Детство. Преодоление

            Воскресный сентябрьский день выдался солнечным, безветренным, и Аркашка с тремя приятелями, идя по давно заброшенной, уже заросшей травой и мелким кустарником дороге лесовозов, блаженствовали под ещё тёплым осенним солнцем. Шли в тайгу за кедровыми шишками.
В тайге ребята никогда не плутали, так как хорошо изучили ближайшие окрестности. Но на этот раз решили пойти на сопку, на которой раньше никогда не были. На это их сподвигнул школьный сторож дед Егор:
- «Тама шишек просто страсть! Ногу некуда поставить – всё в шишках. Я вчерася мешок шишек оттуда приволок. Во как!».
У ребят загорелись глаза и они решили отправиться на место, где ногу некуда ставить из-за обилия шишек. А куда же ещё? Не на Лысую же сопку, куда весь посёлок ходит. Поэтому и спешили, оглядываясь назад, чтобы никто больше не увязался за ними – азарт и жадность подгоняли.
По дороге не баловались, как обычно, не замечали в синем небе причудливые белоснежные облачка, красоту кедров с освещёнными солнцем коричневых стволов, запаха смолы и вереска, бабочек, бесшумно пролетающих перед ними, осенней прозрачности воздуха. Лишь когда летящая тонкая паутина попадала кому-нибудь на лицо, тот с отвращением стряхивал её.
- Фу, гадость какая! Аркашка, далеко ещё идти?
- Не знаю. Поперёк дорог должно дерево поваленное лежать. От него направо ещё километр.
- Далеко.
- Ничо, пацаны, зато шишек наберём и ещё потом можно сходить.
Впереди через дорогу пролетела какая-то птица.
- Вроде сова.
- Нет, Васька. Рябчик.
- А ты откуда знаешь?
- Я с отцом на охоту хожу. Совы днём не летают. Я даже один раз из «мелкашки» коршуна подстрелил.
- Врёшь, Аркашка!
- Ничего я не вру. Можешь у Толяна спросить, он подтвердит.
- Тебе что, батя ружьё даёт!?
- Зачем «даёт»? У меня своя «мелкашка» есть!
- А коршуна зачем застрелил?
- Смешной ты, Пашка! Я же охотник. А если честно, то перепутал его с тетеревом. Вот если бы я тетерева подстрелил…
Слева послышалась «дробь» дятла. Все повернули головы на стук.
- Интересно, почему у дятла клюв не ломается? Целый день долбит дерево и ничего.
- У него клюв костяной, а кость крепче дерева.
- Откуда ты знаешь? Ты что, убивал его?
- Нет, не убивал. Зачем? Дятел – полезная птица, он деревья от гусениц освобождает. Отец говорит, что он как врач деревья лечит. Зачем же его убивать?
- Интересно, а голова у него болит? Целый же день ей по дереву стучит. Мне Машка по башке портфелем дала, так голова целый день болела.
- У него, наверное, мозгов нет, вот и не болит.
- Мозги у всех есть.
- Что, и у червяка?
- О! Ребя, смотрите, впереди дерево лежит! Урааа!
Ребята свернули направо и ещё прошли метров семьсот, но уже в радостном, возбуждении.

