Управление И. Глава 9. Эхо вечности

Атака была отбита. Враг, лишившись своего координатора, отступил, зализывая раны. Россия избежала гуманитарной катастрофы, но цена победы была чудовищной. Управление «И» превратилось в полевой госпиталь. Десятки операторов лежали в комах, их разум был сожжен или искалечен. Тела выживших были истощены до предела. Это была пиррова победа, но это была победа.

Контр-адмирал Романов стоял в зале управления и смотрел на тактическую карту. Красные точки атак погасли. Мир снова был спокоен и стабилен. Но адмирал не чувствовал облегчения. Он чувствовал лишь свинцовую усталость и холодную, аналитическую ясность. Он только что выиграл войну нового типа, и выводы, которые он сделал, были страшнее любого поражения.

В зал вошел Илья Волков. Теперь уже подполковник, Герой России и, по личному приказу Романова, начальник Службы внутренней безопасности Управления «И». Он больше не носил форму так, как раньше — небрежно. Теперь она сидела на нем как влитая, подчеркивая новую, жесткую стать.

— Андрей Львович, — он подошел к карте, глядя на спокойную Европу.
— Запад затих. Они поняли, что мы можем не только защищаться.
— Они не просто поняли, Илья, — голос Романова был тихим, но в нем звенела сталь.
— Они обосрались от страха. Мы показали им то, о чем они только читали в фантастических романах. Мы показали им абсолютное превосходство.
Романов повернулся к Илье. В его глазах не было ни тени сомнения.
— Ты понимаешь, что мы сделали? Мы только что изменили ход истории. Геополитика с ее санкциями, договорами и подковерными играми — это всё мертвечина. Прошлый век. А мы... мы открыли дверь в будущее. И это будущее принадлежит тому, у кого хватит духу переступить порог.
Илья молчал. Он смотрел на адмирала и видел перед собой не просто уставшего военачальника. Он видел пророка новой эры.
— Но цена... — начал было Илья.
— Цена? — Романов перебил его резким взмахом руки.
— Цена — это статистика! Мы потеряли операторов? Да! Но мы спасли миллионы жизней! Мы предотвратили экономический коллапс! И теперь мы обладаем оружием, которое делает наш ядерный щит таким же архаичным, как каменный топор. Адмирал подошел к Илье вплотную.
— Ты заглянул в это «Эхо вечности», как говорит Зверев. Ты видел бездну. И ты вернулся оттуда с ключом в руках. Не говори мне о морали и гуманизме. Я видел отчеты: ты уже разработал протоколы «глубокого погружения» для наших новых рекрутов. Ты уже готовишь их к тому, чтобы они стали не просто операторами, а богами.
________________________________________

Спустя неделю.

Илья сидел в своем новом кабинете начальника Службы безопасности. Это была крепость внутри крепости. Отсюда он видел всё: графики мозговой активности, личные дела, психологические профили каждого человека в бункере. Его работа была проста: обеспечить абсолютную лояльность и секретность Управления «И». Любой намек на нелояльность должен быть выжжен каленым железом — или ментальным импульсом. Вошел Романов. Он не сел в предложенное кресло, а подошел к панорамному окну, выходящему в капсульный отсек.

— Как новая должность? Тяжело быть сторожевым псом?
 — Это необходимая функция, — сухо ответил Илья.
 — Ты изменился, — заметил адмирал, не оборачиваясь.
— В тебе больше нет той... дерзости студента МИФИ. Теперь ты — система. — Система надежнее человека. А наша технология слишком опасна для человеческих слабостей. Внизу техники готовили к погружению новую группу операторов. Молодые ребята с горящими глазами. Они еще не знали, что такое «фантомный сигнал» или ментальный удар отражением.
— Ты читал мой доклад в Генштаб? — спросил Романов.
— Так точно. — И что думаешь? Илья встал и тоже подошел к окну.
 — Я думаю... это единственно верное решение. Вы правы: мы не можем отказаться от этого оружия. Если мы его уничтожим, завтра его создаст кто-то другой. И этот «кто-то» может оказаться не таким... прагматичным, как мы.

Романов усмехнулся уголком губ.
— Именно. В докладе Романова был один ключевой пункт: «Технология ментальных войн доказала свою высочайшую эффективность и является стратегическим преимуществом Российской Федерации. Рекомендации: немедленно возобновить программу "Аватар", увеличить финансирование в десять раз и засекретить проект по высшему разряду». Романов положил руку на плечо Илье.

— Мир изменился в тот момент, когда ты отразил удар того координатора в Лэнгли. Теперь это наш мир. И мы будем устанавливать в нем правила. Илья посмотрел на адмирала долгим, тяжелым взглядом. В этом взгляде не было ни восторга, ни ужаса.

В нем была лишь холодная решимость человека, который принял свою судьбу и судьбу всего мира. — Я обеспечу безопасность проекта, Андрей Львович. Любой ценой. Романов кивнул и направился к выходу.

У самой двери он остановился и бросил последний взгляд на Илью Волкова — своего лучшего ученика и свое самое страшное оружие.

— Добро пожаловать на Олимп, подполковник. Надеюсь, ты готов к тому виду, который оттуда открывается.

Дверь закрылась, оставив Илью одного перед огромным окном в будущее — будущее, которое пахло озоном, кровью и абсолютной властью над чужими мыслями.