтересовался Джон. — Ну нельзя же так, совсем в тебе души нет.
— Джон, тебе-то какое до этого дело? — Кэт наконец оторвалась от работы. — Иди и занимайся своими обязанностями. Я тебе ещё утром чётко сказала, что у нас в отделе категорически запрещено.
— Да я и не думаю приставать, — примирительно улыбнулся он. — Просто искренне интересуюсь жизнью новых коллег.
— Тогда начни проявлять свои интересы с кого-нибудь другого. Я занята.
— В личном смысле или исключительно в рабочем? — с напускным недоумением уточнил парень.
Она подняла голову и посмотрела на него настолько тяжело и серьезно, что Джон счёл за лучшее сразу отойти обратно к своему месту.
Обедал он в тот день с Лизой, заодно прощупывая почву для предстоящего вечера. Она оказалась классной, весёлой девчонкой. Тем не менее, вернувшись после перерыва в офис, Джон на всякий случай заглянул в кабинет к Грэгу.
— Просьба чисто от мужчины к мужчине, — с ходу пояснил он цель визита. — Что ты можешь сказать о Лизе и о Вике?
— У тебя с ними точно всё получится, — понимающе усмехнулся начальник. — В нашем отделе есть только один непробиваемый камень, и это Кэт. С остальными девчонками у тебя никаких проблем не возникнет.
— А кто она вообще такая, эта Кэт? Я уже успел заметить, что…
— Кэт — это Кэт, — с уважением перебил его Грэг. — Из самой простой рабочей семьи, невероятно умная и порядочная девушка. Я, честно говоря, планирую в скором времени продвинуть её на место своего официального заместителя, но теперь у неё в твоем лице появился серьезный конкурент.
— Ах, вот оно что! Так вот почему она так демонстративно выпускает иголки, — улыбнулся Джон.
— Ошибаешься. Она ведет себя так абсолютно со всеми мужчинами. На мой скромный взгляд, это единственная по-настоящему стоящая девушка в фирме. Но я, как ты помнишь, уже прочно женат, а вот ты — дерзай.
— За мной должок, Грэг, — улыбнулся Джон и крепко пожал ему руку.
После шести вечера он на глазах у всего притихшего отдела демонстративно уехал на своей шикарной «Субару» вместе с Лизой. Парень сразу повез спутницу к себе домой, где они немного выпили и расслабились. Девушка под воздействием момента тут же принялась пылко объясняться ему в вечной любви, а умудренный опытом Джон лишь молча понял, что завтра на её месте в его машине будет сидеть Вика.
Так в итоге и случилось. Они провели с Викой бурную, насыщенную ночь, но уже к утру оба четко осознали, что эта близость была первой и последней. Вика оказалась очень умной, рассудительной и добропорядочной особой. Она никогда не болтала попусту, а ценные советы давала исключительно тогда, когда её об этом напрямую просили. Она безумно понравилась Джону именно как человек, и он, ни капли не сомневаясь, предложил ей честную, чистую дружбу без какого-либо постельного продолжения. К его удивлению, девушка сразу же и с облегчением приняла это предложение.
— Вика, ты отныне можешь искренне полагаться на меня абсолютно во всём, — с благодарностью произнес он.
— Это взаимно, Джон. О постели давай просто навсегда забудем. Настоящая, крепкая дружба часто не имеет цены.
«Ну что ж, — размышлял Джон, устраиваясь за рабочим столом на следующее утро. — Начало уже совсем не плохое. Всего два дня в фирме, а у меня уже появилась отличная, преданная подруга». К тому же, сидела она как раз прямо перед ним.
Шли дни. В профессиональном плане Джон легко опережал по скорости выполнения задач абсолютно всех коллег, за исключением Кэт. Девушка упрямо не отставала от него ни на шаг. В итоге они вдвоём чаще других помогали тем сотрудникам, кто не успевал за общим темпом. За это время Джон смог получше разглядеть Кэт и с удивлением обнаружил, что многого просто не замечал в ней раньше. Она оказалась невысокой, стройной и на редкость пропорционально сложенной. Короткая челка делала её лицо немного забавным, но аккуратный, чуть вздернутый носик придавал образу особое очарование. И вообще, она парню определенно нравилась. Существует такой тип девушек — Кэт относилась именно к ним, — которые не бросаются в глаза с первой секунды, но затем в них просто безоглядно влюбляешься. Нет, сам Джон, конечно, ещё не влюбился. Его, скорее, подстегивал азартный спортивный интерес. Когда тебе в этой жизни никто и никогда не отказывал, первая же неприступная крепость начинает нешуточно интриговать. Пока ты не завоюешь её сердце и не заставишь влюбиться в себя, это упрямое желание просто не дает тебе покоя.
— Вика, — заговорщически шепнул он коллеге в один из дней, слегка подавшись вперед. — Подскажи, как мне вообще подъехать к нашей Кэт?
— Джон, даже не пытайся, она тебе точно не по зубам, — ухмыльнулась подруга.
— Да ладно тебе! Ты хоть догадываешься, какие роскошные девчонки на меня раньше сами вешались?
— Догадываюсь. Но Кэт — это совершенно особый, уникальный случай.
— Слушай… а она случайно не из этих… ну, не лесбиянка?
Вика звонко рассмеялась:
— Не думаю. Просто более своеобразной девицы я в своей жизни еще не встречала.
— Ну так помоги мне, сделай доброе дело. Мы же друзья, в конце концов.
— Ладно, дай мне время подумать.
На этом их короткий спор завершился, но в воображении Джона Кэт мгновенно выросла до масштабов недосягаемого небоскреба. «Она всё равно будет моей, — упрямо пообещал он самому себе. — Рано или поздно, но я своего добьюсь».
Спустя пару дней Вика снова тихонько подозвала его к своему столу:
— Джон, у меня есть только одна подсказка. Очаровать или, как ты говоришь, завалить её ты сможешь исключительно через работу. Это её единственная слабая струнка.
— Спасибо, дорогая. Я перед тобой в вечном долгу, — искренне поблагодарил парень.
Через две недели начальник отдела Грэг собрался в запланированный отпуск и первым же делом вызвал Джона к себе в кабинет.
— Ну что, Джон, уезжаю ровно на месяц, — вздохнул он. — Моя единственная головная боль на это время…
— Это я или Кэт? — понимающе улыбнулся парень. — Грэг, даже не мучайся и отправляйся отдыхать с абсолютно чистой головой. Кэт работает в этом отделе гораздо дольше меня. Логично назначить её временно исполняющей обязанности. Но если сможешь, сделай мне одну чисто мужскую услугу. Назначь меня её официальным замом и перенеси мой рабочий стол к ней в кабинет.
— Джон, я почему-то с самого первого дня был уверен, что ты начнешь её активно добиваться, — Грэг лукаво прищурился. — Ладно, я посажу вас вместе в одну комнату, но на легкий успех даже не надейся.
На следующее утро начальник благополучно исчез, а в его просторном кабинете рядом со столом Кэт действительно появился второй рабочий стол с компьютером Джона.
— Привет, Кэт! — бодро поздоровался парень, переступив порог. — Я тут всё утро гадаю, куда это мой стол за ночь испарился? Получается, это ты лично попросила Грэга взять меня к себе в заместители?
— Размечтался, — холодно фыркнула она, даже не оторвав взгляда от монитора. — Я вообще искренне не понимаю, зачем ты мне здесь нужен и какая от тебя польза.
— Ну, раз так, я могу без проблем перетащить свой стол обратно в общий зал.
— Нет уж, оставайся. Официальный приказ руководства есть приказ, его нужно выполнять.
— Послушай, Кэт, да что я вообще тебе такого сделал? — не выдержал Джон, присаживаясь на новое место. — Ты со дня моего прихода разговариваешь со мной так, словно я бездушный кусок мебели.
— Я просто очень не люблю бабников, — прямо и без прикрас ответила она, наконец посмотрев на него. — О твоих бурных ночных похождениях с Лизой и Викой в нашем отделе уже и так абсолютно все знают.
— Похождения? — искренне возмутился Джон. — Да мы с Викой теперь лучшие и самые преданные друзья! Ты вообще хоть немного понимаешь истинный смысл этого слова? Если у тебя самой никогда в жизни не было настоящих друзей, то тебе, дорогая, точно нужно срочно проконсультироваться у психиатра.
— Ты, как я погляжу, сегодня на редкость любезен, Джон, — ничуть не смутилась Кэт. — Меня ни капли не интересуют ни твои мнимые друзья, ни твои многочисленные подруги.
— Но на обеденный перерыв мы ведь в любом случае пойдём вместе? — уверенно улыбнулся парень.
— Ты что, серьёзно решил и меня в свой список трофеев добавить? — с явной издевкой поинтересовалась она.
— Послушай, а у тебя в личной анкете в отделе кадров точно написано, что твой пол — женский? — не остался в долгу Джон.
— Уж точно не тебе эту анкету читать.
— Ну, значит, обо всём договорились.
Когда наступил час обеда, Джон упрямо двинулся за Кэт прямо след в след. Девушка направилась в небольшое, уютное кафе неподалеку от офиса. Едва она сделала свой заказ и устроилась на месте, парень без лишних церемоний подсел за её столик.
— И почему ты меня на выходе не подождала? — с напускным недовольством поинтересовался он.
— Что ты вообще здесь делаешь? — Кэт строго посмотрела на него. — В приличных местах для начала принято спрашивать разрешения, прежде чем подсаживаться за чужой занятый столик.
— Но ты ведь сама утром не ответила мне категорическим отказом пообедать вместе, — парировал Джон. И, окинув её взглядом, добавил: — Кстати, глядя на то, чем ты питаешься, я искренне удивляюсь, как тебе удаётся сохранять такую безупречную фигуру.
— А ты просто не смотри туда, куда тебе смотреть не положено, — отрезала девушка. — Видит око, да зуб неймет, ясно?
За всю последующую неделю Джон не продвинулся в общении с Кэт ни на один сантиметр. Да, он целенаправленно обедал теперь исключительно в её компании, но она каждый раз делала ему огромное одолжение, лишь нехотя позволяя занять стул напротив. Все выходные парень напряжённо размышлял над ситуацией, и в итоге в его голове созрел дерзкий план.
В понедельник, незадолго до конца смены, он специально поменял в одном из ключевых мест сложной программы плюс на минус, фактически полностью запоров рабочий код. Когда стрелки часов перешагнули за шесть вечера и все сотрудники потянулись к выходу, Джон остался сидеть перед своим монитором с максимально удручённым, мрачным видом.
— Джон, мне нужно закрывать кабинет и сдавать ключи на охрану, — равнодушно окликнула его Кэт, натягивая пальто.
— Закрывай, — раздражённо бросил он, даже не повернув к ней головы. — И вообще, это исключительно из-за тебя я только что полностью запорол важнейшую программу! Я теперь всё равно всю ночь спать не буду, но к утру этот код у меня будет работать как миленький.
— Из-за меня?! — искренне изумилась девушка, замерев посреди комнаты.
— Да, именно из-за тебя! Засмотрелся в твою сторону, отвлекся и вместо плюса где-то по ошибке влепил минус. Теперь ищи свищи.
— Нечего в мою сторону засматриваться, у тебя перед носом твой собственный компьютер стоит, вот туда и смотри, — фыркнула Кэт.
Джон демонстративно промолчал, продолжая со злым и настойчивым видом ожесточённо колотить пальцами по клавишам, набирая на экране всякую ерунду.
— Джон, прекрати дурить. Собирайся и выходи, — уже спокойнее произнесла Кэт.
— Да иди ты… — парень буквально впился глазами в мерцающий монитор, игнорируя её слова.
— Вообще-то, пока Грэг в отпуске, я здесь всё ещё командую, — в её голосе впервые проскользнули чуть более мягкие, растерянные нотки.
