Личный агент императора. Роман. Глава 7

Глава 7. Прусская кампания.
    Через месяц, в том же звании адъютанта при генерале Уварове, штаб-ротмистр Чернышов выступил в прусскую кампанию.

    Должность адъютанта при командующем, неважно это командующий корпусом, командир отряда или дивизии, - это не совсем то что думает основная масса читателей. Мы представляем это, как интеллигентного офицера, из кинофильма «Адъютант его превосходительства», где актер Юрий Соломин блистательно сыграл свою роль адъютанта командующего. Он встречает всех у дверей генерала, и докладывает ему о вашем прибытии. В лучшем случае, играет роль секретарши при генерале. Принеси, подай, иди …не мешай!
Однако, в русской императорской армии 18 века, роль адъютанта была чрезвычайно велика!  В условиях боя при отсутствии других систем связи и коммуникации, адъютанты выполняли функции посыльных.
В бою, передача приказаний командирам подразделений, соединений и объединений, не могла осуществляться обычным посыльным из рядовых или унтер-офицеров. Исполнитель этой функции должен бы обладать знанием тактики боя, знать положение своих войск на поле боя и войск противника, понимать суть замысла командира, который передаёт приказ или приказание своим подчинённым войскам, чтобы правильно формулировать переданное распоряжение! Кроме того, адъютанты зачастую использовались как резервные командиры, которые могли принять временное командование теми или иными частями лишенные командования в связи с убытием штатных командиров, их гибелью или ранением в бою.
    Адъютант зачастую рисковал жизнью больше чем линейные офицеры, поэтому, на поле боя командиры подразделений и частей гибли не так часто, как адъютанты, которые всегда находились в гуще боя и выполняли особые поручения, не будучи при этом освобождены от участия в боевых действиях. Все адъютанты командующего не исполняющие свои непосредственные обязанности находились при своем начальнике под градом пуль и ядер, а офицеры гвардии к тому же участвовали в атаках, наравне со своим начальником, который традиционно всегда был в боевом строю!
    Это существенно позже, с интенсивным развитием огнестрельного оружия и появлением пулемётов, условного Чапаева, учили что командир должен наблюдать за полем боя и руководить подразделениями. В 18 веке, командир руководил ими прямо в бою!

