Салат из помидоров

 Помню, году в 79-м это было. Отец сильно пил, мой старший брат был ещё слишком молод, чтобы работать, да и когда нанялся на работу в милицию продукты "в общий котёл" не покупал. А я была ребёнком. Ходила в детский сад.
 Таким образом, главной и единственной добытчицей и денег, и продуктов была моя мама. И на четверых зарабатывать деньги, если ты по профессии поэтесса, да ещё и провинциальная, а значит по определению, бедная, было ей очень нелегко. К тому же, ей было уже 45 лет. А отец был моложе на 11 лет и всё ещё считал себя парнем, причём весёлым и компанейским. Типа, он тоже подросток. Он любил свободу и приятные разговоры о музыке, литературе и кино и не любил каждый день ходить на работу. Его это утомляло и злило. И всё же он устроился на работу в одну солидную редакцию. Как талантливого журналиста его охотно приняли. Он курил там трубку, заваривал кофе, ходил из кабинета в кабинет с разговорами и анекдотами, иногда антисоветскими, как их попросту назвал "товарищ майор", когда вызвал его в КГБ на "профилактическую беседу". А ещё он заводил романы и его это хоть немного развлекало.
 Наконец, из редакции краевой партийной газеты его уволили и он перебивался случайными заработками или попросту сидел без работы и пил с друзьями и подругами в кабаках. Пил он исключительно виноградное вино, от водки его тошнило и рвало. Приходя домой заполночь пьяным, он устраивал скандал, когда жена просила его объяснить, где он был. Отец кричал : "Я был на совещании в редакции, почему ты мне не веришь?" "до двенадцати часов ночи?"- парировала мать. "А ты позвонила бы туда и уточнила"- не сдавался отец. "А я звонила, там уже в шесть вечера никого не было, мне сторож ответил или вахтёр" -говорила мать. И вроде бы разговор на этом должен был закончиться, но отец раскручивал свару на час. Иногда с оскорблениями, иногда с претензиями в адрес своей жены. Был даже один вопиющий случай, когда он пытался её придушить, но к счастью, она оказалась сильнее и скинула его руки со своей шеи. Так что я не попала в детдом и продолжала жить в нашей дикой и странной семье, в которой я всех любила и всех жалела, хотя не всегда об этом говорила и даже очень редко.
 Пару раз я просыпалась от криков отца и от нервности и общего жизнелюбия хихикала. И даже было такое однажды, что я захохотала, проснувшись, и сказав "ори громче", уснула снова.
 Но, обычно, когда я видела, что родители ругаются и недовольны друг другом, я мучилась и хотела их помирить. У меня просто сердце разрывалось от тоски, мир серел и тускнел на глазах. Я пыталась их рассмешить, отвлечь, подбодрить каждого из них по отдельности и вместе, но я была такой маленькой и слабенькой, а их проблемы были такими серьёзными...
 И вот тогда и произошёл этот случай. Так, ничего особенного, но запомнился на всю жизнь.
 Поздно вечером мать обнаружила, что в холодильнике ничего, кроме помидор и сметаны нет. Кажется, отец должен был принести какой-то гонорар, но он его то ли не получил, то ли пропил по дороге. А ещё в доме был белый батон. Или даже полбатона. И вот мать порезала эти несколько помидор, полила сметаной, посолила и поделила на троих домочадцев. Я помню, как съела свою долю с хлебом и почувствовала полную сытость и умиротворение.
 И тут пришёл отец, пьяный и без денег. И мать высказала ему своё возмущение и презрение, что ребёнок маленький голодный и между прочим, его ребёнок, не чужой!
 - Как это голодный?!, - возмутилась я, предчувствуя скандал и жалея отца, что ему опять будет пропесочка. - Я сытая! Салат же ели только что.
 - Надолго ли хватит этой сытости?, -совершенно справедливо возразила мне мать.
 - А мы уже спать ляжем вот-вот, уже поздно, - выкрутилась я.
 Маму мне тоже было жалко, я не хотела, чтобы она дёргала себе нервы.
 Отцу мои рассуждения понравились. Но маме- нет, тем более, она знала, что на завтра тоже нет ни еды, ни денег, и скандал всё-таки разгорелся. В ходе этого скандала я пыталась вмешиваться в разговор и убеждать их, что всё в порядке, я -сытая помидорным салатом "вот так" и показывала указательным пальцем выше лба, типа "выше крыши", как говорила моя мама. То есть неимоверно и чрезмерно.
 Но они плевали на это и продолжали терзать и себя, и друг друга. И меня.
 А потом мы пошли спать. Но перед сном мама меня гладила по голове и обнимала, говоря при этом, "бедная моя маленькая девочка", и слёзы текли по её лицу...
 Такой случай был один, мама всегда заботилась о прокорме своих детей, именно поэтому наверно, я его и запомнила.
 Примерно в этот период нашей жизни мама устроилась на работу в ГорДК, как простая и обыкновенная тётка из сферы культуры, чтобы получать зарплату и не надеяться на своего мужа-гуляку. К сожалению, прийти к компромиссу родителям так и не удалось, и им пришлось расстаться. С сентября 1980 года папы в нашем доме не было. Он ушёл от нас не добровольно, а принудительно и бурно. И это был тяжёлый и трагедийный день в моей жизни, но об этом я напишу в другой раз.
   
(это был рассказ из цикла "Осколки детства")