— Да садись ты и пиши на меня хоть рапорт в отдел кадров за злостное неподчинение руководству, мне сейчас абсолютно всё равно, — отмахнулся он. — Но я отсюда не уйду: к утру программа должна работать.
Девушка в нерешительности потопталась у порога, затем медленно сняла пальто и вернулась вглубь кабинета. Подтащив свой стул вплотную к его рабочему месту, она решительно устроилась рядом.
— Ладно, показывай, что ты там натворил.
Джон послушно открыл перед ней программный код, который к этому моменту разросся без малого на девяносто страниц.
— А это ещё что такое? — Кэт удивлённо вглядывалась в бесконечные строчки на экране. — Насколько я помню базовую архитектуру, эта функция должна быть значительно короче.
— Этого тебе сейчас точно не понять, — снисходительно хмыкнул парень. — Это самый современный метод продвинутого программирования. Исключительно за счёт него я экономлю добрую половину нашего рабочего времени. Ты в этом с ходу не разберёшься.
— Ты что, действительно думаешь, будто ты один здесь такой умный? — задетая за живое, Кэт воинственно прищурилась. — А ну-ка подвинься!
— Сама двигайся, если тебе так надо, — пробурчал Джон. — Всё равно толку от тебя в этом вопросе не будет никакого.
Кэт решительно пододвинула свой стул ближе к его столу. В этот миг Джон впервые ощутил тонкий, едва уловимый аромат её духов так близко. Они сосредоточенно копались в запутанных строчках кода до самой полуночи, пока парень наконец со знанием дела не исправил ту самую злополучную ошибку.
— Ну вот, видишь, — с легким торжеством произнесла Кэт, выпрямляя спину. — Вдвоем мы справились с этой задачей гораздо быстрее.
— Спасибо тебе большое, — искренне ответил Джон. — Собирайся, я тебя подвезу до дома. Ты ведь, по сути, исключительно из-за моей оплошности здесь допоздна задержалась.
— Не стоит благодарности, но я лучше вызову такси, — привычно отстраненно отозвалась девушка.
— Ну и ладно, иди тогда и езжай на своём такси, — раздраженно бросил он, отворачиваясь к монитору. — Вечно ты строишь из себя невесть что. Я вообще-то не кусаюсь. И раз уж виноват, то привык сразу отдавать долги.
Кэт в нерешительности задумалась, взвешивая его слова.
— Ладно, так и быть, поехали, — неохотно согласилась она.
Они спустились на подземную парковку и сели в машину. Джон завел мотор, включил негромкую спокойную музыку, и его «Субару» плавно выехала на ночные улицы. Опустевший город в сиянии неоновых огней выглядел просто великолепно. Остановившись у входа в уютное круглосуточное кафе, парень заглушил двигатель, быстро вышел наружу, обошел автомобиль и, распахнув пассажирскую дверцу Кэт, галантно протянул ей руку.
— Джон, мы ведь с тобой совершенно о другом договаривались, — строго заметила она, не спеша выходить.
— Именно об этом мы и договаривались, — не принял возражений парень. — Как коллега ты мне очень помогла, и я, как обещал, везу тебя домой. Но в этом пустом кабинете ты осталась со мной уже как настоящий друг, поэтому я просто обязан пригласить тебя на чашку хорошего кофе.
— В таком случае я прямо отсюда уеду на такси.
— Да катись ты на своём такси, — отрезал Джон, демонстративно развернулся и уверенным шагом направился к дверям заведения.
Кэт появилась в зале буквально через минуту и молча опустилась на стул за его столиком.
— Джон, ответь мне честно: ты ведь всю эту историю с поломкой программы специально со своей стороны придумал? — пристально заглядывая ему прямо в глаза, спросила она.
— Да почему ты упрямо считаешь, будто в этом мире вообще не осталось нормальных, бескорыстных человеческих отношений?! — напускно взорвался парень. — Ты выручила меня в сложной ситуации, и я всего лишь хочу по-человечески тебя отблагодарить! Что в этом преступного?! Если то, что я сейчас взял твою руку, — а Джон действительно успел в этот момент накрыть её ладонь своей, — кажется тебе верхом сексуального домогательства, то ты, извини меня за прямоту, просто законченная шизофреничка!
Кэт тут же резко забрала свою руку обратно, но продолжала пристально, не мигая, смотреть на него. Да, Джон сегодня был в настоящем ударе, но весь этот грандиозный спектакль со вспышкой гнева был им до мельчайших деталей продуман еще в воскресенье. Прицепиться к его логике было абсолютно не к чему.
— Джон, — на удивление спокойно произнесла она, — я с тобой в подобном тоне никогда не разговаривала.
— А как мне еще с тобой разговаривать?! — парень даже слегка привстал со стула, закрепляя успех. — Ведь ты другого языка просто не понимаешь! Я сижу с тобой в одном кабинете целую неделю и с каждым днем думаю: какое же это невероятное счастье, что ты одна-единственная такая на всем белом свете! Абсолютно черствая, упрямая и бесчувственная скала.
— Это я-то черствая?! — Кэт от возмущения тоже резко привстала с места. — Да ты меня хотя бы чуточку в этой жизни знаешь, чтобы бросаться в меня такими громкими обвинениями?!
— А ты разве даешь хоть малейшую возможность тебя узнать?! — в тон ей парировал Джон.
В этот напряженный момент подошел официант и аккуратно расставил на столике две чашки дымящегося кофе. Оба дуэлянта невольно замолчали и постепенно успокоились. Молча выпив напиток, они вернулись в салон «Субару» и продолжили путь. Джон довез её до самого подъезда, но за всю дорогу не проронил больше ни единого слова. На её тихое дежурное «спасибо» при прощании он тоже демонстративно ничего не ответил.
На следующий день парень применил тактику полного игнорирования: он просто перестал разговаривать с Кэт по собственной инициативе. Конечно, на её сугубо рабочие вопросы он отвечал четко и вежливо, но не более того. На совместный обед он тоже не пошел. Впрочем, и сама Кэт весь день упрямо молчала как рыба.
Только перед самым окончанием рабочего дня, когда коллеги уже начали собираться домой, Кэт негромко попросила Джона задержаться в кабинете. Напустив на себя максимально недовольный и занятой вид, парень нехотя вернулся к своему столу.
— Джон, послушай, мы все-таки находимся на работе, — тихо начала она, и парень кожей почувствовал, что её ледяной тон наконец-то немного изменился в лучшую сторону. — Не нужно так откровенно смешивать наши личные разногласия с рабочим процессом.
— Кэт, если говорить откровенно, я вообще планирую уйти из этого отдела, — ответил Джон, скрестив руки на груди. — Мне ещё при приёме на работу настойчиво предлагали другое подразделение. Так что можешь не переживать: реального конкурента в моём лице у тебя больше не будет.
— Почему ты так решил? — Кэт удивленно приподняла брови.
— А ты сама как думаешь? Мы с тобой — два лидера в этой команде. И для нормальной работы мы должны быть либо просто хорошими друзьями, либо хотя бы относиться друг к другу по-человечески. Из-за твоего вечного ледяного холода мне в последнее время просто не хочется переступать порог этой комнаты.
— Значит… ты переводишься исключительно из-за меня? — тихо уточнила она.
— Именно так. Я с тобой элементарно не сработаюсь, так зачем нам обоим зря терять время?
— Ну и уходи, — Кэт резко поднялась со своего места, и в её глазах на секунду блеснула обида. — Переводись в другой отдел. И даже не думай больше предлагать подвезти меня до дома.
— Очень нужно было, — буркнул Джон, круто развернулся и вышел в коридор.
Приехав к себе домой, парень места себе не находил. Он понимал, что влип по-крупному. Завтра утром ему действительно придётся идти в отдел кадров и подписывать заявление на перевод. Но на самом деле он этого категорически не хотел! Он вообще уже не мог представить свои рабочие будни без Кэт. Эта упрямая девчонка целиком и полностью завладела всеми его мыслями. Находясь в офисе, он думал о ней гораздо больше, чем о программировании. Но сказанного в запале, увы, уже не вернёшь.
На следующее утро Джон с самым мрачным видом вошёл в свой кабинет и, демонстративно ни с кем не здороваясь, принялся молча складывать свои личные вещи и документы в коробку. Он уже взялся за дверную ручку, когда за спиной раздался негромкий голос Кэт:
— Джон, постой… Давай ещё раз нормально поговорим.
Её тон на этот раз звучал на редкость примирительно.
— О чём нам ещё говорить? — парень медленно обернулся.
— Я не спала всю эту ночь, — тихо призналась Кэт, глядя в пол. — Впервые в моей практике из-за меня и моего характера толковый коллега собрался увольняться из отдела. Скажи, как я могу уговорить тебя остаться?
Джон крепко задумался и неопределённо пожал плечами:
— Ну, я не знаю… Для начала нам нужно просто поближе узнать друг друга. Найти хоть какие-то общие точки соприкосновения вне этих рабочих стен.
— И как конкретно ты себе это представляешь?
— Кэт, не придуривайся, пожалуйста. Ты ведь сама всё прекрасно понимаешь.
— Ладно, — после недолгой паузы вздохнула она. — Исключительно ради общего дела я согласна регулярно с тобой обедать, после окончания смены пить кофе и разрешать тебе отвозить меня домой на твоей машине. Этого для перемирия хватит?
— Постой, это у тебя что — официальный график? Жесткий контракт? Или твои личные пограничные условия? — усмехнулся Джон. — Скажи мне лучше честно: тебе самой вчера ночью понравилось пить со мной кофе?
Девушка на мгновение замялась, подбирая слова.
— Да, — неожиданно прямо ответила она, встретившись с ним взглядом. — Да, мне понравилось. И ехать в твоей машине тоже. И обедать вместе в кафе. И что из этого?
Теперь уже пришла очередь Джона ошеломленно замолчать. Такого искреннего ответа от своей неприступной начальницы он явно не ожидал.
— Кэт, давай тогда просто делать то, что нам обоим хочется, без твоего этого строгого регламента.
— А как всё это будет выглядеть со стороны, перед коллегами? — нахмурилась она.
— Да мне плевать на чужое мнение, — отрезал парень.
— А мне вот совсем не плевать! — с горечью воскликнула Кэт. — Один раз в своей жизни я уже крупно обожглась на отношениях. А ведь всё тоже начиналось так красиво и романтично…
— Ах, вот оно что… — протянул Джон, и в его голове наконец-то всё встало на свои места. — Теперь я тебя прекрасно понимаю. Ты мне после той истории просто изначально не доверяешь и боишься обжечься снова.
— Извини, — Кэт смущенно отвернулась. — Я вообще не должна была тебе об этом говорить.
— Как раз наоборот! Если бы ты мне сразу, в самый первый день открыто об этом сказала, у нас бы вообще не возникло всей этой дурацкой кутерьмы. Ладно, так и быть, я остаюсь в отделе, раз ты так настойчиво просишь. Совместный обед, машина и вечерний кофе отныне официально включены в наш пакт о перемирии. А всё остальное будет добавляться постепенно, по ходу дела.
— Какое ещё «остальное»? — искренне удивилась Кэт.
— Ну как какое? То, что предначертано нам судьбой.
— А что именно нам предначертано?
— Мы с тобой обязательно поженимся, — уверенно и обаятельно улыбнулся Джон, — и ты родишь мне прекрасного мальчика и девочку.
Кэт в ответ на его дерзкое заявление простодушно и звонко рассмеялась.
— А ты действительно забавный, Джон, — впервые в жизни так тепло и мягко произнесла она. — Только давай сразу проясним один важный момент. Я категорически не позволю шантажировать меня твоим возможным уходом из отдела. Если ты хоть раз переступишь рамки приличия, я без колебаний сама напишу рапорт руководству.
— Испугала. Всё равно родишь, никуда не денешься, — уверенно улыбнулся парень.