    В 1807 году, «исправляя должность адъютанта» при генерале Ф.П. Уварове, Александр Иванович Чернышов находился с ним во всех главнейших битвах новой кампании.
19 февраля сражался против маршала Нея при Лаунау, участвуя непосредственно в контратаках кавалергардов на кавалерию французов!
Бой русской гвардии под командованием генерала П.Ф. Уварова при местечке Шарник, произошёл в ходе битвы при Прейсиш-Эйлау 26 января 1807 года. Это одно из первых сражений, из серии ожесточённых боёв, предшествовавших главному сражению 27 января. Бой при Шарнике был частью более широкого сражения, развернувшегося в районе Цигельхофа, местечка в двух километрах от Прейсиш-Эйлау. В ходе этого боя, только чистая случайность не привела к пленению или уничтожению Наполеона! Кто знает, как могла повернуться история, если бы русская гвардия чуть сильнее поднажала на французов. Не хватило резервов.
    Французы под командованием Мюрата и Сульта врывались в город с нескольких сторон, рассчитывая с ходу захватить его! Однако на узких заснеженных улочках их встретил шквальный огонь русской пехоты и артиллерии. Завязался ожесточённый бой, в котором несколько раз город переходил из рук в руки.
    - Адъютант! – генерал Уваров энергично барабанил пальцами по луке седла. Бой уже шёл в городских кварталах, а гвардия всё ещё не была введена в бой. Уваров нервничал, Беннингсен может потерять город, а это прорыв армии Наполеона и охват арьергарда генерала Багратиона! Что же он медлит? Особенно упорные схватки идут сейчас за городское кладбище и кирху, которые стали ключевыми тактическими точками. Там сейчас Наполеон со своим штабом! Нельзя упускать этот момент!
    - Здесь, Ваше Превосходительство! – откликнулся штаб-ротмистр Чернышов, стоящий чуть поодаль от генерала.
    - Срочно депешу генералу Беннингсену! Передайте его Превосходительству, что надо ударить на кладбище! Там сейчас находится французский император! У нас есть шанс закончить войну одним ударом! Скажите, что нам нужно подкрепление, чтобы гарантировано снести заслон французских кирасир и драгун!
    - Есть Ваше превосходительство! – адъютант Чернышов взял с места в галоп.
Поле боя огромно, и чтобы доскакать до штаба армии, обходя боевые позиции войск, а иногда и напрямую через них, когда уже некогда искать обходные пути, времени требуется немало! Главное успеть с маневром, Наполеон на месте не стоит.
     Город сейчас напоминает слоенный пирог, где французы, где русские, одному Богу известно. После нескольких попыток его захвата, немалая часть расстроенного войска французов, попряталась по домам, откуда отстреливаются от попыток их выбить из города. Пока Чернышев обдумывал как объехать центр, чтобы быстрее добраться до штаба армии, из боковой улочки выскочил отряд из десятка кавалеристов. Отряд заметил скачущего адъютанта и рванул к нему. Это были французские драгуны. Видимо, ошметки эскадрона прорывающегося в город. Теперь они ищут из него выход!
    - Дьявол бы вас побрал месьё! – вслух ругнулся Чернышов. Надо сворачивать, а некуда, как назло боковых улочек между ними нет. Развернуться и уносить ноги? Тем более что силы противника превосходящие?
Догадавшись что перед ними посыльный офицер, французские драгуны подстегнули лошадей. Теперь они мчались друг на друга галопом, не снижая хода!
Ротмистр быстро оценил диспозицию.
    - М-да, положение швах! Но, … как говаривал его Светлость князь Суворов? Мы русские, с нами Бог! – он дал шенкелей скачущей лошади и выхватил из кобур оба пистолета. Сейчас, практически в рукопашную на скорости он может и проскочить!
Подойдя на скорости на расстоянии десятка шагов, ротмистр выровнялся и тут же залпом разрядил оба пистолета в скачущих противников. Ему несказанно повезло! Обе пули нашли свои цели, и два французских драгуна выпали из седла.
«Уже восемь! Уже легче!» - усмехнулся ротмистр.
Французы резко осадили лошадей, выхватывая свои палаши. Однако, ротмистр Чернышев был быстрее. Резким выпадом он ранил ближайшего противника, и отклонившись от удара, следующего за ним, вынырнул практически сбоку у третьего и рубанул по его руке.
Развернуться чтобы вступить в бой с русским остальным противникам не получилось. Всё же кавалерийская рукопашная схватка это не пехотная. Здесь, то что даёт тебе преимущество в маневре на поле боя, - наоборот мешает, и тормозит маневр. Пока драгуны разворачивали лошадей, ротмистр рванул что есть силы по пустой улочке, и тут же нырнул в боковую, едва вписавшись в поворот. Лошадь хрипела от натуги, но выдержала, и уже на прямой, разогналась вперед.
Противник, выскочил из-за поворота, но увидев уже отдалявшегося Чернышова, видимо решил не испытывать судьбу. И правильно, потому что через несколько сот метров, Чернышов нарвался на нашу батарею, разворачивающуюся прямо посреди небольшой площади.
    - Братцы! За мной гнался авангард французов, вон по той улице, - сообщил он стоящему артиллерийскому вахмистру, который распоряжался при орудии, показав рукой направление.
    - Ясно Ваше благородие, - кивнул тот, и артиллеристы начали разворачивать орудие жерлом в ту сторону.
Проскакав мимо, штаб-ротмистр, сдержал лошадь, дав ей перейти на шаг. Лошадь тоже устала от этой гонки, вон как ноздри расширяются от усилий.

    Главнокомандующий был в штабной палатке, но чувствовал себя с утра неважно. То ли бессонная ночь, то ли легкая простуда, но выглядел он болезненным.
    - Ваше Превосходительство! Адъютант Уварова с докладом! – доложил адъютант.
    - Пускайте.
Чернышев вошел как раз в момент, когда генерал покряхтывая пил горячий чай с какими-то травами, потому что по палатке распространялся запах мяты и чего-то ещё.
«Лекари видать кроме рвотного да поносного для лечения генерала не нашли» - с сарказмом подумал ротмистр.
    - Ваше Превосходительство! Генерал Уваров, просит распоряжения на начало атаки  в районе кладбища. Предположительно, там находится штаб Наполеона!
Генерал Беннингсен долгим взглядом оглядел Чернышова и хмыкнул.
    - Хех. Наполеон у них там понимаешь. А почему не господь Бог?
    - Не могу знать ваше Превосходительство!
    - Понятно. Вот что ротмистр, передайте генералу что у меня резервов нет! Я жду подхода немецкого корпуса Лестока! Если он подоспеет, я смогу помочь генералу резервами Но когда это будет, мне сие неизвестно. Так что, ежели генерал Уваров может, пусть справляется самостоятельно! Более мне помочь ему нечем! – закончил главнокомандующий.
    - Есть! Разрешите идти?
    - Да, идите, хотя, постойте, вы голодны? – поинтересовался генерал.
    - Никак нет ваше Превосходительство! – гаркнул Чернышов, хотя у него как и у всего авангарда вторые сутки маковой росинки во рту небыло.
    - Хорошо.  Идите! Если возьмёте Наполеона, сообщите мне курьером, я хоть приведу себя в порядок, не каждый день же в гостях целый император Франции, - улыбнулся он.
    - Есть! -

