Вереск. Экфрасис-эссе

   Ну-у-у… ни фига себе! — воскликнул мой друг, едва взглянув на холст. — Не перевелись еще таланты в мире! Эта «Вереск», конечно, не рембрандтовская «Даная», но чертовски круто!

   Я всмотрелся в полотно Ласло Гулиса, где мягкий, почти осязаемый свет выхватывал из полумрака изгибы женского тела, и задумчиво согласился: —
   Да-а-а, мастерство невероятное, но знаешь, мне кажется, Ласло здесь невольно поймал тот самый пушкинский архетип. Помнишь мачеху из «Сказки о мёртвой царевне»? Та же магия самопознания через зеркало:

«Свойство зеркальце имело:
Говорить оно умело.
С ним одним она была Добродушна, весела…»

   В этой интимной тишине картины, среди приглушенных, «вересковых» оттенков, героиня Гулиса словно ведет тот же безмолвный диалог с собственным отражением. Она замерла, горделиво и хрупко, будто спрашивая у пустоты: «Я ль на свете всех милее?».

P.S.
   «Heather» (Вереск), 2012 г. Автор — Ласло Гулис (L;szl; Guly;s), современный венгерский художник-фигуративист, признанный мастер светотени и психологического портрета.

13.06.2026