Тихий вечер. Глава 16

Глава 16.
И в воздух чепчики бросали…


— Утяжка значит… не пожалел…
А электрика?!
 Я то тут причем, что свет вырубился?!
Чего не понравилось?
А что…  вообще хотела?

Пожал плечами. От этого движения барсетка чуть не соскользнула на ступени. Приглушенно звякнули ключи. Машинально поправил ремешок и зашагал дальше.

Запах котов и каши перебился ароматом того самого парфюма.

— Уже и пятый?
 А я так и не сказал спасибо.
Ладно, при случае…

 И, словно проверяя необходимость срочности этого “спасибо”, бегло осмотрел себя.

— Надо же.
 Красиво и опрятно.


Провел рукой и по накладному карману. Тяжесть под тканью, к которой уже и привык. Вспомнил свою недавнюю мысль “как у ж…” и усмехнулся:

— Ключи сейчас только бы портили.

Миновал очередной поворот.

— Зоя…
Хорошая она.
Вот только…

“Вот только” не додумалось.

—Так зачем она пылесос вытащила?
 Сама не могла убрать. Всё же хозяйка.

Опять поворот и опять площадка.

—Я вроде даже и не намусорил, чтобы за собой убирать?

Лифт проскрипел мимо, выдав подтверждение его мысли – “дамб”.

— И причем тут мое спокойствие.
Хотя…  если с этой стороны толковать.

Хмыкнул.

— Хоть и март кончается, но я не кот.
 Вот завтра для шуток было бы уместно — первое все же.
 Апрель.
 Типа прикололась.

Дошагал до своей площадки. Порылся. Нащупал. Открыл дверь.

— Может и себе коврик?

Произнес и поразился.

— Чего это он в мысли влез?
 Тебе других забот нет?!

Покрутил головой. Неделя прошла, а он палец об палец не ударил дома…

— Вон крючки до сих пор поменять не могу.
Может в “Эпицентр” смотаться?
Там точно любые найду.

Было можно, но было и лень.

— Или просто уборку…
 Я и пылесос, ну Фрэди вылитый.
 Не, кофточку розовую тогда надо.
Хотя…
(Глоссарий №3)

Щелкнул выключателем — люстра заартачилась.

— И у меня света нет.
 Ладно, хоть гляну, что это за звонки были.

Последние ожидаемо были спамом из разряда “ Ваш номер выиграл…”.

— “Контора”?
 Может насчет расчета.
 Как говорится — не прошло и полгода.

— Алло. Вы звонили.

— А. Здравствуйте, Леночка!

— Что?!
 Какой Хьюлит Паккер?!

— Да не было этой “печатки“ за мной никогда.
 Я на своем буке всегда работал…

— Какая неустойка?!

— Не выплатят и я еще и  должен буду?!

— Передайте шефу, что он…

— Это я хамлю?!

После этого разговора резко расхотелось проверять непринятые звонки дальше… как и выбило напрочь из головы просмотреть пакет…

***

Утром на уборку он все же решился.
Почти.
И, оттягивая неизбежное, пошел на компромисс.

— Мусор вынесу.
 Хотел снять ночнушку и махнул рукой.

— Я же быстро.
 
Затянул потуже пояс халата.Того самого — “утюгового” как подколола Лера. Подхватил ведро.
 Захлопнул дверь.
Глянул…

— Понятненько. И без тебя спущусь

И зашагал по лестнице во двор…

Погода радовала. Усмехнулся.

— Тоже первоапрельская шутка?
 Градусов двадцать точно.

Синие цветочки халата тоже радовались теплу. Чуть не хоровод водили в такт развивающимся полам.

— Ночнушка! Айда с нами…
 
А вот это становилось чем-то вроде традиции.
Из-за угла дома напротив к мусорным бакам медленно приближалась Ирина.
И мастер почти не удивился встрече. В последнее время такие пересечения стали обычным делом.
Не в традиции было другое — сейчас она была с пустыми руками.

— Привет!
Сел как надо.

Протянула руку. Поправила ворот.

