О Дневнике самосознания

Зарождались мои будущие книги там и тогда, где и когда для философского творчества не было никаких условий и обстоятельств, а были все возможности ухватить за эти грёзы тюремный срок. После того как в 1978 году я вышел из КПСС, меня КГБ изгнало из аспирантуры философского факультета МГУ и негласно наложило запрет на профессию: о работе преподавателем философии или научной деятельности не могло быть и речи. Чтобы кормить детей, я, используя опыт командира студенческих стройотрядов, организовал несколько строительных бригад сезонных рабочих — шабашников.
Конечно, шабашка была тяжёлой платой за свободу. Я чувствовал себя, как пианист, который каждый день обязан играть на фортепиано, но каждый день вынужден колоть дрова. На шабашке я существовал в непрерывной депрессии, особенно от вынужденного общения с номенклатурными работниками. Но спасали книги (читать можно было только ночью или в дороге) и дневник самосознания, с которым не расставался и куда (в мятый блокнот, в бланки телеграм, в любой подвернувшийся лист…) вписывал философские грёзы, приходящие в самых неподходящих ситуациях. Тяжким для меня трудом я приобретал шесть-семь месяцев свободы, творчества и жизни с семьей. Приобретал, конечно, и здоровье, налитую бронзовую мускулатуру — от тасканий вёдер с бетоном.
Впечатления, полученные в бесконечных поездках, становились предметом размышлений. Прогнивший режим держался по инерции и как-то отдельно от людей, которые всё больше жили своей жизнью, по необходимости лишь произнося идеологические пароли. Уже в конце семидесятых годов я был уверен в недолговечности коммунистического строя.

ДНЕВНИК САМОСОЗНАНИЯ Аннотация
Это философско-исповедальная хроника внутренней борьбы человека, который, пройдя через советскую «шабашку» (отходничество), репрессии и духовную изоляцию, приходит к следующим сквозным выводам.
Фрагментарный текст имеет внутреннее единство, главные смысловые блоки: 1) Личность, свобода, ответственность, совесть, крест. 2) Критика идеологии и тоталитаризма как анти-личности. 3) Духовный реализм и христианский персонализм. 4) Русская идея, патриотизм, историческая память. И финальный синтез: основной смысл — утверждение богочеловеческого достоинства и творческого усилия как пути к истине.
Основной смысл в утверждении абсолютной ценности человеческой личности как образа Божия, обретающей себя через свободу, творчество, ответственность и веру — в противовес всем формам обезличивания, будь то идеология, тоталитаризм, своеволие или национальная рознь.
Персонализм как стержень. Личность (не индивидуум, не «масса») — источник свободы и смысла. Зло рождается не из свободы, а из отказа от неё (своеволия). Истинная свобода — это осознанная ответственность перед Богом и миром, бремя Креста. Персонализм vs идеология, свобода vs своеволие, христианство как основа.
Критика идеологии. Советская (и любая тоталитарная) идеология — это ложная, застывшая система, которая подменяет живую духовность рациональными догмами, убивает личность и разрушает историческую память. Единственное спасение — внутреннее, нравственное сопротивление и очищение через веру.
Духовный реализм. Реальность не сводима к материи; существует мир духа, идей, ноуменов. Истинное познание возможно только через совесть, любовь и приобщение к Трансцендентному. Разум без веры ведёт к саморазрушению.
Трагический оптимизм. В этом падшем мире невозможно окончательное торжество справедливости, но он — арена преображения. Смысл жизни — не в устроении светлого будущего, а в личном творческом усилии по воплощению ценностей не от мира сего (любви, милосердия, жертвенности) здесь и теперь.
Судьба России. Диалектика мира сего и Царства Небесного, понимание истории как арены духовной борьбы. Русский народ имеет особую миссию, искажённую историческими катастрофами (иосифлянство, реформы Петра, революция). Возрождение возможно только через покаяние, восстановление исторической памяти, возврат к корням православной цивилизации и отказ как от радикального национализма, так и от слепого копирования Запада. Россия как духовный проект.
Богочеловеческое достоинство, обретаемое через личный творческий акт веры и свободы, является единственной твёрдой основой для преображения себя, общества и мира.