Следующая неделя прошла в строгом соответствии с их мирным уговором. Они вместе обедали, пили кофе и уезжали с работы на его «Субару». Однако Джон отчётливо понимал, что они зашли в своеобразный тупик — отношения замерли на одной точке, и нужно было срочно предпринимать какой-то новый, решительный шаг. Он долго размышлял по вечерам, лихорадочно вспоминая различные случаи и совпадения из своей прошлой жизни. Хоть ему и удалось отвоевать у неприступной начальницы немного личного пространства, это была всего лишь капля в море. Кэт действительно оставалась для него невероятно красивым, желанным, но всё ещё монолитным камнем. Как растопить этот лед, он по-прежнему не представлял — слишком уж необычной и гордой была эта девушка. В итоге, взвесив все за и против, Джон решил позвонить матери.
— Мам, привет. Слушай, можно я приеду к вам сегодня вечером с одной девушкой? Хотелось бы поужинать всем вместе.
— Прекрасная новость, сынок! — искренне обрадовалась мать. — Значит, на твоём горизонте наконец-то появилось что-то действительно серьёзное?
— Да, мам. Только учти: она из самой простой, небогатой семьи.
— Ты главное привози её знакомство, а там мы сами во всём разберёмся и посмотрим.
— Спасибо, мамуля. Только есть одна загвоздка — я пока ещё совсем не уверен, согласится ли она вообще поехать.
— В любом случае ужинать мы сегодня будем, — мягко отрезала женщина, — вдвоём с отцом или вчетвером вместе с вами.
— Мам, а ты не могла бы сделать мне огромную услугу и официально прислать ей именное приглашение от вашего лица?
— Даже так? — в трубке раздался удивленный смешок. — Сынок, неужели наш убежденный холостяк наконец-то по-настоящему влюбился?
— Сам пока толком не знаю. Пришли, пожалуйста, курьера прямо ко мне на работу, на имя Кэт.
Джон подробно продиктовал матери точный адрес их фирмы, название отдела и даже номер этажа.
В понедельник утром он вошёл в кабинет как ни в чём не бывало, излучая полное спокойствие.
— Ну как прошли твои выходные, Кэт? — поинтересовался он, устраиваясь за своим столом.
— Скучно, — честно призналась она. — Собственно, как и всегда.
Ближе к полудню в кабинет заглянул секретарь с утренней почтой. Один плотный, дорогой конверт вручили лично Кэт в руки. Джон в этот момент демонстративно уставился в свой монитор, делая вид, что полностью поглощен написанием кода, хотя краем глаза внимательно следил за её реакцией.
— Джон… — Кэт растерянно перечитала строчки на изящной карточке. — Меня тут только что официально пригласила на ужин одна очень известная в городе семья. И, между прочим, зовут прямо на сегодня. Она выглядела совершенно сбитой с толку.
— Это мои родители, — абсолютно равнодушно и буднично отозвался парень. — Они просто выразили желание, чтобы мы все вместе сегодня поужинали у них дома.
— Да, но… как это вообще понимать?
— А что в этом плохого или предосудительного? — искренне удивился Джон. — Они замечательные, открытые люди. Тебе понравится.
— Так это ты всё за моей спиной подстроил?! — Кэт стремительно поднялась со своего места и вплотную подошла к его столу.
— Я, Кэт, даже отпираться не буду. Пожалуйста, не волнуйся так сильно. Сразу после окончания работы я лично отвезу тебя к тебе домой, подожду, пока ты спокойно переоденешься, а потом доставлю к родителям в полной целости и сохранности. Обещаю.
— Но почему из всех девчонок выбор пал именно на меня?!
— Да просто потому, что ты мне всегда безумно нравилась, — открыто признался парень, глядя ей прямо в глаза. — Или, по-твоему, мне следовало пригласить на семейный ужин нашу толстушку Джейн из соседнего сектора?
— Джон, я, конечно, очень польщена и безумно тебе благодарна за такое внимание, — Кэт растерянно опустила плечи и отвела взгляд. — Но я сейчас элементарно не знаю, как правильно поступить. Наверное… мне всё-таки лучше вежливо отказаться.
— Твоё право, настаивать я не стану, — спокойно отозвался Джон, возвращаясь к монитору. — Лично я не вижу в этой затее абсолютно ничего дурного. Ты нравишься мне, я нравлюсь тебе, и в любом случае когда-нибудь нужно знакомиться с родителями. Если бы меня сейчас официально пригласили твои близкие, я бы ни за что не стал отказываться.
— Погоди-ка, — Кэт недоумённо нахмурилась. — То, что я нравлюсь тебе, это понятно. Но с чего ты вообще взял, будто ты нравишься мне?
— Да у тебя это прямо на лице написано, — усмехнулся парень, даже не повернув к ней головы. — Раз тебе искренне нравится проводить со мной свободное время, значит, и я тебе симпатичен, разве нет?
— Тебе не кажется, Джон, что ты сейчас нагло переступаешь дозволенную черту?
— Ни капли не кажется. Просто ты, как и всегда, панически боишься признаться в очевидном. В офисе уже абсолютно все про нас знают, а ты только-только догадалась.
Девушка молча опустилась на свой стул и крепко задумалась, переваривая его слова.
— Кэт, дорогая, — ласково добавил Джон, повернувшись к ней, — мои родители имеют законное право узнать в лицо будущую мать их внуков или всё-таки нет?
— Я у тебя уже и «дорогая»… — Она растерянно опустила руки и принялась безотрывно смотреть в одну точку на столе. — И мать их будущих внуков. Без меня меня женили — точно так же в подобных ситуациях когда-то любил говорить мой отец.
Во время обеденного перерыва Кэт была жутко рассеянной, то и дело роняла приборы, а ближе к вечеру и вовсе принялась нервно мерить шагами кабинет. Однако, когда рабочий день подошёл к концу, она без лишних споров покорно пошла за Джоном к его автомобилю.
— Джон, — почти взмолилась она, когда они сели в салон «Субару», — ну что мне делать, подскажи? Во-первых, у меня в гардеробе элементарно нет подходящего вечернего платья для визита в такой дом. А во-вторых… ты сам-то железно уверен, что действительно этого хочешь? — Её голос сейчас звучал непривычно тихо, мягко и даже как-то нежно.
— Кэт, — парень повернулся к ней и внимательно посмотрел на её лицо. — Скажи мне честно, я тебе хотя бы самую малость нравлюсь? Если нет, то нам действительно прямо сейчас никуда ехать не надо.
Она повернула голову и открыто встретилась с ним взглядом:
— Разве ты со своей внешностью можешь кому-то вообще не понравиться, Джон? Вот именно это меня сильнее всего и пугает.
— Ну, раз так, тогда поехали.
Они быстро подъехали к её дому, и Джон остался преданно ждать у подъезда. Всё пока складывалось как нельзя лучше. Кэт вышла на улицу только через час, но её преображение буквально лишило парня дара речи. На ней было элегантное платье, которое, хоть и не выглядело безумно дорогим, сидело на её стройной фигуре просто безупречно и невероятно ей шло.
— Милая, — восхищённо произнёс Джон, когда она присела на пассажирское сиденье, — ты просто прекрасна. Конечно, я прямо сейчас этого делать не стану, чтобы тебя не спугнуть, но мне до безумия хочется тебя крепко поцеловать.
— Джон, прекрати, — вспыхнула она. — Ещё пара таких речей, и я никуда не поеду, а останусь дома.
— Вот видишь, какая между нами всё-таки пропасть? Я безгранично тебе доверяю и честно, открыто говорю всё, что у меня на уме. Ты же вечно закрываешься… Ладно, поехали, что с тобой попусту спорить.
Дома родители Джона встретили гостью на редкость радушно и тепло.
— Мама, папа, познакомьтесь, это Кэт, — официально представил её сын.
— Вы вместе работаете в одном отделе? — с улыбкой поинтересовалась мать, принимая её пальто.
— Пока ещё да.
— Очаровательная девушка, просто прелесть.
Кэт мгновенно густо покраснела. Вскоре все дружно сели за праздничный стол, и отец Джона аккуратно разлил по бокалам дорогое вино.
— Джон, я вообще-то не пью алкоголь, — испуганно шепнула Кэт парню на ухо.
— Не стоит нарушать добрые семейные традиции, — так же тихо посоветовал он. Бедной девушке пришлось сделать робкий глоток.
— Кэт, — с улыбкой обратился к ней через стол отец семейства, — ну и как вежливо ведёт себя на работе мой сын?
— Он… он очень умный специалист, — искренне ответила она.
— А он вам сразу, с первого взгляда понравился, или всё-таки со временем?
Кэт окончательно растерялась от такого прямого вопроса.
— Ну… да, — неопределённо вымолвила она, чувствуя, как щёки снова заливает пунцовый румянец.
— А тебе самому, Джон, как твоя начальница? — лукаво прищурился отец.
— Начальниц нужно любить сильно, преданно и по возможности сразу, в первый же день, — обаятельно улыбнулся парень.
За эту дерзкую шутку Джон тут же получил под столом весьма ощутимый и точный удар носком женской туфли прямо по ноге.
— Вы очень мило и гармонично смотритесь вместе, — тепло улыбнулась мать, глядя на молодых людей. — Джон, а ты уже успел познакомиться с родителями Кэт?
— Пока ещё нет, но меня как раз официально пригласили на этой неделе, — не моргнув глазом соврал парень.
В ту же секунду под столом последовал второй удар женской туфелькой — на этот раз куда более точный и болезненный, чем первый.
— Кэт, милая, — ласково обратилась к девушке хозяйка дома, — пообещай мне, пожалуйста, что вы будете приезжать к нам вместе с Джоном почаще. Я прошу тебя об этом просто как мать.
— Конечно, я с удовольствием приеду, — искренне улыбнулась Кэт.
Званый ужин подошёл к концу, все тепло попрощались, и Джон повёз девушку домой. От двух бокалов хорошего вина её щёки окрасились нежным розовым румянцем.
— Джон… ну что ты вообще со мной делаешь? — тихо спросила она, глядя на ночные улицы за стеклом.
— До нашей официальной свадьбы я точно не собирался делать ничего предосудительного, — обаятельно усмехнулся парень. — А что такое?
— Я просто совершенно не знаю и не понимаю, как мне теперь себя вести рядом с тобой.
— Давай заедем куда-нибудь выпьем по чашечке кофе? — предложил он. Кэт молча и согласно кивнула.
Они припарковались у того же самого круглосуточного кафе, что и в прошлый раз. Усевшись за столик, Джон уверенным движением взял её ладонь в свою. Девушка не стала сопротивляться. Видя это, парень мягко наклонился и нежно прикоснулся губами к её тонким пальцам.
— Джон, послушай, а вот это уже явный перебор, — как бы извиняясь за свою робость, негромко произнесла она.
— Разве галантный поцелуй руки красивой девушке когда-нибудь считался перебором? — искренне удивился он.
— У меня от всей этой ситуации просто кружится голова. Скорее бы уже принесли наш заказ.
— Кэт, ответь мне только честно, — попросил парень, заглядывая ей в глаза. — Когда именно я тебе понравился: сразу, в первый же день, или всё-таки позже? Матери ты ведь так толком и не ответила.
— Всё это абсолютно ничего не значит, Джон, — отрезала она, со смущением отводя взгляд. — Мне и до тебя нравились другие парни, поверь.
На следующее утро Кэт пришла на работу тихая как мышка. Она вежливо поздоровалась, но почти всё время сосредоточенно молчала. Вечером картина повторилась. Единственным реальным достижением прошлой ночи для Джона оставался тот факт, что в кафе она больше не выдёргивала свою руку из его ладони, когда он её брал. Вся последующая рабочая неделя пролетела серо и однообразно. Знакомиться со своими родителями Кэт его, разумеется, так и не пригласила.