— Что у тебя со временем сегодня?

— Я бы хотела устроить маленький совместный налет на магазины.
Не составишь компанию?

—  Не бойся — стрелять не будем.
 Так что и бронежилеты не нужны.
Шоппинг, только шоппинг.

Она рассмеялась  легко и непринужденно. Следом он, только представив такую картину.

В чулке с прорезью для глаз на голове.
С выпирающими буграми  “гадкого утенка” на бронежилете.
В туфлях на шпильках…

…и почему-то особенно ясно, как неудобно будет бежать на них по уличному тротуару с выбитыми плитками.

— Жаль что твои девчонки всё ещё во Львове.
Вместе было бы веселей.

Она продолжала лучезарно улыбаться. А ему было приятно, что она восприняла и дочь и ее подругу как своих.

— Хотя они там явно не скучают. 
Всё же молодежь.
 У них свои интересы.
А мы старички — со своими вкусами на жизнь.

И тут же:

— Тебя подождать или догонишь?

Она смотрела на него и, немного напрягшись  внутренне, ждала ответа.

— А можем и у тебя посидеть, пока соберешься.
 Кофе сваришь?
 У тебя машинка, надо признать, отличная,  навороченная даже.
 Лера такое латте сварганила на ней — пальчики оближешь.

Его это предложение и порадовало, и смутило.
 Ирина же легко развернулась к подъезду. Он торопливо вывалил полупустое ведро в бак и поспешил за ней.

— Да и подскажешь, уже в магазинах конечно, что и как.
 Хорошо, что тогда просветил. С тобой я больше с этим Кляйном впросак не попаду. Да и с другими, надеюсь, тоже.
Возле подъезда он опять ускорился. Обогнал и открыл замок своим брелоком. Теперь уже и Ирина  этому не удивилась. Только согласно кивнула и первой шагнула в холл.
После яркого дня в холле царил сумрак. Только окно лучом прожектора бросало сноп света на коврик перед лифтом. И еще тень от кустика на подоконнике. И казалось, что призрачные веточки в светлом квадрате окна просили обратить на себя внимание.
Ирина мимолетно нахмурилась и мысленно пообещала — “ладно, тетя Зина, полью. И про шефство не забыла.”
Прошла по коврику не задерживаясь. Он же обошел по дуге и замер рядом с ней.

В шахте резвился ветерок, раскачивая троса. От чего те довольно поскрипывали. Облачко парфюма присоединилось к их игре. И они приняли его в свою компанию.
Лифт зевнул и плавно заскользил вниз. Глазок кнопки засиял белизной.
Мастер посмотрел с вопросом на Ирину. Ирина с тем же выражением глянула на него.
Створки разъехались плавно и чуть ли не торжественно, приглашая войти. Доехали без приключений.
В последнее время при выходах во двор к бакам он не закрывал двери. Вынужденная безработица расхолаживала. И сейчас просто нажал на ручку и гостеприимно, чуть-чуть наклонив голову, жестом пригласил Ирину в квартиру.
Ирина вошла как своя.
 Да и кто бы теперь удивился? Привычно осмотрелась, даже не комплексуя. Да и он ни напрягался, ни расслаблялся. Держался ровно, уважительно. И были на то причины. Девчата посчитали пе за свою. Даже колкая и ершистая Лера сказала ему, что Ирина— “молоток”.

— Переобуешься?
 Хотя проходи так.
Сегодня сухо.

Ирина кивнула и пошла через зал на кухню. На столике увидела записку, которую Мила писала чуть ли не под диктовку Леры при ней. Улыбнулась, вспоминая содержимое.

— “Молоток” как это по молодежному. 

Вернулась “в сейчас” и завязала узелок на память.

 —”Тапочки сюда купить уже сегодня.
И девочкам.
И ему… на каблучке”

 — Латте?

— Конечно.
Пока кофемашина грызла зерно, свистела паром  и мигала индикаторами — они молчали. И это “молча сидя” и “молча стоя” не давали пока паритета. И только когда последние капли упали в чашку Ирина подтолкнула.

— И себе.