     Генерал Уваров и так был во главе отряда резерва, так что резервов ему увы не дали.
    - Ну что-ж господа, ждать мы не будем, времени на ожидания Антона Лестока у нас нет, значит, будем атаковать. - принял решение генерал.
    - Ваше Превосходительство, у французов напротив нас стоит артиллерийская рота, мы положим много солдат, - возразил Чернышов.
    - А мы не пойдём на батарею! – ответил ему Уваров, - Мы друг мой подождем атаки противника, и встречным ударом опрокинем его и на его плечах ворвёмся в лагерь! У нас нет резервов, поэтому удар должен быть наверняка! Таким образом, батарея противника будет нейтрализована. Не будут же они стрелять по своим войскам?
    - Надеюсь. – с сомнением ответил адъютант.
    - Не веришь в здравомыслие французских артиллеристов? – рассмеялся генерал.
    - Нет. Не верю, что всё так легко будет в атаке!
    - Тут ты прав «мон шер», но попробовать надо!

    Сражение началось неожиданно! Французы первые начали артиллерийскую перестрелку, которая показала преимущество французов в опыте и скорострельности. Увы, войска Наполеона воевали уже больше десяти лет, а русская армия после Аустерлица, только восстановилась.
Затем французская пехота перешла в наступление, стремясь заставить правый фланг русской армии отойти: это позволило бы корпусу маршала Даву, того самого резервного, который Наполеон ждал! Он как раз подходил к полю битвы, чтобы развить успех!
Но, … все планы спутала погода! Внезапная метель буквально ослепила наступающих, и когда они смогли рассмотреть хоть что-то перед собой, оказалось, что командиры вывели их левее, чем нужно, и как раз под русские пушки, которые тут же открыли убийственный огонь картечью!
Атакующая французская пехоты была практически уничтожена, и тут же в контратаку перешла русская пехота и конница, стремясь развить успех и нанести мощный удар по центру позиций противника!  Удар был настолько неожиданным и мощным, что им удалось дойти практически до самой ставки Наполеона, разместившейся на кладбище Прейсиш-Эйлау. Угроза смерти или пленения императора была очень велика: несколько штабных офицеров были убиты в непосредственной близости от него, а до наступавших русских гренадеров оставались считанные метры. «Какая отвага! Какая отвага!», —говорят воскликнул в этот момент император Франции, отдавая должное мужеству противника.
Увы, русской гвардии не хватило совсем чуть, чуть чтобы пленить императора Франции!
    В схватку вступила французская кавалерия, которая должна была завершать разгром врага, а не бросаться в самоубийственную атаку ради спасения собственной пехоты. Но, судьба распорядилась жизнями этих людей по-другому! Конникам маршала Иоахима Мюрата удалось оттеснить русских пехотинцев и начать преследование, когда навстречу им генерал Беннигсен бросил свою кавалерию — кирасир и драгун!
   В центре поля закипела колоссальная рукопашная схватка. Как писал позднее в своих воспоминаниях Денис Давыдов, «более двадцати тысяч человек с обеих сторон вонзали трехгранное острие друг в друга… Около получаса не было слышно ни пушечных, ни ружейных выстрелов ни в средине, ни вокруг его, слышен был только какой-то невыразимый гул перемешавшихся и резавшихся без пощады тысячей храбрых».
    Оценив катастрофические - не меньше 29 тысяч человек! - потери своей армии, генерал от кавалерии Леонтий Беннигсен принял решение оставить поле боя, отступив в сторону Кенигсберга. Сделать это ему никто не помешал: Наполеон, потерявший около 20 тысяч своих солдат, не решился преследовать противника.
    Глубокая ночь. Адъютант застает Наполеона в конюшне. Треуголка валяется рядом, белоснежные, обычно идеально чистые рейтузы запачканы кровью и грязью. Император лежит на сене и смотрит в одну точку. Взгляд отрешен. Он не знает исхода боя. Но у адъютанта радостное известие:
- Мой император, русские отступают!
Наполеон буквально вскочил на ноги, глаза его горели! Вот оно!
    Незадолго до этого в штабе главнокомандующего Беннигсена, дело едва не дошло до дуэли. Совещание было жестким, непримиримым. Большинство членов военного совета были за продолжение боя на следующий день!
Генерал Лесток кричал, что он раз и навсегда покончит с Даву! Но Беннигсен принял решение отходить, и у него были для этого очень веские основания.
Уже вечером на поле боя появился второй отставший от основных сил корпус французов - маршала Нея. Всё, численного преимущества у русских больше не было, потери уже катастрофические. И русский командующий отдал приказ двигаться к Кенигсбергу, где было продовольствие, где можно было занять выгодные оборонительные позиции. Попутно императору Александру I была отправлена депеша, сообщавшая, что под Прейсиш-Эйлау одержана блестящая виктория.
    После такой новости, Наполеон воспрял, и уже с уверенностью говорил о своей победе. Поле боя осталось за ними. Но разгромить русско-прусское войско они не сумели. И потери были такие, что ни о каком преследовании Наполеон не мог даже и мечтать. Пиррова победа, не иначе.
Позже Бонапарт объявит конкурс среди придворных живописцев на создание полотна о славной битве при Прейсиш-Эйлау!
Победил Антуан Гро. На знаменитой картине изображено, как император наблюдает за французскими хирургами, перевязывающих русских раненых. И этот сюжет, одобренный лично Наполеоном, ничто иное как дань уважения русским героям!
    Французская армия еще восемь дней стояла под Прейсиш-Эйлау, приводя в порядок сильно потрепанные соединения, после чего снялась и ушла на зимние квартиры в сторону Варшавы. Ближайшие три месяца ни та, ни другая сторона не предпринимала никаких серьезных действий, залечивая раны, восполняя потери и готовясь к летней кампании.
    Итоги кровопролитнейшего сражения Войны четвертой коалиции и Россия, и Франция трактовали как свою победу, хотя точнее всего было бы говорить о ничьей. Формально поле битвы осталось за французами, и именно поэтому они считали победителями себя.
Но и у русских были все основания утверждать, что верх взяли они: под Прейсиш-Эйлау наполеоновская Большая армия впервые не смогла разгромить противника, удовлетворившись тем, что он, непобежденный, отступил! Поэтому в России с полным правом отчеканили специальные офицерские кресты: бронзовые с позолотой, на одной стороне которых была надпись: «За труды и храбрость», на другой - «Победа при Прейсиш-Ейлау. 27 ген. 1807 г.». Таким знаком отличия награждались офицеры, которые не получили никаких иных наград: их набралось 900 человек. Еще 18 офицеров были награждены орденом Святого Георгия 3-й степени, трое - 4-й степени, а еще несколько человек, среди которых был и адъютант генерала Багратиона ротмистр Денис Давыдов - орденом Святого Владимира. А командовавшего русской армией генерала Леонтия Беннигсена пожаловали высшей наградой Российской империи, орденом Святого апостола Андрея Первозванного!