Все выходные дни парень провёл в напряжённых размышлениях, думая исключительно о Кэт. Со дня их знакомства незаметно подходил к концу целый месяц. «Да уж, продвинулся я, надо признать, совсем немного, — констатировал Джон, меряя шагами свою квартиру. — Это, конечно, уже не капля в море, но пока всего лишь лёгкие брызги». Он решительно не понимал, что ему делать с этой крепостью — в его богатой практике подобных девушек ещё никогда не встречалось. Он упрямо продолжал анализировать каждый её жест. Парень кожей чувствовал, что определенно симпатичен ей, но от её вечной сдержанности ему не было ни холодно, ни жарко. Даже с Викой они сейчас общались куда более близко и доверительно, чем с Кэт. Джон понимал, что нужно срочно переходить в решительное наступление, но её глухая оборона была выстроена безупречно. В ночь на понедельник Кэт ему даже приснилась — во сне он страстно целовался с ней до самого утра.
Новая неделя началась со встречи в общем зале отдела.
— Джон, ты не мог бы сейчас помочь Люси разобраться с её кодом? — громко крикнула Кэт через всю комнату, стоя у рабочего места другой сотрудницы.
— Конечно, милая, без проблем! — так же громко, во весь голос отозвался он и уверенно направился к столу Люси.
В ту же секунду весь отдел буквально застыл в ошеломлённом молчании. Джон краем глаза чётко заметил, как Кэт мгновенно густо покраснела от такой публичной фамильярности, но от растерянности так и не нашлась, что ему ответить. После этого парень специально не стал заходить в их общий кабинет, прекрасно понимая, какой именно серьёзный разговор ждёт его за закрытой дверью. Он присел рядом со своим главным союзником.
— Вика, ну и какие у нас в коллективе ходят слухи? — полушёпотом поинтересовался он.
— Ну ты, Джон, конечно, выдал! — весело рассмеялась подруга. — Ни один мужчина в фирме никогда бы в жизни не посмел прилюдно назвать её «милой». А как у вас вообще дела продвигаются, если без свидетелей?
— Довольно вяло, если честно, — вздохнул он. — Сдвиги вроде и есть, но пока совсем крошечные.
— Наступай, — уверенно подмигнула Вика. — Поверь моему опыту: девушкам очень нравятся настырные и решительные мужчины.
До самого обеденного перерыва Джону каким-то чудом удавалось не пересекаться с Кэт в кабинете. Зато, едва девушка вышла в коридор, он тут же нагнал её и крепко взял за руку. Она попыталась было порывисто выдернуть ладонь, но парень держал её пальцы мертвой хваткой.
— Джон, ты уже выбил из меня признание, что ты мне симпатичен, — строго выговорила она ему чуть позже, когда они устроились за столиком в кафе. — Но за свои сегодняшние фокусы в общем зале ты вполне можешь получить полновесную оплеуху. Причём прямо при всех коллегах.
— Ты ужасно несправедлива ко мне, — Джон сокрушённо вздохнул и напустил на себя максимально обиженный вид. — В нашем отделе и так уже абсолютно все всё прекрасно знают.
— Знают — что именно?! — Кэт воинственно прищурилась.
— Ну как что? Что мы с тобой — самая настоящая пара. Вместе работаем в одной комнате, вместе обедаем, вместе ездим на моей машине… Разве это не так?
— Ты что, действительно хочешь, чтобы я прямо сегодня всё это прекратила? — холодно поинтересовалась она.
— Напротив, я искренне хочу гораздо большего.
— Например?
— Да я тебе об этом уже не раз говорил, — обаятельно улыбнулся парень. — Нашу весёлую свадьбу и как минимум двух замечательных детей.
Кэт не выдержала и звонко рассмеялась. По какой-то неведомой причине эта его коронная фраза про свадьбу и малышей её всегда искренне забавляла и обезоруживала.
После обеда Джон наконец-то появился в их совместном кабинете. Кэт сидела за своим столом и сосредоточенно что-то изучала в документах. Парень тихонько подошёл к ней со спины, плавно склонился и нежно поцеловал её в бархатную щёку.
— Мои мама и папа просили передать тебе от них самый горячий поцелуй, — с абсолютно невинным выражением лица произнёс он, отстраняясь. — Правда, они почему-то забыли уточнить, в какое именно место нужно целовать.
Кэт в одно мгновение стала пунцово-красной. Джон прекрасно понимал: если бы в его оправдании сейчас не прозвучали авторитетные слова «мама и папа», он бы вряд ли отделался лёгкими ушибами.
— Джон! Кто вообще позволил тебе меня целовать?! — возмутилась она, резко разворачиваясь к нему на стуле.
— Да я сам давно этого очень сильно хотел, просто никак не подворачивался удобный повод, — нарочито растерянно пробормотал он. — А тут как раз родители с поручением… Ну и чего ты опять злишься?
Пока Кэт судорожно подбирала слова для сурового наказания, Джон, не давая ей опомниться, резко шагнул вперёд и неожиданно страстно поцеловал её прямо в губы. Сделав это, он вовремя и ловко отскочил в сторону — тонкая девичья ладонь со свистом пролетела в паре сантиметров от его лица.
— Ну вот, так ведь гораздо лучше, правда? — как ни в чём не бывало поинтересовался парень. — Наверное, родители всё-таки просили поцеловать тебя именно в губы, а вовсе не в щёку. Так что на всякий случай я выполнил оба варианта.
Джон быстренько развернулся на пятках и пулей выскочил обратно в общий зал к девчонкам. Оставаться сейчас в кабинете один на один было слишком рискованно для здоровья. Он понимал, что теперь от Кэт обязательно должны последовать самые суровые дисциплинарные санкции, но для этого ей сначала нужно было как-то заманить его обратно на рабочее место. И её голос не заставил себя долго ждать.
— Джон, зайди в кабинет, — негромко, но властно позвала Кэт.
Парень послушно направился к дверям, мысленно группируясь для удара.
— Тебе понравилось, милая? — с улыбкой спросил он, переступив порог.
— Всё, Джон, моё ангельское терпение окончательно лопнуло, — ледяным тоном объявила она. — С этого момента наша дружба официально окончена. Можешь со спокойной совестью переводиться в любой другой отдел фирмы, я препятствовать не стану.
— Конечно, дорогая. Обязательно займусь этим вопросом с завтрашнего утра, — легко согласился он.
— Либо ты сейчас же принесёшь свои искренние извинения мне лично и всему нашему трудовому коллективу за своё хамское поведение.
— Ну уж нет. Извиняться я точно не стану, об этом не может быть и речи. Максимум, на что я готов — это поцеловать тебя снова. И далеко не один раз, — отрезал Джон и принялся демонстративно собирать свои личные вещи в коробку.
К моменту окончания смены всё было полностью готово. Парень, подчёркнуто ни с кем не прощаясь, подхватил свои вещи и уверенным шагом направился на подземную парковку к своей «Субару». Каково же было его удивление, когда на самом выезде из гаража он обнаружил стоящую у стены Кэт. Джон притормозил и молча открыл перед ней пассажирскую дверцу.
— Отвези меня к моему дому, пожалуйста, — негромко попросила она, усаживаясь на сиденье.
Джон в абсолютном молчании доставил её по указанному адресу. Нарушать эту тишину никто из них не решался.
— Зайди, пожалуйста, со мной, — неожиданно тихо произнесла Кэт, когда машина замерла у тротуара. — Я хочу официально представить тебя своим родителям.
— Но зачем нам это нужно, Кэт? Мы ведь с тобой завтра окончательно расстаёмся и я ухожу из отдела, — искренне удивился он.
— Ты можешь просто по-человечески выполнить мою личную просьбу?
Джон молча заглушил мотор и вышел из салона. Вместе они переступили порог небольшого, скромного, но очень аккуратного и ухоженного частного дома. Кэт ровным голосом представила парня матери и отцу. Это оказались очень простые, скромные, но удивительно радушные и душевные люди. Никакого праздничного ужина к их визиту, разумеется, готово не было — все просто устроились в гостиной за большим круглым столом. Джону сразу стало ясно, что Кэт придумала этот визит как абсолютный экспромт прямо по дороге домой.
— Я искренне рада, что у нашей Кэт наконец-то появился такой красивый и статный парень, как вы, Джон, — с теплой улыбкой произнесла её мать, разливая чай.
— Вы для неё просто хороший друг или всё-таки что-то большее? — с добродушным прищуром поинтересовался отец.
— На самом деле уже бывший друг, — не моргнув глазом отозвался Джон. — Буквально с завтрашнего утра мы с ней окончательно расстаемся.
В ту же секунду парень получил под столом весьма увесистый и точный пинок туфелькой по ноге. Родители Кэт весело рассмеялись, приняв этот дерзкий ответ за обычную удачную шутку. Молодые люди посидели в гостиной ещё немного, после чего Джон вежливо попрощался, вышел на улицу и уверенным шагом направился прямо к своей «Субару». Для чего Кэт устроила весь этот семейный спектакль, он решительно не понимал.
— Джон, постой… Разве ты даже не пригласишь меня сегодня на чашечку кофе? — неожиданно раздался за его спиной тихий, робкий вопрос девушки.
Но парень упрямо проигнорировал её слова. Он молча сел в машину, резко завел мотор, до упора выжал педаль газа и скрылся за поворотом.
Следующим утром Джон решил даже не переступать порог своего ремонтного отдела. Подхватив коробку с вещами, он целенаправленно направился прямиком в отдел кадров, чтобы раз и навсегда оформить перевод.
— Джон! — искренне обрадовалась его появлению знакомая кадровичка. — Ну как твои дела? Как работа продвигается? Что на личном фронте, как девчонки?
— Всё просто отлично, — обаятельно улыбнулся парень. — А вы как поживаете?
— Да всё как обычно, сам ведь знаешь, рутина, — женщина заговорщически подмигнула ему. — Кэт тебя там уже, наверное, обыскалась в кабинете. Ты ведь сейчас к ней бежишь, из-за неё пришёл?
У Джона от такой новости буквально отвисла челюсть.
— Да ладно тебе, знаю я всё, знаю, — добродушно рассмеялась она, глядя на его ошеломленное лицо. — Полюбили вы друг друга крепко, вот теперь от большого ума и ссоритесь по пустякам. Кстати, скажу тебе честно, чисто как мать: такой порядочной и умной девочки, как Кэт, во всей нашей фирме больше нет. Так что цени её, береги и на свадьбу пригласить меня потом не забудь. Ну всё, беги давай, дорогой.
Джон вышел из отдела кадров, окончательно запутавшись и совершенно не представляя, что ему делать дальше. То, что Кэт с самого раннего утра уже успела побывать здесь и провести какую-то скрытую дипломатическую работу, было очевидно. Но вот что именно она наговорила кадровичке, оставалось для него полнейшей загадкой. Парень на автомате вернулся в свой родной отдел — идти ему больше было просто некуда — и сразу же подсел к рабочему столу Вики.
— Слушай, у нас тут с утра ничего из ряда вон не происходило? — вполголоса спросил он подругу.
— Наша Кэт сегодня с самого утра буквально светится и улыбается во весь рот, причём уже не один раз, — весело зашептала Вика. — Ну что, ковбой, неужели всё-таки повалил эту крепость?
— Да я, если честно, вообще уже ничего в этой жизни не понимаю, — честно признался Джон, хватаясь за голову. — Можно я пока у тебя на стуле побуду, на всякий случай? Кстати, мой рабочий стол из кабинета за ночь обратно в общий зал не вынесли?
Вика с искренним удивлением посмотрела на его растерянный вид.
В этот момент дверь кабинета с тихим щелчком открылась, и на пороге показалась Кэт. Она мгновенно выхватила Джона взглядом из толпы сотрудников и уверенным, легким шагом направилась прямиком к нему.
