На пороге взросления

В день, когда Саньке исполнилось шестнадцать лет, настало время собираться в путь.

Мама и бабушка метались по дому.

«Вот сухари, мы насушили».

«А валенки, валенки где? Вдруг до холодов не поспеет?»

— Вы главное табак не забудьте, остальное приложится, — напутствовал спокойный отец. — Вот, Санька, ты мужиком становишься. Я так же в шестнадцать до Сибири своими ногами дотопал. Вернулся другим человеком, как Федор наш Михайлович.

Уже сорок лет как приняли закон об обязательном прохождении каторги, известный как «Закон Достоевского». Каждый мальчик, достигший возраста шестнадцати, получал почетную обязанность дойти до отдаленных мест Сибири и в казенном доме перевоспитаться из легкомысленного пацана в патриотичного мужчину.

— Да ты горазд советовать, — сетовала бабушка. — Ты бы лучше похлопотал там среди своих о нормальной жене для Саньки. А то теперь случайная будет, кто его знает, бесплодная, может.

Закон об обязательной ссылке для лиц женского пола, известный как «Закон о женах декабристов», приняли только в прошлом году. Теперь каждому арестанту-срочнику назначалась жена по призыву, и в случае рождения троих детей он мог претендовать на условно-досрочный уход с каторги в солдаты. В ином случае это было возможно только на шестом году заключения.

— Да ничего, ничего, — отвечал спокойно отец. — Эти новомодные правила — вредное послабление. Нужно все пять лет отмотать, от звонка до звонка, вырасти духовно. А то как потом в солдатах ходить под ядрами?

В военных действиях дульнозарядная артиллерия не применялась почти триста лет, но для воспитательных целей проводились регулярные учения, известные как «Аустерлицкие», где хождение под ядрами было наиболее почетной из обязанностей кандидата в мужчины.

— Да если бы ты написал тогда графу Пидкасистому, не пришлось бы Саньке под ядрами-то ходить, — возражала мама.

— Как это не пришлось бы? Так он и не возмужал бы. Недаром повторяет Великий князь: мужчина — случайно выживший мальчик. А есть ли ценность, если риска не было? То-то!

Баулы были собраны, осталось всем присесть на дорожку, а мальчику сделать шаг за порог, первый шаг на пути взросления.

Санька был готов и физически, и морально, но вдруг в голову ему пришел новый вопрос:

— Так это, а если ядро того, попадет в меня, как вы без меня тут будете?

— Это ничего, сынок, — ответил отец. — Я же не даром спец по статистике, все посчитано. Думаешь, зачем у тебя восемь братьев и сестер? Там всегда так: кого ядром, кто в речку головой в корягу, средний сын обычно так и сяк, какой-то по статистике будет дурак. А в среднем — к тридцати годам трое и окончат гимназию, полезными членами общества станут. И будет кому послужить отечеству, а то и позаботиться о нас в старости. Ну, не будем прощаться долго. Вот Бог, вот порог. Давай, сын, увидимся еще, если свезет.

И со спокойной душой Санька отправился в дальний путь. Он не знал, насколько тяжелы будут для него испытания, но знал точно — свой почетный долг он отдаст с честью.