Цикл повторился.
 С чашкой в руке он устроился напротив.

— В чем пойдешь?

Он пожал плечами.

— Позволишь помочь с выбором?

И вот тут он расслабился.
 Явно.
Выравниванием плеч.
С ямочками на щеках.

Они досмаковали напиток. Ирина встала. Он, отодвинув чашку, следом.

— Ты смотрел в пакете который Мила оставила?

Он задумался. Ирина ждала.

— Мила же в записке написала.

— Что?

— Ты и записку не читал?

— Читал.

— А пакет?

— Нет.
 Я просто не успел.
Думал после похода к “мусорке” посмотрю.



Она вздохнула.

— Вот за всем присмотр нужен.
Пошли смотреть.
Там самое то, что для походов по магазинам нужно.

“Самое то” — оказалось юбкой-брюками…

Она держала их на вытянутых руках.
 Ждала.
 Он, выпрямившись, перед ней.
Приближение  вещи к нему давало  какой-то пугающий эффект. Если бы не диван, то он  отступил бы еще дальше .Ирина понимающе улыбнулась.

— Ты стесняешься?
 Брось.
 Раз и они на тебе.
Снимай халат.

Он как-то лихорадочно выскользнул из рукавов, оставшись в ночнушке. Отвернулся.
Поспешно попытался  влезть в обе брючины сразу.

— Подожди!
Ну ты и торопыга.
 Колготы забыл.

Он покраснел. Взгляд заметался по комнате.

— Они в спальне.

— Так возьми.
Ох уж эти взрослые деликатности.
 Забыл, что анатомию мы еще в школе проходили.
Так что ничего нового я не увижу.

Он покраснел еще больше. А потом смирился. Ирина помогла:

— Где хранишь?

— В спальне в шкафу.

И не придал значения как уверенно она открыла нужную дверку и выдвинула нужный ящик.

 — Держи. Потом покажу как правильно складывать…

Он стоял с пакетом колгот в руках и вдруг поймал себя на странной мысли.
Ещё недавно подобная сцена показалась бы невозможной.
Сейчас же смущение никуда не делось, но оно было слабее  чего-то ещё.
Усталости сопротивляться очевидному.
Или просто нежелания разрушать этот спокойный, добрый день.
А скорее всего —
доверия.
И какой-то странной логической правильности происходящего.

Он вздохнул.

— Ладно...

И принялся одеваться.
 
Ткань легла сразу и без капризов.
Просто идеально.
Ирина практически и не удивилась, как это “два в одном” село на него и зажило своей жизнью.
 Как и не удивило отсутствие возможности в его шкафу найти что-то для гармонии в комплексе.

— Значит ко мне пошли. Можешь накинуть что-то лишь бы плечи прикрыть.

И этим “что то”, по классификации Леры, оказалась та пресловутая космическая блузка — блестки и чернота ночного неба.

— Потом презентуешь. Экспонатом в музей космонавтики.

Он не обиделся. Просто улыбнулся, вспомнив девчонок.

— Как они там?

— Ладно, приличия соблюдены. За третий сорт сойдет. Пошли уже улучшаться.

Без эксцессов лифт отработал и сейчас. Приехал. Распахнул створки. Пригласил внутрь. А вот кнопку этажа пришлось нажимать все же Ирине.

Она открыла дверь.
Но, помня прошлое, повернула голову к нему.

— Проходи. И раз говоришь что сухо, кроссовки тоже можешь не снимать. Не будем терять время на экивоки, шагай сразу в спальню.

И заминок и топтания на пороге не было.

Ирина похвалила себя. Хорошо что хоть чуть-чуть прибрала свои завалы. Распахнула шкаф. Уже комбинируя на ходу.

— Платья… нет…
 Давай, как основное, твои обновы обыграем.
И их цвет.

Медленно окинула взглядом, словно видела в первый раз.

— Пепельный. Даже скорее серо— серебристый и бежевый…

Задумалась.

— А сам как думаешь? Какие цвета гармонировать будут?

Теперь задумался и он.