            Действительно, шишек под кедрами на дальней сопке было много. Но тайга их встретила угрюмым молчанием, не было слышно пения птиц, и солнечный свет почти не проникал сквозь кроны многочисленных деревьев. Всюду валялись полусгнившие, поваленные деревья, обросшие зелёным мхом. Но ребят это не пугало – они уже не раз бывали в тайге и привыкли к её мрачному виду. Зато на редких полянках, куда проникали солнечные лучи, росли саранки и даже малина.
Быстро набрали полные рюкзаки шишек, бегая от одного кедра к другому, радуясь лёгкой добыче. Но пока собирали шишки, бегая в разные стороны, потеряли ориентировку – место было незнакомое. К тому же солнце зашло за большую тучу и в лесу стало ещё темнее.
- Ого! Тяжело! Не обманул дед Егор. Пошли домой, предложил Пашка и первым пошёл к подножью сопки.
- Стой, Пашка! Ты не в ту сторону идёшь.
- В ту, я хорошо помню.
- Нет не в ту, а в обратную. Когда мы сюда заходиди, солнце было слева и надо идти… А солнца нет… но точно не туда, куда ты пошёл.
- Вот балбесы! Мы даже метки не оставили откуда пришли.
- А кто же знал, что солнце скроется. Придётся ждать, когда оно появится.
- Надо по мху на деревьях определить, где юг, а где север, тогда и сориентируемся.
- Нет, Аркашка, это не поможет.
- Почему?
- Дорога, по которой мы шли, петляла и поворачивала в разные стороны. Надо ждать солнца.
- Ага! Ждать! Может оно только завтра появится или через неделю.
- Может нам дымовой костёр развести и по нему нас найдут. У меня и спички есть.
- Серёга, если нас найдут, то меня отец выпорет и не разрешит больше в лес ходить.
- Лучше пусть выпорет, чем тут с голода подохнуть.
- Нет, костёр оставим на крайний случай. Надо залезть на высокий кедр и посмотреть, где посёлок.
- Правильно, Аркашка! Давай, лезь!
- А чо я? Давайте жребий тянуть.
- Так нечестно! Я высоты боюсь. Ты нас сюда привёл, тебе и лезть.
- Я тоже так думаю.
- Ладно. Пошли высокий кедр выбирать. Рюкзаки оставим здесь. Серёга, будешь их охранять.
- От кого? Тут никого нет.
- А медведи? Они тоже орехи любят.
- Я лучше с вами пойду.
- Не боись, я пошутил. Орехи только бурундуки и белки едят, но с ними-то ты справишься.
- Дурак ты, Аркашка, и шутки твои дурацкие. Я луче с вами пойду.
- Сам ты дурак! Мы же можем потом рюкзаки не найти – здесь тайга, а не поле.
- Я останусь. Я медведей не боюсь – я их ем.
Пашка остался охранять рюкзаки, а три «шишкаря» пошли искать высокий кедр. Нашли такой быстро, но он был не только высокий, но и толстый и его было не обхватить руками. Да и до первых ветвей было метров пять.
- Может другой, потонше найдём?
- Нет, Васька, с маленького можем не увидать. Тащите дрын какой-нибудь. Подставите его мне под правую ногу, как ступеньку. Я обопрусь на него и обхвачу кедр руками. Потом подожму ногу, а вы дрын хорошо держите, не опускайте. Я снова обопрусь на него, как на ступеньку, и подымусь выше, и снова перехвачусь руками выше, и снова подожму ногу, а вы крепче держите дрын, не отпускайте его. Мне бы только до первой ветки добраться.
- Ты, как медведь, будешь забираться.
- У медведя когти есть, а у меня только дрын, как ступенька.

            С помощью приятелей Аркашка хоть с трудом, но «дополз» до первой ветки, ухватился за неё левой рукой и, опёршись ногой на дрын, приподнялся выше и ухватившись правой рукой за ветку выше, подтянулся, поставив левую ногу на первую ветку.
- Фух! Всё, пацаны, убирайте дрын. Теперь легкотня.
Ребята, откинув в сторону дрын, задрали головы и с интересом стали наблюдать, как Аркашка ловко забирается на кедр всё выше и выше.
Но «легкотня» оказалась не такой уж простой. Аркашка и раньше много раз лазил на деревья, но на такое высокое он лез впервые, да и сил много потерял, пока добрался до первой ветви. На половине кедра под ногой обломался сухой сук. Аркашка судорожно обхватил ствол руками, благо, что теперь он был тоньше, чем внизу. Чаще забилось сердце и появилась дрожь. Вспомнилась одноклассница Вера Соболева, неудачно упавшая из-под потолка спортзала с каната, у которой после падения вырос горб на спине. Такая перспектива не радовала десятилетнего Аркашку и он ещё крепче обхватил кедр.
- «Спуститься вниз? Засмеют, скажут струсил. Лезть вверх? А если упаду? Что же делать?»
- Аркашка! Ну, что там? – донеслось снизу.
Аркашка промолчал
- «Нет, надо лезть дальше – отсюда ничего не видно. Мамку только жалко и Толян обещал подарить перочинный ножик, который нашёл на берегу, а «мелкашку» отец обратно себе заберёт».
Аркашка глянул вниз.
- «Ого! Как высоко и пацаны какие-то маленькие…»
- Ну что? Куда идти? – донеслось снизу.
- «Залезли бы сами и посмотрели».
Аркашка полез вверх, дрожь не прекращалась, а только усиливалась, и Аркашка ещё крепче хватался за ветви, стараясь не наступать на ломкие сучки. Чем выше он поднимался, тем больше ему казалось, что кедр раскачивается всё сильнее и сильнее и хотелось спускаться обратно, но он пересиливал свой страх и медленно поднимался вверх. Ладони были в смоле и хорошо прилипали к ветвям. Пока Аркашка поднимался, он не смотрел по сторонам, а больше выбирал ветви потолще. Наконец стало совсем светло, и Аркашка, крепко держась за ствол, оглянулся по сторонам.
- Вот это да!
Казалось, что до неба можно было дотянуться рукой. Зелёное море крон деревьев было ниже Аркашки и было похоже на волны из-за разной высоты деревьев. Верхушка кедра раскачивалась и Аркашке казалось, что он стоит на рее парусника, плывущего по зелёному океану. Аркашка уже прочитал две книжки про приключения, они ему понравились, у него и самого ни один день не проходил без приключений.
- «Вот бы отсюда прыгнуть с , парашютом!»
Аркашка уже сломал мамин зонтик, спрыгнув с ним со второго этажа на кучу шлака, в итоге поцарапал колени и получил «воспитание» ремнём. Второго зонтика в доме не было.
Забыв об опасности от увиденной красоты и фантазий флибустьерства, Аркашка сделал три шага по ветки от ствола, держась обеими руками за верхнюю ветку. Теперь было полное ощущение плавания в бурном океане.
- Слушай мою команду! Отдать швартовы! Курс на Мадагаскар!
Далеко внизу были видны крыши посёлка, чёрная дымовая труба котельной. Справа просматривалась просека, ведущая к посёлку – это и была дорога, по которой пришли ребята. А Аркашке чудилось, что это рифы на пути шхуны «Аркашка+Толян».
- Лево руля! Сто чертей на бочку!
Аркашка качнулся, левая нога соскользнула с ветки и …только то, что ладони были в смоле и крепко держали верхнюю ветку, помогло удержаться и не упасть. Снова началась неприятная дрожь и сильное сердцебиение. Аркашка, забыв, что он смелый флибустьер, осторожно передвинулся к стволу и также осторожно стал спускаться вниз. А в голове в такт сердцу звучала одна единственная мысль: «Я забрался наверх! Я забрался наверх! Я забрался наверх!...»
Внизу Серёга с Васькой уже ждали Аркашку с приготовленным дрыном. Подставили его под пятку Аркашке и тот начал спускаться вниз, как медведь. Но у уставшего Аркашки нога соскользнула с дрына, и он, не разжимая рук и ног сполз вниз, ударившись о землю.
- О-о-о! Что же вы не держали дрын?
- Мы держали, ты сам упал. Ну, куда идти?
- Туда, - Аркашка показал направление рукой.
- А что ты так долго наверху был?
- Отдыхал. Сам бы попробовал залезть.
- Нее, я на такую высокую не смогу.
- Конечно, не сможешь. Там… там сильным надо быть. Упасть – раз плюнуть.
- Страшно было?
- Для меня легкотня! – не моргнув глазом, соврал Аркашка.