    Кампания продолжилась уже в конце мая, когда закончились дожди, проветрились дороги и зазеленели леса.
Штаб-ротмистр Чернышов рядом со своим генералом принимает непосредственное участие в битвах русской армии с французами: 25 мая - при Анкендорфе и Деппене, 26 мая - при Вольфсдорфе, 29 мая - при Гейльсберге.
Проявленное Чернышовым в этих боях отличие не осталось без должного вознаграждения: молодой офицер был награжден золотой шпагой с надписью: «За храбрость». Плюс он получил прусский орден «Pour le Merite», учрежденный в 1740 году королем Фридрихом Великим!
    Несмотря на героизм и самопожертвование русских офицеров, армия отступала.
27 Мая, при отступлении армии от Гутштата, гвардейские полки участвовали в арьергардных боях, находясь под сильным артиллерийским огнем.
    29-го мая, состоялось сражение при Гейльзберге!
Маршал Сульт со своим корпусом пошел в обход арьергарда князя Багратиона, по дороге между Лангвизе и Лавденом, Бенингсен послал к Лавдену генерала Уварова со своими гвардейцами. 25 гвардейских эскадронов ударили кавалерию Мюрата, которая пыталась преследовать арьергард Багратиона!
Находившийся в его отряде Лейб-Кирасирский Его Величества полк тяжелым клином воткнулся в атакующий строй французской кавалерии, вырубая целые просеки! Неожиданный удар расстроил кавалерийскую атаку противника! Кирасиры, под плотным ружейным огнём французской пехоты, преследовал и рубил конницу, искавшую спасения между своими колонами.
    Ночью с 30 на 31-е мая, русские войска переправились через реку Алле к Бартенштейну, откуда 1 Июля выступили к Фридланду. 2 июня 1807 года произошла Фридландская битва, и в ней Судьба снова дала Чернышову возможность к блистательному отличию.