— Дорогой, — вдруг громко, на весь притихший зал произнесла она, мягко коснувшись его плеча, — тебе вообще-то ещё сложный отчет сегодня сдавать, время поджимает.
Абсолютно весь отдел как по команде повернул к ним головы, округлив глаза. Джон молча поднялся со стула и послушно поплёлся следом за ней в кабинет. Кэт вошла последней, плотно притворила дверь, повернулась к нему и остановилась, кокетливо сложив руки на груди.
— Джон, а ну-ка поцелуй меня. Точно так же, как ты делал это вчера, — с обезоруживающей, теплой улыбкой попросила она.
— Ну уж нет, спасибо, — буркнул парень, инстинктивно отступая на шаг назад. — Полновесных оплеух от тебя я сегодня ещё точно не получал.
Неожиданно для него Кэт сама сделала быстрое движение навстречу, нежно прижалась к его холеной груди и уютно положила голову ему на плечо.
— Прости меня, пожалуйста, — тихо, едва слышно прошептала она в его пиджак. — Давай мы с тобой наконец-то нормально помиримся. Хочешь, я сама тебя сейчас поцелую?
Она ласково приподняла голову, заглянула в его ошеломленные глаза и, не дожидаясь ответа, нежно, с бесконечным доверием поцеловала его прямо в губы.
В эту секунду у Джона, кажется, окончательно поехала крыша. Он стоял посреди кабинета как вкопанный каменный истукан, лихорадочно соображая, как реагировать на происходящее чудо. В конце концов его руки сами собой крепко обняли её за тонкую талию, и парень кожей почувствовал, как внутри него воцарился редкий, удивительный покой. Ему стало невыразимо хорошо.
— Кэт… да что вообще с тобой такое стряслось? — настороженно и тихо спросил он, бережно отстраняя её от себя.
— Абсолютно ничего особенного, милый, — ласково ответила она, не выпуская его ладоней. — Просто сегодня я наконец-то стала самой собой — такой, какая я есть на самом деле. Тебе что, не нравится?
— Да я просто в глубочайшем культурном шоке, — выдохнул Джон. — А кем же ты тогда, скажи на милость, была всё остальное время до этого дня?
— Я была другой, ненастоящей, — тихо пояснила Кэт, глядя ему в глаза. — Я ведь уже говорила тебе, что сильно обожглась один раз в жизни, и после той истории словно закрылась от всего мира, стала совершенно чужой. Пожалуйста, не удивляйся, но просто именно сегодня я безумно хочу хотя бы один-единственный день побыть самой собой. Всего один день. И сегодня я полностью в твоём распоряжении. Конечно, исключительно в рамках приличия…
— Кэт, я бы ни за что не стал нарушать эти рамки, поверь, — искренне ответил Джон, бережно сжимая её ладони. — Да, в моей жизни было много девчонок, но ни одна из них и близко не походила на тебя. Поехали в обед в хороший ресторан? И ничего страшного, если мы немного задержимся с перерыва.
— Ты обнимаешь меня вот так уже целых пятнадцать минут, — мягко заметила она, прижимаясь к его плечу. — Тебе ещё не надоело?
— Нет, что ты. Мне невыразимо хорошо рядом с тобой.
Джон нежно склонился к её лицу, и они снова слились в глубоком, взаимном поцелуе. Их губы ласкали друг друга с накопившейся за этот месяц трепетной страстью. Наконец они немного остыли — вернее, парень хотя бы отчасти начал приходить в себя и соображать, что происходит.
В обеденный перерыв они действительно съездили в отличный ресторан. Кэт весь ужин была на редкость веселой, оживленной и часто, открыто ему улыбалась. А сразу после окончания работы они не поехали домой, а решили просто подольше покататься по городу. Исколесив на «Субару» добрую половину мегаполиса, Кэт вдруг тихо попросила Джона припарковаться в одном из тёмных, безлюдных переулков.
— Джон, мы ведь сейчас не на работе, — нежно прошептала она, повернувшись к нему.
Они мгновенно потянулись навстречу друг другу. Парень ловил себя на мысли, что всё это волшебство ему просто снится. Кэт крепко обнимала его за шею, всем телом прижимаясь к нему на переднем сиденье. Джон без устали целовал её закрытые глаза, влажные губы, теплую шею и даже её забавный вздернутый носик. Его пальцы бережно путались в её мягких волосах, и он был просто не в силах остановиться.
— Ещё, милый, пожалуйста, ещё… — прерывисто шептала девушка, не открывая глаз.
Внутри у Джона всё полыхало от накатившего жара — еще никогда в своей жизни он не испытывал столь острого, неповторимого блаженства. Этот поцелуй длился, казалось, целую вечность. Наконец мужчина первым не выдержал такого сумасшедшего эмоционального накала.
— Кэт, ты просто сумасшедшая девчонка! — тяжело дыша, выдохнул он, слегка отстраняясь. — Я больше физически не могу это выдерживать.
— Ну ещё, милый… один самый последний поцелуй, — умоляюще прошептала она.
Джон послушно прильнул к её губам, всерьез опасаясь, что от счастья просто потеряет сознание.
Каково же было его удивление, когда на следующее утро Кэт вошла в кабинет точно такой же, как обычно. Она абсолютно равнодушно и дежурно с ним поздоровалась, спокойно уселась за свой стол и привычным жестом включила компьютер.
— Кэт… послушай, а ты вообще помнишь, что между нами было вчера? — осторожно и робко поинтересовался парень.
— Джон, никогда не нужно вспоминать прошлое. Смотри всегда исключительно в будущее, — ровным тоном посоветовала она, даже не повернув к нему головы.
Днем они снова вместе обедали в том же самом кафе, вечером он, как обычно, отвозил её к дому на машине. Но за весь день на её лице не отразилось ни единой личной эмоции, не говоря уже о поцелуях.
Вскоре из отпуска благополучно вернулся начальник Грэг. Джон и Кэт покинули его просторный кабинет и переместились обратно в общий зал отдела, заняв свои прежние рабочие места.
Наверное, на месте любого другого парня Джон бы уже давно сдался и отступил. Больше месяца он делал абсолютно всё, что было в его силах, использовал всё своё обаяние, но продвинуться дальше глухой стены так и не получалось. Если бы только не тот один-единственный незабываемый день, когда Кэт внезапно перевоплотилась в такую прекрасную, нежную, любящую и душевную девушку…
В одни из выходных дней Джон заперся дома и принялся дотошно перебирать в памяти каждую мелочь, каждую деталь, связанную с Кэт. Нужно было наконец-то принять волевое решение: что же ему делать дальше со своей жизнью? Такая, какой она была всегда — строгая, собранная и неприступная, — Кэт ему всё равно безумно нравилась. Но ведь ему и до неё часто нравились разные красивые девушки. Однако прежний спортивный интерес бабника давно прошел без следа, уступив место настоящему, глубокому человеческому чувству. Ту Кэт, которую он узнал в тот единственный, незабываемый день перемирия, Джон просто искренне, безудержно любил. А подобного сильного чувства в его жизни ещё никогда не случалось.
Скорее, именно на уровне интуиции Джон отчётливо почувствовал: во всей этой истории что-то упорно шло не так. Должны были существовать скрытые, веские причины её поведения, о которых он пока ничего не знал. Но мужчина твёрдо вознамерился докопаться до истины. И было ещё кое-что. Буквально все коллеги в фирме отзывались о Кэт исключительно с лучшей стороны. Да, ту девушку, которую он ежедневно видел в кабинете, можно было назвать просто порядочной и воспитанной, однако в её обычном поведении не проглядывало абсолютно ничего сверхъестественного. Разумеется, она как никто другой безупречно знала свои обязанности, всегда оставалась спокойной, собранной и рассудительной. Но назвать её какой-то исключительной парень бы точно не решился. Из этого напрашивался единственный логичный вывод: люди, которые так бережно и с таким искренним теплом говорили о Кэт, знали её гораздо раньше. Знали её совершенно другой — именно такой, какой она на один день открылась Джону. Значит, он тоже был обязан выяснить всю правду.
В понедельник с утра Джон решил начать своё расследование с Вики.
— Вика, слушай, ты ведь давно знаешь Кэт? Была знакома с ней раньше, до моего прихода? — как бы между прочим поинтересовался он.
— Нет, Джон, когда я только устроилась в фирму, она здесь уже вовсю работала, — покачала головой подруга. — А почему ты спрашиваешь? Что-то случилось?
— Да все вокруг как-то слишком уж восторженно о ней отзываются, — пожал плечами парень. — Она, конечно, хорошая, спору нет, но точно так же я мог бы охарактеризовать и тебя.
— Знаешь, Джон, я просто краем уха слышала от старожилов, что до моего появления в отделе она была совершенно другой. Весёлой, открытой…
Следующий свой визит Джон нанёс уже непосредственно в кабинет к Грэгу.
— Джон, я прекрасно понимаю твой живой интерес к этой ситуации, — понимающе вздохнул начальник, отложив документы. — Когда Кэт только пришла к нам в коллектив, она действительно была совсем иной. А потом у неё в личной жизни произошло какое-то страшное потрясение, и она в один миг круто изменилась. Но подчеркну: эти метаморфозы коснулись исключительно её чисто человеческого, эмоционального плана. Как незаменимый работник она какая была золотая, такой и осталась по сей день.
Парень искренне поблагодарил начальника за честность. Его смутные догадки наконец-то переросли в абсолютную, твёрдую уверенность. Своей настоящей, подлинной сущностью Кэт оставалась только в тот единственный, незабываемый день их перемирия. Во все остальные будни она сознательно надевала на себя тяжелые боевые доспехи, кольчугу, шлем — всё что угодно, лишь бы казаться окружающему миру абсолютно непробиваемой. И для такой глухой психологической обороны обязана была найтись сверхсерьёзная причина.
На следующий день Джон официально отпросился со смены пораньше и на своей «Субару» поехал прямиком к дому Кэт. На его стук дверь открыла её мать. Женщина сразу же узнала парня и радушно впустила его внутрь. Устроившись за знакомым круглым столом в гостиной, Джон, не теряя времени, прямо попросил её о помощи.
— Поймите меня правильно, Кэт мне глубоко не безразлична, — искренне и серьёзно начал он. — Если бы это было не так, я бы никогда в жизни не решился приехать к вам без приглашения. Не могли бы вы мне открыто рассказать, что всё-таки произошло с вашей дочерью в прошлом? Пожалуйста, поверьте мне: я никогда и ни при каких обстоятельствах не причиню ей вреда.
— Джон… — мать Кэт тяжело нахмурилась и грустно опустила глаза. — Всё это — дела давно минувших дней. Я, честно говоря, даже не знаю, стоит ли нам сейчас заново ворошить это старое пепелище.
— Но ведь вы и сами всем сердцем хотите, чтобы ваша дочь наконец-то снова стала прежней, счастливой девочкой? — мягко, но настойчиво возразил мужчина.
— Хочу, конечно, сынок, безумно хочу, — вздохнула женщина. — Кстати, дома, когда Кэт остаётся наедине с нами или со своим отцом, она по-прежнему нормальная, любящая и мягкая. Но стоит нам вместе выйти за порог, например, просто прогуляться за покупками, как она мгновенно натягивает на себя этот свой глухой, непробиваемый панцирь от чужих глаз.
— Вот видите! Вы выходите с ней на улицу лишь изредка, а я вынужден наблюдать этот её панцирь целыми днями на работе. Пожалуйста, поймите моё отчаяние.
— Джон, понимаешь, дочка всегда была со мной предельно откровенна, — тихо поделилась мать Кэт. — Но что конкретно произошло между ними в тот роковой день, я не знаю доподлинно до сих пор. Она по сей день молчит об этом как рыба. После того разрыва она добрых полгода регулярно ходила на сеансы к опытному психотерапевту. Благодарение Богу, доктор хотя бы сумел вернуть её к нормальной жизни и в семью. А ведь поначалу она даже здесь, в родных стенах, ни на минуту не снимала свои защитные латы.