            Домой вернулись после обеда. Аркашку уже ждал брат Толян и мать.
- Ты что так долго?
- Зато я, мам, много шишек принёс.
- Ну, орехи вы с Толей сами едите.
- Я и для вас принёс. Если надо, я ещё принесу.
- Нет уж, хватит. Я и так вся испереживалась. Ты со взрослыми ходил?
- Конечно! А что за меня переживать, я в лесу не теряюсь.
- Все теряются. А что у тебя щека поцарапана?
- Это я ветку не заметил.
- Не курил?
- Нет! Что ты! Мы же шишки собирали.
- А куртка почему порвана? Снова по деревьям лазил? Смотри, скажу отцу.
- Куртка? Где? А! Я и не заметил. Не знаю, как она порвалась. Может от старости.
- Ладно, мой руки и иди обедать, «добытчик». Нет, постой. Покажи-ка руки… Да они у тебя все в смоле, а говоришь, что по деревьям не лазил.
- Так это… я же шишки собирал, а они все в смоле.
- Давай, я сначала смолу подсолнечным маслом ототру, а потом помоешь.

После обеда Аркашка и Толян понесли рюкзак с шишками на чердак.
- Аркашка, ты сколько мне шишек дашь?
- А что я тебе должен давать, если ты их не собирал?
- Тогда я тебе ножичек не подарю.
- Хитренький какой! Ты же обещал его подарить до шишек.
- Я передумал.
- Ладно, тогда половину тебе, половину мне и десять раз выстрелить из твоего «пугача».
- Пять раз.
- Десять! Я из-за этих шишек чуть не погиб.
- По правде!?
- По правде. Чтоб я сдох!
- А как?
- С кедра чуть не упал.
- Так всё-таки ты лазил на кедр? А зачем?
- Мы в незнакомом месте были и заблудились. Пришлось на самый высокий кедр лезть.
- Я раз полез на высокое дерево, так меня с середины трясти начало и дерево наверху качается. Я так и не долез до верха, обратно спустился.
- А я ничо! До самой верхушки долез. Эх, Толян, там такая красота! Вот бы откуда с парашютом прыгать или лететь, как птица! Это не с сарайки в сугроб прыгать.
- Ты не врёшь, Аркашка?
- Нет! Чтоб я сдох!
- Смотри, Аркашка, соврёшь и по-настоящему сдохнешь.
- Нет, не сдохну! Уже проверено!

Алексей Балуев (12.06.2026)