    Пока аръергард князя Горчакова отбивал яростные атаки французской конницы, русские колонны начали отступать, и поспешили к Фридланду, уже занятому неприятелем. Отчаянно ворвались они в горевшее предместье и в объятый пламенем город. Но мостов на реке Алле уже не было: они были сожжены. Люди стали кидаться в реку, стараясь переплыть на другой берег. Многие тонули от тяжести амуниции.
    - Штаб-ротмистр! – обратился генерал к Чернышову, - Соберите старших офицеров!
    - Есть!
Через несколько минут, все старшие офицеры ближайших частей уже стояли перед генералом Уваровым.
    - Господа! Мы находимся в безвыходной ситуации. Или бросаем артиллерию, обозы и переплываем реку вплавь, и тогда мы теряем армию, потому что армия без обозов — это сборище голодранцев, а без артиллерии, - легкая добыча конницы французов, либо разворачиваем фронт и идём в самоубийственную атаку на француза. Да, мы покроем себя неувядаемой славой, но война будет проиграна, и чем это закончится для Отечества, никто не знает. Мы должны спасти армию!
    - Что нам следует предпринять, Федор Петрович? – задал вопрос командир Лейб-Кирасирский его Величества полка, майор Слепченко.
    - Направьте группы солдат во главе с офицерами на поиски брода. Здесь должны быть места, через которые местные пересекают реку, потому что до моста идти далеко, приходится делать крюк. Это сейчас единственный выход! И прошу вас, не задерживайтесь!
    - Есть! – офицеры разошлись, отдавать приказания и организовывать поиски.
    - Александр Иванович! И вы тоже отправляйтесь, постарайтесь расспросить местных, они точно знают где и когда можно реку переходить вброд!
    - Понял ваше Превосходительство, будет исполнено! – штаб-ротмистр развернул коня и поскакал к ближайшим домам.

    Почти час понадобился на то, чтобы найти местных жителей которые могли указать где есть броды. Наконец, выехав на место и пройдя верхом туда и обратно, штаб-ротмистр убедился что брод удобен для перехода пехотинцев, тут же вернулся к командиру.
    - Ваше Превосходительство, есть брод! – ещё на ходу крикнул Чернышов.
Уваров обернулся на его крик, и в его глазах зажглась надежда.
    - Вы там были, Александр Иванович?
    - Точно так! Лично проскакал к тому берегу и обратно. Можно переводить пехотные подразделения и даже артиллерию!
    - Отлично «мон шер», найдите артиллеристов и ведите их к броду! А я сейчас организую арьергард для отвлекающего удара по противнику, иначе он нам не даст переправиться!
    - Будет исполнено ваше Превосходительство!
Остальные поисковые группы ещё искали, но первый брод уже есть, и необходимо начать переход войск на другой берег. Первый брод, оказался спасительным ключом к эвакуации. Он дал возможность переправиться и спастись значительной части армии, и в первую очередь артиллерии! Некоторая часть орудий всё же была потеряна. Были брошены подбитые и несколько потонувших в беспорядке отступления.

    Лейб-Кирасирский полк, стоявший на правом фланге в прикрытие артиллерийских батарей, остался арьергарде. Генерал Уваров приказал командиру полка майору Слепченко, вместе с Лейб-Гвардии Гусарским и другими кавалерийскими полками, атаковать собравшуюся в один пункте неприятельскую кавалерию, для того чтобы ослабить нажим на переходящие реку войска. Это не дало неприятелю подтянуть артиллерию чтобы расстреливать переходящие вброд через реку войска. После чего, кирасиры получили приказ отступить за реку. Своим подвигом, они покрыли себя славою, неприятель был прогнан от переправы! Последними перешедшими вброд войсками была 7-я дивизия генерал-лейтенанта Дохтурова, под временным командованием шефа Владимирского пехотного полка полковника Бенардоса, неустрашимого грека.
Наградой за этот подвиг для штаб-ротмистра Чернышова, стал Георгиевский крест 4-й степени, который Александр Иванович получил уже после войны, 20 мая 1808 года

    К сожалению, битва под Фридландом завершилась общим поражением русской императорской армии. Хоть и были спасены войска, артиллерия, но армия отступила. Это привело к скорому подписанию унизительного для России Тильзитского мира.