Россия, я люблю и ненавижу

Ты тянешь меня вниз. Ты держишь меня здесь.
Холод по позвоночнику. Чужая, злая весть.
Я падаю — ты смеёшься. Я встаю — ты опять:
«Ну куда ты? Тебе же некуда, знаешь, бежать».
Но корни глубже, чем ты думаешь. Камни тверже, чем сталь.
Мы помним, как было больно. Мы помним, как падала даль.
Не святые. Не ангелы. Просто стояли стеной.
Даже когда небо рушилось прямо над головой.


Россия — я ненавижу тебя. Я люблю тебя.
Ты — рана, что не заживает, ты — нить, что всё рвётся, рвётся.
Ты — дым над замёрзшей рекой. Ты — лёд на разбитых губах.
Ты ломаешь. Ты кормишь. Ты держишь на своих плечах.
Я не знаю, как выбрать одно. Я не знаю, где правда тут.
Но я здесь. Я стою. Пусть меня эти стены сомнут.
Ненавижу. Люблю. Держусь.
Падаю. Встаю. Остаюсь.


Они шепчут: «Сгинь. Ты — прошлое. Ты — пепел и тлен».
Рисуют границы, стирают лица, стирают имена.
Говорят: «Ты устала. Ты больше не можешь дышать».
А усталость — это просто повод ещё крепче держать.
Смотри: на снегу следы. Кто-то шёл. Кто-то падал.
Кто-то кровью писал, чтоб другие не забывали.
Это не гордость. Это просто: «я здесь был, я есть».
Даже если весь мир говорит, что ты просто тень, что ты — пустошь.


Я смотрю на тебя — и вижу тысячи лиц.
Вижу тех, кто не дошёл. Тех, кто падал ниц.
Вижу дым. Вижу лёд. Вижу чёрную воду рек.
И понимаю: нельзя, чтоб это исчезло навек.
Пусть это больно. Пусть это страшно. Пусть это давит грудь.
Но если бросить — значит предать. Значит, просто утонуть.
Шаг вперёд. В темноту. В этот холод. В этот гул.
Чтобы голос не стих. Чтобы круг не замкнулся.


Россия — я ненавижу тебя. Я люблю тебя.
Ты — рана, что не заживает, ты — нить, что всё рвётся, рвётся.
Ты — дым над замёрзшей рекой. Ты — лёд на разбитых губах.
Ты ломаешь. Ты кормишь. Ты держишь на своих плечах.
Я не знаю, как выбрать одно. Я не знаю, где правда тут.
Но я здесь. Я стою. Пусть меня эти стены сомнут.
Ненавижу. Люблю. Держусь.
Падаю. Встаю. Остаюсь.


Мы не просим пощады. Мы не ищем чужих грехов.
Мы просто держим то, что тяжелее любых слов.
Держим.
Стоим.
Живём.

Остаёмся.