— Скажите, а у вас случайно не остались координаты того специалиста? — осторожно поинтересовался Джон.
— Да, конечно. Сейчас я попробую найти его визитную карточку, — мать Кэт поднялась, вышла в соседнюю комнату и вскоре бережно положила перед парнем изящную визитку. Джон быстро переписал все контактные данные в свой блокнот.
— А её бывший парень? Что вы можете о нём рассказать?
— Хороший был парень, — тяжело вздохнула женщина. — Плохого о нём сказать мне решительно нечего. Он очень долго и красиво за ней ухаживал.
— А какие-то его личные контакты у вас сохранились?
— Да какие там контакты… Мы ведь знали только то, что его зовут Майк, и что он всегда приезжал за ней на приметной синей машине.
— А домашний адрес?
— В его квартире мы никогда не бывали. Ах, постой! — вдруг вспомнила мать Кэт. — Где-то у меня совершенно точно был записан его номер телефона.
Она опять поднялась со стула и на пару минут скрылась в глубине дома. Наконец женщина вернулась, держа в руках помятый листок бумаги, с которого Джон тут же аккуратно скопировал заветные цифры.
— Джон, послушай меня… Я только очень, очень тебя прошу…
— Вы, пожалуйста, даже не волнуйтесь, — мягко перебил её парень. — Я ведь уже пообещал вам, что никогда в жизни не причиню вашей дочери никакого вреда.
Они проговорили на кухне ещё довольно долго, пока на пороге дома неожиданно не появилась сама Кэт.
— Джон?! — искренне удивилась она, замерев в прихожей. — Ты что здесь делаешь? А я внизу стою и всё гадаю, почему ты меня сегодня после смены у машины не подождал.
— Да вот, сижу, жду тебя, — абсолютно спокойно и равнодушно отозвался он.
— А почему ты мне заранее ничего об этом не сказал? — девушка подозрительно перевела взгляд с парня на свою мать.
— Просто мне безумно хотелось сделать тебе приятный сюрприз, дорогая, — обаятельно улыбнулся Джон.
— Ну, считай, что твой сюрприз удался на все сто процентов. Пойдём, я хотя бы покажу тебе мою комнату.
Они прошли вглубь дома и переступили порог одной из комнат. Здесь царил абсолютный, идеальный порядок, но всё вокруг было буквально пропитано её тонким, знакомым ароматом. У Джона от этого ощущения даже слегка закружилась голова.
— Кэт, мне невыразимо приятно находиться здесь, в твоих стенах, — совершенно откровенно признался парень.
— Ты… останешься со мной на сегодняшний вечер? — тихо спросила она, несмело подходя ближе. А затем нежно поднялась на цыпочки и сама робко поцеловала его в губы.
— Дорогая, если ты меня по-настоящему попросишь, я готов остаться жить здесь навсегда, — улыбнулся Джон.
— Тогда я тебя очень прошу, — Кэт смущённо опустила глаза.
В ту же секунду они вместе опустились на кровать и слились в глубоком, горячем, обжигающем поцелуе. Прямо сейчас перед Джоном снова была та самая Кэт из их незабываемого дня перемирия. Её мать оказалась абсолютно права: дома, без свидетелей, эта девушка сбрасывала все свои доспехи и становилась настоящей.
— Кэт, — негромко произнёс парень, когда они наконец оба перевели дыхание после этой лавины чувств. — Я ведь действительно всей душой хочу жить с тобой. И хочу, чтобы ты со временем родила мне мальчика и девочку.
Девушка тихонько и счастливо рассмеялась.
— А кого из них первого? — лукаво прищурилась она.
— Сначала я хочу тебя, а дальше — кто уж у нас появится, — в тон ей ответил Джон.
— Знаешь… — Кэт нежно провела ладонью по его плечу. — Когда ты сегодня ушёл с работы, а я потом одна ехала домой в этом душном автобусе, мне так отчаянно тебя не хватало!
— Скажи мне, это ведь правда, что мы по-настоящему любим друг друга? — серьёзно спросил парень, заглядывая ей в глаза.
Девушка сначала робко опустила взор, а затем глубоко, тяжело вздохнула.
— Значит, всё-таки неправда? — принялся шутливо добивать её Джон.
— Джон, ну ты ведь и сам прекрасно всё знаешь, — ласково выдохнула Кэт. — Зачем вообще лишний раз об этом спрашивать? Я ведь сейчас вся перед тобой, без остатка.
Она была невероятно прекрасна и бесконечно желанна. Джон за всю свою жизнь ещё никогда не встречал подобной девушки. И это существо не имело абсолютно ничего общего с той строгой, неприступной Кэт, которую он ежедневно видел на работе.
Джон пробыл у неё в гостях очень долго и уехал к себе на «Субару» только около полуночи.
На следующее утро Кэт вошла в общий зал отдела как ни в чём не бывало. На ней снова красовались её привычные невидимые доспехи.
— Привет, Джон, — холодно и дежурно бросила она, присаживаясь за стол. — Как твои дела?
— Кэт, мне безумно понравилась твоя кровать, — мягко и полушёпотом произнёс парень, подавшись к ней. — Но исключительно тогда, когда ты находишься в ней рядом со мной.
— Глупости всё это, — отмахнулась девушка, даже не повернув головы. — Вас, мужчин, всегда интересует только одно — кровать.
Джон мысленно вздохнул и понял, что продолжать этот разговор на рабочем месте сейчас абсолютно бесполезно.
До наступления обеденного перерыва он созвонился со своими старыми проверенными друзьями, и те по личным каналам оперативно пробили для него номер телефона, который он накануне взял у матери Кэт. Результат не заставил себя ждать: Майк Филлер, точный домашний адрес, марка и номер автомобиля. В этот день Джон снова официально отпросился со смены пораньше. По указанным координатам он быстро отыскал нужный дом — тот располагался не так уж далеко от центра города. Припарковав свою машину чуть поодаль, парень замер в мучительном ожидании. Наконец к воротам подкатил и въехал во двор ухоженный автомобиль синего цвета — это был классный, дорогой «Форд». Из салона вышел молодой мужчина и привычным жестом открыл ключами входную дверь. У Джона внутри в ту же секунду всё намертво напряглось. Он никогда не отличался взрывным или импульсивным характером, но прямо сейчас он сам не понимал, что за дикая буря творилась в его душе.
Не желая рисковать, он лихорадочно набрал двоих своих самых близких приятелей и коротко попросил их немедленно подъехать. Спустя совсем немного времени их машины уже послушно замерли на обочине неподалёку.
— Джек, Стив, — серьёзно произнёс Джон, когда друзья подошли к его окну. — Мне сейчас очень нужна ваша мужская помощь. Из парня, который заперся в этом доме, необходимо во что бы то ни стало вытрясти абсолютно всё, что он знает об одном конкретном дне.
— Да без проблем, Джон, о чём речь? Ты ведь прекрасно знаешь, что у меня отец в полиции не последний человек, — понимающе улыбнулся Стив.
Джон решительно подошёл к калитке и нажал на кнопку звонка. Хозяин дома вскоре послушно вышел во двор.
— Майк Филлер? — спросил Джон самым равнодушным и обыденным голосом, на какой только был способен. — Вам срочная телеграмма, распишитесь.
Мужчина без задней мысли приблизился и повернул ключ в замке. В ту же секунду мощным ударом ноги Джон настежь распахнул калитку, а у него за спиной мгновенно и слаженно выросли фигуры Джека и Стива.
Спустя каких-то пять минут вся компания уже сидела в просторной гостиной Майка. Джона изнутри сильно нервировал тот странный факт, что чисто внешне этот парень ему… скорее понравился. В поведении Майка не проглядывало абсолютно никакого животного страха, держался он естественно и с достоинством. К тому же он был объективно симпатичным и открытым парнем.
Джон без лишних предисловий и жёстко объяснил истинную причину их внезапного визита.
— Джон, послушай, — спокойно ответил хозяин дома, выслушав его. — Ты вполне мог бы прийти и просто поговорить со мной один на один, без этого штурма.
— Мои друзья находятся здесь исключительно на всякий случай, — отрезал Джон. — На тот случай, если наш разговор по-хорошему вдруг не склеится.
— Что ж, если тебя так сильно интересует тот роковой день, то многого ты от меня, увы, не услышишь, — Майк сокрушённо развёл руками. — Я безумно любил Кэт. И, если честно, до сих пор продолжаю её любить всей душой. Я потом бесчисленное количество раз умолял её о прощении, буквально на коленях перед ней ползал, но всё оказалось абсолютно бесполезно. Она заблокировала меня везде.
— Ты подчистую сломал этой девочке всю психику, — процедил сквозь зубы Джон, едва удерживаясь, чтобы не схватить его за грудки. — А мне теперь приходится её лечить и по кускам восстанавливать её доверие к людям. Так что там, чёрт возьми, произошло на самом деле? Показывай карты.
Майк на мгновение тяжело задумался, собираясь с мыслями.
— Была шумная вечеринка, — тише произнёс он, уставившись в одну точку. — Прямо здесь, в этом самом доме. Народу собралось очень много, и Кэт, естественно, была со мной. К концу вечера практически все гости сильно напились, и только Кэт оставалась абсолютно трезвой — она вообще не пила алкоголь. В какой-то момент я увёл её в спальню на второй этаж, просто чтобы поговорить наедине, в тишине. Мне очень хотелось наконец-то уединиться с любимой девушкой.
— Ты… переспал с ней в ту ночь? — стараясь говорить как можно более равнодушно, перебил его Джон, хотя внутри у него всё похолодело.
— До того момента у нас с ней вообще ничего не было, — покачал головой Майк. — Но вся страшная загвоздка в том, что только на следующий день один из моих приятелей, который тоже тусовался на той вечеринке, со смехом признался мне: он тайком подсыпал в общий графин с соком какую-то жуткую импортную наркоту. Просто ради шутки, чтобы все расслабились. Если бы не эта дрянь в её стакане, между нами в спальне никогда бы ничего подобного не произошло. Кэт просто не контролировала себя.
— И что же конкретно там произошло, Майк? — сквозь зубы процедил Джон.
— Я… я пытался её изнасиловать, — Майк сокрушённо опустил голову и закрыл лицо руками. — Она жутко, отчаянно сопротивлялась и кричала на весь дом.
— И тебе это в итоге удалось? — Джон мысленно молил Бога удержать его сейчас от ответного насилия.
— Я не знаю, — тихо ответил хозяин дома. — До сих пор, клянусь тебе, не знаю. В какой-то момент я под действием этой дряни просто вырубился прямо там. Потом в спальню зашёл ещё один из гостей, но я этого момента уже совершенно не помню.
— Ты хотя бы спрашивал у него позже, что там было?
— Да, спрашивал. Он признался, что тоже хотел… Но у него в итоге ничего не получилось. Я же говорю, к тому моменту абсолютно все в доме были мертвецки пьяны.
— У вас что, на той чёртовой вечеринке, кроме Кэт, вообще больше не было девчонок? — глухо спросил Джон. — Для ваших грязных развлечений нужна была исключительно она одна?
— Она всем безумно нравилась, — с глубокой горечью признался Майк. — Вот и всё, что я могу тебе рассказать. Я сам по сей день проклинаю тот вечер. И то, что из-за собственной глупости навсегда потерял её.
Джон крепко задумался. По интонации парня чувствовалось, что он говорит горькую, но правду. Однако глухая ярость внутри Джона всё равно не проходила.
— И что мне теперь с тобой после всего этого сделать, Майк? — спросил он, в упор глядя на соперника. — Если бы Кэт тогда сразу подала на тебя заявление за попытку изнасилования, ты бы сейчас сидел в тюрьме, а не расслаблялся на своём дорогом диване. Даже в этой ситуации она оказалась выше тебя — человеком с огромной душой, раз просто пожалела и не стала ломать тебе жизнь.