— Ну, если по простому то те же, тон только слегка мягче, чтобы не сливалось. А если…

Ирина перебила.

—А если более празднично?

— Тогда контраст.

— И какой?

— Можно глубокий синий, если для свитера или вязаного кардигана. Под него блузон в мелкую вертикальную полоску. Белый или даже оливковый.

— Неожиданно.

Прокрутила в уме свои сокровища.

— А у меня косуха есть короткая. Серая, кстати.

Он несогласно нахмурился.

— Может сочетаться, но будет приковывать внимание на себя. А этого как то не хочется.

— А джинсовая курточка — тоже ведь синяя?

— Как вариант и снять можно, если тепло. А сегодня вроде так и есть.

— А… если… бежевый тренчкот… укороченный? Висит где-то.

—Тренч?

Ирина согласно кивнула.
И тут его пробило.
Давясь смехом он повторил:

—Тренч. Лихо однако.
Тогда и бронежилет под него.
Для исторической достоверности.

Ирина удивлённо подняла бровь.

— С чего это вдруг?

— Ну, а как… по-другому?
Если классический вариант взять.
И начал загибать пальцы.
— Военное происхождение.
Погоны.
Кокетка.
Манжеты.
Пояс.

Задумался. И тут же поправился.

— Хотя нет.
Не пояс.
Портупея.

Тут уже начала улыбаться и Ирина.

— Извини не знала. Нам курс “История костюма” не читали.
Тогда уж — планшетку через плечо.
С картой местности, где все самые вкусные магазины обозначены, и вешалки, и полки в них…

Неожиданно Ирина прикусила язык и подозрительно  всмотрелась в его глаза.

— А ты сейчас не издевался?

— Нет.
Я просто концепцию развивал…


Было еще много “А” и “Б” и даже “Ц”...

Ирине все казалось недостаточно.
.
Она то поправляла манжеты рубашки. То перевязывала узел косынки. То бросала:

— Серьги колечками серебряными просто плачут как просятся, а ушки не проколоты…

То просто касалась его, словно проверяя явь ли это или мираж.
Да и он терял разговорчивость. Лишь изредка вставляя короткие фразы по существу. Как будто у него кончился завод и всё больше и больше погружался в приятное принятие происходящего.

Наконец — Собрались.
И бежевый рюкзачок завершил композицию вместе с продуманно небрежно повязанной косынкой.

Ирина отступила на шаг.
Потом ещё на один.
Прищурилась.
Словно сверяя в голове картинку с тем, что получилось на самом деле.

— Надо же...

Он вопросительно посмотрел на неё.
— Что?

— Да ничего.

Улыбнулась уголком губ.

— Вместе даже лучше выходит.
Не ожидала.

И вдруг опять “Стоп”.

Макияж!!! 
Сейчас бы Ольгу.
Но ладно я сама.
Хоть чуть чуть. По старым следам…


 
“Старые следы” заняли еще полчаса.

Ему не терпелось самому посмотреть, что же из всего этого вышло. Потому что единственным зеркалом были её глаза и улыбка которая становилась все мягче и душевней.

Она вновь отступила на шаг, другой насколько позволяло пространство. Глянула сбоку.

—Вот вроде бы и всё. А ты умничка. У меня такого терпения нет.

Вот за это он бы согласился и на лишнюю пару часов.

Ирина обернулась к своему парфюмерному столику. Взяла филигранного размера пузырёк. Простой, без всякой навороченной изысканности. Сняла колпачок. Капнула на палец. И очень нежно провела этой капелькой ему по шее и за ушами…

—Вот теперь можно идти к главному пункту нашей программы.

 И наконец — площадка. Щелчки замка. И лифт который не спорил. А даже уважительно урчал.

Двое. Почти одинаковые по настроению. С толикой предвкушения. С теплой аурой…

И два облачка аромата кружились близнецами вокруг них…

Кабина мягко щелкнула. Приглашающе распахнулись створки.

Ирина целеустремленно переступила порожек.
Он шагнул за ней.

Жизнь любит сюрпризы.
В кабине стояла Ольга.