Прощай, Нина...

Сегодня мне сообщили, что умерла Кононова Нина, моя одноклассница. Мы вместе два года учились в экспериментальном классе школы N9 города Коломна. В наш девятый Д собрали всех отличников и хорошистов из других классов школы и ужесточили программу обучения. Было нелегко, зато практически все мои одноклассники поступили в высшие учебные заведения.
Литературу у нас вела замечательный педагог Гращенкова Татьяна Николаевна, ставшая позднее директором нашей школы почти на четверть века. Татьяна Николаевна не давила учеников авторитетом, позволяла нам иметь собственное мнение и всегда приветствовала его наличие. Мы с моим другом Мишкой Лумером часто пользовались этим, высказывая мнение о литературных героях произведений русской классики, не совпадающее с официальным. В наших выступлениях были элементы молодёжного протеста, частичка провокации и желание как-то расшевелить одноклассников, вызвать их на спор или дискуссию. Иногда последнее удавалось. Однажды, когда мы проходили роман Льва Толстого «Война и мир», Татьяна Николаевна задала нам тему образа Наташи Ростовой.
Честно говоря, в то время я не смог осилить эту книгу, но нашёл и прочитал страницы, на которых упоминалась Наташа. Мы с Мишкой написали разгромную статью, не найдя в данном персонаже ни одной положительной черты как внешней, так и внутренней. Могу сказать, что и сейчас, когда я наконец прочитал роман Толстого полностью, моё мнение о Наташе Ростовой не изменилось. Да и сам автор, мне кажется, был явно не в восторге от неё. Я вообще не вижу в этом романе Толстого ни одного однозначно положительного персонажа.
Я так долго пишу об этом, чтобы оттянуть то, каким образом всё это связано с Ниной Кононовой. С тех пор прошло пятьдесят лет, но мне до сих пор неприятно вспоминать тот урок литературы. Когда я закончил читать наше с Мишкой Лумером видение образа Наташи Ростовой, неожиданно встала Нина. Она возмутилась тому, что услышала, высказалась и в наш с Мишкой адрес, а потом расплакалась и выбежала из класса. Очевидно, образ Наташи Ростовой был её если не идеалом, то одним из любимых. Я впервые тогда увидел человека, который так искренне принимает к сердцу чужое мнение даже не о каком-либо близком или знакомом ему реальном человеке, а об одном из выдуманных литературных персонажей. Именно это удивление остротой чувств Нины, её ранимость, а не оскорбительные слова в наш с Мишкой адрес, я не могу забыть до сих пор.
Татьяна Николаевна тогда не стала с нами спорить и тем более приводить в качестве аргумента официальную точку зрения из учебника. Единственное, что она сказала: «Мальчики, вы не чувствуете эпохи!» Мы с Мишкой тогда не поняли, что она имела в виду, но лично я благодарен Татьяне Николаевне за то, что она позволила нам развивать собственное мышление, а не ограничиваться зубрёжкой официального мнения из учебника.
С Ниной мы, к сожалению, так и не помирились. Извиняться перед ней мы не стали. За что? За то, что наше мнение не совпадает с её? Нина была не просто излишне чувствительной девушкой – она буквально жила литературой и после окончания школы и ВУЗа вела курс русской литературы в коломенском пединституте. Но я никогда не таил на Нину обиду, и она была одной из тех немногих, кому я подарил свою первую книжку как доказательство того, что тоже люблю литературу и не только как читатель.
Прощай, Нина…

Коломна, 11 июня 2026 г.