Майк лишь обречённо развёл руками:
— Хуже, чем я сам уже сделал себе, вы мне всё равно не сделаете. Делайте со мной всё, что посчитаете нужным.
Джон обернулся и посмотрел на Стива и Джека. Друзья молча и выжидающе глядели на него, готовые к любому приказу.
— Майк, из-за твоих художеств она в своё время истратила кучу денег на сеансы у психиатра, — твёрдо произнёс Джон. — И эта история для неё ещё далеко не окончена. У тебя во дворе стоит отличная, дорогая машина. Завтра же ты её продаёшь, и Кэт до копейки получит эти деньги на продолжение реабилитации. Мне абсолютно всё равно, каким именно способом ты это провернёшь. Справедливо?
Тот покорно кивнул:
— Я… я ничего не знал про врача. Я просто больше никогда её не видел после того дня, она так и не простила меня. Скажи… ты хочешь на ней жениться?
— А вот это уже абсолютно не твоё дело, — отрезал Джон, поднимаясь со стула. — Но я искренне надеюсь, что больше никогда в своей жизни тебя не увижу. Если ровно через неделю Кэт не получит всю сумму, нашего следующего разговора по-хорошему уже не будет. Пошли, ребята.
Уже дойдя до калитки, Джон всё-таки не сдержался: резко обернулся и наотмашь влепил Майку хлёсткую, полновесную оплеуху. Только после этого физического действия его изнутри наконец-то начало постепенно отпускать, да и то далеко не сразу.
— Джон, если вдруг понадобится ещё какая-то помощь — сразу звони, не стесняйся, — серьёзно произнёс на прощание Стив.
— Спасибо вам, ребята, я перед вами в вечном долгу, — Джон крепко пожал друзьям руки.
Сев в салон своей «Субару», парень поначалу даже не знал, куда ему ехать. Ему требовалось время, чтобы банально успокоиться и прийти в себя, поэтому он просто просидел неподвижно за рулём около получаса. Только после этого он плавно тронулся с места и направился к своему дому.
На следующее утро в кабинете Кэт встретила его внимательным, изучающим взглядом.
— Джон, — как бы между прочим спросила она, — у тебя что, наконец-то появилась постоянная девушка?
— Она у меня уже очень давно появилась, — мягко ответил он, включая компьютер. — Неужели ты до сих пор этого так и не заметила?
Кэт пристально посмотрела ему прямо в глаза:
— Тогда где конкретно тебя носило вчера вечером после работы?
— Встречался со старыми институтскими ребятами, — спокойно соврал Джон. — Ты что, неужели меня ревнуешь?
— Да ну тебя, ты ведь всегда был неисправимым бабником, — привычно отмахнулась Кэт, утыкаясь в свой монитор.
Джон лишь загадочно усмехнулся в ответ на её очередное обвинение. В этот же день после обеда он снова официально отпросился со смены и поехал прямиком в медицинскую клинику. Бывший психотерапевт Кэт сегодня принимал пациентов, но его часы приёма уже подходили к концу. Парень терпеливо устроился на кушетке возле его кабинета и стал ждать. Едва двери открылись и от доктора вышла последняя заплаканная пациентка, Джон вежливо постучался и решительно вошёл внутрь.
— Простите, молодой человек, но на сегодня приём уже полностью окончен, — устало произнёс врач, даже не поднимая головы от медицинских карт.
— Я пришёл к вам по сугубо личному и очень важному делу, — спокойно ответил Джон и без лишних приглашений присел на стул прямо перед ним. — Меня остро интересует судьба девушки по имени Кэт.
Доктор удивлённо поднял голову и внимательно, изучающе посмотрел на незваного гостя через очки.
— А вы, собственно, кем ей приходитесь?
— Я её жених, — абсолютно серьёзно и просто ответил парень. — И я пришёл просить вашей профессиональной помощи. Хочу понять, как она себя чувствует на самом деле и как мне правильно вести себя с ней дальше. Я полностью в курсе того кошмара, который произошёл с ней в прошлом.
— Кэт… — задумчиво повторил доктор, и его взгляд сразу потеплел. — Да, я прекрасно помню эту пациентку. Очень хорошая, чуткая девочка. В своё время я сделал для неё абсолютно всё, что было в моих силах. Понимаете, она тогда находилась в столь критическом, раздавленном состоянии, что, выражаясь простым языком, могла банально свихнуться от пережитого шока. Я в своей практике уже сталкивался с подобными тяжелыми случаями.
— Спасибо вам огромное за то, что спасли её, доктор, — чистосердечно и с глубоким уважением произнёс Джон. — Но подскажите, что мне делать с ней прямо сейчас? Ведь она до сих пор не вернулась к нормальной жизни до конца. На работе она упрямо носит глухой защитный панцирь.
— Молодой человек, для полного исцеления её израненной души нужно только время и колоссальное терпение. Скажите честно, у вас самого оно есть?
— У меня его сейчас гораздо больше, чем требуется, — твёрдо заверил Джон.
Затем парень подробно, без утайки рассказал специалисту обо всём, что знал: о её нынешнем поведении в офисе и о том, как разительно она меняется, оставаясь с ним наедине. Врач надолго погрузился в размышления, мерно постукивая ручкой по столу.
— В таком случае я бы настоятельно посоветовал вам придерживаться следующей тактики, — наконец заговорил доктор. — Во-первых, никогда, ни при каких обстоятельствах не упоминайте в разговорах с ней о случившемся кошмаре. Эта тема должна быть навсегда похоронена. Во-вторых, если вы со временем твёрдо решитесь сделать ей официальное предложение руки и сердца, то выбирайте для этого исключительно тот момент, когда она будет настоящей, без своих защитных доспехов. То есть, как я понял из ваших слов, ловите момент у неё дома. Это два. В-третьих, если ваши отношения перейдут в интимную плоскость, сделайте всё возможное, чтобы Кэт сама этого искренне захотела и выступила главным инициатором близости. Ну а в остальном — будьте предельно тактичны, нежны и ни в коем случае не напирайте. Я более чем уверен, что счастливое замужество и долгожданное материнство смогут окончательно её вылечить. Но повторю ещё раз: никакого давления и насилия, даже в самых незначительных житейских мелочах.
Джон горячо, от всего сердца поблагодарил доктора за ценные наставления и сразу же поехал на машине. Но направился он не к себе на квартиру, а прямиком в загородный дом к родителям.
— Папа, мама, я приехал, чтобы серьёзно поговорить, — обратился он к близким, когда они все вместе устроились за семейным ужином. — Что вы скажете мне по поводу Кэт?
— У тебя с ней действительно всё настолько серьёзно, сынок? — внимательно посмотрел на него отец.
— Серьёзнее некуда, пап. Это самое важное из всего, что вообще когда-либо происходило в моей жизни. Мне сейчас жизненно необходим ваш родительский совет — я просто панически боюсь совершить какую-нибудь глупую ошибку и сам не решаюсь сделать следующий шаг.
— Лично мне Кэт с первого взгляда безумно понравилась, — мягко улыбнулась мама, накрывая его ладонь своей. — У тебя ведь раньше было столько пустых увлечений, а тут я впервые вижу тебя таким!
— Знаешь, сын, — веско произнёс отец, отставляя чашку. — Не смотри ни на какие условности, а слушай только своё сердце. Это ведь выбор не на пару недель или месяц, это решение на всю оставшуюся жизнь. Если ты вдруг переживаешь, что нас с матерью хоть как-то беспокоит её скромное положение в обществе или простое происхождение — ты очень глубоко ошибаешься. Нам нужно только твоё счастье.
— Значит, вы оба полностью за? — с облегчением выдохнул Джон.
Вместо ответа родители лишь тепло и согласно ему улыбнулись.
На следующее утро в офисе фирмы Кэт, едва дождавшись, пока коллеги отвлекутся, буквально зажала Джона в тихом углу коридора у лифтов.
— Джон, да что вообще вокруг нас происходит? — взволнованно и с явной обидой в голосе напустилась она на него. — Скажи прямо, я тебе больше совсем не нравлюсь? Ты в последнее время то и дело куда-то постоянно исчезаешь посреди дня, отпрашиваешься у Грэга, а на меня вообще перестал обращать хоть какое-то мужское внимание! Хочешь, мы тогда… просто останемся с тобой обычными друзьями? Точно так же, как у тебя сейчас всё складывается с Викой?
— Ты действительно именно этого хочешь, Кэт? — тихо спросил Джон, глядя на неё в упор.
— Я не знаю… — Девушка заметно погрустнела и отвела взгляд. — Ладно, всё это глупые мелочи, пошли работать. Извини за это внезапное приставание в коридоре.
Всю последующую неделю Джон целенаправленно не ходил на совместные обеды, а по вечерам умышленно задерживался в офисе подольше. Кэт больше не ждала его на подземной парковке, а покорно уезжала домой на общественном автобусе. Парень делал это вовсе не из желания уколоть её или обидеть — ему было жизненно необходимо окончательно разобраться в самом себе, прежде чем решиться на такой колоссальный, поворотный шаг в своей судьбе.
В пятницу, незадолго до окончания смены, Кэт как бы вскользь поделилась с ним новостью:
— Джон, представляешь, мне на днях пришёл какой-то совершенно странный денежный перевод на моё имя, причём из-за границы. Уведомление гласит, что я якобы выиграла целых сто тысяч. Я сначала не могла поверить, думала ошибка, пока сегодня действительно не получила всю сумму на руки. Разве такое вообще в жизни бывает?
— Конечно, бывает, — абсолютно спокойно и убедительно соврал Джон, даже не моргнув глазом. — Крупные международные компании часто разыгрывают подобные рекламные премии. Видимо, твои контакты когда-то случайно попали в какую-то общую базу данных. Я тебя искренне поздравляю.
— Да не за что… Но, если честно, от этих неожиданных денег мне на душе совсем не стало радостнее.
— А от чего бы тебе сейчас действительно стало радостно? — Джон мягко заглянул под её чёлку, ловя её взгляд.
— Завтра суббота, и я весь день буду находиться одна дома, — Дженни смущённо опустила голову.
— Можно я сам отвезу тебя сегодня после работы? — тихо спросил парень. — И разреши мне хотя бы немного побыть рядом с тобой, у тебя дома.
— А разве я тебе когда-нибудь это запрещала? — едва слышно вымолвила она.
Они поехали вместе. По дороге они по привычке ненадолго заглянули в их любимое кафе. Кэт в абсолютном молчании, с затаённой грустью допила свой остывающий кофе, после чего «Субару» плавно двинулась дальше. Её родители оказались дома и встретили молодого человека очень тепло и приветливо. Сами они к этому моменту уже успели поужинать, но быстро и заботливо накрыли стол для двоих гостей. Сразу после этого, деликатно пожелав ребятам спокойного вечера, старшее поколение удалилось в свою дальнюю спальню.
— Джон, можно я зажгу на столе свечи? — робко поинтересовалась Кэт, прервав тишину.
— Ты ведь находишься у себя дома, милая, — ласково улыбнулся он.
Они тихо поужинали при мягком мерцании свечей, а затем Кэт уверенно повела его вглубь дома, в свою уютную комнату. Стоило тяжёлой двери плотно закрыться за их спинами, как девушка порывисто шагнула вперёд, нежно обвила руками его шею и страстно впилась в его губы поцелуем.
— Кэт, постой, дорогая, подожди секунду, — Джон аккуратно, но твёрдо перехватил её за плечи и слегка отстранил от себя. — Мне нужно прямо сейчас сказать тебе кое-что очень важное.
— Ну вот, я так и знала, что между нами должно что-то случиться… — Кэт мгновенно поникла и разочарованно опустила руки. — Если хочешь, давай присядем на кровать.
Они устроились рядышком на краю постели. Джон отчётливо видел, что прямо сейчас перед ним сидит та самая, настоящая Кэт, без своих привычных офисных доспехов, и её недавний поцелуй был лучшим тому подтверждением.
— Кэт, моя дорогая, — заговорил парень, чувствуя, как у него от бешеного волнения буквально замирает сердце. — Я хочу здесь и сейчас, в этих стенах, сделать тебе официальное предложение руки и сердца. Пожалуйста, будь моей законной женой.
У Кэт в ту же секунду напрочь пропал дар речи. Она ошеломлённо заглянула в его серьезные глаза, а затем глубоко ушла в свои мысли.
— Джон… я очень надеюсь, что всё это — не какая-то твоя очередная дурацкая шутка? — прошептала она дрожащим голосом.
— Все шутки давно кончились, дорогая. Я говорю с тобой предельно серьёзно. И сразу тебя предупреждаю: я уйду сегодня из этого дома либо с твоим твёрдым «да», либо с твоим «нет». Ну, или я просто вообще отсюда никуда не уйду.
— Джон, я… я правда не знаю, что сказать, — на её длинных ресницах внезапно выступили крупные прозрачные слезинки. — Просто я сегодня ожидала от тебя услышать абсолютно всё что угодно, но только не это. Я сейчас элементарно не готова дать ответ. Скажи, можно я пойду прямо сейчас поговорю со своими родителями, пока они ещё не успели крепко заснуть?
Джон лишь понимающе кивнул. Кэт тихонько вышла, а он остался один в её комнате. Парень протянул руку, щелкнул выключателем небольшого ночника и погасил верхнюю люстру — от этого комната мгновенно наполнилась мягким полумраком и стала казаться ещё более уютной. Джон поймал себя на мысли, что окончательно перестал волноваться. Он просто лениво и с интересом разглядывал её личные вещи на полках. Кэт не было в комнате больше часа.
Наконец дверь тихонько скрипнула, и она вернулась. Джон внимательно посмотрел на неё, пытаясь угадать решение по лицу. Девушка молча подошла, снова опустилась на край кровати и надолго погрузилась в свои мысли. Парень терпеливо ждал. Спустя пару минут Кэт решительно поднялась со своего места, шагнула вплотную к нему и принялась аккуратно, пуговица за пуговицей, расстегивать его рабочую рубашку.
— Кэт, — искренне удивился он такому повороту событий, — ты что это делаешь?
— Ты всё равно не услышишь от меня окончательного ответа сегодня, — мягко и тихо произнесла она, заглядывая ему в глаза. — А раз так, значит, тебе в любом случае придётся ночевать в этом доме. Мы ведь не станем ложиться спать прямо в уличной одежде, правда?
Закончив с рубашкой, её тонкие пальцы уверенно взялись за ремень его брюк. Впервые в своей богатой жизни Джон почувствовал себя по-настоящему неловко. Он аккуратно перехватил её руки, быстро снял одежду сам и замер, с волнением наблюдая, что будет дальше. Кэт тем временем принялась раздеваться сама, совершенно не выказывая прежнего стеснения. Когда на её стройном теле осталось лишь изящное нижнее бельё, она юркнула под тёплое пуховое одеяло.
— Ты что, действительно привык спать исключительно стоя, милый? — лукаво прищурилась она из темноты.
Джон поспешно сбросил остатки вещей и тоже скользнул к ней в постель. Боже, за всю его жизнь у него было бесчисленное количество красивых девчонок, но ничего подобного этому моменту он не испытывал никогда! Они просто в одно мгновение слились друг с другом в единое целое. Помня мудрые советы психотерапевта, парень изо всех сил сдерживал свой пыл, бережно передавая всю инициативу в руки самой Кэт. Вскоре в разные стороны полетели последние кружевные вещи. Джон с бесконечной нежностью исцеловал каждый сантиметр её бархатной кожи. Кэт сладостно дрожала в его объятиях и тихонько стонала, пока в один прекрасный момент не вскрикнула от острой, внезапной вспышки. Сколько же скрытой, бушующей энергии, оказывается, таилось в этой хрупкой девушке! До самого рассвета им катастрофически не хватало времени, и они без устали продолжали ласкать друг друга. Наконец, когда яркие лучи солнца уже вовсю заливали комнату, они спокойно уснули, намертво переплетясь руками и ногами. Перед тем как закрыть глаза, Джон раз и навсегда чётко осознал: эта удивительная девчонка — именно та единственная женщина, которую он страстно желал бы видеть рядом с собой каждую минуту, день и месяц всей своей жизни.
Они проснулись далеко за полдень.
— Кэт, милая, — нежно прошептал Джон, целуя её в шею, — ты мне вчера так толком ничего и не ответила на моё предложение.
— Я сделала это специально, чтобы ты случайно не сбежал, — ласково улыбнулась она в ответ. — Ведь ты сам вчера официально пообещал никуда не уходить без ответа. Джон… мне было так невыразимо хорошо с тобой. Почему я только не решилась на это раньше? Ведь ты сам хотел этого уже очень давно.
— Всему своё время, — тихо произнёс он, ласково гладя её по шёлковым волосам. — Кэт, скажи, теперь ты точно моя?
Девушка счастливо рассмеялась:
— Ну а чья же ещё? Разве в этой комнате присутствует кто-то третий?
Тут она порывисто поднялась, на секунду сбросила с себя одеяло, кокетливо потянулась, а затем снова уютно откинулась на подушки.
— Господи, я ведь до последнего верила, что такой мужчина, как ты, действительно есть на этом белом свете, — едва слышно прошептала она.
— А я в этом никогда и не сомневался, глупая, — улыбнулся Джон. Ещё ночью, по некоторым безошибочным признакам, он с изумлением и трепетом понял, что Кэт, вопреки всем сплетням и страшному прошлому, оставалась абсолютной девственницей.
Из своей комнаты влюблённые вышли только к ужину. Усевшись за большой круглый стол, Джон во всеуслышание, прямо при родителях объявил, что официально сделал Кэт предложение руки и сердца. По счастливому, понимающему виду её матери и отца парень сразу догадался: они уже обо всём знали из их вчерашнего ночного разговора и были безгранично рады за дочь.
— Дочка, ну и что же ты ему ответила? — шутливо поинтересовалась мать, расставляя тарелки.
— Я пока ещё крепко думаю, мам, — весело парировала Кэт. — Джон сам громогласно заявил, что не уйдёт из нашего дома без чёткого ответа, так что до конца выходных у меня времени ещё предостаточно.
Вся гостиная взорвалась дружным, весёлым смехом. Вторая их ночь в уютной спальне получилась ещё более бурной и страстной. Вся былая девичья стеснительность Кэт испарилась без следа, уступив место настоящей, зрелой любви, не знающей никаких границ и условных пределов. Однако, когда наступило утро понедельника, Кэт снова уклонилась от прямого ответа.
— Ну что, милый, на работу мы сегодня ведь поедем вместе, правда? — ласково улыбнулась она, завязывая галстук на его рубашке.
Именно этого момента Джон в глубине души боялся сильнее всего — каково будет поведение Кэт на работе? Он безумно мечтал, чтобы она осталась точно такой же нежной и открытой, какой была в своей комнате. В понедельник утром они вместе сели в его «Субару» и поехали в офис. К сожалению, уже в дороге по её сосредоточенному виду и сухому тону голоса парень начал замечать первые пугающие изменения: Кэт снова медленно облачалась в свои привычные невидимые латы. Пока Джон парковал автомобиль на подземном паркинге, девушка, не дожидаясь его, равнодушно развернулась и пошла к лифтам.
Мужчина понял, что медлить больше нельзя. Быстро выскочив на улицу к ближайшему цветочному павильону, он купил самый роскошный, огромный букет пахучих роз. Спрятав цветы за спиной, Джон решительным шагом вошёл в общий зал ремонтного отдела. Кэт уже сидела на своём рабочем месте, упрямо уставившись в монитор компьютера. Проходя мимо кабинета руководства, парень громко окликнул Грэга. Затем он уверенно подошёл к столу Кэт, мягко, но крепко взял её за руку и вывел на середину комнаты, в самый центр зала.
— Дорогие мои коллеги! — во весь голос, привлекая к себе внимание, объявил Джон. — На этих выходных я официально сделал Кэт предложение руки и сердца, а сейчас я хочу во всеуслышание повторить его прямо при всех вас!
Парень перевёл взгляд на растерянную девушку и с бесконечной нежностью протянул ей цветы:
— Кэт, ты согласна стать моей законной женой?
Бедная девчонка испуганно оглядывалась по сторонам, отчаянно ища глазами, куда бы спрятаться от этого всеобщего внимания, но сотрудники уже успели окружить их плотным, выжидающим кольцом. Все затаили дыхание, буквально глядя ей в рот. Кэт медленно склонила голову, вдыхая тонкий аромат роз, а затем решительно бросила букет на пол и порывисто обвила руками шею Джона.
— Да, дорогой! — звонко выдохнула она.
Они мгновенно слились в страстном, глубоком поцелуе. Таких оглушительных, бурных аплодисментов эти офисные стены не слышали ещё никогда. К ним сразу же подбежала сияющая Вика, крепко расцеловала подругу, а затем весело подмигнула Джону:
— Всё, Кэт, больше я к твоему мужчине лезть не буду, обещаю!
Все коллеги наперебой обнимали и искренне поздравляли влюблённых. И в этот самый момент Джон с изумлением заметил, как Кэт начала расцветать прямо на глазах. В её сознании наконец-то произошёл тот самый долгожданный ментальный сдвиг, и былая, настоящая Кэт начала стремительно возвращаться. Она счастливо, открыто улыбалась, смеялась и тоже с удовольствием обнимала сотрудников.
— Джон, признаюсь честно, я в своё время очень сильно тебя недооценил, — с уважением произнёс подошедший Грэг, крепко пожимая ему руку. — Берегите друг друга, вы отличная пара.
— И всё-таки ты полностью повалил эту неприступную крепость, Джон! — весело рассмеялась Вика. — Я искренне горжусь тем, что у меня есть такой потрясающий друг.
Наконец суматоха улеглась, и Джон, бережно прижимая к себе Кэт, просто стоял посреди зала под добрыми взглядами коллег.
— Ну всё, летите, голуби, — с улыбкой скомандовал Грэг. — Сегодня на рабочих местах мы вас больше точно не ждём.
Крепко удерживая невесту за талию, парень увлёк её за собой к выходу.
— Джон, ну что же ты натворил?! — шутливо возмутилась она, едва за ними закрылись двери. — Устроить такое шоу прямо на глазах у начальства и всего отдела!
— И ни капли об этом не жалею, — улыбнулся он в ответ.
Парень аккуратно усадил её в салон машины, и они прямиком направились в центральный отдел регистрации браков. Официальная запись на торжественную церемонию была назначена уже на следующее воскресенье. После этого счастливые новосёлы поехали к нему на квартиру, где, уставшие от эмоционального взрыва, спокойно и безмятежно проспали до самого вечера.
Прошёл почти целый год. В один из тёплых дней Кэт, нежно прижимая к груди крохотный свёрток, счастливо посмотрела на мужа:
— Милый, а ведь те твои дерзкие слова в нашем кабинете действительно сбываются! У нас родилась прекрасная дочка.
— Дорогая моя, я и сам до сих пор до конца не понимаю, как именно мне тогда удалось превратить тот холодный, неприступный камень в этот роскошный, благоухающий цветок, — с бесконечной любовью ответил Джон.
Он был безумно, безгранично счастлив, осознавая, что настоящая, любящая Кэт вернулась к нему раз и навсегда. И, бережно обнимая жену и дочь, парень уже втайне мечтал о том дне, когда в их уютном доме появится второй малыш.